Исследование пространств лсд и проекции.
В этой главе я обращаюсь к тем, кому еще только предстоит получить опыт во внутренних пространствах, мирах или во внешних пространствах - тот опыт, который уже был получен другими людьми. Вначале я опишу пространства, пережитые мной в личном опыте, и покажу территорию, которую исследовал сам.
Некоторые из этих пространств заканчивались тупиком, другие способствовали моему прогрессу. Прежде всего я доолжен сказать, что я сейчас в хорошем пространстве. Я рад рассказывать вам о себе, о своем личном опыте. И я чувствую, что я сейчас учитель - учитель, который отличается от тех, которых вы знали в школе, колледже, аспирантуре и т.п. - но все таки учитель. Я учитель другого рода, потому что я "был там". Я не взял это из книг, из литературы.
Это пришло прямо из глубины, и я чувствую себя вынужденным учить тому, что я знаю. От моих коллег по науке и медицине я слышал заявления о том, что все эти достижения ненаучны. Но те, кто читает это, и кто ожидает помощи, - те поймут, о чем я говорю. Прежде чем получить этот опыт, я несколько лет был психоаналитиком, потом несколько лет работал над нейрофизиологией мозга. Я получил обычное медицинское образование – хорошее научное образование, - в Калтохе. Много времени я также провел в уединении, в изоляции. Эти эксперименты проводились в полной темноте и тишине, когда я находился в невесомом состоянии в ванне с водой. В такой обстановке я был лицом к лицу с Богом. Оглядываясь назад, я вижу, что это было лучшей из всех возможных подготовкой для моего далекого путешествия.
В начале 50 годов у меня была возможность ознакомиься с действие ЛСД, (ЛСД - "диэтиламид лизергиновой кислоты", производная лизергиновой кислоты, содержащейся в грибке, поражающем рожь - Claviceps Purpurea. Одно из наиболее сильнодействующих галлюциногенных веществ. Действие ЛСД подробно описано в книге Столярова Г.В. "Лекарственные психозы и психотомиметические средства., Москва, 1964 - прим. ред.) но я не использовал ее, потому что чувствовал, что не готов. В начале же 60-х я почувствовал себя подготвленным к этому, и нашел опытного гида, который достаточно хорошо относился ко мне, чтобы провести такой сеанс. За эти годы у узнал много людей, прошедших через ЛСД-терапию. Я читал практически каждую публикацию об ЛСД и о путешствиях с его помощью. Эти факты я привожду для того, чтобы показать направление моего поиска и ввести вас в некоторые пространства, в которые вошел я сам, благодаря подготовке или вопреки ей.
В моих первых путешествиях я имел гида, помощника, бывшего со мной в течении всего времени. Для опытов было выбрано безопасное и хорошо защищенное место. Из опыта работы в изоляции в ванне, я хорошо понял, что такой важный шаг, как первое путешествие с помощью ЛСД, нужно проделать без "интерференции", такой, как, например, случайный перерыв из-за прихода и болтовни друзей или коллег. Как сказал 70 лет назад Фрейд при анализе своих снов, (имеется в виду книга Фрейда "Толкование сновидений" - Киев, 1991. - прим. ред.) " в определенное время нужно быть осторожным к самому себе", а я могу добавить - быть осторожным со своими друзьями. Некоторые вещи из тех, о которых я буду говорить здесь, могут прозвучать неосторожно, но я полагаю, что мы прошли долгий путь за эти 70 лет. И сейчас есть более надежные способы представления " внутренних событий ", чем это было во времена Фрейда. Его работа открыла новые пространства.
Я попытаюсь быть точным настолько, насколько смогу. Может быть, некоторые попытаются злоупотреблять этой информацией, как это делается в национальной программе против ЛСД (эта программа действовала в конце 60-х годов в США - прим. ред.) Однако сейчас так много людей в опасности, что я предпочитаю скорее поставить себя под огонь критики, чем позволить произойти трагедиям, которые может быть не произойдут, если я заговорю. Я надеюсь что те, кто прочтет это, будут более осторожны, более информированным и более умелы, если они будут использовать ЛСД или что-либо подобное для входа в Сатори-Самадхи-Нирвану.
