Устойчивость агрессивного поведения

Согласно данным лонгитюдных исследований, агрессивное поведение действительно относительно стабильно. На основе результатов 16 иссле­дований устойчивости агрессивности среди мужчин Д. Олвеус [D. Oiweus, 1979] установил, что коэффициент стабильности (г) при возрастном интер­вале в 1 год составляет 0,76, при интервале в 5 лет — 0,69 и при интервале в 10 лет — 0.60. Эти цифры свидетельствуют о том, что агрессия почти столь же стабильна, как интеллект, даже на протяжении значительных периодов времени [R. L. Thorndike, 1933]. Женская агрессивность также достаточ­но устойчива. Однако коэффициенты стабильности агрессивных проявле­ний у женщин значительно ниже, чем у мужчин: г=0,44 против г=0,56 [Н. Zumkley, 1992].

Однако, несмотря на обнаруженные высокие коэффициенты стабиль­ности агрессивного поведения при переходе от детства к взрослости, нельзя забывать об индивидуальной вариативности в агрессивном поведении. На­пример, лонгитюдное исследование Л. Кингстона и М. Прайора [L. Kingston, М. Prior, 19951, во время которого трижды измеряли агрессию в группе детей в период с 2—3-летнего до 7—8-летнего возраста, показало, что 55% маль­чиков и 41% девочек, проявлявших агрессию в возрасте 2 лет, продолжали оставаться агрессивными и в 8-летнем возрасте, то есть демонстрировали стабильность. В противоположность этой группе, 31% агрессивных маль­чиков и 24% агрессивных девочек в возрасте 2 лег к 8 годам перестали про­являть агрессивное поведение. Помимо этого, было обнаружено, что около четверти агрессивных детей в возрасте 8 лет впервые повели себя агрессивно в возрасте 5 лет. Каждая из двух последних групп демонстрировала неустой­чивость агрессивного поведения во времени, хотя и в разных направлениях.

Таким образом, в процессе возрастного развития и приобретения со­циального опыта в результате взаимодействия с окружающим миром происходит трансформация, социализация агрессивности.

Раздел 3

СОЦИАЛИЗАЦИЯ АГРЕССИВНОСТИ

Как уже говорилось выше, социализацией агрессивности можно на­звать процесс научения контролю собственных агрессивных устремлений или выражению их в формах, приемлемых в определенном сообществе, цивилизации.

В связи с этим следует более подробно остановиться на основных ме­ханизмах научения той или иной форме поведения: имитации, копирова­нии, подражании и идентификации.

Имитация — отражение мимических и пантомимических движений (высовывание языка, открывание/закрывание рта, сжимание кулаков, бросание предметов и т. д.), воспроизведение предречевых и речевых во­кализаций (интонации, темпа, громкости, ритма речи и т. д.). Чаще всего осуществляется на основе механизма заражения. Появляется уже в возрас­те до 5 месяцев, когда ребенок может вообразить себя на месте того, кому он подражает.

Копирование — воспроизведение специфических движений взрослого или движений, входящих в состав действий с определенными предметами. Для эффективного копирования необходимо соблюдение определенных условий:

• неоднократная демонстрация модели (образца);

• обозначение модели (образца) речевой меткой;

• предоставление ребенку возможности манипулировать (эксперимен­тировать) с образцом;

• эмоционально насыщенное одобрение со стороны взрослого за вос­произведение (положительное подкрепление).

Этот механизм научения появляется во второй половине младенчес­кого возраста.

Подражание — активное воспроизведение ребенком способов дейс­твия, когда взрослый выступает как объект наблюдения, пример как в предметной, так и в межличностной сфере (отношения, оценки, эмоцио­нальные состояния и пр.). В целом, это следование какому-либо образцу, однако в большей мере осознанное, так как требует выделения не только образца, но и его отдельных сторон, черт, манер поведения. Кроме того, здесь происходит сравнение себя с моделью и с «Я»-идеальным.

Как у животных, так и у человека подражание, являясь особой фор­мой научения в условиях общения, когда одно существо подражает друго­му, разделяется на две категории:

• инстинктивное подражание — возникает как взаимная стимуляция (например, паника, агрессивное поведение в группе, погромы фут­больных фанатов на стадионах и пр.);

• имитационное подражание — появляется как способ расширения и обогащения форм поведения (адаптации) путем заимствования чужо­го опыта.

