Quot;LABOR MOTIVATION STRUCTURE" TECHNIQUE AND PROSPECT OF ITS APPLICATION

A. V. Gorbachev*, E. A. Kupriyanov**, A. S. Naumenko***, V. V. Odintsova****, A. G. Shmelev*****

* collaborator of "Humanitarian technologies laboratory", Moscow

** post-graduate student, department of psychology, Moscow State University after M.V. Lomonosov, Moscow

*** post-graduate student, department of psychology, Moscow State University after M.V. Lomonosov, Moscow

**** collaborator of "Humanitarian technologies laboratory", Moscow

***** ScD (psychology), professor, department of psychology, Moscow State University after M.V. Lomonosov, Moscow

The experience of elaboration and application of diagnostic technique "Labor motivation structure" is covered. The empiric-statistical results of this technique validity checking allow to compare its efficiency with other existing models and approaches to labor motivation diagnostics. The examples of technique computer version interpretation messages as well as the example of individual profile with complex interpretation are given.

Key words: labor motivation structure, test psychometric characteristics, reliability, validity, representativeness, computer testing.

стр. 94

Методы и методики. КРАТКАЯ ФОРМА ЛИЧНОСТНОГО ОПРОСНИКА АИЗЕНКА (ЛОА-К) И ЕЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ДЛЯ ОЦЕНКИ РИСКА УПОТРЕБЛЕНИЯ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ Автор: Е. Р. СЛОБОДСКАЯ, Г. Г. КНЯЗЕВ, М. В. САФРОНОВА © 2006 г. Е. Р. Слободская*, Г. Г. Князев**, М. В. Сафронова*** * Доктор психологических наук, доцент, главный научный сотрудник ГУНИИ физиологии СО РАМН, Новосибирск ** Доктор биологических наук, доцент, главный научный сотрудник, там же *** Кандидат психологических наук, научный сотрудник, там же Представлена разработка краткой формы личностного опросника Айзенка (ЛОА-К); ее факторная структура и результаты стандартизации на большой репрезентативной выборке учащейся молодежи. Приведены нормативные данные для групп разного пола, учащихся старших классов средних школ, вечерних школ, профессиональных училищ, средних специальных учебных заведений и студентов государственных и негосударственных вузов. Показано, что шкалы имеют достаточную внутреннюю согласованность. Установлена прогностическая надежность шкал ЛОА-К по отношению к приспособленности и употреблению психоактивных веществ (табака, алкоголя и наркотиков). Делается вывод о том, что ЛОА-К является надежным инструментом для оценки личностных черт и может быть полезен в широкомасштабных психологических исследованиях. Ключевые слова: личностный опросник Айзенка, приспособленность, негативное потребление, психоактивные вещества. Г. Ю. Айзенк (1916 - 1998) применил идеи И. П. Павлова о свойствах нервной системы - силы и возбудимости - для обоснования выделенных им черт или, скорее, суперфакторов личности - экс-траверсии/интроверсии и эмоциональной стабильности/нестабильности (нейротизма). Дальнейшие исследования подтвердили обоснованность этих факторов, они вошли в широко обсуждаемую в настоящее время пятифакторную модель личности [3]. Однако однозначного соответствия между экстраверсией, эмоциональностью и свойствами нервной системы установить не удалось: помимо терминологических разногласий, связанных с понятиями возбуждения (arousal) и торможения (inhibition), противоречивыми оказались и эмпирические данные [27]. Биологическая теория личности Айзенка развивалась на протяжении 40 лет и отражена в ряде авторских монографий [8, 9]. Начиная с 1975 г. в 1 Статья написана при поддержке грантов Регионального общественного фонда содействия отечественной медицине, РФФИ N 03 - 06 - 80058а и N 04 - 06 - 80028а, РГНФ N 04 - 06 - 00 - 477а, N 04 - 03 - 65001а/т и Администрации Новосибирской области. Авторы благодарны И. И. Харченко, О. А. Ахметовой, сотрудникам, участвовавшим в сборе данных, респондентам, заполнявшим опросники, и всем, кто содействовал проведению исследований. стр. 94 модели Айзенка присутствует и третий фактор - психотизм. Эта шкала оказалась менее гомогенной, но чрезвычайно информативной для предсказания противоправных действий и злоупотребления психоактивными веществами [16, 21]. Факторы психотизма, экстраверсии и нейротизма дали модели Айзенка название ПЭН [11]. Эта концепция рассматривает психофизиологические основы индивидуальных различий, которые обычно относят к темпераменту, поэтому ее можно отнести и к теории темперамента в его традиционном понимании. Стреляу отмечает, что исследователи британской школы рассматривают темперамент и личность как устойчивые особенности поведения и эмоционального реагирования, имеющие биологическую природу и в значительной степени обусловленные генетически; они достаточно стабильны на протяжении жизни и проявляются в самых различных ситуациях [28]. Теория Айзенка на сегодняшний день является одной из наиболее разработанных, обоснованных теоретически и подкрепленных эмпирически, а иерархическая модель ПЭН признается хорошим описанием личности [22]. Развитие и эмпирическое подтверждение теории Айзенка сопровождало конструирование опросников, которые в настоящее время переведены на все основные языки мира, приобрели большую популярность и доказали свою надежность и полезность в различных сферах теоретической и прикладной психологии. Широко известен личностный опросник Айзенка (ЛОА) EPQ [1, 10] и его стандартизированная русская версия [20]. В модифицированной версии ЛОА-М (EPQ-R) авторам удалось улучшить надежность шкалы психотизма [13]. Шкалы ЛОА оказались информативны для предсказания эмоциональных расстройств, отклонений в поведении и отношения к употреблению психоактивных веществ у подростков [16, 21, 23, 29]. В широкомасштабных психологических исследованиях размер опросников имеет существенное значение. В этом отношении ЛОА, состоящий из 101 вопроса, обладает определенными ограничениями. Ранее нами была сконструирована сокращенная форма ЛОА из 56 вопросов (ЛОА-С) и продемонстрирована достаточная надежность и валидность этого инструмента [25]. Известно, что при уменьшении числа входящих в шкалу вопросов, ее психометрические свойства (например, внутренняя согласованность) ухудшаются, однако некоторые короткие версии известных опросников, созданные для практических нужд, оказались достаточно надежными и информативными [6, 25]. Так, Френсис с коллегами создали краткие формы ЛОА-М для взрослых EPQR-A [17] и подростков JEPQR-A [15] из 24 вопросов. Целью настоящей работы было создание краткой версии ЛОА и оценка ее информативности для предсказания приспособленности и отношения к употреблению психоактивных веществ у молодых людей. Благополучное развитие личности подразумевает самореализацию и определенный уровень приспособленности к реальным условиям жизни. В процессе развития происходит постоянное приспособление (adjustment) индивидуума к социальной среде, так что в каждый отдельно взятый момент жизни имеются определенные достижения, с одной стороны, и некоторые проблемы или отклонения - с другой. Поэтому при оценке приспособленности в психологических исследованиях последних лет учитывают не только наличие и выраженность психологических проблем, но и сильные стороны личности [5]. С учетом этого нами были поставлены следующие задачи: 1). Разработать краткую версию личностного опросника Айзенка (ЛОА-К); установить его факторную структуру, соответствие исходным шкалам полной версии и оценить надежность шкал. 2). Провести стандартизацию ЛОА-К на большой репрезентативной выборке; установить нормативные значения шкал в различных группах населения. 