У меня был опытный гид. Она прошла через большое число путешествий с помощью ЛСД в терапевтичеаой клинике. Это происходило в 50 годы, когда лизергиновая кислота еще использовалась профессионалами в терапевтических целях. Все ее путешествия происходили в присутствии профессионалов и использовался только чистый ЛСД-25. В то время чистый диэтиламид тартрат лизергиновой кислоты поставлялся швейцарской компанией "Сандоз". Вещество было чистейшее, хорошо очищенное производное лизергиновой кислоты, не загрязненное никакими другими примесями. В те дни вы знали, что получали. Это было еще до появления "уличной" "кислосты" (нелегально синтезированный ЛСД в годы увлечения им молодежи в Америке - прим. ред.), до того, как был сделан ее суррогат и подделка стала доступной. На языке нынешнего времени, то был "чистый Сандоз".
С моим гидом я был знаком несколько лет, доверял ей, уважал ее опыт и знал, что она сможет провести меня через путешествия, что бы ни случилось. Она выбрала дом в удаленном городке у моря. Путешествие было расчитано на 48 часов и было организовано так, чтобы избежать помех и забот, которые могли лечь на меня или нее, отвлекая нас от путешествия. День до опыта мы провели в занятиях по определению того, что я хочу сделать во время путешествия, каковы мои цели и куда я хочу попасть. Она указала на глубины очень странных пространств, которые по ее картам стали мне хоть немного знакомы. Позже она говорила, что я, вероятно, начал двигаться так быстро, что это помешало фиксации в памяти некоторых переживаний, но что самое важное было все же замечено. Она продемонстрировала способность брать под контроль те отрицательные эмоции, котрые исходили от меня. Она понимала и догадывалась о том, что я хочу делать. И, наконец, она оказалась способной позволить мне мое собственное путешествие сразу после того, как оно началось. Она согласилась - и даже сама предложила это, - что она будет оставаться на заднем плане и будет моим сторожем, и вмешается только в том случае, если это сможет мне помочь. У меня не было ни неоходимости, ни желания иметь программиста, задававшего мне определенное напрвление, мне хотелось двигаться в разных направлениях. Терапии я не хотел.
Цель этого первого путешествия состояла в том, чтобы пережить столько возможных пространств и влияний ЛСД на меня, сколько можно было втиснуть в один сеанс. Я хотел использовать все мои знания из психоанализа, науки и других источников, чтобы испытать, что может дать ЛСД. Позже я нашел, что большая часть того, что я знал из опыта и экспериментов, выдержало испытание, включая знания из области математики, логики, биологии, медицины, знания о механизме мозга и функциях ума. На этом первом сеансе я весь выложился.
Сеанс был начат утром после здорового ночного сна. Я отлично отдохнул, прежде чем принять ЛСД. Я тщательно ввел себе в мышцы бедра 100 микрограмм чистого ЛСД. Через 12 минут я вошел в новые и странные пространства ЛСД. В продолжении всего опыта я оставался в концентрированном и сознательном состоянии. За первые 10 минут движения в эти пространства, я внезапно осознал, что все мои предыдущие тренировки вели меня к этой точке. Вся моя подготовка была ориентирована на нее. Я как бы вырос и оставался таким 8 часов. Я чувствовал компетентность, сконцентрированность, и способность двигаться через любое пространство, котрое я только мог себе представить.
Из опыта моей предыдущей тренировки в изоляционной ванне, я решил, что не буду надевать в этом путешествии никакой одежды. Это было разумно и соответстовало тому, что нужно было проделать для раскрытия себя.
Предрассудки в отношении наготы и необходимости ношения одежды я утратил, и я хотел чувствовать себя совершенно свободным в этих обстоятельствах.
Мой гид была согласна со мной. Она тоже была свободна от предрассудков, и была обнаженной. Это свобода позволила мне сделать некоторые открытия относительно проекций на мое и ее тело.
