Смех сглаживает кажущиеся непреодолимыми проблемы

Часто мы тратим так много времени на то, чтобы лучше выглядеть, однако, несмотря на все современные технологии, такие, как пластическая хирургия, однажды наше тело все равно состарится. Мы будем смотреть на себя в зеркало и удивляться тому, что случилось с нашим некогда молодым и привлекательным телом. Волосы поседеют, память ухуд­шится, появятся морщины.

На этом этапе жизни многие начинают испытывать тре­вогу и утрачивают чувство собственного достоинства. Но трансценденталист может смеяться и над этим, понимая, что эта машина будет все больше изнашиваться. Придет день, когда нам придется вообще расстаться с ней, но это нас не пу­гает, поскольку мы не отождествляем себя с этой машиной. У нас было уже много таких машин, и если мы не научимся жить внимательно, то можем сменить еще несколько. Не сто­ит отождествлять себя с этими телами или с умом, постоян­но испытывающим то беспокойство, то гнев, то страх, то скорбь, то депрессию. Имея это в виду, мы можем рассматри­вать наиболее трудные времена в своей жизни как определен­ный опыт. Аналогично мы должны относиться и к самым за­мечательным периодам своей жизни — как к преходящему, мерцающему ее проявлению.

Необходимо четко понимать различие между временной неудачей и отношением к себе как к неудачнику. Когда мы со­вершаем ошибку или терпим неудачу, не следует относиться к этому слишком серьезно. На самом деле проблемы начинаются тогда, когда мы позволяем неудаче заполнить все наше существование. Неудача начинает угрожать нашему благопо­лучию тогда, когда мы начинаем отождествлять себя с ней. Если такие мысли приходят к нам в голову, мы должны по­смеяться над ними, ибо как существо, находящееся в вечных любовных взаимоотношениях со Всевышним Господом, мо­жет быть неудачником? Если мы признаем тот факт, что яв­ляемся вечно здоровыми, исполненными знания, блаженства и любви существами, то будем смеяться над моментами жиз­ни, в которые забывали об этом. Может быть, мы и потерпе­ли неудачу в какой-то сфере деятельности, но это вовсе не значит, что мы неудачники.

Томас Эдисон ошибался более тысячи раз, прежде чем изобрел электрическую лампочку, но каждую неудачу он рас­сматривал как еще один шаг к успеху. Каждую неудачу он рассматривал как возможность исключить еще один неудач­ный вариант и поставить новый эксперимент. Точно так же, стремясь увеличить веру и направить свое сознание в духов­ное русло, мы можем периодически смотреть на свою жизнь со стороны и испытывать благодарность за то, что Господь постоянно с нами.

Порой у нас бывают экономические проблемы, но над этими временными трудностями тоже можно посмеяться, поскольку когда-то в прошлых жизнях мы были баснословно богаты. Даже в этой жизни у нас были периоды достаточно благополучного существования. Если вам удастся мысленно отстраниться от беспокоящей вас проблемы, то окажется, что, независимо от вашего благосостояния, вы никогда не были счастливы в материальном мире. Пока мы отделены от Бога, мы не способны испытать истинного, глубокого удов­летворения. Когда, имея славу и почести, люди все равно чув­ствуют себя несчастными, это своего рода благословение. То самое скрытое благословение, побуждающее человека искать нечто, выходящее за границы материального благополучия.

Если бы богатство и слава полностью удовлетворяли нас, мы бы погрязли в повседневной борьбе за существование и не имели бы никакого стимула искать чего-то более возвышен­ного за пределами тюрьмы материального мира.

Рассматривать трудности как возможности

Таков удивительный план Господа: в любой ситуации, будь она с материальной точки зрения благоприятной или неблагоприятной, мы неизбежно чувствуем, что нам чего-то не хватает. Нужно стараться во всем видеть милость Криш­ны и помнить о цели жизни. Мы хотим быть частью лилы, вечных развлечений Господа, хотя сейчас мы временно вы­пали из этой вечной реальности. Живые существа в матери­альном мире разыгрывают спектакль, в котором они прячут­ся от Господа. Это подобно тому, как дети играют в прятки с родителями. Родители прекрасно знают, где прячутся дети, но делают вид, что не могут их найти, чтобы сделать игру интересней.

