Глава 321. Следуя инструкциям

Солдат, отвечавший за передачу разведданных, задрожал и залился холодным потом, когда столкнулся с давлением, исходившим от У Дахуэйя, командира батальона Волчий Клык. Задыхаясь, он продолжил доклад:

— Именно так! Этот человек также хотел передать сообщение о том, что мы должны вывезти 300 тонн продовольствия для обмена на Ли Бинъянь.

Лицо У Дахуэйя приобрело стальное выражение, схватив солдата, он потребовал:

— Кто был этот «человек», который убил Да Яна и остальных?

В конце концов, Да Ян был одним из лучших и лидером группы экспертов, которая обладала всеми необходимыми навыками, включая ближний и дальний бой, преследование и призыв, от их рук умер даже могучий Эвольвер. Тем не менее, каким-то образом эта элитная команда была уничтожена фактически одним человеком, и У Дахуэй просто не мог поверить этому.

— Человек, который убил их, был китайцем! Его имя – Юэ Чжун! — немедленно ответил солдат.

— Юэ Чжун! — с нескрываемой жаждой мести прорычал У Дахуэй, после чего с хладнокровным взглядом приказал, — Вернитесь и передайте им, что я обменяю 300 тонн продовольствия на Ли Бинъянь, и скажите этому Юэ Чжуну, если он посмеет тронуть хотя бы волос на ее голове, то даром ему это не пройдет!

— Есть! — ответил солдат и поспешил ретироваться.

Смуглый карлик, ростом едва ли доходившим до 1,4 м, выступил вперед и, нахмурившись, спросил командира батальона Волчий Клык:

— Дахуэй! Ты действительно собираешься обменять 300 тонн на Ли Бинъянь?

Карлика звали Ли Яньда, он был Эвольвером с атрибутом Ловкости, также он был заместителем командира батальона Волчий Клык, так как его боевые возможности уступали только У Дахуэйю. Благодаря своей грозной технике и скорости, карлик Ли Яньда однажды в одиночку в открытом бою уничтожил целый отряд вооруженных до зубов солдат. В батальоне к его мнению прислушивались с уважением, а его совместная работа и сотрудничество с У Дахуэем были невероятно плодотворными.

— Конечно же, нет! Я использую 300 тонн продуктов в качестве приманки, и хорошенько разберусь с этой китайской свиньей Юэ Чжуном! — лицо У Дахуэя расплылось в холодной усмешке, — Я сотру его в порошок!

Как говорится, люди собираются вокруг себе подобных лидеров. Расистское отношение Вуянь Хуна к Китаю и его народу било через край, он представлял китайцев исключительно как рабов, и У Дахуэй и остальные его солдаты были того же мнения, они не считали китайцев людьми, скорее чем-то близким к недолюдям. Это напоминало Германию во времена Второй мировой войны.

Услышав слова У Дахуэйя, карлик Ли Яньда замолчал. Он просто жаждал убивать и, пока У Дахуэй не препятствовал его желаниям, он не собирался вмешиваться в его действия. Именно поэтому у этих двоих получались такие отличные рабочие отношения, и полностью отсутствовали конфликты на почве власти.

Вскоре после этого из города Чэнъя выехали огромные грузовики, забитые продовольствием, которые направлялись на вершину горы, где Юэ Чжун назначил место встречи. 300 тонн все-таки немалое количество, и колонна грузовиков будет ехать довольно медленно, поэтому они отправились в путь за несколько часов до назначенного времени.

Лидер Волчьего Клыка У Дахуэй направил отряд, чтобы блокировать вершину горы, и быстро организовал часть бойцов батальона Волчий Клык, чтобы те заняли позиции в разных ключевых точках. Одновременно с этим в лесу были спрятаны два штурмовых вертолета, готовые взлететь в любой момент и начать наступление на Юэ Чжуна.

У Дахуэй не мог недооценивать Юэ Чжуна, который смог в одиночку уничтожить его элитную команду. Хоть этот сильный боец, вероятно, и не смог бы одолеть армию Вуянь Хуна, в партизанской войне обеспечил бы некоторые проблемы Великой Вьетнамской Империи.

Батальон Волчий Клык убил множество экспертов, которые отважились пойти против Вуянь Хуна, однако те смогли доставить немало забот, более сотни солдат погибло от их рук. Эти эксперты вражеской стороны также были причинной задержки некоторых отрядов.

Время шло, но Юэ Чжун все не появлялся.