Когда ЛСД начал действовать, я внезапно сказал очень низким голосом, понижая его к концу: "Каждому психиатру и каждому психоаналитику следует изучить воздействие ЛСД, чтобы знать, что он собой представляет." Я имел ввиду, что любому человеку, который занимается проблемами человеческого сознания, следует поработать в этих пространствах. Сначала происходили обычные вещи, хорошо описанные в литературе Олдосом Хаксли и многими другими. Произошло внезапное усиление и углубление всех цветов и форм, возникла прозрачность реальных обьектов и проявилась живая природа материи - все это появилось немедленно. Я начал наблюдать за мраморным верхом стола, и увидел, как узоры на мраморе становятся живыми, пластичными и движущимися. Я вошел в узоры и стал частью их, живой и движущейся в узорах мрамора. Я стал живым мрамором. Я лежал в постели между двумя стереоколонками и шел с девятой симфонией Бетховена. Музыка запрограммировала меня на глубоко религиозные переживния. Все переживание было запрограммировано и фиксировано еще в годы моей ранней юности, когда я был прихожанином католической церки, слушающий католическую мессу, я был верующим, с горячей верой детства во все, чему учили в церкви.
Вместе с музыкой я вошел в Небеса. Я видел Бога на вершине трона, как огромного, мудрого, древнего человека. Он был окружен ангельским хором, серафимы и херувимы проходили у его трона в непрерывной процессии. Я был там, в небесах, славящим Бога и славящим ангелов и святых в полном и совершенном восторге религиозного экстаза. Мой гид позже рассказывала, что я встал на колени в постели и смотрел вверх, в небеса, с руками, сложенными для молитвы. Коленопреклонным я был и на небесах, где я видел, чувствовал и жил этой сценой. Позже я обнаружил, что это все происходило во время первых двух частей симфонии части хора. Хор был хором ангелов, молящихся Богу и славящих его. Позже, когла голоса сопрано стали слишком резкими и сильными, я вернулся назад в это пространство и спросил, что это была за музыка. Это было слишком много для одного раза и я оказался слишком истощен. Я использовал весь мой запас энергии. Затем я лег и засул. Во сне я стал расширяться в пространстве коминаты. Я поднялся и пошел в ванную. Почти закрыв дверь ванной, чтобы помочиться, я внезапно увидел, что это был один из предрассудков цивилизации - закрывать за собой дверь. Громко рассмеявшись чистым и невинным смехом над закрытой дверью, я открыл ее и засмеялся еще сильнее. Мой гид спросила меня, что в этом смешного. Но я уже перешел в другие пространства и не мог даже ответить на вопрос, так что она не наставивала на нем. Затем я посмотрел в зеркало на свое собственное лицо и увидел многочисленные "проекции" на нем. Я внезапно увидел себя самого таким, каким я был в это время. Затем вспышками приблизительно в одну секунду я прошел через образ самого себя. Я прошел через многие из моих образов, через сотни их. Некоторые из них были очень старыми, относящимия к моему деству, другие, видимо, были из будущего, показывая меня таким, каким я буду в девяносто лет, морщинистым, старым и высохшим. В других образах я был больным, с пятнами багрового и других неприятных цветов на лице.
Некотрорые образы были моей идеализированной самостью. Я называл себя иногда Богом. В другой раз я был калекой. Положительное и отрицательное входило в проекции из моей сознательной памяти.
Внезапно я увидел как можно проецировать (в буквальном смысле слова ПРОЕЦИРОВАТЬ) образы из моей памяти. В этот момент я решил использовать эту способность и проецировал образ моего отца в мое, а затем в его лицо. Я двигался назад, по ряду лиц, которые, как я предполагал, были моими предками. Каждую секунду появлялось новое лицо. Пройдя, как мне кажется, две тысячи поколений, я внезапно увидел лицо волосатого антропоида, появившееся на моем лице.
В этот момент проснулся мой юмор и сказал: "О, ты можешь проецировать все что угодно, включая дарвиновскую теорию происхождения человека." Я засмеялся, радуясь этому спектаклю. Внезапно на месте моего лица появилась морда саблезубого тигра с пятнадцатисантиметровыми клыками в пасти. Очень дружелюбный тигр, но тем не менее довольно опасный. В этот момент я внезапно увидел возможность сделать здесь остановку.