Пока мы прячемся от Всевышнего Господа, Он наблюда­ет за нами и ждет, когда нам надоест притворяться. Нас по­глотила эта бессмысленная игра, в которой мы считаем, что никто нас не любит, и постоянно жалуемся на то, какие мы несчастные. По сути дела, мы прячемся от самих себя и мо­жем продолжать делать это столько, сколько пожелаем. Вместе с тем, даже если мы продолжаем разыгрывать этот спектакль, у нас есть причина для радости, потому что мы знаем, что рано или поздно спектакль закончится. Всевыш­ний Господь не оставит нас в безвыходном положении. Но до тех пор, пока мы находимся в иллюзии, нам может ка­заться, что Он обделил нас Своей любовью. Здесь мы можем громко рассмеяться — ха-ха-ха — понимая, насколько ре­альной кажется эта иллюзия и как часто мы принимаем ее за реальность.

Автобиографические заметки

Все мы оказывались в ситуациях, которые казались нам очень серьезными, но, если нам удавалось отстраниться, нас тут же охватывал смех. Если бы мы могли время от время от­носиться к происходящему с юмором, нам жилось бы намно­го легче, ибо смех — это раса, вкус, связанный с Кришной. Кроме того, это напоминало бы нам о необходимости возвра­щения в духовную обитель. Нам нужно помнить о том, что не стоит воспринимать себя слишком всерьез и придавать слишком большое значение материальным ситуациям. Отождествляя себя с временными реалиями, мы лишаем себя возможности установить контакт с истинной реальностью.

Готовясь к этому семинару, я попробовал взглянуть с этой точки зрения на свою собственную жизнь. Моя мама, оставившая тело некоторое время назад, временами расска­зывала мне о моем детстве и о том, как я считал себя одновре­менно и «пупом земли», и объектом всех нападок. Она была достаточно духовной женщиной, и у нее были весьма интересные методы воспитания. Когда она видела меня по телеви­зору, видела фотографии моих встреч с президентами и дип­ломатами, а также узнавала от моих учеников о моей деятельности в различных странах, она делилась со мной вос­поминаниями о моем детстве.

Как-то раз она рассказала мне, что однажды, когда мне было четыре года, она обнаружила меня сидящим во дворе в глубокой задумчивости. Дети порой поражают нас своими необычными поступками, поскольку дети -- это взрослые в маленьких телах. Это также означает, что у них могут быть ужасные фобии. Например, я панически боялся муравьев, па­уков и крыс, чтобы не перечислять всего остального. Эти страхи преследовали меня уже в четыре года.

Увидев муравьев, я посмотрел на маму и сказал: «Я знаю, что они делают. Они обсуждают, кто укусит меня первым».

Хотя мне было всего четыре года, я считал, что все вращается вокруг меня. Я так боялся этих маленьких муравьев, что на самом деле думал, что они проводят конференцию, на кото­рой строят планы, как меня укусить. Мама периодически на­поминала мне о моей незначительности, говоря: «Ты не та­кой уж великий, удивительный и неуязвимый; просто ты постоянно думаешь, что кто-то хочет доставить тебе беспо­койство или укусить». Представьте себе, маленькая пожилая женщина говорит это своему «знаменитому», «отреченному» и возгордившемуся сыну! Вот так. Давайте же вместе посме­емся над этим!

Другой случай произошел со мной, когда я учился в элит­ной подготовительной школе, в которую я поступил, окон­чив школу в Кливленде. Эта подготовительная школа пред­назначалась для детей очень богатых родителей, и мое обучение в ней было чем-то вроде эксперимента. Я был един­ственным афроамериканцем в школе. Учась там, я стал зани­маться легкой атлетикой и борьбой. У директора школы бы­ла теория, что у афроамериканцев особенные ноги, благодаря чему они хорошо бегают. Возможно, он где-то об этом про­читал, но так или иначе, у него было такое мнение. Он, навер­ное, думал: «Теперь у нас есть в команде этот черный парень, и мы добьемся замечательных результатов».

Наконец, пришло время очень ответственных соревнова­ний, и я считался главной надеждой команды. Все посматрива­ли на меня, готовясь к забегу на две мили. Но вышло так, что я неправильно стартовал, сразу побежав с максимальной ско­ростью — не очень мудрая тактика для длинной дистанции. Бегун должен равномерно распределять силы, чтобы их хвати­ло на всю дистанцию. А я сразу побежал очень быстро, стара­ясь произвести на всех впечатление. В течение четырех-пяти минут я шел впереди всех, но затем силы стали меня покидать, и я не мог бежать даже со своей обычной скоростью. В резуль­тате я прибежал последним — и мы проиграли. Какой конфуз!