Идентификация — уподобление, отождествление с кем-либо, чем- либо. В наиболее общем представлении это бессознательный психологи­ческий процесс, посредством которого субъект присваивает себе свойства другого человека и преобразует себя (целиком или частично) по его образцу.

Идентификация охватывает три пересекающиеся области психичес­кой реальности:

• процессы объединения субъектом себя с другим индивидом или груп­пой на основании устойчивой эмоциональной связи, когда человек начинает себя вести так, как если бы он сам был тем другим, с кото­рым данная связь существует, а также некритического и целостного включения в свой внутренний мир и принятия как собственных норм ценностей и образцов поведения другого человека;

• восприятие субъектом другого человека как продолжения самого себя и проекция, то есть наделение его своими чертами, чувствами и желаниями;

• постановка субъектом себя на место другого путем погружения и пере­несения себя в пространство и время другого человека, что позволяет осваивать и усваивать чужие личностные смыслы и опыт.

Этот механизм научения появляется в раннем дошкольном возрасте, но используется достаточно часто и в более поздние возрастные периоды.

Перечисленные механизмы научения не утрачивают своей активнос­ти на протяжении всей жизни человека.

Включаясь в дискуссию о роли агрессивности в социализации, можно разделить точку зрения А. Фрейд, которая опровергает мнение, что агрес­сивные тенденции влияют на социализацию ребенка лишь отрицательно. Если агрессивные стремления вступают в нормальные взаимоотношения с либидо, то они, скорее, стимулируют процессы социализации. Агрессия для человека, особенно для ребенка, — это лишь своеобразная форма ак­тивности.

Агрессивность и асоциальные тенденции становятся угрозой социаль­ному развитию только тогда, когда отсутствует взаимосвязь и взаимопроник­новение либидо и агрессии либо происходит их расслоение. Парадоксаль­ным является то, что причиной агрессивного поведения становится не аг­рессивное влечение, а нарушения развития либидо. В результате, например, разочарования в объекте привязанности или разлучения с ним либидо отста­ет в развитии и оказывается слишком слабым, чтобы сдерживать агрессив­ные импульсы.

Как уже отмечалось при рассмотрении поведенческой модели аг­рессивности, возникновение агрессии во многом обусловлено ролью ро­дителей и семьи в целом в научении агрессивным паттернам поведения. Доказано, что если ребенок ведет себя агрессивно и получает при этом положительное подкрепление, то вероятность его агрессии в будущем в аналогичных ситуациях многократно возрастает. Постоянное положитель­ное подкрепление определенных агрессивных актов в конце концов сфор­мирует привычку агрессивно реагировать на различные раздражители.

Представляет интерес зависимость между реакцией родителей на ран­нее проявление агрессивности со стороны детей и агрессивностью, прояв­ляемой детьми в более зрелом возрасте. Родители часто по-разному реаги­руют на агрессивное поведение детей в зависимости от того, направлено ли оно на них или на сверстников. Как правило, за агрессивность по от­ношению к взрослому ребенок наказывается строже, чем за агрессивность по отношению к другому ребенку, особенно если последний действительно заслужил это.

В приведенной ниже таблице хорошо прослеживается зависимость субъективных переживаний по поводу агрессивности от поведения роди­телей (табл. 6).

Таблица 6 Переживания по поводу проявления агрессивности в более зрелом возрасте в зависимости от поведения родителей
Поведение родителей Реакции ребенка в более зрелом возрасте
Агрессивность по отношению к родителям или другим взрослым разрешается Не испытывает какой-либо вины (или испытывает в незначительной степени) за агрессивное поведение по отношению к старшим
Агрессивность по отношению к старшим не разрешается Испытывает чувство вины при проявлении агрессивности по отношению к старшим
Агрессивность по отношению к «заслуживающим этого» сверстникам разрешается Не испытывает чувства вины (или испытывает в незначительной степени) при проявлении агрессивности по отношению к сверстникам
Агрессивность по отношению к сверстникам не разрешается Испытывает чувство вины при проявлении агрессивности по отношению к сверстникам
Агрессивность по отношению к младшим разрешается Не испытывает чувства вины (или испытывает в незначительной степени) при проявлении агрессивности по отношению к младшим
Агрессивность по отношению к младшим не разрешается Испытывает чувство вины при проявлении агрессивности по отношению к младшим

