Как исцелиться от наркомании?

Нужны твердая решимость не употреб­лять наркотики и помощь Божия. Одними медицинскими средствами наркоманию не одолеть, так как это недуг, но недуг грехов­ный. Врач поможет избавиться от явлений абстиненции, преодолеть физическую за­висимость. Не более. Необходимо преодо­леть себя. Нужны покаяние, молитва, Та­инства Церкви, неусыпное внимание к своей душе и реальная работа по преодоле­нию греховных страстей.

Как лечат алкоголизм врачи? Есть ли ле­карства от пьянства?

Врачи умеют хорошо выводить из за­поя, снимать проявления абстиненции, купировать алкогольные психозы (белую го­рячку и др.). Вот, пожалуй, и все. Квалифицированный психолог или психотера­певт пытается вскрыть глубинные психоло­гические корни возникновения пьянства, анализирует характерологические особен­ности человека, его семью и социально-бытовые условия. Затем специалист дает советы и рекомендации, обучает преодоле­вать стрессы и конфликты и т. д. В ряде случаев проводятся различные психотера­певтические мероприятия, эффект от кото­рых тем выше, чем ярче осознанное жела­ние самого человека освободиться от этого бремени и вернуться к полноценной жизни. Таким образом, психотерапевт становится как бы попутчиком и помощником паци­ента на этом сложном пути, который он, непременно, преодолевает сам.

Алкоголизм и наркомания это болезни. Но болезни более всего духовные. В основе пьянства, употребления наркотиков — ду­ховная опустошенность, неудовлетворен­ность жизнью, утрата смысла бытия. Свя­тая Православная Церковь считает пьян­ство тяжким грехом. Отсюда понятно, что только медицинскими методами стражду­щему не помочь (в данном случае я имею в виду классическую медицину, а не ту ок­культную практику, которая «прилепи­лась» ныне к наркологии и которой по при­чине сильнейшей опасности и духовной пагубы надо категорически избегать).

Лекарства от пьянства, в привычном понимании, нет. Убеждения и медикамен­ты не всесильны. Для преодоления грехов­ного недуга необходимы духовные усилия. Нужны личная решимость и помощь Бо­жия. Только верой и терпением, только че­рез покаяние и милость Божию можно ис­целиться по-настоящему. Другого пути нет. Помогая ближним преодолеть это пагубное пристрастие, надо взглянуть внутрь себя. Не надо ли нам принести покаяние за те страдания, которые испытывает наш ближ­ний? Нет ли здесь и нашей вины? Дума­ется, что всегда есть повод для покаяния.

Святитель Тихон Задонский писал: «Привыкшим к сей пагубной страсти на­добно крепко вооружиться против мучи­тельства ее, стоять, не поддаваться, мо­литься и призывать всесильную Божию помощь!» Так и искореняли пьянство в доре­волюционной России в православных об­ществах трезвости. Условиями исцеления были покаяние, молитва, чтение Святого Евангелия, церковные Таинства.

До революции только духовенством на тему трезвого образа жизни издавались тридцать два журнала! Известно, сколь ве­лик был вклад в это делание ныне прославленного в лике святых царя-мученика Ни­колая II. И сейчас по молитвам к святому царю Николаю многие страждущие этим недугом получают благодатную помощь и укрепление.

А чем может помочь страждущему ба­тюшка?

О том, как важна помощь пастыря-духовника для преодоления этой греховной страсти, с убедительностью свидетель­ствует пример из жития святого праведного Иоанна Кронштадтского. Необыкновенно трогательно рассказывал об одном из таких случаев духовного возрождения, благодаря отцу Иоанну, один ремесленник: «Мне было тогда годов 22-23. Теперь я старик, а помню хорошо, как видел в первый раз ба­тюшку. У меня была семья, двое детишек. Я работал и пьянствовал. Семья голодала. Жена потихоньку по миру сбирала. Жили в дрянной конурке. Прихожу раз не очень пьяный. Вижу, какой-то молодой батюшка сидит, на руках сынишку держит и что-то ему говорит ласково. Ребенок серьезно слушает. Мне все кажется, батюшка был, как Христос на картинке «Благословение де­тей». Я было ругаться хотел: вот, мол, шля­ются... да глаза у батюшки, ласковые и серьезные, меня остановили: стыдно стало. Опустил я глаза, а он смотрит — прямо в душу смотрит. Начал говорить. Не сумею передать все, что он говорил. Говорил про то, что у меня в каморке рай, потому что где дети — там тепло и хорошо, и о том, что не нужно этот рай менять на чад кабацкий. Не винил он меня, нет, все оправдывал, только мне было не до оправдания. Ушел он, я сижу и молчу... Не плачу, хотя на душе так, как перед слезами. Жена смот­рит... И вот с тех пор я человеком стал...»