3). Изучить дискриминантную валидность ЛОА-К в отношении социально-демографических факторов. 4). Изучить прогностическую дискриминантную валидность ЛОА-К в отношении приспособленности и употребления психоактивных веществ. МЕТОДИКА Исследование I. Выборка состояла из 979 школьников 10 - 17 лет (445 мальчиков и 534 девочек среднего возраста 13.6 ± 1.2 года), учащихся 13 школ большого города. Список школ включал четыре школы высокого уровня, четыре обычные, четыре неблагополучные (согласно оценке экспертов городского отдела образования) и одну частную школу. Респондентам предлагали заполнить сокращенную адаптированную форму ЛОА-С из 56 вопросов [26]. Исследование II. В рамках проектов, посвященных социальным и личностным факторам негативного потребления среди молодежи и поддержанных грантами РГНФ и администрации Новосибирской области, обследовано 8250 учащихся (3511 лиц мужского и 4623 - женского пола; 116 участников не указали свой пол2 ) в возрасте 2 Респонденты, не указавшие свой пол, в исследовании II составили 1.4% общей выборки и 2.2% выборки учащихся в системе среднего образования. При дальнейшем анализе испытуемые, не указавшие пол, входили в общую выборку и в подгруппы, выделенные в соответствии с типом учебного заведения и местом нахождения школы (город-сельская местность). стр. 95 от 13 до 45 лет (средний возраст 17.8 ± 3.3 года). Исследование охватило учащихся 115 учебных заведений, в том числе 2818 старшеклассников городских и сельских школ, 297 учащихся вечерних школ, 889 учащихся профессиональных училищ (ПУ), 490 студентов средних специальных учебных заведений (ССУЗ) и 3650 студентов государственных и негосударственных вузов. В Новосибирске обучались 3872 (47%) обследованных молодых людей, в области - 4375 (53%). В ходе группового анонимного анкетирования все респонденты заполняли краткую форму личностного опросника Айзенка (ЛОА-К) и отвечали на ряд вопросов об употреблении психоактивных веществ. Помимо этого, учащиеся в системе среднего образования (школы, ПУ и ССУЗы) заполняли опросник ССТ "Сильные стороны и трудности" [18]. Эта часть выборки составила 4601 человек (2075 лиц мужского и 2426 - женского пола; 100 участников не указали свой пол) в возрасте от 13 до 30 лет (средний возраст 16.1 ± 1.3 года). Личностный опросник Айзенка - сокращенная русская форма ЛОА-С [26] - состоит из 56 вопросов, с помощью которых оценивают выраженность экстраверсии/интроверсии, нейротизма/эмоциональной нестабильности, психотизма/мягкосердечия и лжи/откровенности. При сравнении факторной структуры ЛОА-С в выборке подростков с факторной структурой русской версии ЛОА [21] во взрослой нормативной выборке показана эквивалентность этих форм. Кроме того, была продемонстрирована удовлетворительная надежность и прогностическая обоснованность ЛОА-С по отношению к показателям приспособленности [26]. Приспособленность оценивали с помощью стандартизованного количественного метода - опросника "Сильные стороны и трудности" (ССТ) для молодых людей 11 - 18 лет, хорошо зарекомендовавшего себя в мировой практике [18]. Он содержит 25 утверждений о психологических проблемах и положительных качествах личности за последние шесть месяцев. Респондент отмечает каждое утверждение как неверное, отчасти верное или верное, ответы в баллах распределяются по пяти шкалам: эмоциональные проблемы, проблемы с поведением, гиперактивность/невнимательность, проблемы со сверстниками и просоциальное поведение. Сумма первых четырех шкал составляет общую оценку проблем. Кроме того, оценивают длительность проблем и их влияние на повседневную жизнь. Русский вариант опросника был адаптирован и валидизирован нами ранее [19]; в настоящем исследовании не использовали шкалу гиперактивности, которую желательно определять по данным родителей и учителей [18]. Употребление психоактивных веществ оценивали с помощью социологического блока анкеты [2,24]. На основании предварительного анализа распределения ответов и их согласованности было выбрано 15 вопросов, образующих три шкалы: курение (4 вопроса); употребление алкоголя (7 вопросов) и наркотических веществ (4 вопроса). Коэффициенты внутренней согласованности шкал (альфа Кронбаха) составили 0.76; 0.74 и 0.90 соответственно. Вводные вопросы касались отношения респондентов к негативному потреблению: Вы курите?; Употребляете ли Вы спиртное?; Пробовали ли Вы наркотики? Ответы оценивали в баллах: нет и не хочу - 0; нет, но хочу попробовать - 1; пробовал и уже бросил - 2; да, но хочу бросить - 3; да, и хочу продолжать - 4. Далее спрашивали, в каком возрасте респондент впервые попробовал табак/алкоголь/наркотики и выясняли, как часто он употребляет никотин, различные спиртные напитки (пиво, вино, водку и др.) и наркотические вещества. Кроме того, шкала "курение" включала вопрос об отношении респондентов к тому, что молодые люди курят, а шкала "наркотики" - о количестве различных наркотических веществ, которые пробовал респондент. Поскольку оценки по шкалам коррелировали между собой (коэффициенты корреляции составляли от 0.30 до 0.45; p < 0.01), подсчитывали также суммарную оценку негативного потребления. Ее согласованность (альфа Кронбаха) составила 0.82. Статистическая обработка данных проводилась с использованием корреляционного, факторного и дисперсионного анализа, а также метода множественной регрессии. РЕЗУЛЬТАТЫ Создание краткой версии личностного опросника Айзенка. Данные ЛОА-С, полученные в исследовании I, были подвергнуты факторному анализу с выделением четырех факторов и прямоугольным вращением Варимакс. На основе результатов этого анализа по каждому фактору для краткой формы было выбрано по семь-девять вопросов; критерием их отбора была наибольшая нагрузка на искомый фактор и наименьшая - на остальные. В мировой практике допускаются нагрузки на прочие факторы в пределах 0.4 - 0.3; мы ориентировались на величину менее 0.35, что позволило достичь максимальной дискриминантной валидности. Для окончательного варианта краткой формы отбирали по 7 вопросов на каждую шкалу; в соответствии с отработанной в мировой литературе практикой [15], критерием была гомогенность, т.е. отбирались вопросы, в наибольшей степени коррелирующие со шкалой. Табл. 1 позволяет оценить картину распределения нагрузок. стр. 96 Таблица 1. Нагрузки ключевых вопросов на четыре фактора ЛОА-С (N = 979)
N ЛОА N ЛОА-К Нейротизм Ложь Экстраверсия Психотизм
0.562 -0.166 -0.041 0.265
0.560 0.109 -0.030 -0.102
0.557 -0.024 -0.041 0.232
0.530 -0.087 -0.122 -0.049
0.526 -0.075 0.031 0.277
0.517 0.125 -0.058 -0.111
0.480 -0.011 -0.245 0.205
0.077 0.608 0.123 -0.132
0.047 -0.577 0.111 0.039
0.173 -0.526 0.025 0.036
0.025 0.512 0.055 -0.081
0.129 0.470 0.065 -0.040
-0.089 0.466 0.112 -0.067
0.074 0.450 -0.007 -0.166
0.025 0.032 0.579 0.025
0.171 -0.004 -0.571 -0.123
0.025 0.117 0.559 0.172
0.187 0.105 -0.521 0.092
0.008 -0.038 0.520 -0.013
-0.189 0.056 0.480 -0.075
-0.048 0.096 0.477 -0.169
0.105 -0.080 -0.038 0.489
0.075 0.227 -0.046 -0.469
0.061 0.020 -0.093 0.428
0.175 0.171 -0.028 -0.408
0.193 -0.048 0.120 -0.375
0.254 0.042 0.139 -0.325
0.111 0.167 0.014 -0.323