— Черт тебя подери, Юэ Чжун! Какого хрена его нет? — спустя три часа У Дахуэй стал испытывать нетерпение, его брови хмурились все сильнее, а проклятья становились все громче.

— Командир! — как раз в это время солдат, прибежавший с небольшой тропы, доложил, — Юэ Чжун прислал сообщение, он сказал, что раз уж мы устроили засады и ловушки, то нам веры нет. Он хочет, чтобы мы немедленно все перевезли к Бамбуковому Пику.

— Он это предвидел? Он думает, что он самый хитрый! — выражение лица У Дахуэйя окаменело еще больше, так как его опасения на счет Юэ Чжуна еще больше возросли.

— Командир! Что будем делать? – спросил другой солдат.

— Пусть будет, как он хочет. Отвозите все к Бамбуковому Пику. На этот раз никому не следовать за ним! – ответил командир батальона Волчий Клык, слегка помедлив, пока просчитывал возможные варианты.

— Есть! — с готовностью отозвались солдаты.

«Пока ты желаешь 300 тонн продовольствия, ты никуда не денешься от моих когтей!» — пылко подумал про себя У Дахуэй. Большинство грузовиков действительно были забиты продуктами, но в некоторой части из них прятались эксперты его батальона. Как только Юэ Чжун пошлет кого-нибудь, чтобы забрать продовольствия, эксперты выйдут из укрытий и при поддержке двух штурмовых вертолетов смогут уничтожить целый батальон неподготовленных солдат.

Вьетнамские солдаты, последовав приказу командира, перевезли продовольствие к Бамбуковому Пику, потратив на это еще несколько часов.

— Командир! Юэ Чжун хочет, чтобы мы отправили продовольствие к Лесу Ящериц, — сообщил солдат спустя час после того, как все было доставлено к Бамбуковому Пику.

— Проклятый Юэ Чжун! Ты смеешь играть со мной! Как только я тебя поймаю, ты будешь умирать медленной и ужасной смертью! — лицо У Дахуэйя перекосило от злости, яростно набросившись на огромное дерево, он со смачным звуком расщепил его. Теперь он знал, что Юэ Чжун и не собирался договариваться, наоборот, он хотел поиграть с ним.

— Возвращаемся назад! — стиснув зубы, прорычал У Дахуэй голосом, способным испепелить все вокруг. Под его командованием бойцы батальона Волчий Клык и остальное вьетнамские солдаты отправились назад, усталые и изможденные.

В то же самое время Юэ Чжун вел за собой Ли Бинъянь в направлении небольшого города, в котором некогда располагался авангардный отряд Великой Вьетнамской Империи. Он уже выполнил свою задачу по наблюдению за ситуацией в основном городе противника и должен был возвращаться, чтобы организовать отступление и покинуть город.

Юэ Чжун мог причинить лишь легкое беспокойство войскам Вуянь Хуна, потому что пока не был готов столкнуться с целой армией. Если батальон Волчий Клык выступит против Юэ Чжуна, то они с легкостью сметут его нынешние отряды.

— Ты не заслуживаешь доверия! – с ненавистью прошипела Ли Бинъянь, — Разве ты не обещал, что как только получишь 300 тонн продовольствия, то отпустишь меня? Разве наши люди не дали тебе 300 тонн? Почему ты не договорился с ними и не отпустил меня?

Юэ Чжун не пошел в обговоренный пункт обмена, и это довело девушку до бешенства. Она была уверена, что как только нога Юэ Чжуна ступит туда, для него это обернется ничем иным, как смертью. Она положилась на эту надежду, но ей суждено было обратиться в прах из-за действий Юэ Чжуна.

— Заткнись! Это твоему батальону нельзя верить, они устроили ловушки и таким образом провалили сделку. Не нужно винить в этом меня, — холодно ответил Юэ Чжун, смело встретив гневный взгляд Ли Бинъянь.

Из-за их готовности сотрудничать Юэ Чжун уже знал, что нет никакой возможности вести переговоры, ведь 300 тонн продовольствия за одного человека – это немало. К тому же если бы они поменялись местами, и это Юэ Чжун оказался бы на месте У Дахуэйя, то он бы точно также подумал об избавлении от такого жадного бандита.

Ли Бинъянь, с ненавистью посмотрев на Юэ Чжуна, все же смиренно опустила голову, однако сердце ее было наполнено мыслями об убийстве Юэ Чжуна бесчисленными способами.