 

Таким образом, предполагается, что в подростковом, юношеском или более позднем возрасте выросший ребенок будет чувствовать себя спокой­нее, проявляя агрессивность лишь по отношению к сверстнику или равно­му по статусу человеку, а не по отношению к какому-либо авторитетному лицу (педагогу, руководителю, начальнику). Более того, у него, вероятнее всего, будет формироваться и укрепляться чувство вины всякий раз, когда он проявит агрессивные чувства или действия по отношению к другим лю­дям, особенно к старшим по возрасту или статусу [Б. Дж. Кретти, 1978].

Исследования Р. Сирса, Е. Маккоби и X. Левина доказали, что в соци­ализации агрессии присутствуют два важных момента: снисходительность (готовность родителей прощать проступки ребенка) и строгость наказания родителями агрессивного поведения ребенка. При этом снисходительность рассматривалась как поведение родителя до совершения поступка (ожида­ния родителя, предостерегательная тактика в отношении появления агрес­сии и др.), а строгость наказания — поведение после совершения проступ­ка (сила наказания за проявленную агрессию).

Гипотеза была такова: поскольку снисходительность сама по себе не способствует возникновению тревоги и чувства вины, можно ожидать, что агрессивность ребенка окажется прямо пропорциональной снисходитель­ности матери. Иными словами, чем больше снисходительность родителя, тем больше агрессивность ребенка. Если считать, что наказания подавляют нежелательное поведение, то можно ожидать, что чем строже будет нака­зываться агрессия, тем меньше она будет проявляться в дальнейшем. Одна­ко на практике оказалось, что эти предположения сильно упрощены. Так, в исследованиях, основанных на опросе матерей, использовавших разные методы воспитания ребенка, и оценке уровня детской агрессивности, были получены результаты, представленные в таблице 7.

Анализ данных таблицы показывает, что дети наиболее снисходитель­ных (группа С) и наиболее требовательных (группа В) родителей мало различаются раз­личаются по уровню агрессивности. Наименее агрессивными оказались те дети, родители которых не были ни снисходительными, ни склонными к применению наказаний (группа А). Позиция этих родителей заключалась в осуждении агрессии и доведении этого до сведения ребенка, но без строгих наказаний в случае проступка.

Таблица 7 Результаты исследования детской агрессивности при различных стилях воспитания
Гр. Стиль воспитания Число агрессивных детей (%)
Мальчики Девочки
А Низкий уровень снисходительности, низкий уровень склонности к наказаниям 3,7 13,3
В Низкий уровень снисходительности, высокий уровень склонности к наказаниям 20,4 19,1
С Высокий уровень снисходительности, низкий уровень склонности к наказаниям 25,3 20,6
D Высокий уровень снисходительности, высокий уровень склонности к наказаниям 41,7 38,1

 

Родители наиболее агрессивных детей (группа D) вели себя так, как будто любое поведение детей приемлемо, не показывая своего отрицатель­ного отношения к агрессивным проявлениям. Однако, наряду с этим, ре­бенок, совершивший проступок, строго наказывался. Здесь напрашивается вывод — суровое наказание в неопределенной ситуации вызывает у ребен­ка враждебность (так как он не понимает, за что его наказали) и дальней­шую агрессивность. Кроме того, склонный к наказаниям родитель, хотя и не намеренно, подает ребенку пример агрессивного поведения. Ребенок постепенно привыкает к тому, что агрессия — это нормальный путь пре­одоления фрустрации. Строгость родителя, если она последовательна и до­статочно значима для ребенка, может привести к подавлению агрессивных импульсов в присутствии родителя, но вне дома ребенок будет вести себя более агрессивно, чем дети, которые воспитывались иначе.

Представляет интерес установленная зависимость между родитель­ским насилием и агрессией у детей: мальчики, чьи родители применяли суровые методы воспитания, были очень агрессивны во взаимодействии со сверстниками и взрослыми вне дома, хотя проявляли мало прямой аг­рессии по отношению к родителям. Более того, различается и отношение родителей к поведению детей в зависимости от пола ребенка. Если отцы больше утешают и чаще ободряют дочерей, чем сыновей, то матери более снисходительны и терпимы к сыновьям (разрешают им чаще проявлять аг­рессию в отношении родителей и других детей), чем к дочерям.