Подобная ситуация сложилась для меня и в борцовском поединке, но, когда я оглядываюсь назад, мне смешно, на­сколько большое значение я придавал своей персоне. Я отож­дествлял себя с телом и со своим воображаемым героем, пы­таясь быть суперменом. Но Господь помог мне понять, что не следует слишком отождествлять себя с какой бы то ни было материальной деятельностью. Конечно, сейчас я могу сме­яться над этим, однако тогда я испытывал страшное униже­ние. Мне пришлось уйти с поля, осознавая, что из-за меня вся команда проиграла. Порой нам приходится попадать в по­добные ситуации, которые кажутся невыносимо болезнен­ными, но позже мы просто смеемся над ними. Тогда мы осо­знаем, что этот болезненный опыт является лишь незначительным эпизодом в нашей жизни. Мы не являемся этими переживаниями.

В другой период моей жизни, когда я учился в престиж­ном Принстонском университете в Соединенных Штатах Америки, я попытался убежать от Бога. Теперь-то я вижу, как искусно Он не позволяет нам убегать слишком далеко. В то время я далеко не всегда вел себя надлежащим образом и одно время даже начал пить. Всякий раз, когда я был вы­пивши, я начинал проповедовать и говорить о Боге, и это вызывало смех у моих соседей по комнате. Я становился чрезвычайно философичным. Во время каждого застолья мои друзья только и ждали, когда я начну проповедовать. Они все время улыбались, зная, что рано или поздно это произойдет. И когда я начинал проповедовать, они вначале | смеялись, а затем слушали. Несмотря на то, что я пытался убежать от Господа, сейчас я смеюсь над этим, понимая, что Он все равно был добр ко мне. Господь не отпускал меня, ус­траивая все так, чтобы я думал о духовности, а не об обыч­ной мирской деятельности.

Каждый из нас может вспомнить в своей жизни моменты, когда мы воспринимали себя слишком серьезно. Поэтому я и решил поделиться с вами историями из своей жизни, де­монстрирующими относительность нашего восприятия. Они также помогают нам понять, что Господь всегда пребы­вает с нами, даже в, казалось бы, ужасных обстоятельствах.

Путь преданности

В двенадцатой главе «Бхагавад-гиты» Господь предлагает нам различные варианты. Сначала Он просит нас постоянно думать о Нем, невзирая на внешние обстоятельства. Однако если нам трудно постоянно думать о Боге, мы можем практи­ковать садхана-бхакти, включающее в себя религиозные ри­туалы и практики, позволяющие вовлечь ум и чувства в слу­жение Господу. Это поможет нам меньше отождествлять себя с материальными представлениями и постепенно достичь ступени постоянного памятования о Всевышнем Господе. Суть не в самих правилах и ограничениях, но вместе с тем они необходимы для нашего роста, поскольку мы далеко не всегда думаем о Боге. Мы занимаемся всеми девятью видами духовной деятельности, чтобы развить способность всегда думать о Кришне. Нитъя-сиддхи, вечно освобожденные пре­данные, с рождения обладают такой способностью. Их связь с духовностью выходит за пределы простых размышлений; они по-настоящему погружены в духовную реальность и не пребывают в иллюзии разлуки.

Мы должны снова и снова напоминать себе о том, что ис­тинная духовная жизнь подразумевает глубокую поглощен­ность. Бог является атмарамой — Он черпает удовлетворен­ность внутри Себя, и Ему ничего от нас не нужно. Единственное, чего Он хочет, чтобы мы снова обрели целост­ность, полностью погрузившись в трансцендентное. Преда­ние себя означает, что ничто более не препятствует нашей по­глощенности реальностью. Занимаясь духовной практикой, мы можем напоминать себе, что все материальные препятствия и трудности, с которыми мы сталкиваемся, являются ча­стью процесса побега из махат- таттвы, материальной тюрьмы. Наше существование в материальных телах време­нами может напоминать кошмарный сон, но точно так же, как, пробуждаясь от этого сна, мы испытываем облечение, выходя из иллюзии, мы избавляемся от всех проблем. Иногда нам стоит посмеяться над тем, как сильно мы поглощены этим кошмарным сном. Давайте вместе улыбнемся -- ведь мы позволили так глубоко ввести себя в заблуждение. Смеш­нее всего, когда человек не замечает очевидных вещей или ве­дет себя лишком серьезно в смешной ситуации. Мы так неле­пы. Ха-ха-ха!