Это все могло вывести из моего подсознания что-то такое, что в прошлом угрожало мне. Может быть мне только так казалось, что опасность была в этом антропоиде. Это могла быть расовая память, а могло быть воображаемой вещью, основанной на моих предидущих жизнях, или же могло быть событием, не имеющем никакой современной модели для его обьяснения. Находясь вверху, я наслаждался этим переживанием и разрабатывал его дальше. Я не останавливался для обьяснения случающегося. Я наблюдал, что происходило, и как только я думал, что должно произойти что-то новое, оно прооисходило.
Это было действительно очень приятное использование моего интеллекта и знания.
Обнаружив, что я использовал большую часть моей энергии, я лег в постель на спину и закрыл глаза. Вернувшись в настоящее, к моему гиду, я потом снова начал путешествие по моей памяти. Я пережил многие сцены моего детства, счастливый и удовлетворенный, я играл с моими товарищами, сосал грудь у матери, пребывал в ее чреве, плавая в пустоте, в чудесном экстатическом пространстве, окруженном светом. Там я становился все меньше и меньше, двигаясь во времени назад, до самого оплодотворения яйца.
Внезапно я стал двумя: я был и в сперме и в яйце. Потом время изменило свой знак, и они внезапно соединились. Это был фантастический взрыв радости, чувства свершения, законченности, когда я появился и стал расти через все эмбриональные стадии. Я прошел через рождение, пережив шок от того, что покинул столь чудесное и безопасное место., страдая немного от удушья, когда меня извергало давления материнского чрева. Когда мой гид увидела мои страдания, она поняла, что я прохожу через это, и она позволила мне пройти через это. Позже она сказала мне, что я должен был снова пережить мое рождение и понять его. Она не вмешивалась, когда я начал задыхаться, но при этом очень внимательно наблюдала за мной. Она наблюдала за цветом моего лица и была уверена, что я не зайду слишком далеко. Когда я вышел через родовой канал на свет, удушье прошло. Все удары и толчки были позади и вокруг стало яснее. Я остановился и спокойно вздохнул, восприниая все новые ощущения, происходящие от стимуляции моей кожи и глаз.
Благодаря моему гиду я снова пережил мой первый опыт кормления. Я открыл рот, и что-то теплое вошло в него из чего то мягкого, что было снаружи. Это был действительно прекрасный опыт.
Я вернулся назад в это пространство, и снова оказался в комнате, лежащим на постели, счастливо улыбающимся и умиротворенным после всех штормов и драм. Мой гид сказала мне, что я выглядел более умиротворенно, чем в предидушие годы.
Путешествие заняло ровно восемь часов, как я и ожидал по данным литературы. Потом я понял, что мои ожидания и и определили действие ЛСД. Так я узнал о "метапрограмме самости" (self). Иными словами, это моя вера запрограммировала протяженность времени моего пребывания под действием кислоты.
После 10 лет работы с изоляционной ванной я обобщил полученные результаты. Позвольте мне сформулировать это по возможности просто. То, во что верят как в истинное, или уже стало истинным, или становится истинным в уме в пределах, определяемых экспериментом и опытом. Вера позволяет выйти за эти пределы. В этой ситуации, освободившись от окружающей среды, от окружающей реальности, и всех возможных моделей и форм стимуляции, человек погружается до такого глубокого уровня, как только может. Вернувшись назад, в общесогласовнную реальность, я почти жалел, что оставил пространства ЛСД, но я был измучен колоссальной тратой энергии . Скорость этой траты энергии в 10 раз превышала мою обычную. Теперь мне нужно было уснуть, и этой ночью я проспал, как ребенок, 12 часов.
Я проснулся, чувствуя себя отлично, вспоминая, интегрируя и наблюдая то, через что я прошел.
После такого путешествия хорошо иметь хотя бы один полный день отдыха чтобы осмыслить происшедшее и, если возможно, записать все случившеся для последующего изучения, в то время, когда захочется вернуться назад, к этой первой попытке.
Это записывание полезно двояко. Оно поддерживает во время вторичного периода, который следует за первичной фазой, фазой действия ЛСД самого по себе. Нужно от 3 дней до недели, чтобы переварить этот опыт, интегрировать его и сделать частью себя. Во второй день любая активность должна быть минимальна. Не нужно принимать никаких обязательств на это время, чтобы можно было спокойно переварить все происшедшее в состоянии действия ЛСД.