Если же рассмотреть особенности родительских наказаний, то уста­новлено, что отцы предпочитают физические наказания, а матери — пси­хологические воздействия. В целом же данные ряда исследований свиде­тельствуют о том, что мальчиков родители чаще подвергают физическим наказаниям, чем девочек, а более частые и сильные наказания вызывают у мальчиков и большее сопротивление.

Кроме того, теория социального научения утверждает, что в процессе онтогенеза ребенок осваивает и более эффективные агрессивные действия: чем чаще он их использует, тем совершенней становятся эти действия. Вместе с тем существенное значение имеет успешность агрессивных дейс­твий: достижение успеха при проявлении агрессии может заметно повы­сить силу ее мотивации, а постоянно повторяющийся неуспех увеличить силу тенденции торможения.

Таким образом, согласно теории социального научения, формирова­ние агрессивного поведения может происходить несколькими путями.

1. Родители поощряют агрессивность своих детей непосредственно либо показывают пример соответствующим поведением по отношению к другим и к окружающей среде. Дети, наблюдающие агрессивность взрослых, особенно если это значимый и авторитетный для них чело­век, обычно перенимают эту форму поведения.

2. Родители наказывают детей за проявление агрессивности, при этом:

а) родители, очень резко подавляющие агрессивность у своих детей, таким образом воспитывают в ребенке чрезмерную агрессивность, которая будет проявляться в более зрелые годы;

б) родители, не наказывающие своих детей за проявление агрессив­ности, вероятнее всего, воспитывают в них чрезмерную агрессив­ность;

в) родители, разумно подавляющие агрессивность у своих детей, как правило, прививают детям умение владеть собой в ситуациях, про­воцирующих агрессивное поведение.

Следовательно, можно заключить, что наблюдение и подкрепление агрессии со временем развивает у человека высокую степень агрессивности как личностной черты. Точно так же наблюдение и подкрепление неагрес­сивного поведения развивает низкую степень агрессивности.

Раздел 4

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И СИТУАТИВНЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ АГРЕССИВНОСТИ

На возникновение агрессии часто оказывают влияние не только фак­торы, опосредованные особенностями процесса развития в онтогенезе и социализации, но и социально-психологические и ситуативные факторы. К числу таких основных факторов можно отнести следующие.

1. Оценка другими людьми. Было установлено, что присутствие других лиц уже само по себе может либо усиливать, либо тормозить агрессию. Од­нако здесь важную роль играет оценка степени агрессивности наблюдателя. Так, например, экспериментально доказано, что если за поведением детей наблюдал человек, воспринимавшийся ими как лицо, склонное к агрессии (скажем, тренер по восточным единоборствам), то дети проявляли больше актов агрессивного поведения. Если в этой же ситуации наблюдателем ока­зывалось лицо, воспринимаемое детьми как противник агрессии (скажем, учитель), то их поведение отличалось большей сдержанностью. Причем следует отметить такую закономерность: как только агрессивный наблю­датель уходил, уровень агрессии в поведении детей значительно снижался или достигал исходного уровня.

2. Намеренность агрессии. Существует точка зрения, согласно кото­рой для начала агрессии нередко бывает достаточно одного только знания, что другой человек имеет враждебные намерения, хотя непосредственного акта нападения не было. Часто в таких случаях основным стимулом вы­ступает гнев, возникающий как эмоциональная реакция на планируемое насилие. Однако в тех случаях, когда противник заранее просит извинить его за агрессивное поведение, очень часто гнев не возникает вообще и от­ветной агрессии не происходит.

Кроме того, если человек, к примеру, осознает, что конфликт или дру­гой инцидент оказался непреднамеренным, и понимает, что произошла ошибка, то гнев, желание мести и стремление к ответной агрессии у него могут быстро пройти.