Утсаха, энтузиазм, крайне важен в преданном служении, поскольку энтузиазм помогает нам продолжать идти вперед. Как только мы теряем энтузиазм, мы начинаем отождеств­лять себя с миром двойственности. Слово «энтузиазм» про­исходит от греческого словосочетания, означающего «Бог внутри». Это помогает нам понять, что энтузиазм черпается во внутренней жизни, и мы не можем его имитировать. Мы можем обмануть других, но не сможем обмануть себя. Если мы постоянно расстроены временными вещами, у нас не бу­дет энтузиазма. Мы будем действовать «на автопилоте», вну­тренне при этом испытывая дискомфорт и подавленность, что приведет к регрессии и неудаче. Тем не менее, будучи вос­приимчивыми к милости Господа и имея искреннюю веру в то, что Он всегда с нами, мы сможем обрести внутреннюю силу. Сталкиваясь со всевозможными опасностями, подсте­регающими нас в этом мире на каждом шагу, мы признаем реальность этих проблем, осознавая в то же время их времен­ную природу. И тогда мы будем смотреть на нашу жизнь не­сколько иначе, не принимая внешние ситуации за оконча­тельную реальность. Понимая это, мы можем иногда смеяться над тем, как глубоко вошли в роль, которую играем в этом грандиозном спектакле.

Взгляд через призму писаний

В «Шримад-Бхагаватам» говорится, что трудности на ду­ховном пути мы можем рассматривать как обмен с Господом бхавой, любовным экстазом. В комментарии к «Шримад-Бха­гаватам» (1.9.19) сказано: «Страдания, которые Господь посы­лает Своим преданным, представляют собой еще один вид об­мена трансцендентной бхавой между Господом и преданными. Господь говорит: «Я ставлю Своего преданного в трудное по­ложение, чтобы он еще больше очистился, обмениваясь со Мной трансцендентной бхавой». Господь провозглашает, что часто Он Сам ставит преданных в трудное положение, ибо это помогает им сделать свою духовную жизнь более глубокой и не дает им полностью уйти во внешнюю деятельность. И чем глубже их связь с внутренней реальностью, тем больше жизнь превращается в захватывающее приключение, духов­ную мистерию. Она становится частью живого общения с Гос­подом, исполненного радости, присущей духовному миру. Так трудности трансформируются в обмен бхавой между Гос­подом и Его преданными.

Как трансценденталисты, мы не молимся об избавлении от всех трудностей; мы молим о способности видеть присут­ствие Бога во всех ситуациях. Мы хотим уподобиться царице Кунти из «Шримад-Бхагаватам», которая просила о все но­вых и новых испытаниях, поскольку они помогали ей по­мнить о Всевышнем Господе. Духовная жизнь — это не что-то обычное, ибо в конечном счете она подразумевает, что никакие препятствия не способны заслонить от нас лучи любви, исходящие от Господа, и любовь, которую мы возвра­щаем Ему. Все, что мы делаем на пути самореализации, долж­но помочь нам понять иллюзорную природу этого мира двойственности. Хотя этот мир существует (временно), все-таки он — только часть реальности. Это часть истории, в ко­торой ребенок, игравший в прятки, вновь встречается со своими родителями. Сначала они испытали вкус разлуки, а за­тем чувство экстаза от того, что снова стали одной семьей.

В играх Кришны, например, есть пастушок по имени Мадхумангала, который подобно шуту при царском дворе постоянно всех смешит. Своими словами и поступками он и нас заставляет смеяться. Однако делает он это исключи­тельно ради удовольствия Кришны и пастушков, наслаждаю­щихся его шутками. Кришна тоже постоянно разыгрывает Радхарани, а Радхарани — Кришну. Иногда гопи, принадле­жащие к разным группам, подшучивают друг над другом. В конце концов, сознание Кришны включает в себя этот про­стой, но возвышенный любовный обмен. Мы тоже хотим на­учиться играть, подобно невинным детям, которым не нужно беспокоиться об оплате счетов, о здоровье или сексе. Детская невинность является одним из качеств души.

Цитаты из ведических произведений, особенно из «Не­ктара преданности», могут пролить больше света на эту тему:

«В четвертой части «Бхакти-расамрита-синдху» Шрила Рупа Госвами описывает семь форм косвенного экстаза преданного служения: смех, изумление, рыцарство, сострадание, гнев, страх и отвращение. В данном разделе Шрила Рупа Госвами более по­дробно описывает эти проявления экстаза преданности, объяс­няя их взаимную совместимость и несовместимость. Когда один вид экстатического преданного служения сочетается с другим, несовместимым с ним, такое состояние называется расабхасой, извращенным проявлением расы.