А вот замечательный пример из жизни святого праведного Алексия Мечева. «Как-то в будний день, после ранней обед­ни, в храм вошел пьяный, оборванный, весь трясущийся человек и, едва выговари­вая слова, обратился к батюшке: «Я совсем погиб, спился. Погибла душа моя... спаси... помоги мне... Не помню себя трезвым... потерял образ человека...» Батюшка совсем близко подходит к нему, любовно загляды­вает в глаза, кладет на его плечи руки и го­ворит: «Голубчик, пора нам с тобой уж пе­рестать винцо-то пить». — «Помогите, ба­тюшка, дорогой, помолитесь!»

Отец Алексий, взяв его за правую руку, ведет к алтарю главного Казанского при­дела, торжественно раскрывает царские врата и, поставив рядом с собой на амвоне этого грязного оборванца, начинает моле­бен, произнося величественным голосом: «Благословен Бог наш...» Опустившись на колени, начинает усердно, со слезами воз­носить молитвы Господу Богу. Одежда обо­рванца была настолько порвана, что тело его обнажалось, когда он, по примеру ба­тюшки, клал земные поклоны. По оконча­нии молебна батюшка трижды осенил кре­стом несчастного и, подавая ему просфору, три раза его поцеловал.

Через непродолжительный срок к свеч­ному ящику подошел прилично одетый мужчина и, покупая свечу, спросил: «Как бы мне увидеть батюшку отца Алексия?» Узнав, что батюшка в храме, он радостно заявил, что желает отслужить благодар­ственный молебен. Вышедший на амвон батюшка воскликнул: «Василий, да ты ли это?!» С рыданием бросился к его ногам недавний пьяница, прослезился и ба­тюшка, начал молебен. Оказалось, что Ва­силий получил хорошее место и прекрасно устроился».

Поясните, что такое «интернет-зави­симость?»

Любое зависимое поведение — это стра­дание, это рабство. И, в принципе, уже не­важно от чего. От наркотиков, табака, ал­коголя, азартных игр или от компьютера. Принцип один — порабощенность. Душев­ная, физическая, социальная...

Вы помогаете людям избавиться от при­вычки курить и пить. На чем основывается ваша методика, и чем она отличается от других методов?

Пьянство, наркомания, злостное куре­ние — это греховные недуги. Преодолеть грех можно, имея личную решимость и с Божией помощью. Православный подход в реабилитации людей, страдающих алкого­лизмом, наркоманией, не подменяет медико-биологи-ческого взгляда, но допол­няет и обогащает представление о лично­сти. Ибо человек — не только плоть, но и душа, и дух. Медикаменты, психологиче­ская подготовка, снятие физической зави­симости — лишь первый этап. Главное — чтобы человек обрел в себе образ Божий.

Я заядлый курильщик. Перепробовал все­возможные методы, но ничего не помогает. Можете ли Вы мне что-нибудь посовето­вать?

В книге известного православного пи­сателя Сергея Александровича Нилуса «На берегу Божьей реки» есть повествование об исцелении его супруги от тяжкого недуга и связанного с этим другого чуда, а именно — избавление С. А. Нилуса от многолетнего порока курения.