3. Восприятие агрессии. Широкое распространение видео- и телепро­грамм с сюжетами насилия вызывает острую критику педагогов и социаль­ных работников, которые считают, что сцены насилия на экране и фильмы ужасов делают ребенка более агрессивным и жестоким. Однако, как счита­ют некоторые детские психоаналитики, эти утверждения бездоказательны. С помощью видеофильмов ребенок бессознательно реализует свои опреде­ленные потребности и проявляет аффекты, чему во многом способствуют образы героев фильмов. Поэтому чрезмерное увлечение видео и телеви­дением возникает только у тех детей, которые испытывают затруднения в адаптации к действительности и не могут решить их в реальной жизни.

В рамках теории социального научения существует противополож­ное мнение, свидетельствующее о том, что переживания, вызываемые даже пассивным наблюдением агрессии и насилия, происходящих как на экране, так и в реальной жизни, ведут не к катарсическому эффекту, как предполагает теория влечений, а наоборот, к возбуждению агрессии. Это мнение основано на том, что наблюдатель, особенно ребенок, проявляет тенденцию совершать те же действия, что и человек, за которым он наблю­дает. В частности, указывается, что просмотр сцен насилия по телевидению может увеличивать степень агрессивности. Было установлено, что зрители с высоким уровнем агрессивности в большей степени интересуются сце­нами насилия, в то время как малоагрессивные зрители не концентрируют внимание на подобных сценах.

Кроме того, дети из семей, в которых используют различные спосо­бы социального подкрепления, по-разному воспринимают телепередачи агрессивного содержания. Дети, чаще подвергающиеся наказаниям в се­мье, во-первых, вообще чаще смотрят телевизионные передачи, во-вто­рых, в качестве любимых передач отмечают большее количество программ, в которых присутствует насилие, и, в-третьих, в качестве любимых героев чаще выбирают телеперсонажей, проявляющих враждебность и агрессию.

В целом же, проанализировав влияние теле- и видеосюжетов на по­ведение детей, можно сделать интересные выводы. Многие «агрессивные» мультики, боевики и вестерны по своему сюжету и композиции очень по­хожи на столь любимые в детстве сказки. Они отвечают двум основным «сказочным» условиям: во-первых, в них всегда добро борется со злом, во- вторых, добро всегда побеждает зло, в финале происходит торжество доб­ра, счастья и справедливости. Взять хотя бы столь любимые детьми мульт­фильмы, как «Ну, погоди!» и «Том и Джерри». Кроме того, многие детские сказки имеют очень агрессивное содержание: «Колобок», «Красная Ша­почка», «Мальчик-с-пальчик», «Кот в сапогах», «Буратино», «Соловей- разбойник», «Конек-Горбунок» и другие.

4. Желание возмездия. Как уже отмечалось, часто агрессия, особенно в детском возрасте, может возникать как ответная реакция на неприемлемое поведение окружающих, то есть как акт возмездия за что-либо. Так, напри­мер, ребенок, часто подвергавшийся наказаниям, усваивает, что человек сам должен наказывать, если другие совершают неблаговидные поступки. Ответное причинение страданий своему обидчику (явное, косвенное или в фантазиях) и наблюдение его страданий ослабляют у ребенка реакцию гне­ва и удовлетворяют его потребность в агрессии.

Существуют также некоторые данные, которые свидетельствуют о на­личии прямой зависимости между возможностью осуществить возмездие и агрессией. Было определено, что при отсутствии возможности возмез­дия уровень агрессивной мотивации в результате фрустрации повышается, а уровень мотивации торможения агрессии снижается.

Более того, полученные экспериментальные данные позволяют сде­лать предположение, что агрессивное кино негативно действует только на человека, подвергшегося агрессии и думающего о возмездии, поскольку некоторые сцены могут не только привести к возникновению замещающе­го переживания, но и усилить надежду на отмщение обидчику, а следова­тельно, увеличить агрессивную мотивацию.

5. Употребление алкоголя. Согласно обыденным представлениям, под воздействием алкоголя люди становятся агрессивнее. Тот факт, что агрес­сия сопутствует употреблению алкоголя, подтверждается данными различ­ных исследований. В результате был сделан вывод — алкоголь является фактором риска насилия в семье, а также главной причиной многих видов группового насилия.

Однако то, что алкоголь часто способствует совершению агрессивных поступков, еще не означает, что он является единственной причиной дейс­твий подобного рода. Вполне вероятно, что существуют и другие причины, которые в совокупности и приводят к совершению актов агрессии. Напри­мер, вероятность проявления агрессии в состоянии опьянения может воз­растать при недостаточном контроле человека за собственными импульсами, при низком индивидуальном пороге подверженности фрустрации, при силь­ном провоцирующем воздействии или при предварительной фрустрации.