Ученые, досконально знающие этот предмет, утверждают, что смех обычно возникает при общении между собой молодых людей, а также при общении стариков и детей».

Мы видим это в жизни, наблюдая за тем, как играют дети, поскольку они обладают удивительной невинностью. Они отличаются простотой, посколько у них нет тех беспокойств, которые есть у нас. Поэтому в некоторых писаниях подчер­кивается, что мы должны уподобиться детям, чтобы родиться свыше. Это указывает на важность смирения и покорности, двух качеств, присущих детям. В «Нектаре преданности» го­ворится, что обмен шутками между стариками и детьми об­ладает особой сладостью, поскольку с возрастом к нам вновь возвращается детская невинность и беззаботность. Разумеет­ся, при этом ведические писания рекомендуют нам достичь высшего уровня отречения, подготовиться к смене тела.

Итак, мы приведем подробное описание экстатического смеха, содержащееся в «Нектаре преданности»:

«Экстатический любовный смех можно иногда наблюдать так­же у людей очень серьезных от природы. Однажды в дверь дома Яшоды постучался старик-нищий. Увидев его, Кришна сказал Яшоде: «Мама, Я не хочу приближаться к этому тощему страши­лищу. Если Я подойду к нему, он упрячет Меня в свою торбу и унесет с собой!» Сказав это, чудное дитя, Кришна, посмотрел на мать, а нищий, стоявший в дверях, тщетно пытался скрыть свою улыбку. Оставив свои попытки, он заулыбался во весь рот. В данном случае причиной смеха является Сам Кришна.

Как-то раз один из друзей Кришны сказал Ему: «Дорогой Кришна, если Ты откроешь рот, я положу в него леденец в йо­гурте». Не долго думая, Кришна открыл рот, но вместо леденца Его друг положил Ему в рот цветок. Попробовав цветок, Криш­на скривился, и при виде этого все Его друзья, находившиеся рядом, покатились со смеху.

Однажды в дом Нанды Махараджи пришел хиромант, и Нанда Махараджа попросил его: «О мудрец, не посмотришь ли ты руку моего сына Кришны? Скажи мне, сколько лет Он проживет и станет ли хозяином тысяч коров». Услышав это, хиромант улыбнулся, и Нанда Махараджа спросил его: «Уважа­емый, над чем ты смеешься и почему прячешь свое лицо?»

Хиромант посчитал вопрос Нанды Махараджи смешным в сравнении с истинным могуществом и величием Кришны. Он сознавал, что Кришна — верховный владыка всего творе­ния, а не только тысяч коров.

«Причиной смеха в экстатической любви является либо Сам Кришна, либо нечто непосредственно связанное с Ним. Эта форма преданного служения может проявляться в ликовании, лени, утаивании чувств и других, на первый взгляд, выводящих из равновесия переживаниях.

Проанализировав расу смеха в экстатической любви, Шрила Рупа Госвами выделил в ней шесть разновидностей. В зависи­мости от широты и формы улыбки, эти разновидности на сан­скрите называются сжита, хасита, вихасита, авахасита, апахасита и атихасита. Среди этих шести разновидностей улыбок можно выделить основные и второстепенные. К числу основных относятся смита, хасита и вихасита, а авахасита, апахасита и атихасита считаются второстепенными.

Когда человек улыбается, не обнажая зубов, можно ясно ви­деть перемену в его глазах и изменение формы щек. Такую улыбку называют смитой. Однажды Кришна воровал просток­вашу, и хозяйка дома Джарати застала Его за этим. Она броси­лась к Нему, намереваясь схватить. Увидев это, Кришна сильно испугался и побежал к Своему старшему брату Баладеве, крича: «Брат Мой, Я стащил простоквашу, и теперь Джарати гонится за Мной!» Увидев, как Кришна убегает от Джарати и просит Ба-ладеву о защите, все великие мудрецы на райских планетах улыбнулись. Эту улыбку называют смитой.

Улыбку, лишь слегка обнажающую зубы, называют хаситой. Однажды Абхиманью, так называемый муж Радхарани, возвращался к себе, не подозревая о том, что у него дома нахо­дится Кришна. При его приближении Кришна быстро пере­оделся, чтобы выглядеть точно, как Абхиманью, и, подойдя к Джатиле, матери Абхиманью, сказал: «Матушка, Я — твой сын, Абхиманью; посмотри-ка, сюда направляется Кришна, пе­реодетый в Мою одежду!» Джатила, мать Абхиманью, сразу по­верила Кришне, приняв Его за своего сына, и потому очень рас­сердилась на своего настоящего сына, возвращавшегося домой. Она стала гнать его от дверей, а он кричал: «Мама, мама! Что ты делаешь?» Наблюдая эту сцену, присутствовавшие при этом подруги Радхарани заулыбались, слегка обнажив зубы. Это при­мер улыбки хасита.

