Характеристика власти в первобытном обществе

Главной проблемой происхождения государства и права считается проблема их генезиса. Итогом действия исторических условий и факторов развития стал процесс образования и эволюции государства и права. Необходимо отличать процесс генезиса государства и права от генезиса новых государственно-правовых форм соответствующего исторического периода.

Элементарной, первичной формой человеческой самоорганизации, первой социальной формой коллективности стало так называемое первобытное стадо. Хотя с точки зрения теологических концепций изначально формой человеческого общежития признается семья. Этим положением изначально проводится отличие человеческой коллективности от стадных форм существования в дикой природе. Необходимо признать, что изначально коллективистские формы существования людей действительно реально отличались от примитивных (несоциальных форм) существования. Дело в том, что данным макроколлективам в науке просто не найдено подходящее определение. Например, в науке утверждается о том, что в существующих стадных формах действовал принцип равенства прав и обязанностей. Но это утверждение уже кардинально отличает первобытную человеческую коллективность от иных биологических форм существования.

Первобытнообщинный строй основывался на коллективных формах хозяйствования, присвоения, распределения и осуществления культовых мероприятий. Основой данной системной организации выступал род, который в целях самоорганизации стремился упорядочить многообразные отношения в сфере становления института семьи. Но данная семья существенно отличалась от семьи территориальной государственного периода, так как основывалась на родовых связях, была «заслонена» родом и ему подконтрольна. Связь кровным родством позволяло изначально формировать родовые общины, постепенно объединявшиеся в племена и союзы племен. Эти объединения были подчинены решению общесоциальных задач, они были естественными союзами. Усложнение общественной эволюции, становление институтов государства было связано с заменой естественных союзов искусственными, где определяющее значение играли юридические формы и нормы, а не нормы традиций и не формы родового (естественного) быта.

Общая схема эволюции социума данного периода подчиняется следующей социологической схеме: род – семья – государство. Существовало естественное разделение труда между мужчинами и женщинами. Социальных различий в патриархальных отношениях не существовало, все члены родового сообщества были равны в своих правах и обязанностях.

В самый ранний период социальной организации преобладала присваивающая экономика и присваивающее хозяйство. Первобытная родовая община предусматривала внутри себя определенную дифференциацию: прежде всего по половозрастным признакам и значению в системе коллективного труда, присвоения и управления. В основе родовой общины лежало не только кровное родство, но и совместное производство и потребление (распределение). Основная цель такой самоорганизации состояла в обеспечении простого воспроизводства на минимальном уровне удовлетворения самых элементарных потребностей (выживания, пропитания, обеспечения управляемости, безопасности внутренней и внешней).

Основой деятельности родовой общины стало совместное производство. На смену родовой форме социальной организации общества приходят более сложные формы: племена(объединения нескольких родов на основе кровнородственной и территориальной связи) и союзы племен (объединение разных родов). Происходит переход от присваивающей экономики к производящей, запрет браков внутри рода, что привело к постепенной дифференциации из рода отдельных семей.

Кровнородственная организация общества была основана прежде всего на общей собственности (сособственности) не только на имущество и средства производства, но и на иные выгоды, блага, результаты деятельности, на жен, мужей, детей и т.д. Первобытная коллективность обусловила равенство социального положения каждой составной единицы каждой элементарной группировки индивидов в различных формах этой коллективности. Эта система в общесоциальном плане не давала возможности выходить за ее рамки, обеспечивала свою самодостаточность всеми доступными средствами – системой запретов-табу, рекомендаций определенного поведения там, где связи не достаточно институализировались, системой запретов-ограничений, санкций фактического (не юридического) характера.

Изначально преобладали материнские роды, в которых осуществлялось социальное доминирование женщины, затем родство по отцу заняло решающее место (патриархат). Власть отца часто была безграничной и распространялась не только на семейное имущество, но и на саму личность, находящуюся под властью домовладыки или отца семейства. Причем ценились и реализовывались здесь именно властные механизмы, поскольку власть при этом связывалась с обладанием полным, первоначально почти неограниченным. На этой стадии еще отсутствует особый разряд управляющих и род управляется на принципах первобытной демократии. Эта демократия проявляется в формах публичной власти, которая основывалась на выявлении воли большинства, на равенстве прав и обязанностей, на выборности лучших (или старших по возрасту) членов общины для осуществления без какого-либо вознаграждения «управленческих» функций.[9]

Первобытная родовая демократия стала первой исторической формой прямой демократии, распространяющаяся на всех членов общины-сообщества (сотоварищества). Участие всех членов рода в общих делах является характерной чертой родовой демократии. Основными организационными формами первобытного общества являлись род (объединение, основанное на кровном родстве), племя (объединение нескольких родов), союзы племен, которые непосредственно предшествуют появлению протогосударства.

В основе племенной организации находились не только кровнородственные, но и территориальные связи. Племенные союзы возникали часто для необходимости отражения агрессии других племен. Но это были союзы различных племен, родов, семей и др. Социальная власть в догосударственный период именуется потестарной, т.е. она связана с мощью, силой, авторитетом.

