Дальше и вовсе всё было чудесно: стали проявляться книги — то одна, то другая. Николай увидел, что уже долгое время пребывает в их окружении, но они были скрыты от него.

"И так во всём, не только здесь, — подумал он. — Есть вещи, находящиеся вроде бы на виду, но мы их не замечаем, и только когда сознание наше дорастёт до них, они становятся видимыми. Вот моя бывшая жена, например. Она не скрывала своего характера, но я был слеп и не обращал внимания на вопиющие факты. Меня предупреждали те, кто видел, но я не желал никого слушать. Что было бы, если бы мне сразу сказали, что эта комната полна книг? Естественно, я бы не поверил. Но тем не менее они здесь есть.

Как это происходит? — продолжал размышлять он. — Книги материализуются? Нет, похоже, что совершенно всё не так. Книги здесь есть всегда, но моё сознание их не воспринимает. Оно реагирует на более плотные вибрации, а книги состоят из более тонких. Когда моё сознание утончается, я вхожу в резонанс с вибрациями книг и они для меня проявляются. Получается, что один мир как бы присутствует в другом, но для одних он видимый, а для других — нет. А ведь это закон. Там, на Земле, то же самое".

Обитель, в которую попал Николай, была особой. Он там почти ни с кем не встречался, хотя знал, что люди вокруг есть и все они работают и учатся подобно ему. Тем не менее он был изолирован от окружающих и находился в каком-то индивидуальном мире, открывающемся благодаря его духовному росту.

Подумает Николай, посетует, что некоторых вещей не знает, и через некоторое время ответ получает, но не путём чувствознания, а посредством материализованных форм. Например, по дороге в библиотеку он вдруг заметил однажды ответвление от обычной тропы и пошёл по ней, потому что она явно его приглашала, и через сотню шагов буквально натолкнулся на дверь. Открыл её и попал в лабораторию, в которой ткань тонкую изучали, ее составляющие, вибрационное соответствие. Это и был ответ на вопрос, который уже несколько дней Николая мучил: как можно из одного пространства в другое попадать? Целый день он провёл там, совершенно потрясённый открывшимся ему знанием. На следующий день, забыв о библиотеке, он всей душой стремился в лабораторию, но тропинки так и не нашёл. Что такое сотня шагов? Николай оббегал всю округу в радиусе двухсот метров, но ничего не было. Только потом он понял, что может ходить туда только тогда, когда тропа его пригласит, в противном же случае кроме прекрасного сада ничего не найдёт.

И точно, лаборатория проявилась тогда, когда он успокоился и у него утихло исследовательское желание. Будучи в спокойном состоянии и в равновесии душевном, он спокойно сворачивал на тропу и оказывался в дорогой его сердцу обстановке.

Там тоже не было учителей, никто не показывал Николаю, что и где находится, как нужно работать с тканью. Всё окружение само подсказывало ему, каким видом деятельности следует заниматься сегодня, какие приборы нужно взять для проведения исследований. Раз за разом Николаю открывались всё большие тонкости, поражавшие его до глубины души. Оказывается, всё было очень просто: весь мир, все мироздание существовало исключительно благодаря закону вибрационных соответствий. Крошечное изменение в чрезвычайно малых величинах вызывало цепную реакцию, и миры сдвигались, внося коррективы в уже сложившийся уклад жизни.

Оказывается, творение не было чем-то постоянным, но представляло собой вечно движущуюся структуру, расширяющуюся саму по себе и изменчивую внутри. С этой точки зрения человек тоже представлял собой постоянно меняющееся образование, в котором духовные процессы происходили крайне медленно, зато ткань, составляющая форму, распадалась очень быстро.

Николай как раз и изучал соответствие вибраций плотной и тонкой ткани. Он выяснил, что между физической оболочкой и самой тонкой, духовной, колоссальная разница. Разрыв был настолько большим, что для его преодоления когда-то были созданы промежуточные тела, каждое отвечающее за определённые состояния сознания. Каждому телу соответствовали своя ткань и свои вибрации, те, которые это тело могло воспринимать. В результате человек, утончая своё сознание, то есть расширяя восприимчивость, мог "слышать" или резонировать с вибрациями более тонкими. У тех же, в свою очередь, был более широкий диапазон, позволяющий тонкому телу знать все о более плотных телах.

"Просто и разумно, — думал Николай, — но как гениально. При этом движение ни на секунду не замирает. Но как сделать, чтобы плотная ткань так быстро не распадалась?" Он выяснил, что для каждого тела существует как бы своё время, а значит, и своё пространство. Если замедлить бег времени, то ткань будет удерживаться более продолжительно. Этот процесс вёл к утончению ткани, к восприятию ею более тонких вибраций. Все исследования приводили к тому, что человек, никуда не спешащий, не подвергающийся резким эмоциональным всплескам, имеющий четкие мысли и отвечающий за свои слова, переходил как бы в другое время, и ткань его несколько останавливалась в движении, то есть не так быстро распадалась.



Наши рекомендации