В некотором смысле, метафорически, сеанс ЛСД может быть назван "образованием куколки". Гусеница образует кокон и потом происходит ее общее превращение в куколку. И только после периода явной дезорганизации и реформации может образоваться бабочка.
После того, как бабочка сформировалась, необходима остановка и осознание ее бытия, как бабочки. Она перешла от состояния ползанья к состоянию полета, и прежде, чем она сможет летать, она должна высохнуть, расправить крылья и сформировать себя. Сеанс ЛСД сам по себе - это период организованной дезорганизации, период образования куколки. В этот период вещи движутся текуче и пластично, так, как обычно не бывает. Пока в этот процесс образования куколки не внесено некоторое направление, его результатом может быть и гусеница, и некоторая чудовищная комбинация гусеницы с бабочкой.
В моем опыте день после сеанса был так же важен, как и сам сеанс. В этот второй день необходимо направленное, самодисциплинированное движение. Для некоторых людей, желающих это сделать, лучше быть в одиночестве. Если же нет, то лучше быть с теми, кто доброжелателен к вам, кто верит в вас, кто хочет видеть вас развивающимся и может помочь вам развиваться. Может быть, идельным было бы иметь гида, с которым на второй день можно было бы обсудить дискуссионные вопросы. Но гид не должен при этом руководить – он может на что-то указать, быть "честным свидетелем" ("Честный свидетель" - вид функционирования биокомпьютера, при котором само-метапрограммист остается в стороне и поэтому обьективен, регистрируя все случившее без коррекции и без отбора. Позже регистрируемое репродуцируетс с требуемой точностью, опять без корректировки или отбора. Каждый имеет "честного свидетеля", но некоторым нужно откопать его. - прим. автора. (См. книгу Джона Лилли "Programming and metaprоgramming in human biocomputer: Theory and Experiment. - N.Y.:Julian Press, 1972 - 160 p.p. - прим.ред.)) для вас, может информировать вас относительно происходившего снаружи, пока вы проходили через эти внутренние пространства.
Иногда бывает полезно знать, что случалось снаружи в то время, когда вы отправлялись в путешествие в одно их тех странных пространства. На второй день я провел некоторое время в свободных ассоциациях, пытаясь понять, откуда пришел опыт. Я слышал о трансцендентных мистических и религиозных переживаниях, описанных в литературе по ЛСД. Я скептически относился к ним, как ученый и исследователь, но все же прошел через них сам. Как можно было бы обьяснить это? Это было явно реальное переживание реальных небес и религиозной веры, чего я не переживал никогда раньше. На второй день я смог пройти через память и войти в период моего детства, когда я был католиком. Внезапно я вспомнил, что когда я был маленьким мальчиком, у меня уже были видения, аналогичные пережитому под действием ЛСД. Я тогда готовился к исповеди, стоя в темной церкви на коленях лицом к алтарю. Только одна свеча горела на алтаре, а остальная часть церкви была почти в полной темноте, так как свет слабо просачивался через окна, находящиеся где-то наверху. Внезапно интерьер церкви исчез, колонны стали прозрачными и я увидел ангелов, Бога на его троне, и святых, движущихся через церковь как бы в другом измерении. Мне было всего лишь 7 лет, а изображения Бога я видел только в произведениях искусства, что и сказалось в этом видении. Я чувствововал также его любовь и заботу о нас, и то, что именно он сотворил нас.
Сумев извлечь из моей памяти эти воспоминания, которые были подавлены во время научной и медицинской карьеры, я внезапно увидел, что с помощью ЛСД получил очень энергоемкий и высокоположительный опыт, который в моей зрелой жизни был вытеснен из сознания. Я обнаружил, что погружаюсь в этот опыт с неохотой. Это было ново, очень положительно и ценно, а происходящее было по видимому некоторого рода чтением в самом себе. Либо все случившееся было внутри моего мозга и я вспоминил происходившее в детстве, или просходило что-то еще, выходящее за пределы этого. Внезапно я понял что по отдельности я не могу обьяснить ни детского переживания, ни опыта с ЛСД. Я полностью осознал, что и мой детский, и мой зрелый опыт были практически идентичными. Опыт мог выйти из глубины памяти и был пережит еще раз, потому что был подавлен. Это, кажется, больше соответствовало истине, чем предыдущее обьяснение. Конечно, можно сбить с толку ребенка семи лет, и сказать ему, что он получил программу видения святых, Святой Терезы из Авилы, и что мистические аспекты католицизма были тщательно запрограммированы в этом мальчике, и что он тотально проецировал свои видения. Затем я вспомнил, что сделал ошибку, и сообщил тогда, в детстве, монахине о своем видении. Она ужаснулась и сказал, что только святые имеют видения, отругав меня при этом. В этот момент я и подавил память, и такой тип опыта, но прежде чем это сделать, я испугался "как бы она не подумала, что я тоже святой".