После того как Юэ Чжун привел девушку в город, он увидел выживших из Китая, Европы и Африки, которые уже немного восстановили свои силы. С оружием в руках они патрулировали город, вселяя страх во вьетнамских жителей города, поэтому на улицах не было ни души, вместо этого в некоторых местах уже были уложены мешки с песком и колючая проволока, и на этих постах несли дежурство солдаты.

При виде приближавшегося Юэ Чжуна вооруженные солдаты салютовали ему, их глаза были полны благоговения и благодарности. Все-таки этот человек спас их от плена, дал им пищу и силы и вернул достоинство. Его действия позволили им пожить еще немного, чувствуя себя людьми, а не свиньям или собаками. Это и стало причиной их глубокой признательности к Юэ Чжуну.

Один из китайских солдат с огромным шрамом от ожога на лице, который придавал ему еще более свирепый вид, подошел и, отдав честь Юэ Чжуну, с глазами, полными благодарности, заговорил:

— Босс Юэ! Мисс Чэнь Яо там, пожалуйста, пойдем со мной!

Эти двести с небольшим не-вьетнамцев вели жизнь недостойную даже собак и свиней, и каждый из них обладал шрамами, доказывающими это.

— Как твое имя? – спросил Юэ Чжун, шагая рядом с солдатом.

— Пэн Цзиньюн! — тут же ответил тот.

— Готов быть моим личным телохранителем? — слегка улыбнулся Юэ Чжун.

— Конечно, хочу! — выражение лица Пэн Цзиньюна стало даже еще более свирепым при мысли о вьетнамцах, поэтому он заговорил с еще большим желанием убивать, — Но босс Юэ! Я хочу быть на передовой, чтобы убивать этих вьетнамских свиней!

Все эти хреновы говоруны, которые говорят о «возмездии, когда настанет время» и «мести, которая ничего не решает», занимались пустой болтовней. Они не страдали и им не причиняли вред, поэтому они могли с легкостью вступать в дебаты и вести теоретические беседы. Но если бы их жен или дочерей изнасиловали, или причинили иной вред, и при этом они все еще могли бы хранить спокойствие и прощать обидчиков, то только тогда это было бы более убедительно.

Юэ Чжун спас эти 200 человек из лап вьетнамцев и вполне естественно, что они их ненавидели. Они не могли дождаться момента, чтобы начать убивать тех, кто причинил им столько страданий.

Услышав слова Пэн Цзиньюня, Ли Бинъянь нахмурилась, как бы там ни было, но она была вьетнамкой, и то, что все называли вьетнамцев не иначе как собаками, злило ее.

— Хорошо! Сосредоточься на выздоровлении для начала, а потом, убей как можно больше врагов! — сказал с нажимом Юэ Чжун, похлопав солдата по плечу.

Глава 322. Налет

— Кто ты такой? — как только Пэн Цзиньюн привел Юэ Чжуна к зданию городского правительства, четыре женщины с оружием наперевес преградили им путь и холодно спросили.

— Это босс Юэ, он тот человек, который спас нас прошлой ночью! Он друг мисс Чэнь Яо! – выступив вперед, заявил Пэн Цзиньюн.

Этих женщин спасла лично Чэнь Яо, поэтому они не видели Юэ Чжуна.

— Огромное спасибо, босс Юэ, за то, что спасли нас! — четыре вооруженных женщины посмотрели на Юэ Чжуна, и слезы благодарности заблестели в их глазах, когда они опускались на землю и выражали свою признательность низким поклоном. Если бы Юэ Чжун не предпринял действий, то их запытали бы до смерти, не оставив им ни капли достоинства.

— Встаньте! — мягко приказал Юэ Чжун, — Я сделал то, что должен был!

Только тогда женщины поднялись, а Юэ Чжун позволил Пэн Цзиньюну провести себя в здание. Две из четырех женщин последовали за ними, просто на случай, если он окажется не тем, за кого себя выдает и попробует обидеть Чэнь Яо.

— Юэ Чжун, ты вернулся! — Чэнь Яо как раз распределяла обязанности среди нескольких женщин, но при виде Юэ Чжуна взвизгнула от восторга.