Выделенные по этим критериям 28 вопросов образовали краткую версию личностного опросника Айзенка (ЛОА-К), представленную в Приложении. При одновременном предъявлении полной и краткой версии выборке взрослых (N = 297) коэффициенты корреляции между одноименными шкалами составили 0.82 по экстраверсии, 0.83 по нейротизму, 0.59 по психотизму и 0.76 по шкале лжи.

Далее краткая версия ЛОА-К была предъявлена в исследовании II большой репрезентативной выборке молодых людей. Результаты факторного анализа методом главных компонент свидетельствовали в пользу четырехфакторного решения: отчетливый перегиб кривой скри-теста показывает, что собственные значения пятого и последующих факторов существенно ниже, чем у первых четырех и близки к единице (Рисунок).

При рассмотрении четырехфакторной структуры опросника после косоугольного вращения Облимин установлено, что 27 из 28 вопросов дали наибольшие вклады в соответствующие факторы и значительно меньшие (менее 0.32) - в другие факторы. Исключение составил вопрос 5 "Для Вас много значат хорошие манеры и чистоплотность?", давший наибольший вклад не в психотизм (-0.174), а в ложь (0.266). Помимо этого, вклад в психотизм вопроса 27 "Вы стали бы принимать лекарства с опасными побочными явлениями?" (0.24) также можно признать неудовлетворительным, несмотря на то, что его вклады в другие факторы значительно меньше.

Стандартизация ЛОА-К. В табл. 2 приведены полученные в исследовании II средние значения, показатели разнообразия и надежность шкал

Таблица 2. Средние значения (M ± σ) и надежность (коэффициент α Кронбаха) шкал ЛОА-К

  Учебное заведение, количество человек Показатель Экстраверсия Нейротизм Психотизм Ложь
Вся выборка N = 8250 M ± σ 5.15 ±1.82 2.92 ± 2.06 0.74 ±1.04 3.21 ± 1.80
  σ 0.71 0.71 0.44 0.59
Юноши СУЗ* N = 938 M ± σ 5.08 + 1.73 2.14 ±1.87 1.28 ±1.34 3.17 ±1.82
  σ 0.66 0.68 0.49 0.60
школа N = 1137 M ± σ 5.20 ±1.77 2.02 ±1.87 1.01 ±1.21 3.32 ±1.88
  σ 0.70 0.69 0.48 0.62
вуз N = 1436 M ± σ 5.08 ±1.89 2.15 ±1.94 0.92 ±1.10 2.92 ±1.68
  σ 0.73 0.71 0.38 0.55
Девушки СУЗ* N = 757 M ± σ 5.15 ±1.82 2.92 ± 2.06 0.74 ±1.04 3.21 ± 1.80
  σ 0.71 0.64 0.34 0.64
школа N = 1669 M ± σ 5.21 ±1.81 3.53 ±1.95 0.51 ±0.82 3.40 ±1.82
  σ 0.72 0.64 0.34 0.60
вуз N = 2191 M ± σ 5.14+ 1.86 3.49 ± 2.00 0.48 ± 0.78 3.14 ±1.73
  σ 0.73 0.68 0.31 0.57

Примечание: * СУЗ - вечерние школы, профессиональные училища и средние специальные учебные заведения.

стр. 97

Quot;LABOR MOTIVATION STRUCTURE" TECHNIQUE AND PROSPECT OF ITS APPLICATION - student2.ru

Рисунок. Скри-тест факторного решения данных ЛОА-К (N = 8250). По оси абсцисс - номера факторов; по оси ординат - собственные значения векторов.

(коэффициент внутренней согласованности - альфа Кронбаха) у лиц разного пола, обучающихся в дневных школах, учреждениях среднего специального и вечернего образования и вузах, а также во всей выборке. Распределение переменных в целом соответствовало нормальному, за исключением оценок по шкале психотизма и употребления наркотиков, имевших положительную ассиметрию. Для нормализации этих оценок использовали логарифмирование, однако поскольку анализ исходных и преобразованных данных дал похожие результаты, приводятся результаты анализа исходных данных.

Различия, связанные с полом участников исследования, типом и местонахождением учебного заведения (УЗ), определяли с помощью трехфакторного многомерного дисперсионного анализа MANCOVA 2 (юноши - девушки) x 3 (средние школы - вечерние школы, ПУ, ССУЗы - вузы) x 2 (город - сельская местность); возраст вводили в качестве ковариата. Учитывая количество сравнений, уровень значимости корректировали с помощью поправки Бонферрони (p = 0.05/число показателей = 0.01).