Вернувшись к зрелой жизни, я с улыбкой раскрыл это. Я увидел, что могу проецировать из подсознания даже экстатический, трансцендентный, мистический и религиозный опыт. Я сделал внезапно шаг вперед, поняв, какой чудесный механизм мы представляем. Но у меня все же не было ни реального, ни хотя бы сколь-нибудь удовлетворительного обьяснения для этих переживаний ни в первом, ни во втором случае. Я попытался дать его через фрейдистские термины, полагая, что первое видение было желаемой мыслительной конструкцией детского воображения, а второе было только ожившим воспоминанием первого.
В сфере моего мышления это еще было приемлимо, но в других сферах - нет. Я имел иной опыт, четыре раза, когда был близок к смерти, которая сказала: "Это еще не все, что здесь есть." Продолжая интеграцию и исследования второго дня, я вернусь в прошлое, к одному из случаев, при котором я был близок смерти. Как ребенок католического вероисповедания, я был всегда обращен лицом к смерти. Когда относительное умирает, то имеется в виду тело, происходят похороны и мы проходим через обычный католический ритуал, имеющий дело со смертью. Я хорошо был знаком с концепцией души, оставляющей тело человека во время смерти. Так, находясь в уединении в собственной постели, я представил себе маленького мальчика, мою душу, покидающую тело и летящую к Богу, к небесам.
Это также проявилось и в моем первом сенсе с ЛСД, когда я слушал Девятую симфонию Бетховена. Я буквально оставил тело и взошел на небеса, как раз тогда, когда я хотел представить себе - и представил - состояние маленького мальчика. Я все время напоминал себе: "На горизонте ума то, во что верят как в истинное, и это становится истинным в пределах, которые можно обнаружить в опыте." Позже я обнаружил, что пределы веры определяют и пределы переживаемого. В пределах творческого воображения (каким бы оно ни было) есть определенная система убеждений, которая может быть превзойдена, трансцендирована. Диапазон, в котором существует научный процесс, огромен.
Как только изучены пределы, они погут быть перейдены. Вера становится более открытой и формируется новая система пределов с новыми убеждениями внутри них. Первоначальные же убеждения включаются как подсистема. Мой опыт в математической теории систем сработал, и я понял, что то, где я был на каждой из стадий моей жизни, было определено моими убеждениями в то время. Каждая система этих убеждений стала подсистемой в большой системе, когда я продвигался и увеличивал мои знания и опыт.
За этот второй день я внезапно стал вспоминать вещи, которые происходили, но которые я не описывал раньше. Например, я вспоминал проекцию лица на мое тело в зеркале. Увидев эту проекцию телесного лица,я сразу же понял, что это происходит так же, как у ребенка. Если встать напротив тела в полную длину, так, чтобы можно было видеть все тело, то можно представить, что там, в зеркале, настоящей головы нет. Верхушка телесной головы - это плечи, соски становятся глазами, пупок- носом, волосы в паху - ртом. У мужчин пенис, свисающий вниз - это язык. У женщин язык внутри.
Можно проецировать разные вещи на это лицо, и видеть их. Оно выглядит подобно лицу идиота, если вы низкого мнения о своем теле.
Может выглядеть, как очень счастливое лицо, если оно довольно телом, а может - как у сексуально возбужденного зверя, когда он подавлен, но сексуальное возбуждение осталось.
Когда я увидел это на своем теле, я обернулся и посмотрел на своего гида. Это было и на ее теле. Выпученные глаза были женской грудью, а язык хотел попасть в рот. Пока я наблюдал это, она внезапно стала золотой богиней фантастической красоты. Когда я почувствовал возбуждение и влечение к этому образу, он внезапно сдвинулся, эмоции сменились на испуг и панику, а богиня превратилась в гориллу, покрытую шерстью.