Чэнь Яо пребывала в состоянии стресса, пытаясь привести дела в порядок. В этом городе вьетнамцев насчитывалось более 2600 человек. Не-вьетнамцев же было немногим больше 400, большинство из которых прошли через пытки и мучения, из-за чего их тела и души пострадали, и сейчас им требовалось время на восстановление. Если 2600 вьетнамцам придет в голову поднять бунт, то подавить его только с 400 слабыми не-вьетнамцами будет сложно. Кроме этого, Чэнь Яо постоянно должна была беспокоиться о потенциальной угрозе со стороны отрядов врага или же мутировавшие звери. К тому же на ней также было распределение пищи среди выживших. Все это не давало ей покоя.

Будучи временным лидером, Чэнь Яо выяснила, что ей нужно решить множество вопросов за короткое время. Она наконец-то поняла тяжесть Юэ Чжуна, которому приходилось в одиночку нести весь этот груз на себе.

Видя радостное выражение Чэнь Яо, женщины в комнате пристально вгляделись в Юэ Чжуна, сохраняя в памяти черты лица человека, спасшего им жизни, после чего тактично покинули комнату.

— Чэнь Яо! Отличная работа! Кажется, у тебя весь город под контролем, — слегка улыбаясь, Юэ Чжун подошел к дивану рядом с Чэнь Яо и, сев, похвалил ее. Не каждый смог бы использовать небольшие силы, чтобы подчинить целый город. Девушке же удалось это без лишнего шума, что показывало, насколько способной она была.

Чэнь Яо, посмотрев на Юэ Чжуна, мило улыбнулась ему и, сев рядом с ним, рассказала о том, как справлялась с делами. После того как Юэ Чжун уехал, она быстро расставила тех выживших, которые могли двигаться и сражаться, чтобы контролировать важные места города. В то же время она собрала вокруг себя женщин, с которыми вьетнамцы обращались как с игрушками, и раздала им оружие. Хоть с ними и обращались как со шлюхами, они могли, по крайней мере, прилично есть, благодаря чему их слабым телам хватило бы сил для возможного боя.

С более чем 22 выжившими женщинами с оружием, которые патрулировали город, вьетнамцы были под контролем. Чэнь Яо также ввела военное положение, приказав стрелять в каждого, кто выйдет на улицу, поэтому все вьетнамцы вынуждены были сидеть дома, тем самым, она не дала им возможности договориться между собой.

После принятия различных мер Чэнь Яо могла считать, что город был под ее полным контролем. Все-таки это был Северный Вьетнам, где последняя китайско-вьетнамская война прошла лишь 30 лет назад. Даже теперь многие люди здесь были полны ненависти к китайцам. В этом районе, будучи китаянкой, оступись Чэнь Яо, и она столкнулась бы с яростью вьетнамцев.

В то время когда Вьетнам сражался против Франции и Америки во время Вьетнамской войны, китайцы затягивали пояса и слали помощь на общую сумму более 20 миллиардов юаней, а также добровольцев, которые помогли в боях и улучшали отношения между офицерами и бойцами. Но сегодня все это было забыто. Конечно, южная часть Вьетнама, которую не коснулась война, была другой, вьетнамцы там находились в более добрых отношениях с китайцами.

После дня отдыха те, кто поел мясо 2-го типа, быстро шли на поправку и уже могли участвовать в боях, возникни такая необходимость. Конечно, основываясь на их текущем состоянии, было бы глупостью надеяться, что они смогут участвовать в длительном бою.

— Что мы теперь будем делать, Юэ Чжун? — в глазах Чэнь Яо мелькнуло беспокойство, когда она сосредоточенно посмотрела на него.

Ситуация не сулила им ничего хорошего. Не только потому, что они были на незнакомой территории, но они находились на территории Северного Вьетнаме, где люди воспринимали китайцев как врагов. Это создавало определенные трудности для них, например, они не смогут организовать отряды, которым можно было бы доверять. Кроме того, многие выжившие не захотят признать Юэ Чжуном, так как он был китайцем. К тому же, их теперешнее положение было слишком близким к городу Чэнъя, базе Великой Вьетнамской Империи. Расстояние составляло всего 60 км и, как только противник отправит 3 батальона, группа Юэ Чжуна будет сметена с лица земли.

— Быстро организуй всех, мы выдвигаемся в сторону большого города Лангшон, — ответил Юэ Чжун тяжелым голосом.

Все что они моги сделать, это забрать все нужное и уходить, кроме того, путь к Лангшону пролегал через леса и джунгли, которые кишели свирепыми мутировавшими монстрами, и городами, заполоненными зомби, так как все более-менее безопасные пути были под контролем Вуянь Хуна. Если бы Юэ Чжун попробовал победить его отряды силами, которыми сейчас располагал, то эта попытка обрекла бы всех их на смерть.