При сравнении больших выборок небольшие по величине различия оказываются достоверными с высоким уровнем значимости. В таких случаях ценную информацию дает дополнительный статистический показатель, оценивающий величину влияния или вклад каждого исследованного фактора. Так можно определить, какая доля разнообразия зависимой переменной объясняется влиянием данного фактора, и выделить наиболее существенные факторы. Мы оценивали величину влияния с помощью показателя E 2 (%). Согласно критериям Когена, влияние, объяснявшее менее 5.9% разнообразия, считали небольшим; от 5.9 до 13.8% - умеренным, а более 13.8% - существенным [7].

Результаты многомерного анализа личностных черт в целом показали достоверный вклад факторов возраста (F (4, 7731) = 31.25; p < 0.001; E2 = 1.6%); пола (F (4, 7731) = 330.33; p < 0.001; E2 = 14.6%); типа УЗ (F (8, 15464) = 23.61; p < 0.001; E2 = 1.2%) и местонахождения школы (F (4, 7731) = 14.64; p < 0.001; E2 = 0.8%). Были значимы и попарные взаимодействия факторов: пола и типа УЗ (F (8, 15848) = 2.69; p = 0.006; E2 = 0.1%); пола и места нахождения школы (F (4, 7923) = 8.77; p < 0.001; E2 = 0.4%); типа УЗ и места нахождения школы (F (8, 15848) = 5.34; p < 0.001; E2 = 0.1%). Взаимодействие трех факторов было недостоверным.

Далее проводили анализ ANCOVA по той же схеме с отдельными чертами личности. Поскольку из-за большого размера выборки весьма малые влияния оказались значимыми, далее будут представлены, в основном, факторы, определявшие более 1% разнообразия зависимых переменных. При анализе экстраверсии существенных различий между группами не выявлено. Наиболее значительным фактором был возраст, определявший 0.3% разнообразия этой личностной черты у респондентов (экстраверсия с возрастом незначительно снижалась, коэффициент корреляции r = -0.06); межполовые различия были незначимы.

При анализе нейротизма самые существенные различия были связаны с полом: у девушек средние оценки по этой черте были значительно выше, чем у юношей: 3.52 ± 1.98 и 2.11 ± 1.90 соответственно (F (1, 7736) = 829.73; p < 0.001; E2 = = 9.7%). Следующим по значимости фактором был возраст, определявший 0.4% разнообразия (нейротизм с возрастом несколько увеличивался, r = 0.07). Кроме того, можно отметить взаимодействие факторов пола и места окончания школы (F (1, 7736) = 61.35; p < 0.001; E2 = 0.2%): межполовые различия в уровне нейротизма у горожан были значительно менее выражены (средние значения у девушек 3.45 ± 2.02, у юношей - 2.19 ± 1.96), чем у тех, кто проживал в сельской местности (средние значения у девушек 3.63 ± 1.91, у юношей - 1.98 ± 1.80).

При анализе психотизма наиболее существенный вклад также вносил фактор пола: у девушек оценки были значительно ниже, чем у юношей (0.51 ± 0.81 и 1.05 ± 1.21 соответственно; F (1,7737) = 440.00; p < 0.001; E2 = 5.4%). Следующим по значимости фактором был тип УЗ (F (2, 7737) = 25.31; p < 0.001; E2 = 0.7%): уровень психотизма у студентов вузов (0.65 ± 0.94) и учеников средних школ (0.70 ± 1.02) был значительно ниже, чем у учащихся вечерних школ, ПУ и ССУЗов (0.98 ± 1.20). Определенный интерес представляет взаимодействие факторов пола и типа УЗ (F (2, 7737) = 7.94; p < 0.001; E2 = 0.2%): отличие учащихся ве-

стр. 98

Таблица 3. Достоверные корреляции шкал ЛОА-К, ССТ и негативного потребления (p < 0.01)

  Экстраверсия Нейротизм Психотизм Ложь
ССТ (N = 4601)
Просоциальное поведение 0.158* 0.078* -0.354* 0.346*
Эмоциональные проблемы -0.289* 0.609* -0.114*  
Проблемы с поведением 0.064* 0.228* 0.226* -0.284*
Проблемы со сверстниками -0.422* 0.223* 0.083*  
Общее число проблем -0.252* 0.555* 0.101* -0.250*
Влияние проблем на жизнь -0.195* 0.384* -0.068* -0.144*
Употребление психоактивных веществ (N= 8250)
Курение 0.189* -0.056* 0.209* -0.214*
Алкоголь 0.177*   0.180* -0.242*
Наркотики 0.069* -0.040* 0.184* -0.170*
Негативное потребление 0.196*   0.243* -0.279*

Примечание: ЛОА-К - краткая форма личностного опросника Айзенка; ССТ - опросник "Сильные стороны и трудности".

* p < 0.001.

черних школ, ПУ и ССУЗов от учеников средних школ и студентов вузов по уровню психотизма было больше у юношей (1.28 ± 1.34; 1.00 ± 1.20 и 0.92 ± 1.09 соответственно), чем у девушек (0.62 ± 0.89; 0.50 ± 0.82 и 0.49 ± 0.78 соответственно).

При анализе шкалы лжи выявлено, что наиболее существенный вклад вносил тип УЗ (F (2, 7735) = 49.64; p < 0.001; E2 = 1.3%): студенты вузов были значительно более откровенны (3.06 ± 1.72), чем ученики средних школ (3.37 ± 1.72) и учащиеся вечерних школ, ПУ и ССУЗов (3.28 ± 1.80). Следующим по значимости фактором был возраст, определявший 0.9% разнообразия (социальная желательность с возрастом увеличивалась, r = 0.04). Дополнительный вклад вносило место окончания школы (F (1, 7735) = 50.06; p < 0.001; E2 = 0.6%): социальная конформность у горожан была меньше, чем у тех, кто проживал в сельской местности (3.07 ± 1.77 и 3.46 ± 1.83 соответственно). Можно отметить взаимодействие места окончания школы и типа УЗ (F (2, 7735) = 17.08; p < 0.001; E2 = 0.4%): различия в социальной конформности между горожанами и теми, кто проживал в сельской местности, были наиболее велики у школьников (3.03 ± 1.79 и 3.67 ± 1.84 соответственно) и значительно меньше у учащихся вечерних школ, ПУ и ССУЗов (3.21 ± 1.86 и 3.48 ± 1.88 соответственно) и у студентов вузов (3.01 ± 1.71 и 3.17 ± 1.75 соответственно).

