Телефонный звонок из будущего

— Почем ты никогда не перезваниваешь? — сразу спросила Джин, мой агент.

Это было на следующий день, и я как раз закончил смену в «ФудВорлде».

— Я в последнее время не обращаю внимания на телефон, — сказал я.

— Мне было так жаль услышать о твоём дедушке, Вилли. И о торнадо. Как ужасно!

Я ничего не ответил.

— Ты здесь?

— Да.

— Ты в порядке?

— Устал, полагаю.

— У меня для тебя хорошие новости.

— Оу? Я думал, ты звонишь, чтобы сказать, что бросишь меня, потому что я больше не приношу тебе денег.

— Вилли!

— Это правда.

— Не глупи. Ты проверял свой банковский счёт?

— В последнее время нет.

— Я недавно перечислила тебе порядочный квартальный заработок. Ты не проверял?

— Нет.

— Думаю, ты будешь доволен.

— Правда?

— Правда. И у меня есть кое-что ещё, что, как я думаю, очень тебя осчастливит. Но сначала, как у тебя дела, Вилли? Я не смогла получить достаточно информации, а ты не отвечал на звонки. Ты сломал ногу?

— На самом деле, руку. Не ногу. Несколько рёбер. Лицо.

— Лицо?

— Скулу. Лицевой перелом или что-то такое. Больно так, что хоть святых выноси.

— Хорошо! — с жаром произнесла она.

— Хорошо?

— Ну, для наших целей. Я говорила кое-кому, что ты пытался спасти своего дедушку, вернулся в дом…

— Оу?

— И они хотят взять интервью.

— Оу?

— Это юная леди, которая работает на "USA Today". Она всегда спрашивает меня о пикантных новостях, связанных с авторами, что-то, чтобы подперчить их литературную страницу. Она пишет отзыв на "Крэкового малышка".

— Серьёзно?

— До сих пор дела с этой книгой шли медленно, но я знала, что люди втянутся. Просто вопрос времени. На самом деле, я сама предложила ей это. Одинокий гей, воспитывающий глухого ребёнка — это продаёт само себя, Вилли. Я отправила ей ссылку на историю о торнадо, и теперь она хочет написать о тебе статью.

— Это отлично, — ответил я.

Прошло довольно много времени с тех пор, как меня упоминали в таких изданиях, как "USA Today".

— Ты работаешь над сиквелом? — спросила она.

— Нет.

— Почему нет?

— Ты хотя бы представляешь, в какие неприятности затащила меня эта книга? Все родители злятся на меня.

— Но ты получаешь много хороших отзывов. В конце концов, ты задел кого-то за живое. И люди хотят знать больше.

— Это слишком плохо.

— Подумай над этим, пожалуйста.

Глава 74

До самого Китая

Хочешь увидеть океан?

Что?

Ной моргнул, потирая сонные глаза.

Это было раннее утро понедельника, и я проснулся с внезапным желанием пойти куда-нибудь и сделать что-нибудь сумасшедшее. Просто исчезнуть на пару дней. Взять больничный и оставить Тупело, Миссисипи, в зеркале заднего вида. Напомнить себе, что в жизни есть большее — целый огромный мир ждёт нас.

Хочешь пойти искупаться голышом в океане? — спросил я.

Серьёзно? — подозрительно прожестикулировал он.

Серьёзно.

Океан очень, очень далеко, папочка.

Я знаю! Вытаскивай свой зад из постели. Если поторопимся, то будем там сегодня вечером.

Серьёзно?

Серьёзно!

Но мы не можем просто...

Мы можем делать всё, что захотим, милый.

Но это так далеко!

Я знаю. Поэтому это так весело. Ты идёшь со мной?

Он ответил великолепной улыбкой, скидывая одеяло и вскакивая на ноги.

Мы едем к океану?

Да!

Зачем?

Потому что я хочу, чтобы ты его увидел, милый. А теперь собирайся... но тихо. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что мы уезжаем.

Почему?

Потому что они попытаются нас остановить. А теперь поспеши!

Он помчался в ванную.

Меньше чем через двадцать минут мы беззвучно пробирались через дом Билла и вышли через заднюю дверь.

Меньше чем через два часа мы пересекли границу Алабамы. Мы решили не включать кондиционер и опустили окна.

Смотри! — восторженно прожестикулировал Ной, когда мы проезжали знак "Добро пожаловать в Алабаму". — Мы в А—л—а—б—а—м—е!

Чтотам дальше? — спросил я.

Его лицо сморщилось. Наконец он предположил:

Ф—л—о—р—и—д—а?

Я нахмурился и покачал головой.

Подожди! — прожестикулировал он. — Я знаю... дай подумать...

Он неуверенно назвал Луизиану и Техас, прежде чем наконец дошёл до Джорджии.

Рядом с Хантсвиллем мы включили станцию с рок-н-роллом, и когда послышалась "Милый дом Алабама", я сам исполнил Ною эту песню, подскакивая на своём сидении. Как только он уловил ритм, то начал скакать вместе со мной и пел: "Хуу хуу оук!" в ритме, который считал правильным.

На нас смотрели, на меня и на моего мальчика.

В полдень мы остановились у Золотых Арок, чтобы купить еды и наведаться в уборную.

Зачем мы едем к океану? — спросил он с серьёзным выражением лица, доедая мою картошку фри.

Потому что так нужно, — сказал я.

Я не понимаю, папочка.

Знаю, что не понимаешь. Но так нужно. Мы семья, знаешь ли, и у нас должен быть семейный отдых, как у всех остальных. Мы должны делать всё, что хотим. И с этих пор этим мы и будем заниматься. Мы больше никогда не будем никого слушать. Мы будем делать всё, что захотим, и не будем больше бояться.

Почему?

Потому что это ты и я.

Я не понимаю.

Люди всегда говорят нам, что делать, и они недовольны, пока мы не делаем всё, что они хотят. Но мы должны жить своей жизнью, а не чужой. Так что нам следует делать то, чего хотим мы. Верно? И мы должны научиться больше не бояться. Понимаешь?

Он отпил содовой, нахмурившись.

Снаружи большой мир, милый.

Насколько большой?

Очень, очень большой.

Такой большой, как л—у—н—а?

Намного больше. Такой большой, как небо, и л—у—н—а, и океан, и всё равно намного больше. Ты никогда не хотел пойти посмотреть на него?

Как мы туда попадём?

Мы просто сядем в машину и поедем. Вот и всё. Как мы и делаем. С этих пор, если мы захотим посмотреть на что-нибудь, то просто поедем и посмотрим.

Мы можем поехать на поезде?

Конечно!

Мы можем поехать в К—и—т—а—й?

Может, когда-нибудь, конечно, но нам придётся воспользоваться самолётом.

Ты имеешь в виду полететь?

Верно.

До самого Китая?

До самого Китая...

Он счастливо улыбнулся, думая об этом.

Я бы хотел, чтобы папа мог поехать с нами, — сказал он.

Может, в следующий раз поедет, — сказал я. — Но в этот раз есть только ты и я. Мы не будем переживать о торнадо, или о папе, или о том, что кто-то уйдёт, или о бабушкином доме, или о чём-то другом. Мы будем плавать в океане весь день, и спать всю ночь, и есть много еды, и веселиться.

Бабушка знает, куда мы едем?

Нет.

Почему нет?

Это наш секрет. В любом случае, я большой мальчик. Мне не нужно бабушкино разрешение. И ты тоже становишься большим мальчиком. Может быть, нам пора вести себя как большие мальчики.

Ладно.

Я видел, что он растерялся, но это было нормально.

Глава 75

Наши рекомендации