П. Л. Лавров. Государственный элемент в будущем обществе

Г.

Социально- революционный союз должен организоваться таким образом, чтобы в его организации положено было основание солидарности разных частей России, восстание которых должно осуществить задачу революции... Задачи революции, лежащие на членах социально-революционного союза, настолько сложны и многочисленны, что этот союз не может представлять лишь небольшую кучку людей, которые все знают друг друга...

Революция не может упасть на общество, как снег на голову, совершенно неожиданно.., члены социально-революционного союза данной территории (например, уезда) должны знать состояние и размещение запасов (в муке, в зерне, в скоте на убой и в рабочем скоте, в орудиях труда, в основных предметах потребления и т. п.), жилищ и угодий всякого рода на территории, на которой они работают... чтобы огромное большинство этого населения немедленно почувствовало улучшение своего положения...

Революция.., должна начаться немедленным и неуклонным обращением всякого имущества частного, имущества групп, имущества государственного и имущества вообще. Уступки тут невозможны. Существование рядом, даже временное, социалистического строя и частной собственности представляют самую грозную опасность для нового социалистического строя, так как на другой же день после революции проснутся старые привычки и влечения монополии и хищничества и будут употреблены всевозможные усилия, чтобы удержать за личностями все то, что у них не будет взято в первую же минуту...

Немедленно должны быть устроены центральные склады, куда будет свезен хлеб в муке и зерне; должны быть организованы общие стада и табуны под наблюдением выборных людей; должны быть образованы склады одежды, склады рабочих орудий... должна быть организована раздача из складов всего необходимого для потребления, раздача орудий труда и рабочего скота для пользования...

Самое положение дел поставит первые шаги общественного строя, на другой день после революции, в зависимость от соображений и энергии лиц, составляющих группы социально-революционного союза. Он один представит в первую же минуту готовую и определенную программу действий; он один даст твердые принципы, на основании которых можно будет обсудить планы деятельности в непредвиденных случаях; он один представит и солидарную связь между различными местностями территорий рабочей России...

Часть членов социально-революционного союза на данной территории.., составит то, что я назову комитет работ и продовольствия... Он разделится на земский союз и на надлежащее число местных групп. Первый заведует предметами, относящимися до всей территории (перевозкой, путями сообщения, распределением предметов по складам и по общинам); последние - местными делами... Земский союз сам распределяется на несколько секций, которые связаны между собой распорядительным советом, каждая из которых заведует своим специальным делом.., имеет своих представителей в распорядительном совете и группирует около себя, сколько ей нужно наиболее надежных лиц из остального рабочего населения территории...

Пройдет поколение, меньшинство, враждебное новым порядкам, обратится в единицы; всякое назначение и приглашение на должности станет излишним; свободный выбор занятий, свободный выбор распорядителей дела самими участниками установится мало во всех отраслях работ по экономическому обеспечению населения и незаметно из социально-революционного строя, организованного на другой день после революции, с немалой долей власти в распорядительных советах, изгладится эта доля власти ввиду полнейшего осуществления федеративного начала рабочего социализма...

Социалисты, умеющие всегда стоять за свое личное или коллективное достоинство, не впадая в мелочную щекотливость, ни при какой форме организации не дозволят злоупотреблений власти и сумеют контролировать эту власть. Если же личности или группы легко поступаются своим достоинством, то власть, самая ограниченная, весьма легко обратится в деспотизм...

Боевой клик рабочего социализма заключается, как известно, в двух формулах: прекращение эксплуатации человека человеком. Прекращение управления человека человеком... Неосуществимость второй формулы влечет за собой и неосуществимость первой, так как там, где принудительная власть человека над человеком остается неизменным элементом общежития, нет никакой возможности устранить случаи злоупотребления этой властью ввиду удовлетворения личных влечений людей, облеченных властью (хотя бы временно), а подобное злоупотребление есть уже «эксплуатация человека че- ловеком ».

Свободные кооперативные союзы для всех общественных функций, причем каждый член общества одновременно будет участвовать в нескольких разнообразных союзах, предполагают нравственную зависимость.