Прогностическая значимость шкал личностного опросника Айзенка. В табл. 3 представлены коэффициенты корреляции Пирсона между шкалами ЛОА-К, с одной стороны, и показателями приспособленности и риска употребления психоактивных веществ - с другой.

В соответствии с теоретическими предположениями, экстраверсия отрицательно коррелировала со всеми проблемными шкалами ССТ (за исключением проблем с поведением) и положительно - с показателями употребления психоактивных веществ. Нейротизм, напротив, положительно коррелировал со шкалами ССТ (в том числе и с просоциальным поведением) и отрицательно - с курением и риском употребления наркотиков. Психотизм, в свою очередь, положительно коррелировал со всеми проблемными шкалами ССТ (за исключением эмоциональных проблем) и показателями употребления психоактивных веществ. Социальная конформность отрицательно коррелировала со всеми проблемными шкалами ССТ и показателями употребления психоактивных веществ и положительно - с просоциальным поведением.

Учитывая большое число значимых попарных корреляций, для оценки прогностической значимости шкал ЛОА-К применили многомерный анализ методом множественной пошаговой регрессии. Показатели приспособления и негативного потребления рассматривали в качестве результирующих переменных. Независимые переменные включали социально-демографические показатели (пол, возраст, тип учебного заведения, место окончания школы) и черты личности (экстраверсия, нейротизм, психотизм, ложь). Тип УЗ вводили в виде трех дихотомических макетных (dummy) переменных, соответствующих: 1) средним школам; 2) вечерним школам, ПУ и ССУЗам и 3) вузам. Учитывая большой размер выборки, уровень значимости для включения переменной был принят равным 0.01; для исключения - 0.05; рассматривали переменные, вклад которых превышал 0.1%. Результаты анализа представлены в табл. 4 и 5.

Просоциальное поведение на 26% объяснялось личностными и социальными факторами: психотизм объяснял 12.7% разнообразия, препят-

стр. 99

Таблица 4. Влияние показателей приспособленности на социально-демографические характеристики и шкалы ЛОА-К, выявленные методом множественной регрессии

Зависимая переменная Прогностическая переменная R2 , % β F P<
ССТ          
Просоциальное поведение Психотизм 12.7 -0.245 646.31 0.001
Ложь 20.0 +0.271 552.76 0.001
Пол 22.8 +0.153 436.44 0.001
Экстраверсия 25.0 +0.161 368.71 0.001
Город/село 25.7 -0.091 307.70 0.001
Нейротизм 26.0 +0.058 260.05 0.001
Эмоциональные проблемы Нейротизм 36.8 +0.505 2573.70 0.001
Экстраверсия 39.2 -0.175 1424.26 0.001
Пол 41.5 +0.166 1046.97 0.001
Проблемы с поведением Ложь 8.3 -0.206 400.24 0.001
Нейротизм 12.6 +0.269 319.37 0.001
Психотизм 16.5 +0.205 291.07 0.001
Экстраверсия 18.2 +0.138 246.27 0.001
Город/село 19.4 +0.102 214.36 0.001
Школа/СУЗ 19.7 -0.049 181.13 0.001
Проблемы со сверстниками Экстраверсия 17.9 -0.378 961.24 0.001
Нейротизм 19.3 +0.178 529.76 0.001
Пол 20.9 -0.115 389.18 0.001
Психотизм 21.4 +0.074 300.92 0.001
Общее число проблем Нейротизм 30.6 +0.506 1953.76 0.001
Ложь 35.0 -0.172 1193.03 0.001
Экстраверсия 36.7 -0.132 853.81 0.001
Психотизм 38.0 +0.132 678.70 0.001
Город/село 38.4 +0.063 551.88 0.001

Примечание: ЛОА-К - краткая форма личностного опросника Айзенка; ССТ - опросник "Сильные стороны и трудности". R2 - кумулятивный процент объясненного разнообразия.

ствуя проявлению положительного поведения, и социальная желательность способствовала ему, определяя 7.3%. Дополнительный вклад вносили женский пол (2.8%), экстраверсия (2.2%), проживание в сельской местности (0.8%) и нейротизм (0.3%). Эмоциональные проблемы можно было предсказать на 41.5%; их появлению способствовал нейротизм (36.8%), интроверсия (2.4%) и женский пол (2.4%).

Проблемы с поведением объяснялись на 19.7%; социальная желательность препятствовала их проявлению, объясняя 8.3% всего разнообразия, а нейротизм, психотизм и экстраверсия - способствовали, объясняя соответственно 4.3, 3.9 и 1.7%. Проживание в сельской местности было фактором защиты, хотя и незначительным (1.3%), а обучение в вечерней школе, ПУ или ССУЗе вносило дополнительный риск (0.2%). Проблемы со сверстниками можно было предсказать на 21.4%; их появлению способствовала интроверсия (17.9%), нейротизм (1.5%), мужской пол (1.6%) и психотизм (0.5%).

Общее число проблем объяснялось на 38.6%; и здесь черты личности имели решающее значение: нейротизм и психотизм предрасполагали к возникновению отклонений, внося 30.7 и 1.7% соответственно; а социальная желательность и экстраверсия были факторами защиты, объясняя соответственно 4.4 и 1.6% разнообразия. Проживание в сельской местности также было фактором защиты (0.4%).

Анализ влияния проблем на жизнь дал сходную картину: в уравнение регрессии вошли только черты личности, объяснявшие 17.5% разнообразия этого показателя. Порядок их следования был таким же, как при анализе общего числа проблем.

Анализ негативного потребления (табл. 5) показал, что курение можно было предсказать на 22.2%. Наибольший вклад вносил тип УЗ: обучение в вечерней школе, ПУ или ССУЗе объясняло

стр. 100

Таблица 5. Влияние показателей потребления психоактивных веществ на социально-демографические характеристики и шкалы ЛОА-К, выявленные методом множественной регрессии

Зависимая переменная Прогностическая переменная R2 , % β F P<
Употребление психоактивных веществ. Курение СУЗ 7.4 +0.280 617.74 0.001
Пол 12.7 +0.246 564.14 0.001
Ложь 17.1 -0.228 532.76 0.001
Экстраверсия 21.1 +0.187 515.85 0.001
Психотизм 21.8 +0.215 431.22 0.001
Нейротизм 22.2 +0.095 367.45 0.001
Алкоголь Школа 6.0 -0.143 490.04 0.001
Ложь 11.2 -0.193 484.86 0.001
Экстраверсия 14.7 +0.211 442.16 0.001
Психотизм 16.3 +0.122 375.84 0.001
Возраст 17.1 +0.076 317.84 0.001
Пол 18.0 -0.132 282.03 0.001
Нейротизм 18.5 +0.086 251.13 0.001
Вуз 18.8 +0.080 223.90 0.001
Наркотики Пол 4.2 -0.179 334.35 0.001
Ложь 6.7 -0.125 278.32 0.001
Психотизм 7.8 +0.113 218.96 0.001
Школа 8.9 -0.101 189.22 0.001
Экстраверсия 9.4 +0.081 161.53 0.001
Негативное потребление Ложь 7.8 -0.223 654.28 0.001
Пол 12.9 -0.217 573.55 0.001
Школа 17.6 -0.168 548.86 0.001
Экстраверсия 21.9 +0.230 542.75 0.001
Психотизм 23.7 +0.144 481.41 0.001
Нейротизм 24.4 +0.087 416.00 0.001

Примечание: R 2 - кумулятивный процент объясненного разнообразия.