От ее гениталий шли токи безумных звериных сексуальных желаний. Мой гид увидела мой испуг, и поняла, что я проецировал на нее что-то из моей темной отрицательной части.
Когда я рассказал ей, что видел гориллу, это вошло в резонанс с очень темной ее частью, и она отождествилась с моей проекцией. Она отреагировала на эту проекцию своими предрассудками в этой области, и позволила и мне иметь их. Так она была захвачена в мое путешествие и отразила мои собственные эмоции с испугом от того, что я проецирую на нее, и что я люблю такие страшные образы.
У нас начался эффект осцилляции двух зеркал: один проецировал на другого, а другой с отрицательным усилием передавал это обратно. Я понял, то нужно обращать внимание на предрассудки гида так же, как и на свои собственные. Я вынужден был вернуться назад из своего ЛСД состояния и разобрать со своим гидом нарушения в этом моменте. Я напомнил ей, что это была моя проекция, а не ее, и что она согласилась не вовлекаться в мое путешествие. Между нами возникли некоторые эмоциональные напряждения. Но она быстро вышла из этого отрицательного состояния, когда я описал ей другой образ, проецированный на нее. Затем мы обсудили эту полярность в моем взгляде на женщину. Из-за моих детских религиозных представлений я воображал женщину или как далекую от меня богиню, бесполого ангела, или как опасное, сексуально соблазнительное животное.
Этот раскол в моей точке зрения на женещину был так очевиден в этот момент, на второй день, что я должен был провести некоторое время, работая над тем, через что я прошел. В конце концов, я ассоциировал это с теми женщинами, которые были в моей жизни.
Я начинал с проецирования образа богини на женщину, с которой имел дело, представляя ее более возвышенной, чем она могла быть - и чем вообще кто-либо может быть, - наделяя ее чистотой, всеми добродетелями и положительными качествами. Затем я совершал с ней половой акт и переживал с ней оргазм. Переживая ее оргазм, я принимал ее до самой ее животной природы. Это было прямо из учения католической церки, и это было проекцией в реальную ситуацию, привнесенной в настоящее из прошлого. Меня учили, что сексуальные импульсы, гнев и т.п. были частью животной природы и были греховны.
"Желания плоти" подавлялись и контролировались для того, чтобы можно было стать святым. Этот раскол произошел в моей жизни намного раньше, и я снова переживал его во время первого сеанса ЛСД, несмотря на проведенную перед тем аналитическую работу. Аналитическая работа, котрую я провел со своем психоаналитиком Робертом Веллером, раскрыла достаточно материала, так что я мог увидеть этот раскол в действии во время первого опыта с ЛСД.
Вероятно у меня бы не было такой свободы до этого анализа, и я идентифицировался бы с отрицательными проекциями и имел бы плохое путешествие. После этой подготовки я смог свободно пережить полюса моего желания, идеализма, страха и ужаса. В первое время я был способен видеть и крайне положительные полюса, и крайне отрицательные, между которыми пульсировала моя жизнь. По отношению к женщине я колебался между богиней и гориллой. Очевидно мои сексуальные предрассудки продолжали действовать. И я имел как идеал гармонии с реальностью, так и наполненные страхом внутренние пространства, сосредоточенные на сексе и агрессии.
Позже я смог обнаружить такую же двуполярную природу и двойственность во многих других областях моего сущестования, моего бытия и моего знания. После этого обзорного сеанса я почувствовал, что могу понять кое-что из концепции "по ту сторону добра и зла". Мой "честный свидетель" был развит. Каждый из нас имеет своего "честного свидетеля", наблюдателя, честно и обьективно воспринимающего и регистрирующего то, что реально происходит.
В этот второй день я был все еще на высоте и оставался в этом состоянии две недели. В результате этого я совершил другую ошибку. В эйфории от этих "огромных открытий" и из-за большой самоуверенности, вытекающей из этого, я попал в одну из ловушек ЛСД. Хотя и полагал, что разобрался со знанием, полученным из опыта с ЛСД, на самом деле этого не произошло.