Будущее общество не будет нуждаться в специальной полиции, охраняющей личную безопасность, потому что все будут охранять ее...

Я устраняю немедленно мотив «оплаты» работ, так как он не может иметь места в будущем обществе по самому принципу общности имущества: плата, большая или меньшая, лишена всякого значения ввиду личности, которая и без того обеспечена в своем существовании и развитии. Каким образом оплатить труд работника в этом обществе? Он и без того нравственно обязан отдавать все свои силы обществу, общество же и без того должно давать ему все необходимое из общего имущества. Следует ли ему дать в этом случае, кроме необходимого, избыток? Но что он сделает со своим избытком? Он не может купить себе никаких добавочных наслаждений. Или он будет предаваться праздности на счет других? Но в обществе, основанном на положительном экономическом начале всеобщего труда, праздность вызывает всеобщее презрение и негодование. ... Всякая форма оплаты труда по частям предпо- лагает частную собственность...

Он вступает в общество разработки коней углекопом..., оставаясь вполне свободным в выборе занятий. Он простой углекоп в обществе разработки копей; он может быть один из руководителей работ по изготовлению оптических инструментов, может быть президент союза математиков-открывателей для целой страны...

Хрестоматия по истории СССР. 1861-1917 гг.

/Под ред. В.Г. Тюкавкина. М., 1990. С.103-105.

№ 3.

М. А. Бакунин. Из работы «Федерализм, Социализм и Антитеологизм»

Бог и государство

1867 г.

Государство это учреждение историческое и переходное, преходящая форма общества, подобно самой Церкви... Государство есть зло... Бунт против государства сравнительно легок, ибо в самой природе государства есть нечто, вызывающее на бунт. Государство это власть, это сила, это самопоказ и нахальство силы... его природа заключается в действии принуждением, насилием, а не убеждением.

Сколько оно ни старается скрыть свою природу, оно остается законным насильником воли людей, постоянным отрицанием их свободы. Даже когда оно повелевает добро, оно его портит и обесценивает, именно потому, что оно повелевает, а всякое по веление вызывает, возбуждает справедливый бунт свободы...

№ 4.

М. А. Бакунин. Из работы «Государственность и анархия».

1873 г.

Государство с одной стороны, социальная революция с другой - вот два полюса, антагонизм которых составляет самую суть настоящей общественной жизни в целой Европе... Никакое государство, как бы демократичны ни были его формы, хотя бы самая красная политическая республика, народная только в смысле лжи, известной под именем народного представительства, не в силах дать народу того, что ему надо, т. е. вольной организации своих собственных интересов снизу вверх, без всякого вмешательства, опеки, насилия сверху, потому что всякое государство, даже самое республиканское и самое демократическое, даже мнимо народное государство, задуманное г. Марксом, в сущности своей не представляет ничего иного, как управления массами сверху вниз, посредством интеллигентного и по этому самому привилегированного меньшинства, будто бы лучше разумеющего настоящие интересы народа, чем сам народ...

Но это меньшинство, говорят марксисты, будет состоять из работников. Да, пожалуй, из б ы в ш и х работников, но которые, лишь только сделаются правителями или представителями народа, перестанут быть работниками и станут смотреть на весь черно - рабочий мир с высоты государственной; будут представлять уже не народ, а себя и свои притязания на управление народом. Кто может усомниться в этом, тот совсем не знаком с природой человека.

Народ наш глубоко и страстно ненавидит государство, ненавидит всех представителей его, в каком бы виде они перед ним ни являлись...

Государство окончательно раздавило, развратило русскую общину, уже и без того развращенную своим патриархальным на чалом. Под его гнетом само общинное избирательство стало обманом...

В русском народе существуют в самых широких размерах те два первых элемента, на которые мы можем указать как на необходимые условия социальной революции. Он может похвастаться чрезмерною нищетою, а также и рабством примерным. Страданиям его нет числа, и переносит он их не терпеливо, а с глубоким и страстным отчаянием, выразившимся уже два раза исторически, двумя страшными взрывами: бунтом Стеньки Разина и Пугачевским бунтом, и не перестающими поныне проявляться в беспрерывном ряде частных крестьянских бунтов...