7.4% разнообразия; мужской пол вносил дополнительный риск (5.3%). Далее следовали черты личности: социальная желательность была фактором защиты (4.4%), экстраверсия, психотизм и нейротизм, объясняли соответственно 3.9, 0.7 и 0.4% разнообразия. Употребление алкоголя объяснялось на 18.8%. Обучение в средней школе было фактором защиты; вклады социальной желательности, экстраверсии и психотизма (5.2, 3.5 и 1.6% соответственно) были сходны с их влиянием на курение. Следующими по значимости факторами риска были возраст (0.8%), мужской пол (0.9%), нейротизм (0.6%) и обучение в вузе (0.3%).

Употребление наркотиков объяснялось на 9.4%; здесь решающее значение имел мужской пол, социальная желательность и обучение в средней школе были факторами защиты, объяснявшими соответственно 2.6 и 1.1% разнообразия, а психотизм и экстраверсия - факторами риска (1.1 и 0.5% соответственно). Негативное потребление в целом можно было предсказать на 24.4%. Наибольший вклад вносила социальная желательность. Следующими по значимости факторами риска были мужской пол (5.1%), экстраверсия (4.4%), психотизм (1.8%) и нейротизм (0.7%). Обучение в средней школе было фактором защиты (4.6%).

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

Целью нашей работы была разработка, валидизация и стандартизация краткой версии личностного опросника Айзенка (ЛОА-К), а также ее использование для предсказания приспособленности молодых людей и их отношения к употреблению психоактивных веществ. Таблица 1 демонстрирует, что отобранные вопросы могут отчетливо представлять четыре фактора в модели Айзенка. Анализ корреляций между одноименными шкалами краткой и полной версии подтвердил конструктную валидность ЛОА-К. В процессе дальнейшего исследования скри-тест факторной структуры опросника установил наличие четырех факторов, а факторные нагрузки вопро-

стр. 101

сов хорошо соответствовали ожидаемым. При оценке показателей надежности ЛОА-К необходимо учитывать, что у коротких шкал коэффициенты внутренней согласованности значительно ниже [15], поэтому надежность экстраверсии и нейротизма ЛОА-К можно считать достаточно высокой.

Надежность шкалы лжи в нашем исследовании превышает таковую в краткой форме модифицированного юношеского опросника Айзенка JEPQR-A [15] и соответствует надежности этой шкалы (0.57 - 0.64) в англоязычной краткой версии модифицированного ЛОА (EPQR-S), признанной удовлетворительной [17]. Что касается психотизма, то недостаточная внутренняя согласованность этой шкалы выявляется в большинстве исследований [1, 15, 17, 20]. При адаптации ЛОА-М (EPQ-R) в Канаде надежность шкалы психотизма из 24 вопросов также оказалась невысокой: 0.66 у мужчин и 0.62 у женщин [12].

Надежность шкалы психотизма в разработанной нами русской версии ЛОА-К (0.44) соответствует надежности этой шкалы в англоязычной краткой версии ЛОА-М (EPQR-S) [17, 25], составившей 0.33 - 0.52 в выборках студентов Англии, Канады, США и Австралии. При удалении двух вопросов (5 и 27), в наименьшей степени коррелирующих со шкалой, прирост коэффициента альфа составляет всего 0.01 и не дает оснований для изменения ключа. Дальнейшая работа над шкалой может быть направлена на создание русских версий модифицированного ЛОА. В то же время есть основания полагать, что невысокая согласованность шкалы психотизма отражает неоднородность самого конструкта, природа которого нуждается в дальнейшем изучении.

Результаты проведенной нами стандартизации ЛОА-К в различных группах учащейся молодежи в основном подтвердили тенденции, установленные в отношении факторов ПЭН в предшествующих исследованиях [14, 20, 25]. Более высокий уровень нейротизма у лиц женского пола и более выраженный психотизм у лиц мужского пола в нашем исследовании соответствует данным литературы. Определенной новизной обладает выявленное нами взаимодействие факторов пола и места окончания школы в их влиянии на нейротизм. Оно может объясняться "двойственной природой" нейротизма в модели Айзенка [16], включающего две составляющие - биологическую и социальную. Можно полагать, что более выраженные межполовые различия у жителей сельской местности отражают более традиционные гендерные роли.

Интересными представляются различия в уровне психотизма, связанные с типом учебного заведения и выявленное нами взаимодействие факторов пола и типа УЗ. Известно, что вечерние школы, ПУ и ССУЗы в существенной степени пополняются подростками, отчисленными из общеобразовательных средних школ из-за проблем с поведением. Наши данные указывают на то, что в основе этого феномена могут лежать личностные особенности и что это особенно характерно для юношей. Эти результаты подтверждаются данными литературы [4] и свидетельствуют о том, что молодые люди мужского пола с выраженным психотизмом подвержены высокому риску не получить образование, соответствующее их способностям.

Выявленные нами различия по шкале лжи (наименьшие оценки у студентов вузов и наибольшие - у учащихся вечерних школ, ПУ и ССУЗов; более низкие оценки у жителей города по сравнению с оценками у жителей сельской местности) могут быть обусловлены особенностями культуры различных слоев населения. В межкультурном исследовании, охватившем 38 стран, Ван Хемерт с коллегами сопоставляли оценки по шкалам ЛОА с показателями социально-экономического и политического развития стран. Наибольшее число взаимосвязей выявлено по шкале лжи: высокий уровень социальной конформности сопровождался низкими показателями благосостояния, образования и развития [30].

И, наконец, наше исследование продемонстрировало прогностическую обоснованность ЛОА-К. Шкалы опросника вносили существенный вклад в показатели приспособленности, объясняя 22.5% разнообразия просоциального поведения, 39.2% эмоциональных проблем, 18.2% проблем с поведением, 19.8% проблем со сверстниками и 38% общего числа проблем. По отдельным показателям приспособленности вклад личностных особенностей превышал вклад социально-демографических факторов примерно в десять раз, а по итоговому показателю общего числа проблем - в двадцать. Влияние проблем на повседневную жизнь молодых людей объяснялось исключительно особенностями личности.