Воздействие алкоголя на побуждение человека к совершению агрес­сивного поступка может осуществляться по крайней мере двумя способа­ми. Во-первых, это фармакологическое воздействие алкоголя, которое от­решается на физиологическом функционировании организма. Во-вторых, это психологическое влияние, в результате которого появляются ожидания определенных изменений в ощущениях, мышлении и поведении. Связан­ные с употреблением алкоголя ожидания могут оказывать влияние на аг­рессивные реакции, поскольку обеспечивают агрессору оправдание его действий.

В целом исследования по проблеме связи алкоголя с агрессией де­монстрируют схожие результаты:

· люди, находящиеся в состоянии опьянения, ведут себя более агрессивно;

· усиление агрессии при употреблении алкоголя во многом предопреде­лено его фармакологическим воздействием;

· алкоголь не приводит к агрессивному поведению непосредственно, а воздействует опосредованно, например, ослабляя способности че­ловека к обработке информации или снижая значимость норматив­ных ограничений;

· на взаимосвязь алкоголя и агрессии влияют особенности ситуации — такие как провокация, фрустрация и способность концентрации вни­мания на собственных действиях.

6. Некомфортная температура. Было замечено, что некомфортно высо­кие температуры усиливают агрессивные мотивы и агрессивное поведение [С. A. Andersonetal., 1997, 2000]. Существуют три основных подхода к изу­чению взаимосвязи температуры и агрессии.

В первом подходе основное внимание уделяется влиянию географи­ческих областей и доказывается, что агрессия в большей степени распро­странена в жарких регионах по сравнению с регионами, где климат более прохладный. В частности, в целом ряде исследований была обнаружена связь температуры воздуха с совершаемыми жестокими преступлениями.

В рамках второго подхода устанавливается влияние временных пери­одов, то есть исследуются различия в уровне агрессивности в зависимости от изменений температуры с течением времени (времена года, месяцы, пе­риоды дня).

Сравнительное исследование более жарких и прохладных годов, се­зонов и дней подтвердило влияние температуры на проявление агрессии. Так, например, результаты нескольких исследований показали, что коли­чество убийств и изнасилований значительно возрастает в летние месяцы в целом, а также в более жаркие годы и более жаркие летние периоды, в то время как на ограбления и кражи температурные изменения не влияют [С. A. Anderson, В. J. Bushman, R. W. Groom, 1997]. Было также установ­лено, что дневное количество обращений в полицию повышается по мере роста температуры.

Однако в данном случае эти данные нельзя трактовать однозначно. Здесь многое может зависеть от ситуации. Например, летом люди больше времени проводят вне дома, и поэтому вероятность стать жертвой нападе­ния может повыситься.

И, наконец, в рамках третьего подхода рассматриваются сопутствую­щие жаре влияния, то есть температура и агрессия изучаются одновремен­но и определяется, какие изменения происходят в агрессивном поведении в зависимости от температурных колебаний. Здесь были выявлены устой­чивые внутриличностные зависимости между пребыванием на жаре и аг­рессивным поведением.

В целом все полученные данные подтверждают «гипотезу жары», кото­рая предполагает, что некомфортно высокая температура, порождая отри­цательные эмоции, чаще всего приводит к аффективной (или враждебной) агрессии. Кроме того, отмечается более сильное воздействие температуры на агрессивные действия с сильным аффективным компонентом (напри­мер, убийства, нападения и изнасилования) по сравнению с проявлениями инструментальной агрессии (например, кражами, грабежами или, возмож­но, международными конфликтами).

Эти закономерности можно объяснить тем, что людям всегда было лег­че защититься от холода, нежели избежать жары. Поэтому неудобство, при­чиняемое низкими температурами, не ощущается в такой степени, как дис­комфорт от высоких температур. Однако существуют и другие точки зрения.

Теория рутинной деятельности объясняет связанные с температурой изменения в агрессивном поведении изменениями повседневной деятель­ности людей при различных температурных режимах. Например, сезонные изменения в повседневных поведенческих моделях (частота пребывания на улице, употребления алкоголя и др.) могут влиять на вероятность оказаться вовлеченным в происшествия агрессивного характера и поэтому выступа­ют опосредующим фактором в связке «температура—агрессия».