Мне нужно было пройти через еще более негативный материал, вывести на свет еще более абсурдную программу. После этого сеанса я совершил в первый раз настоящее путешествие на Гавайские острова. Я провел там десять дней, оставаясь в хорошем состоянии и делясь новым знанием со своими друзьями.
Обстановка тропического острова усилила эти состояния. Я уже подготовился ко второму путешествию, думая, что это состояние продолжится и я смогу оставаться в нем непрерывно. Я предпринял второе путешествие с тем же самым гидом в другом месте, через две недели после первого путешествия.
Обстоятельства не были так благоприятны, как во время первого путешествия. После этого второго сеанса мне предстояло возвратиться домой в неблагоприятную семейную ситуацию. Это мешало мне во время второго сеанса и я провел его в мыслях о проблемах, связанных с моей женой. Я ходил взад и вперед по комнате, сперва ругая ее, а затем себя, пытаясь преобразовать ее личность согласно моим идеалам. Видя, что и я сам не подходу к своим идеалам, я во время второго путешествия низвергся из своего высокого состояния и попал в очень плохие области, вспомнив все свои подвиги во время двух женитьб и отсутствия единства семейной жизни и профессиональной работы.
Так я узнал, что характер внутреннего состояния перед приемом ЛСД также ведет к программированию сеанса. То, куда вы собираетесь идти после сеанса и что вам нужно делать, может запрограммировать сеанс таким образом, что вы будете переживать ожидаемое. При этих обстоятельствах у вас может получиться неприятное путешествие. Я начал работать с личным материалом, с размышлениями о жене и о детях, о предыдущей жене и детях, и так и не пришел к решению реально существующей ситуации. Не важно, что я воображал, или какие теории я конструировал - существующие факты, как я видел, нельзя было изменить. Вдобавок я был под давлением препрограммирования намеченного выступления в научном обществе на другом конце континента.
Во время второго сеанса не было такой расслабленной атмосферы, как во время первого. Я был занят своими проблемами и это сказалось на ходе сеанса. Я был так занят своими делами и беседой с самим собой относительно них, что мой гид потеряла со мной всякий контакт, вышла в другую комнату и оставила меня работать наедине. За это путешествие я так и не вышел в сколь-нибудь глубокое внутреннее пространство. Я остался с реальными проблемами, обсуждал их с самим собой, и пытался представлять реальные личности, пытаясь войти в их положение, но не смог этого сделать. Я вышел из этого сеанса, чувствуя безнадежность и в отношении своей женитьбы, и в отношении возможности изменения умонастроения жены или ее личности. У меня не было времени проинтегрировать опыт ЛСД, суммировать и включить его в целое, что я делал во время первого сеанса, потому что на следующий день я уже летел через весь континент.
Ближайшим вечером у меня был доклад в научном обществе. После доклада я вышел из банкетного зала, нажал кнопку лифта и подлнялся в свою комнату в отеле. Это было последнее, что я помнил. Через три дня я очнулся в больнице этого города.
Вообще то я почти умер. У меня была кома 24 часа, а затем на два дня я ослеп. Я совершенно не мог представить, что произошло за эту неделю, и, лежа на больничной койке, пытался вспоминить, как я туда попал. Я мог вспомнить доклад, кнопку лифта, а с этого момента все происшедшее было покрыто мраком. Я мог вспомнить что-то об ЛСД., все, что случилось до момента нажатия кнопки лифта, так что я знал, что моя работа пропала для меня. Пока ко мне не вернулось зрение, я был не в состоянии анализировать и пытаться вспомнить. Я боролся за свою жизнь, за свое зрение, за свое будущее. После того, как ко мне вернулось зрение, у меня было 6 недель времени, чтобы суммировать, вспомнить и связать вместе все, что случилось со мной. Еще раз за это время я смог увидеть, что прошел через опыт пограничной ситуации смерти. Без квалифицированной медицинской и неврологической помощи, которуя я получил от коллег и друзей, я не был бы здесь сегодня. Мне спасло жизнь то счастливое обстоятелство, что друзья нашли меня в комнате отеля и доставили в больницу, где меня знали и где были достаточно высоко квалифицированные специалисты по неврологии и мозгу.
ГЛАВА 2.