«...7 июля 1909 г. Сегодня ночью со мной был тяжелый приступ удушливого кашля. Поделом! — это все от куренья, ко­торого я не могу бросить, а курю я с треть­его класса гимназии и теперь так насквозь пропитан никотином, что он уже стал, ве­роятно, составной частью моей крови. Нужно чудо, чтобы вырвать меня из когтей этого порока, а своей воли у меня на это не хватит. Пробовал бросать курить, не курил дня по два, но результат был тот, что на меня находила такая тоска и озлобление, что этот новый грех становился горше ста­рого. Отец Варсонофий запретил мне даже и делать подобные попытки, ограничив мою ежедневную порцию куренья пятнад­цатью папиросами. Прежде я курил без счета…

«Придет ваш час, — сказал отец Варсо­нофий, — и куренью настанет конец». «На­дейся, не отчаивайся: в свое время, Бог даст, бросишь», — по поводу того же куре­нья, от которого я никак отстать не мог, сказал мне о. Иосиф. И чудо это, по слову обоих старцев, надо мной совершилось. А было это так. Живем мы с подружием моим, женой моей Богоданной, что назы­вается, душа в душу, в полном смысле Евангельского слова, так, что мы не двое, а одна плоть. Великая эта милость Божия, нам дарованная свыше, по глубокой и убежденной нашей вере в таинство брака, к которому мы оба в свое время приступали со страхом и трепетом. И вот, в июне 1910 года жена моя заболела какой-то странной болезнью, которой ни фельдшер оптинский, ни приглашенный врач опре­делить не могли: утром почти здорова, а как вечер, так и до 40 °С температура. И так и неделя, и другая, и третья! Вижу, тает на моих глазах моя радость, тает, как восковая свечечка, и вот-вот вспыхнет в последний раз и погаснет.

И великой, безмерно великой тоскою и скорбью исполнилось тогда мое сиротею­щее сердце, и пал я ниц пред иконой Бо­жией Матери Одигитрии Смоленской, что стояла в углу моего кабинета, и плакал я перед Ней, и ужасался, и тосковал, и гово­рил Ей, как живой: «Матушка Царица моя Преблагословенная Богородица! Ты, ве­рую, дала жену — ангела моего, Ты же и со­храни мне ее, а я Тебе за то обет даю не ку­рить больше никогда. Обет даю, но знаю, что своими силами исполнить его не могу, а не исполнить — грех великий, так Ты Сама мне помоги!» Так было это часов около десяти вечера. Помолившись и не­сколько успокоившись, подошел к постели жены. Спит, дыхание тихое, ровное. До­тронулся до лба: лоб влажный, но не горя­чий — крепко спит моя голубушка нежная. Слава Богу, слава Пречистой! Наутро тем­пература 36,5 °С, вечером — 36,4 °С, и че­рез день встала, как и не болела. А я забыл, что курил, как не курил никогда, а курил я ровно тридцать лет и три года, и весь орга­низм мой был так пропитан проклятым та­бачищем, что я без него жить не мог не только дня, но и минуты. Это ли не чудо Одигитрии?»

ПРАВОСЛАВНАЯ

ПСИХОТЕРАПИЯ

Насколько оправдано указывать на ду­ховный вектор психотерапии, именуя ее пра­вославной?

Вокруг термина «православная психоте­рапия» было очень много споров и дискус­сий. Мне, например, говорили: «Зачем объединять науку и религию? Завтра ты скажешь про иудейскую хирургию или буд­дийскую стоматологию!..» Конечно же хи­рургия — всегда только хирургия, то же са­мое и со стоматологией. Но вот в чем суть! Психотерапия — это область душепопечения. Этот терапевтический метод можно сравнить с лечением души душой, с глу­бинным психологическим воздействием на душу и личность пациента. Я убежден, что в основе многих психических расстройств и психологических проблем — грех, пора­бощение души греховными страстями.

И если говорить о терапии души, то истин­ная терапия связана с преображением души человека, очищением его сердца от грехов­ных страстей. Религиозный конфессио­нальный признак психотерапии указывает на использование религиозного опыта не вообще, а конкретно православной духов­ности. Вот поэтому и используется термин «православная психотерапия».

А что собой представляет православная психотерапия? В чем ее основное отличие от современных психотерапевтических школ и направлений, которые Вы зачастую кри­тикуете в своих публикациях?

Отличительной чертой православной психотерапии является христианское милосердие, сострадательность. Трепетное и благоговейное отношение к созданной по образу Божию душе каждого человека, об­ратившегося за помощью. Святоотеческое наследие — основа православной психоте­рапии, в нем содержится все необходимое и для врачевания души, и для ее спасения. Консультативный прием в православной или, как часто мы называем, святоотече­ской психотерапии — это, прежде всего встреча во Христе. Даже если пациент не христианин, православный врач не рассма­тривает эту встречу как случайность, но должен с величайшим благоговением отне­стись к душе такого человека и сделать все, что в его силах.