Теория избавления от негативных эмоций предполагает, что высокая температура вызывает негативное эмоциональное состояние, а агрессия есть реакция на это состояние. Кроме того, если отрицательные эмоции превысят определенный уровень (например, если высокие температуры действуют совместно с провокацией или фрустрацией как дополнитель­ными источниками отрицательных эмоций), основным стремлением че­ловека будет желание выйти из этой ситуации, а не разрядить агрессивное напряжение.

7. Теснота. Теснота связана с ощущением дискомфорта от террито­риальной ограниченности и пространственной плотности. При этом тес­нота — субъективное переживание, тогда как плотность — физическое понятие, которое можно определить с точки зрения количества людей на единицу пространства. Это разграничение имеет большое значение, пото­му что одинаковая плотность может у одних людей вызвать ощущение тес­ноты, а у других нет. Аналогично один и тот же уровень пространственной плотности может в одной обстановке (например, на концерте, проводимом на открытом воздухе) восприниматься как приятное оживление, а в другой (например, в переполненном транспорте) — как тягостная давка. В литера­туре не обнаружено данных, свидетельствующих о непосредственной связи большого скопления людей с проявлениями агрессии. Однако, опираясь на житейский опыт и наблюдения за поведением людей в ситуации ску­ченности, можно утверждать, что теснота повышает вероятность агрессии, например, в стесненных условиях проживания в семьях, в тюрьмах, а так­же в случаях вторжения в личное пространство человека. Эксперименталь­ные данные свидетельствуют, что усиление агрессии в стесненных условиях опосредуется негативным эмоциональным возбуждением, вызванным субъективным восприятием пространственной ограниченности и скован­ности. Кроме того, было установлено, что мужчины более агрессивно реа­гируют на тесноту, чем женщины [Р. Бэрон, Д. Ричардсон, 1997]. Это объ­ясняется тем, что мужчины претендуют на большее личное пространство, чем женщины, и поэтому ограничение их территориальных притязаний с большей вероятностью оказывает на них неблагоприятное воздействие, вызывает возбуждение, а следовательно, агрессию.

8. Шум. Шум — еще один внешний стрессор, который может прово­цировать агрессивное поведение. Экспериментально было установлено, что изменение шумового уровня приводило к усилению агрессии у людей, находящихся в состоянии сильного возбуждения. Кроме того, шум может снижать терпимость человека к фрустрации и усиливать склонность к аг­рессивному поведению в ответ на фрустрацию.

Таким образом, шум действует как «проявитель» склонности к агрес­сивным реакциям у тех людей, которые уже находятся в состоянии повы­шенной готовности к агрессивному поведению. Однако, скорее всего, спо­собствует агрессии не шум сам по себе, а то, что зачастую он представляет собой неблагоприятное событие, которое невозможно проконтролировать. Если бы шум воспринимался человеком как контролируемый, его влияние на агрессивное поведение было бы в значительной степени снижено.

9. Загрязнения воздуха. Было обнаружено, что загрязнение воздуха мо­жет усиливать склонность к агрессивным реакциям. В результате изучения влияния сигаретного дыма на агрессию было установлено, что люди, нахо­дившиеся в помещении, в котором было много сигаретного дыма, выка­зывали больше враждебности по отношению к другим (не только по отно­шению к курящим), чем люди, находившиеся в помещении, в котором не было накурено. Согласно модели избавления от негативных эмоций, уме­ренный уровень неприятного запаха приводит к усилению агрессии, тогда как при усилении такого запаха уровень агрессии снова снижается.

· Таким образом, несмотря на то, что ни один из указанных факторов не рассматривается в качестве главной причины агрессивного поведения, все они имеют важное значение при формировании готовности к агрессивным реакциям.