Эти результаты, впервые полученные в нашей стране, соответствуют данным аналогичных исследований в других странах. В одной из последних публикаций по этой проблеме Хевен с коллегами в Австралии изучили вклад личностных особенностей подростков и их родителей, а также характеристик семейного воспитания в такие результирующие показатели развития молодых людей, как уровень депрессии и делинквентности [21]. Решающими для прогноза оказались личностные особенности молодых людей: психотизм был наиболее информативным показателем по отношению к делинквентности (24.4%), а нейротизм - по отношению к депрессии (9.8%).

Употребление психоактивных веществ также в немалой степени определялось личностными

стр. 102

факторами: курение - на 9.5%, употребление алкоголя - на 11.4%; отношение к наркотикам - на 4.1% и негативное потребление в целом - на 14.6%. В этой сфере сравнимую по величине роль играли социальные факторы, определяя соответственно 12.7%; 10.8; 5.3 и 9.8% разнообразия. Тем не менее, по итоговому показателю негативного потребления вклад личностных факторов был выше, чем социально-демографических. В России, находящейся в переходном периоде развития, подобные количественные данные с помощью стандартизованных методик получены впервые. Тем более интересно отметить, что они соответствуют результатам исследований в развитых странах.

В исследовании британских подростков отношение к употреблению психоактивных веществ на 16.7% определялось полом и четырьмя шкалами Айзенка, при этом мужской пол, психотизм, откровенность, экстраверсия и нейротизм предрасполагали к терпимому отношению к психоактивным веществам, а женский пол, мягкосердечие, социальная конформность, интроверсия и эмоциональная стабильность способствовали их отверганию [16]. В недавнем исследовании Киркалди с коллегами изучили большое число социальных, демографических, медицинских, семейных и индивидуальных факторов негативного потребления [23]. В результате курение, употребление спиртных напитков и наркотических веществ можно было объяснить на 6 - 21%. Личностные факторы (психотизм, нейротизм и откровенность) оказались наиболее информативными, мужской пол и неудачи в школе также имели определенное значение.

Следует отметить, что проведенное нами исследование не охватило всех групп населения: людей старшего возраста, занятых в различных сферах деятельности, а также неблагополучные группы, представляющие особый интерес. Поэтому полученные данные можно рассматривать как предпосылку для дальнейшей работы. Желательно усовершенствовать шкалу негативного потребления, несмотря на ее высокую внутреннюю согласованность. Кроме того, необходимы дальнейшие исследования фактора психотизма: изучение его психофизиологической основы и психометрической структуры может привести к созданию более совершенных диагностических инструментов для оценки этой информативной черты. С учетом этого можно заключить, что разработанная нами сокращенная версия личностного опросника Айзенка (ЛОА-К) полезна в широкомасштабных исследованиях приспособленности, психического здоровья и потребления психоактивных веществ.

ВЫВОДЫ

1. Разработана краткая русская версия личностного опросника Айзенка (ЛОА-К); с помощью факторного анализа подтверждена его четырехфакторная структура; показано соответствие шкал ЛОА-К факторам экстраверсии, нейротизма и психотизма и шкале лжи полной версии ЛОА; установлена удовлетворительная надежность шкал ЛОА-К.

2. Проведена стандартизация ЛОА-К на большой репрезентативной выборке молодых людей; установлены средние значения, показатели разнообразия и согласованность шкал у лиц разного пола, обучающихся в дневных школах, учреждениях среднего специального, профессионального и вечернего образования и вузах.

3. Установлена дискриминантная валидность ЛОА-К в отношении факторов пола, возраста, типа учебного заведения и места нахождения школы. Показано, что для лиц женского пола более характерен высокий уровень нейротизма, а мужского пола - большая выраженность психотизма. С возрастом экстраверсия уменьшается, а нейротизм и социальная желательность увеличиваются. У студентов вузов наименьший уровень психотизма и социальной конформности, а у учащихся вечерних школ, профессиональных училищ и средних специальных учебных заведений - наибольший. У горожан социальная конформность меньше, чем у тех, кто проживал в сельской местности.

4. Установлена прогностическая валидность ЛОА-К по отношению к приспособленности. По отдельным показателям вклад личностных особенностей превышал вклад социально-демографических факторов в десять раз, а по итоговому показателю общего числа проблем - в двадцать. Влияние проблем на повседневную жизнь молодых людей объяснялось исключительно особенностями личности. Употребление психоактивных веществ (курение и употребление алкоголя, отношение к наркотикам и негативное потребление в целом) также в немалой степени определялось личностными факторами, которые вносили больший вклад, чем социально-демографические.

ПРИЛОЖЕНИЕ:

КРАТКАЯ ФОРМА ЛИЧНОСТНОГО ОПРОСНИКА АЙЗЕНКА

1. Вы разговорчивый человек?

2. Если Вы обещаете что-то сделать, всегда ли Вы сдерживаете свои обещания (независимо от того, удобно Вам это или нет)?

3. Верно ли, что Вас легко обидеть?

4. Держитесь ли Вы обычно незамеченным на вечеринке или в компании?

стр. 103

5. Для Вас много значат хорошие манеры и чистоплотность?

6. Часто ли Вас беспокоит чувство вины?

7. У Вас много друзей?

8. Можете ли Вы назвать себя нервным человеком?

9. Вы всегда извиняетесь, нагрубив другому?

10. Вас волнуют ошибки, допущенные в вашей работе?

11. Вы когда-нибудь говорили что-то плохое или гадкое о другом?

12. Считаете ли Вы, что брак старомоден и его следует отменить?

13. Можно ли сказать, что у Вас нервы часто бывают натянуты до предела?

14. Всегда ли Вы вежливы пусть даже по отношению к неприятному для Вас человеку?

15. Вы больше молчите, когда находитесь в обществе других людей?

16. Стараетесь ли Вы воздерживаться от грубостей?

17. Вы смогли бы устроить (организовать) вечеринку?

18. Долго ли Вы переживаете после случившегося конфуза?

19. Всегда ли Вы платили за проезд в транспорте, если бы не опасались проверки?

20. Легко ли Вам внести оживление в довольно скучную компанию?

21. Вас расстроит вид страдающего ребенка или животного?

22. Беспокоят ли Вас Ваши нервы?

23. Часто ли Вы испытываете чувство одиночества?

