Инверсия реальности

Реальность неумолимо передвигает свои кадры по лен­те времени. Праздники приходят и уходят. Как жаль, что они так быстро кончаются. Прав был Хемингуэй: праздник нужно всегда носить с собой. Но это редко удается. Он неожиданно куда-то теряется, и все кра­ски жизни меркнут. На душе пустота и гнетущая тоска, иногда объяснимая, иногда не имеющая под собой видимых причин.

Самое неприятное в том, что мир погружается во мрак стремительно и охотно, а просветление выплыва­ет очень медленно, после томительного ожидания. Склонность человека к негативизму делает свое чер­ное дело. Угнетенность — это состояние единства души и разума в том, что человеку плохо.

В таком случае внешнее намерение неуклонно сдви­гает реальность в темные области пространства вари­антов. Зеркало реагирует быстро, без промедления. А просветление потом долго не появляется, потому что человеку плохо, и он своим отношением все больше раскрашивает слой своего мира в черные краски.

Иногда бывает так скверно, что нет сил даже вспо­минать о трансерфинге или о чем-то подобном. Как вырваться из этого заколдованного круга и выправить реальность? В общем-то практически достаточно труд­но. И все же имеется один радикальный метод под названием инверсия реальности.

Было это очень давно, но совсем недавно — всего двадцать лет назад. В то время мы, студенты-физики, учились на положительно жутком факультете, где пре­подаватели зверствовали со всем неистовством пе­щерного века. На курс набирались семьдесят пять человек, а до финиша доходили не более двадцати пяти. В таких условиях работал закон: хочешь жить — умей смеяться.

Мы тогда придумали игру, о которой я впоследст­вии позабыл и лишь потом понял: велась она по всем правилам трансерфинга. Суть игры заключалась в том, чтобы перевернуть отношение к ситуации с ног на голову, то есть проделать своего рода инверсию. Если человеку плохо, правило маятника заставляет его страдать, тревожиться, гнуться под грузом про­блем, пускаться во все тяжкие. А правила нашей игры утверждали, что надо сделать совсем наоборот. Как мы это делали, судите сами.

«Я испытал очень радостное разочарование! Дело в том, что случилась необыкновенно счастливая беда!»

«Произошло нечто непоправимое, отчего мои дела сразу пошли в гору!»

«Какой-то симпатичный джентльмен на своей ма­шине очаровательно облил меня грязью!»

«Все мои попытки были напрасны, и это явилось залогом успеха!»

«Она меня не любит! Нет, это слишком хорошо, что­бы быть правдой! Зараза искусно притворяется!»

«Он меня бросил! Я ржала, как буденновская ло­шадь!»

Ну и так далее, в том же стиле, со всевозможными изощрениями. Единственное, что мешало — это исте­рический хохот, сопровождавший все эти трансформа­ции неудач. На лекциях никто тебе не позволит гого­тать, поэтому сдавленный смех превращался в какое-то урчание, хрюканье, фырканье, приступы рвоты, буль­канье и прочие звуки, которые способны издавать ко­пытные и земноводные существа. На перемене накоп­ленная таким образом энергия выливалась в совер­шенно идиотский вой, вполне в кастанедовском духе.

Что при этом происходит с точки зрения трансер­финга, вы понимаете сами. Во-первых, сразу же сбрасы­вается всякая важность и пропадают избыточные по­тенциалы. Во-вторых, параметры излучения мысленной энергии восторга, хоть и идиотского, никак не соответ­ствуют печальным линиям жизни, поэтому переход осу­ществляется незамедлительно. Зеркало реагирует быс­тро, потому что душа и разум наконец вздохнули с об­легчением. В результате реальность выправляется.

Как-то раз нам предстоял экзамен по теории веро­ятности. Преподаватель — страшный человек, мягко выражаясь. В студенческом общежитии ночь перед экзаменом. Зловещая ночь. Мы с приятелями ломаем голову, как выправить ситуацию.

- Кто знает, что такое вероятность и как ее вычис­лять?

- Это есть тайна, покрытая мраком.

- А наши-то, клячи, сидят, зубрят.

- Ну, нам это не годится. Мужчины мы или кто?

- Недоношенные ублюдки, — просунула голову в дверь подслушавшая разговор «кляча».

- Молчи, несчастная, мы Джентльмены!

- Засранцы.

- Молодые ученые!

- Дебилы.

В общем, кто-то подал идею всю ночь резаться в преферанс, и ее приняли. Я тогда сказал: нет, ребятки, для меня это уж слишком, я пошел спать. Но «джентль­мены» нарядились в костюмы с галстуками и, как положено, с сигарами во рту (дешевыми) и с бутыл­ками какой-то сомнительной жидкости на столе усе­лись за карты.

Утром я их застал за тем же столом.

- Идиоты, — говорю, — ничего у вас не выйдет!

Но они встали, встряхнулись и пошли на смерть.

В результате у них действительно ничего не вы­шло. Они получили по тройке. Зато у меня... Совсем другое дело! Я получил пару. Поистине это была уда­ча! Как они мне завидовали! Они все приставали, за­глядывали в глаза и с трепетом выспрашивали: как мне это удалось?

А я ходил с гордо поднятой головой.

- Вот видите! Я же вам говорил! Надеюсь, вы по­нимаете, джентльмены, в какое место я желаю вам засунуть эти жалкие тройки?

В тот день мы с размахом отпраздновали мою по­беду. Повеселились на славу. А на следующий день я пошел и пересдал экзамен на пять. Вот и все. Можете не сомневаться, это не вымысел. Если инверсия выпол­нена качественно, результат не заставит себя ждать.

Ну, а если настроение настолько скверное, что ин­версию делать просто невмоготу? Тогда надо сделать себе настроение еще хуже, довести его до гротеска, до абсурда. Если контрастность слайда довести до максимума, он в какой-то момент превратится в негатив. Мы это делали примерно так.

У девушки депрессия. Для усугубления ситуации она одевается во все черное и объявляет, что у нее траур. Все подходят, выражают ей свое сочувствие, интересуются, каким образом она решила покончить собой и когда это произойдет. Наконец вокруг нее со­бирается горстка негодяев, которые начинают зауныв­но тянуть скорбную песнь, с причитаниями, подвыва­нием, заламыванием рук, в общем, все по полной про­грамме, как у приличных дикарей. Постепенно дикар­ская песня переходит в протяжный вой, потом в нату­ральный собачий лай и в конечном итоге, когда уже нет сил терпеть, все, включая даму в черном, начинают гоготать как ненормальные.

Конечно, все просто, если есть такая веселая компа­ния. Но когда человек один, ему придется справляться с этим самому. Способы — это уж кому как нравится. Шутки в сторону. Надо действительно довести свое состояние до абсурда. Не стоит только делать это с помощью средств, изменяющих состояние сознания, иначе будет действительно плохо.

Но вообще мне лично метод контраста в одиночку не нравится, поэтому я вам его не рекомендую, а при­вожу только для информации. Гнетущее, тягостное со­стояние свидетельствует о крайне низком уровне энер­гии намерения. Лучше держать свою энергетику на должном уровне, тогда депрессивных состояний не будет совсем.

Как видите, инверсия реальности очень похожа на принцип координации намерения. Разница только в том, что инверсия более радикальна и наполнена юмором.

Наши рекомендации