Раздел 5

АГРЕССИЯ И НАСИЛИЕ

В СРЕДСТВАХ МАССОВОЙ

ИНФОРМАЦИИ И КОММУНИКАЦИИ

Телевидение является мощным социализирующим фактором в нашем обществе. Многие считают, что, показывая детям по телевизору огромное количество сцен насилия, мы приучаем их к мысли, что агрессия — об­щепринятый выход из ситуаций, вызывающих фрустрацию. Некоторые, напротив, утверждают, что насилие, которое дети видят по телевидению, может служить замещением реальной агрессии, в результате чего агрессив­ность детей снижается, а не возрастает. Хотя вторая теория и заманчива, но полученные в ходе исследований данные не подтверждают ее. Неод­нократно возвращаясь к данной проблеме, ученые пришли к выводу, что демонстрируемые по телевидению сцены насилия вызывают небольшое, но статистически значимое увеличение агрессивности зрителей.

Насилие, которое помогает добру одержать победу над злом, боль­шинству детей не приносит вреда. Но в сознании некоторых детей ежеднев­ные примеры агрессивного поведения на экране телевизора могут соеди­ниться с реальной жизнью, в которой многие роли — родителей, братьев и сестер, друзей — исполняются с помощью агрессивных и антисоциальных моделей. Это, по всей вероятности, умножает проявление агрессии в пове­дении ребенка, особенно у детей с определенными чертами личности или эмоциональными проблемами.

ВЛИЯНИЕ ТЕЛЕВИДЕНИЯ
НА ДЕТЕЙ РАЗЛИЧНЫХ ВОЗРАСТОВ

В разном возрасте дети понимают увиденное по телевидению неоди­наково. Это зависит от концентрации внимания, способа переработки ин­формации, объема интеллектуальных усилий, прилагаемых при просмотре, и собственного жизненного опыта. Все эти факты должны быть учтены при изучении того, как насилие, показанное по телевидению, влияет на детей в различном возрасте.

Дети от рождения до 3 лет

Младенцы (дети до 18 месяцев)

Особенности психического развития. Дети в возрасте трех месяцев мо­гут обращать внимание на работающий телевизор в течение коротких пе­риодов времени, если взрослый физически направляет их к телевизору. Но это требует больших усилий. Был проведен эксперимент, в ходе которого младенцам показали шестиминутный мультипликационный фильм. Почти все дети, «посмотревшие» хотя бы половину этого фильма, позже показы­вали признаки усталости, такие как крик, беспокойство, зевота.

Полугодовалые младенцы могут сами направлять свое внимание на телевизор и удерживать его в течение целых 16 минут, если они находят­ся возле телевизора и не заняты чем-нибудь интересным и увлекательным. Но чаще у детей есть занятия поинтереснее — им больше нравится кушать, находиться в комфортной обстановке, ползать, играть с любимыми игруш­ками. Исследования показали, что грудные дети находятся у телевизора и подвергаются его воздействию в течение приблизительно двух часов в день. При этом собственно «просмотру передач» они уделяют меньше, чем 10 процентов от этого времени, да и нечасто можно увидеть малыша, по­вернутого лицом к экрану телевизора.

Вероятно, можно говорить о «случайном» воздействии телевидения, так как в большинстве случаев младенцы просто находятся в той же ком­нате, в которой другие члены семьи смотрят телевизор. Правда, некоторые матери осознанно пытаются показать своим детям образовательные теле­передачи в специально отведенное время. Эти матери часто подтверждают, что при таком подходе их дети вовлекаются в процесс просмотра телеви­зора, вплоть до того, что потом могут подражать некоторым увиденным действиям, например, хлопать в ладоши. Эти результаты «вовлеченного» просмотра телевизора хотя и расходятся с утверждениями некоторых пси­хологов о низком уровне внимания у младенцев, но весьма совместимы с наблюдениями родителей, которые преднамеренно смотрят определенные детские телепередачи вместе с детьми. В отличие от младенцев, которые являлись «случайными» телезрителями, эти дети показывали признаки знания программы и вовлеченности, например, узнавали и показывали знакомых героев на экране уже в 10-месячном возрасте.

Исследование, в процессе которого наблюдали за движениями глаз детей, выявило, что дети в возрасте одного года уделяют визуальное вни­мание тем частям передачи, в которых звучит музыка и происходит частая смена различных эпизодов. Трехлетние дети, напротив, активно ищут те сюжеты в программе, в которых содержится какая-нибудь информация. Можно сделать вывод, что когда годовалые дети «смотрят» телевизор, они, вероятно, пропускают большинство из того, что взрослые считают интересным и полезным, воспринимая телесюжеты преж

Наши рекомендации