Народ наш не доктринер и не философ... Поэтому наша прямая обязанность поставить перед ним главный вопрос, от разрешения которого более, чем от всех других, зависит его освобождение... этот вопрос экономически - политический, экономический в смысле социальной революции и политический в смысле разрушения государства...

Каждая община составляет в себе замкнутое целое, вследствие чего - и это составляет одно из главных несчастий в России - ни одна община не имеет да и не чувствует надобности иметь с другими общинами никакой самостоятельной органической связи. Соединяются же они между собой только посредством царя-батюшки... такое разъединение бессилит народ и обрекает все его бунты, почти всегда местные и бессвязные, на неизбежное поражение и тем самым упрочивает торжество деспотической власти...

В таком положении что может делать наш умственный пролетариат, русская честная, искренняя, до конца преданная социально- революционная молодежь? Она должна идти в народ, несомненно, потому что ныне везде, по преимуществу же в России, вне народа, вне многомиллионных рабочих масс, нет более ни жизни, ни дела, ни будущности. Но как и зачем идти в народ?

Надо поднять вдруг все деревни. Что это возможно, доказывают нам громадные движения народные под предводительством Стеньки Разина и Пугачева...

Русский мужик невежа, но не дурак... Втолковать, дать ему почувствовать это всеми возможными способами и, пользуясь всеми плачевными и трагическими случаями, которыми переполнена ежедневная народная жизнь, показать ему, как все чиновничьи, помещичьи, поповские и кулацкие неистовства, разбои, грабежи, от которых ему нет житья, идут прямо от царской власти, опираются на нее и возможны только благодаря ей, доказать ему, одним словом, что столь ненавистное ему государство -это сам царь и ничто иное, как царь, - вот прямая теперь главная обязанность революционной пропаганды.

Но этого мало. Главный недостаток, парализующий и делающий до сих пор невозможным всеобщее народное восстание в России, это замкнутость общин, уединение и разъединение крестьянских местных миров. Надо во что бы то ни стало разбить эту замкнутость и провести между этими отдельными мирами живой ток революционной мысли, воли и дела. Надо связать лучших крестьян всех деревень, волостей и по возможности областей, передовых людей, естественных революционеров из русского крестьянского мира между собой, и там, где оно возможно, провести такую же живую связь между фабричными работниками и крестьянством. Эта связь не может быть другою, как личною. Нужно, соблюдая, разумеется, притом самую педантичную осторожность, чтобы лучшие или передовые крестьяне каждой деревни, каждой волости знали таких же крестьян всех других деревень, волостей, областей.

Надо убедить, прежде всего, этих передовых людей из крестьянства, а через них если не весь народ, то, по крайней мере, значительную и наиболее энергичную часть его, что для целого народа, для всех деревень, волостей и областей в целой России, да также и вне России, существует одна общая беда, а потому одно общее дело. Надо их убедить в том, что в народе живет несокрушимая сила, против которой ничто и никто устоять не может, и что если она до сих пор не освободила народа, так это только потому, что она могуча только когда она собрана и действует одновременно, везде, сообща, заодно, и что до сих пор она не была собрана. Для того же, чтобы собрать ее, необходимо, чтобы села, волости, области связались и организовались по одному общему плану и с единою целью всенародного освобождения. Для того же, чтобы создалось в нашем народе чувство и сознание действительного единства, надо устроить род народной печатной, литографированной, писаной или даже устной газеты, которая бы немедленно извещала повсюду, во всех концах, областях, волостях и селах России о всяком частном народном, крестьянском или фабричном бунте... а также о крупных революционных движениях, производимых пролетариатом Западной Европы; для того, чтобы наш крестьянин и наш фабричный работник не чувствовал себя одиноким, а знал бы, напротив, что за ним, под тем же гнетом, но зато и с тою же страстью и волей освободиться, стоит огромный, бесчисленный мир к всеобщему взрыву готовящихся чернорабочих масс.

Там же. С. 106-108.

№ 5.

Наши рекомендации