24. Вы будете огорчены, увидев животное в капкане?

25. Откладываете ли Вы на завтра то, что должны сделать сегодня?

26. Нравится ли Вам находиться среди людей?

27. Вы стали бы принимать лекарства с опасными побочными явлениями?

28. Всегда ли Вы готовы признать свои ошибки?

Формат и кодировка ответов: "Да" = 1, "Нет" = 0.

Экстраверсия: 1, 4-, 7, 15-, 17, 20, 26.

Нейротизм: 3, 6, 8, 13, 18, 22, 23.

Психотизм: 5-, 10-, 12, 16-, 21-, 24-, 27.

Ложь: 2, 9, 11-, 14, 19, 25-, 28.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Айзенк С. Б. Г., Пакуля А., Гоштаутас А. Стандартизация личностного опросника Айзенка для взрослой популяции Литвы // Психол. журн. 1991. N 3. С. 83 - 89.

2. Борисова Л. Г., Князев Г. Г., Слободская Е. Р. и др. Негативное потребление среди подростков: социальные и личностные факторы риска и защиты. Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2005.

3. Голдберг Л. Р., Шмелев А. Г. Межкультурное исследование лексики личностных черт: "Большая пятерка" факторов в английском и русском языках // Психол. журн. 1993. N 4. С. 32 - 39.

4. Сафронова М. В., Слободская Е. Р., Гудман Р., Савина Н. Н. Социально-экономическое положение семьи и психическое здоровье школьников // Сибирский психол. журн. 2003. N 18. С. 78 - 85.

5. Слободская Е. Р. Развитие ребенка: индивидуальность и приспособление. Новосибирск: СО РАМН, 2004.

6. Aluja A., Garcia O., Garcia L.F. A psychometric analysis of the revised Eysenck Personality Questionnaire short scale // Personality and Individual Differences. 2003. V. 35 (2). P. 449 - 460.

7. Cohen J. Statistical power analysis for the behavioral sciences. Second edition. N.Y.: Academic Press, 1988.

8. Eysenck H.J. Personality, genetics, and behaviour. - N.Y.: Praeger, 1982.

9. Eysenck H.J., Eysenck M.W. Personality and Individual Differences. A natural science approach. N.Y. - London: Plenum Press, 1985. 424 p.

10. Eysenck H.J., Eysenck S.B.G. Manual of the Eysenck Personality Questionnaire (Junior and Adult). London: Hodder & Stoughton Educational, 1975.

11. Eysenck H.J., Wilson G.D. Manual of the Eysenck Personality Profiler (EPP V6). Guildford, UK: Psi-Press, 2000.

12. Eysenk S.B.G., Barret P.T., Barnes G.E. A cross-cultural study of personality: Canada and England // Personality and Individual Differences. 1993. V. 14 (1). P. 1 - 9.

13. Eysenck S.B.G., EysenckH J., Barret P.T. A revised version of the Psychoticism scale // Personality and Individual Differences. 1985. V. 6. P. 21 - 29.

14. Francis L.J. The dual nature of the Eysenckian neuroti-cism scales: a question of sex differences? // Personality and Individual Differences. 1993. V. 15 (1). P. 43 - 49.

15. Francis L.J. The development of an abbreviated form of the Revised Junior Eysenck Personality Questionnaire (JEPQR-A) among 13 - 15 year olds // Personality and Individual Differences. 1996. V. 21 (6). P. 835 - 844.

16. Francis L.J. The impact of personality and religion on attitude towards substance use among 13 - 15 year olds // Drug and Alcohol Dependence. 1997. V. 44 (2 - 3). P. 95 - 103.

17. Francis L.J., Brown L.B., Philipchalk R. The development of an abbreviated form of the Revised Eysenck Personality Questionnaire (EPQR-A): its use among students in England, Canada, the US and Australia // Personality and Individual Differences. 1992. V. 13. P. 443 - 449.

18. Goodman R. Psychometric properties of the Strengths and Difficulties Questionnaire (SDQ) // J. of the Ameri-

стр. 104

can Academy of Child and Adolescent Psychiatry. 2001. V. 40. P. 1337 - 1345.

19. Goodman R., Slobodskaya H.R., Knyazev G.G. Russian child mental health: a cross-sectional study of prevalence and risk factors // European Child and Adolescent Psychiatry. 2005. V. 14. P. 28 - 33

20. Hanin Y., Eysenck S.B.G., Eysenck H.J., Barrett P.T. A cross-cultural study of personality: Russia and England// Personality and Individual Differences. 1991. V. 12(3). P. 265 - 271.

21. Heaven P.C.L., Newbury K., Mak A. The impact of adolescent and parental characteristics on adolescent levels of delinquency and depression // Personality and Individual Differences. 2004. V. 36 (1). P. 173 - 185.

22. Jackson C.J., Furnham A., Forde L.D., Cotter T. The dimensional structure of the Eysenck Personality Profiler // British J. of Psychology. 2000. V. 91. P. 223 - 239.

23. Kirkcaldy B.D., Siefen G., Surall D., Bischoff R.J. Predictors of drug and alcohol abuse among children and adolescents // Personality and Individual Differences. 2004. V. 36 (2). P. 247 - 265.

24. Knyazev G.G., Slobodskaya H.R., Kharchenko L.I., Wilson G.D. Personality and substance use in Russian youths: The predictive and moderating role of behavioural activation and gender // Personality and Individual Differences. 2004. V. 37 (4). P. 827 - 843.

25. Shevlin M., Bailey F., Adamson G. Examining the factor structure and sources of differential functioning of the Eysenck Personality Questionnaire Revised - Abbreviated // Personality and Individual Differences. 2002. V. 32 (3). P. 479 - 487.

26. Slobodskaya H.R., Safronova M.V., Knyazev G.G., Wilson G.D. Reactions of Russian adolescents to reward and punishment: a cross-cultural study of the Gray-Wilson Personality Questionnaire // Personality and Individual Differences. 2001. V. 30 (7). P. 1211 - 1224.

27. Strelau J. Temperament. Personality. Activity. London -N.Y.: Academic Press, 1983.

28. Strelau J. Temperament: A psychological perspective. N.Y.: Plenum, 1999.

29. Tranah T., Hartnett P., Yule W. Conduct disorder and personality // Personality and Individual Differences. 1998. V. 24. P. 741 - 745.

30. van Hemert D.A., van de Wiper F.J.R., Poortinga Y.H., Georgas J. Structural and functional equivalence of the Eysenck Personality Questionnaire within and between countries // Personality and Individual Differences. 2002. V. 33 (8). P. 1229 - 1249.

Наши рекомендации