Нередко пациенты сами спрашивают меня о смысле жизни, видя в моем каби­нете иконы, лампаду, святоотеческие книги. И тогда тем, у кого открыто сердце к вере, я рассказываю о православии, о христианском понимании смысла жизни, причинах и духовном значении страдания, болезни.

Лечебное психотерапевтическое воз­действие должно, на мой взгляд, иметь иерархию целей: от первоочередных - успокоить, вселить надежду, устранить симптомы заболевания, до главных — под­вигнуть пациента к внутреннему росту, ду­ховному развитию, обратить его к непрехо­дящим ценностям. По моему глубокому убеждению, психотерапия, когда это воз­можно, должна стать «мостиком» к право­славию.

Одной из важнейших задач православ­ной психотерапии является содействие че­ловеку (пациенту) в осознании им психо­логических страстных механизмов болезни или конфликтной ситуации. Трудно пере­оценить роль православной психотерапии в реабилитации страждущих наркоманией, алкоголизмом.

По сути дела, можно назвать психоте­рапевта «хирургом человеческой души».

В некотором смысле, да. Основной «ин­струмент» психотерапевта — слово. Однако психотерапия более призвана не к словес­ному, но к духовному воздействию на че­ловека. Ибо если за словами ложь, то и пользы никакой не будет. Без живительной силы Духа слово может быть лишь пустым звуком.

В древности говорили, что врачебное искусство держится «на трех китах»: ноже, целебной траве и слове. Нож — прообраз хирургии, целебная трава — собиратель­ный образ лекарственных форм, а под сло­вом понимается живое, душевное отноше­ние врача к больному.

Годы атеизма и гонений на православие в нашей стране не прошли бесследно. Вы­росло почти два поколения людей, не знав­ших Бога и Его святую Церковь. Сегодня мы переживаем очень трудное время.

К большой скорби, духовный вакуум у ча­сти наших соотечественников (и не такой малой) заполняется лжеучениями, ере­сями, всевозможными сектами, увлече­нием оккультизмом, магией.

Найдутся и «духовные наставники», го­товые несколькими пассами «исцелить» души и тела страждущих. Их рекламные плакаты или объявления в прессе сулят «умопомрачительный эффект». Например: «Всего за два сеанса лечу гипертонию, астму, рак, диабет и прочие заболевания». Через запятую перечисляются десятки бо­лезней, которые должны исчезнуть по ма­новению руки какого-нибудь экстрасенса, колдуна или гипнотизера.

Для этих «экстраординарных лично­стей» не существует разницы между незначительным и кратковременным облегче­нием, возникающим в силу известных психофизиологических законов, выздоровле­нием или духовной прелестью. Люди втя­гиваются в своеобразную «игру», шансов на выигрыш в которой нет.

В России, растлевая души людей, прак­тикуют триста тысяч оккультных целите­лей. Проблема психического здоровья об­щества из разряда медицинских вырастает в государственную, имеющую опасные для общества социальные последствия.

Психотерапия — особая медицинская специальность, связанная не столько с лечением в привычном понимании этого слова, сколько с воздействием на личность больного человека, на его душу. Она ставит перед собой благие цели. Однако на прак­тике сложилась тяжелая ситуация, вызван­ная тем, что, теснейшим образом соприка­саясь с душой человека и пытаясь ее увра­чевать, эта область медицины оказывается духовно несостотельной, не имеющей нравственных ориентиров.

Нельзя облегчить душевное бремя дру­гого человека, не имея собственных духовных ценностей. «...Может ли слепой водить слепого? не оба ли упадут в яму?»(Лк. 6, 39).

Можно сказать, что только та психоте­рапевтическая помощь будет по-настоя­щему действенной и полезной, которая ве­дет ко Христу и проводится врачом или психологом, кающимся и исправляющим свою собственную жизнь. В этом случае слово специалиста будет подкрепляться благодатной силой Божией и утешит боля­щего, укажет дорогу к Тому, Который Ис­тина, Путь и Жизнь!

ОДИНОЧЕСТВО

Наши рекомендации