Власть должна была поддерживать свою легитимность всеми доступными средствами, в том числе разрабатывая различные примирительные процедуры в виде установления различных стандартов для разрешения споров, становления формул сакрального характера и т.д. Основными признаками родовой демократии являются: «суверенитет коллектива рода, выражением которого было собрание всех общинников; равенство личных прав и обязанностей; свобода выхода из общины; выборность вождя (старейшины) с правом его смещения; гласность управленческого процесса и судопроизводства. Ряд других черт родовой демократии, такие, как общественный характер управления, т.е. отсутствие особого разряда «управляющих» и особого аппарата принуждения; отсутствие фиксированных норм; совпадение личного и общественного интереса, – присущи только ей и в значительной степени утрачиваются уже в эпоху «военной демократии».[10]

Институт власти возникал прежде всего в силу необходимости разрешения коллективных и индивидуальных конфликтов, власть превращалась в факт, она функционировала, основывалась уже на институализированных связях, отношениях, формах управленческой деятельности (советы старейшин, народные собрания, съезды представителей родовых объединений и др.). В родовом обществе существовала родовая демократия, т.е. политической демократии не было.

Режим военной демократии являлся уже протогосударством: существовали органы власти и управления, отделенные от остального населения, властные функции были прежде всего сосредоточены в военном сословии. Военное сословие превращалось постепенно в правительственный класс, дружина становилась войском, представители аппарата управления приобретали статус публичной власти, т.е. власти, непосредственно не совпадающей с населением государства.

Организационные формы существования власти были самыми разнообразными. Существовали ранние институты общественного представительства (народные собрания и съезды) и институты обеспечения исполнения и контроля решений этих основных органов социального представительства (советы старейшин, жрецов, военоначальников, родовых предводителей и др.). Власть этих институтов обеспечивалась не только авторитетом, но и механизмом социального принуждения, основанного на существовании определенных институализированных норм-принципов того периода. Эти нормы в основном основывались на культово-религиозных правилах, защищались прежде всего авторитетом длительности их применения и признания за ними священного, незыблемого характера. Это были по существу не изменяемые нормы, проверенные опытом, по форме больше напоминали положения-принципы, социальные прецеденты, презумпции и фикции. Разумеется, они не являлись таковыми по юридической природе, так как в основном являлись мононормами, т.е. слитными не расчлененными нормами, одновременно – нормами зарождающего права и морали. Это зарождающееся право возникало, таким образом, не в момент появления классового общества и антагонистических классов, оно было необходимо и существовало в доклассовый и догосударственный период. Но оно, конечно, не являлось правом в общепринятом и современном понимании.

Таким образом, существовали и принципы и система правления, но это было потестарное правление, основанное на силе и власти определенных социальных слоев, которые, однако, еще не являлись политической властью. «Наиболее отчетливо специфика догосударственной, потестарной власти обнаруживалась в системе правления, называемой военной демократией. Военная демократия может определяться как протогосударство, т.е. такая организация древнего общества, которая характерна для этапа перехода от доклассового к раннеклассовому обществу».[11] Т.е. специального аппарата власти, отделенного от общества не существовало, хотя бы в силу того, что сами члены общества коллективно ее осуществляли и в представительных, и в исполнительных, и в контрольных формах.

Функции такой власти четко не отделись от материальных форм деятельности. Требовалась разработка процедурных норм, которые в целом заменялись системой обычаев (устойчивые социальные правила поведения-нормы). По содержанию и форме такую власть можно охарактеризовать как первобытную или военную демократию. Военная демократия как форма организации общества имела место в период разложения родоплеменного строя и перехода к государству. Это была уже другая демократия, где народное собрание являлось лишь объединением воинов, а не всех членов родового объединения. Происходила постепенная концентрация власти и собственности в руках военного сословия, которое становилось классом военной знати. Но это была демократия, потому что она в значительной мере еще ориентировалась на интересы всего сообщества, поскольку все взрослые члены рода продолжали принимать участие в осуществлении публичных властных функций.

Сохранялись также и родовые учреждения: совет старейшин, вождь и др. Но данные органы по сути уже представляли интересы определенных групп, а народное собрание превращалось в формальное учреждение. Во многом это было связано с трансформацией функций родового государства, которое все более осуществляло военную политику. Все чаще практиковались различные ограничения на участие всех членов родового объединения в решении общих дел. Постепенно этот круг сузился настолько, что функции власти сосредоточились в руках одного, т.е. правящего сословия. Складывается иерархия должностей, происходит отчуждение власти от общества, формируются надобщинные структуры управления. Но на уровне общины еще длительное время продолжало сохраняться самоуправление. Хотя это уже была не родовая, а соседская община. Таким образом, военная демократия характеризовала процесс перехода к государственным институтам управления.

Постепенно на место родов и племен приходят территориальные формы организации населения, образуются государства с границами, но не с родовыми, а с территориальными очертаниями. Складывается особая публичная власть, которая непосредственно не совпадает с населением. Наличие публичной власти становится характерным признаком государства. Эта власть уже применяла насилие, основанное на праве. Она приобретает черты внутреннего и внешнего суверенитета, универсальности, обладает правом отменять решения других властей, учреждает систему обязательных сборов (налогов) с населения. Свою волю государственная власть концентрирует в законах, которые устанавливают права и обязанности подвластных. Деление на права и обязанности являлось новым явлением по сравнению с родовым государством. Но государство остается формой организации общества, которое уже организуется на территориально-политических началах.

Обычаи являлись комплексными нормами поведения во всех сферах жизнедеятельности, по форме они заключались в основном в культово-религиозные нормы, а по содержанию в основном соответствовали нормам морали в соответствии с уровнем культуры и цивилизации. Т.е. с современной точки зрения они могли и не соответствовать морали в общепринятом и современном понимании, тем более, что такая мораль основывалась на жесткой системе запретов и санкций. Таким образом, в первобытном обществе существовала власть общественная, потестарная, зависимая от самого общества, а, следовательно, в форме родовой демократии.

Наши рекомендации