— Юэ Чжун, здесь больше 2500 вьетнамцев. Если мы просто отправимся в другой город, не будет ли проблем? В пути мутировавшие звери будут привлечены таким количеством людей, — нахмурившись, спросила Чэнь Яо.

Миграция более 2500 людей определенно будет привлекать мутировавших звери, обладавших обостренным обонянием. В прошлом, когда Юэ Чжун организовывал переход сотни тысяч выживших из города SY к себе в Нин-Гуан, они следовали только по автомобильному шоссе прежнего мира, рядом с которым не было никаких диких животных, благодаря чему также не было никаких крупных монстров сегодняшнего мира. Одновременно с этим у них была защита армии, и даже так во время перехода все равно были случаи нападения волн мутировавших зверей.

Во Вьетнаме же так много лесов, а количество монстров и вовсе было шокирующе великим, поэтому, если группа из 3000 человек будет мигрировать, то они однозначно подвергнутся нападению мутировавших зверей. В ответ на ее вопрос в глазах Юэ Чжуна сверкнула странная искра и, не моргая, он сказал:

— Нет причин для беспокойства! Нужно собираться!

Чэнь Яо нахмурилась, глядя на него, она знала его как человека, который заботился о невинных выживших. Однако она была достаточно умна, чтобы понять, что Юэ Чжун не сказал. Было трудно сказать, были ли вьетнамцы друзьями или врагами, но они вполне могли предать их. При таких обстоятельствах, даже если они умрут, Юэ Чжун сможет это пережить, и он определенно не оставит 2600 выживших вьетнамцев Великой Вьетнамской Империи Вуянь Хуна, так как они станут его солдатами или рабочими.

Чэнь Яо подумала о тех китайских женщинах, с которыми вьетнамцы обращались как с нелюдями и, стиснув зубы, сказала:

— Тогда я пойду готовить всех к переходу.

В этот момент снаружи раздался ужасный взрыв. В то же время послышались яростные крики, началась перестрелка.

— Быстро, за мной! — Юэ Чжун изменился в лице, и быстро побежал к двери. Чэнь Яо следовала сразу за ним, и вместе они выбежали на улицу.

Как раз в тот момент, когда они покинули здание, в него попало несколько ракет, последовал ужаснейший взрыв, и здание начало разваливаться на части. Чэнь Яо повернулась и с побледневшим лицом посмотрела на обломки, ведь если бы не Юэ Чжун, то она погибла бы под этими завалами.

Юэ Чжун, подняв голову, увидел в небе два штурмовых вертолета, которые неистово обстреливали город и, чувствуя себя властелинами небес, разрушали зданий, погребая выживших под их завалами. Из-за огромного количества различных снарядов, город быстро погружался в пучину хаоса и огня. Огромное множество выживших вьетнамцев выбегали из домов и, громко крича, быстро превращались в решето.

Бойцы же Юэ Чжуна непрерывно стреляли в ответ. Были даже те, кто пытался пустить ракету во вражеские вертолеты, однако те не находились на месте в ожидании ракет. Людям, кроме тех, кто обладал особыми способностями, были Эвольверами, как Юэ Чжун или же Энхансерами скоростного типа, было сложно попасть в вертолеты из ракетных установок. Что касается обычных пуль, то они просто отскакивали от их толстой брони.

Двум воздушным монстрам достаточно было просто перевести огонь на солдат, стрелявших по ним, и они могли бы полностью уничтожить всех людей Юэ Чжуна. Два вертолета парили в воздухе и излучали ауру смерти настоящего повелителя небес, каким они и выглядели для людей внизу.

— Черт! — Юэ Чжун смотрел на вертолеты и его глаза вспыхнули холодом, когда он активировал «Дьявольское Пламя». Возникший в его руках огонь быстро превратился в Копье Дьявольского Пламени и, бросив его со всей силой, Юэ Чжун сбил один из штурмовых вертолетов.

Попав в вертолет, ужасающее пламя с ревом взорвалось и, полностью поглотив машину, превратило ее в огромный огненный шар, который стал быстро падать на землю. Второй штурмовой вертолет, увидев гибель своего напарника, сразу же стал подниматься, уходя на большую высоту. Как только он поднимется к облакам, Юэ Чжун не сможет достать его без другого летательного аппарата или современного оружия.

Наши рекомендации