Улыбку, которая полностью открывает зубы, называют ви-хасита. Однажды Кришна решил своровать масло и просток­вашу в доме Джатилы и стал подбивать на это Своих друзей, уверяя их: «Друзья Мои, по ровному дыханию этой старухи Я могу судить, что она крепко спит. Давайте потихоньку, что­бы не разбудить ее, украдем масло и простоквашу». Но старая Джатила не спала. Услышав слова Кришны, она не смогла сдер­жать улыбки, обнажившей ее зубы. Это пример улыбки виха-сита.

Улыбку, при которой морщится нос и сужаются глаза, на­зывают авахасита. Однажды ранним утром, когда Кришна вернулся домой после танца раса, Яшода, взглянув на Него, спросила: «Дорогой сын, почему Твои глаза кажутся подведен­ными сурьмой? И почему на Тебе голубые одежды Баладевы?» Услышав вопрос Яшоды, одна из подруг Кришны, стоявшая не­подалеку, расплылась в улыбке, так что нос у нее сморщился, а глаза сузились. Это пример улыбки авахасита. Эта гопи зна­ла, что Кришна наслаждался танцем раса и что Яшоде невдо­мек, что делал ее сын и как на Нем оказалась косметика гопи. Ее улыбка относится к разряду авахаситы.

Когда у смеющегося человека выступают слезы на глазах и трясутся плечи, его улыбку называют апахаситой. Однажды Парада увидел, как маленький Кришна танцует под аккомпа­немент пения старой служанки Джарати. Это зрелище потряс­ло Нараду: Верховный Господь, управляющий каждым движе­нием таких великих полубогов, как Брахма, танцует под мелодию, которую выводит старая служанка! Эта сцена так рас­смешила Нараду, что он пустился в пляс, и при этом у него тряс­лись плечи и двигались глаза. Улыбка обнажила его зубы, и сия­ние, исходившее от них, посеребрило облака в небе.

Когда смеющийся человек хлопает в ладоши и прыгает, его улыбка превращается в атихаситу — захлебывающийся смех. Атихаситу можно было наблюдать, когда Кришна однажды сказал Джарати: «О почтенная женщина, кожа на тво­ем лице сморщилась, так что ты стала похожа на обезьяну. Узнав об этом, обезьяний царь Балимукха счел, что ты до­стойна стать его женой». На поддразнивания Кришны Джа­рати ответила, что ей прекрасно известно о намерениях царя обезьян взять ее в жены, но поскольку она уже решила при­нять покровительство Кришны, губителя многих демонов, то хочет выйти замуж за Него, а не за обезьяньего царя. Услы­шав этот язвительный ответ, девушки-пастушки, присутство­вавшие при этом, принялись хохотать и хлопать в ладоши. Та­кой смех, сопровождаемый хлопаньем в ладоши, называют атихаситой.

Иногда саркастические замечания тоже вызывают атиха­ситу. Примером такого сарказма может служить замечание, сделанное одной из гопи в разговоре с Кутилой, дочерью Джа­тилы и сестрой Абхиманью, так называемого мужа Радхарани: «Дорогая Кутила, дочь Джатилы, твои груди висят, как стручки фасоли — такие же сухие и длинные. Твой нос красотой затме­вает лягушачьи носы. Твои глаза прекраснее глаз собаки. Твои губы по красоте ничуть не уступают золе, а живот так же пре­красен, как большой барабан. Поэтому, дорогая Кутила, ты — самая прекрасная из всех пастушек Вриндавана, и похоже, что твоя красота делает тебя неподвластной чарующим звукам флейты Кришны!»33

Из этих описаний экстаза смеха, приведенных в вайшнавской литературе, становится ясным, что смех и танец являют­ся неотъемлемой частью духовного бытия. Вечные обитатели духовного мира не принимают себя слишком всерьез. Они постоянно поглощены романтическими любовными развле­чениями, в центре которых находится Всевышний Господь. Такова вечная природа живого существа. Мы занимаемся преданным служением не для того, чтобы попасть в какое-то скучное место или не видеть за аскезами, успехами и неудача­ми радости духовной жизни.

Наши рекомендации