ГЛАВА 5. Если бы вы смогли прочитать письма, которые я получаю, то дней через десять вы пришли бы к неизбежному выводу: мои читатели — странные люди

Если бы вы смогли прочитать письма, которые я получаю, то дней через десять вы пришли бы к неизбежному выводу: мои читатели — странные люди. Не ВЫ, конечно, но многие другие читатели, или, скорее, некоторые из них, потому что есть среди них и очень приятные люди.

Я постоянно получаю письма, в которых меня стараются убедить, что я должен больше рассылать бесплатных экземпляров своих книг в публичные библиотеки. Люди пишут, что они не могут себе позволить купить мои книжки и смогут их прочесть только в том случае, если я буду их бесплатно посылать в библиотеки.

Не могу сказать, чтобы я был в восторге от этой идеи. Ведь средс­твом к существованию для человека, который пишет книги, являются только авторские гонорары. Когда выходит моя книга, то, в зависимос­ти от страны, я получаю семь или десять процентов прибыли, но всегда от нижней продажной цены.

Если, например, книга отсылается из Англии, где она стоит совсем недорого, в Америку, то приходится оплачивать почтовые услуги, и я не получаю ничего от высокой цены в Америке. Мой гонорар исчисля­ется от самой низкой цены в Англии, да и то после того, как окупятся все затраты моего издателя.

Время от времени я также вынужден пользоваться услугами пос­редников, на оплату которых уходит около одной пятой из этих десяти процентов. Кроме того, существуют налоги, а автор книги часто вы­нужден платить их вдвойне — в стране, где книга написана, и в стране, где она издается. Так что, поверьте, когда сняты все сливки, автору едва остается «на хлеб».

Кроме того, мне приходится покупать массу различных мелочей — канцелярские принадлежности, конверты, марки и т. д. Позвольте так­же напомнить вам, что автор, отвечающий на все письма, которые к нему приходят, является самым низкооплачиваемым человеком на Земле. Индеец-землекоп, который лениво ковыряет землю в яме пос­реди дороги, получает деньги за то, что он сделал, получает деньги за затраченное время. Оплата юриста или врача также зависит от его квалификации и затраченного времени. А те, кто пишут письма автору книги, прося его о той или иной услуге или подарке, в девяти случаях из десяти даже не присылают почтового конверта для ответа. А если и присылают, то чаще всего это оказывается конверт другой страны. Ведь если конверт приходит, скажем, из Соединенных Штатов, то его невозможно использовать в другом суверенном государстве, например Канаде. И что я должен после этого делать? Оплачивать канцелярские принадлежности? Впечатывать обратные адреса на конвертах? Некото­рые письма приходится печатать на машинке, и это тоже стоит денег. И почтовые расходы надо оплачивать. Так что, согласитесь, те, кто пишут автору книги, часто хотят многого, не отдавая ничего взамен. Как-то раз я получил письмо от джентльмена, который пишет, что купил одну из моих книг и в результате считает, что имеет право полностью рассчитывать на мои услуги. Он пишет, что прочитал в конце книги, что я прошу людей писать мне. Ему и в голову не пришло заметить, что я прошу людей НЕ писать мне!

Как автор, я нуждаюсь в авторских гонорарах, а от тех, кто берут мою книгу в библиотеке, не получаю ни гроша. А именно те, кто пользуются библиотеками, наиболее требовательны. Одна из таких читательниц написала мне, что она прочла какую-то из моих книг и «Теперь вы можете выслать мне полный комплект ваших книг с дарс­твенной надписью. Мне хотелось бы также иметь вашу фотографию с автографом».

Что бы ответили на это Вы, дорогой Читатель?

Часто происходят довольно забавные случаи. Например, я от души веселился, следя за поведением небольшой группы жителей австра­лийского города Аделаиды. Я назвал их «аделаидскими обезьянами». Это небольшая компания, у которой были какие-то неприятности с полицией. Однажды кто-то написал мне, поверяя свои тайны, и спро­сил, не мог бы я поручиться за этих людей. Я ответил, что нет, не могу, и с тех пор начал получать от этих людей дюжины непристойных писем, большая часть из которых содержала фразу «Сим отрекаюсь от Вас». Это скорее позабавило меня, поскольку у нас никогда не было никаких контактов, а как можно отречься от того, с кем ни разу даже не встречался? Позже мне сообщили, что члены этой группировки требуют от каждого, кто присоединяется к ним (о, бедная, несчастная душа!), вписать свое (или просто любое) имя на заранее отпечатанном письме и отправить его мне. Что ж, по крайней мере почтовое ведомс­тво получает какую-то прибыль. Это также неплохо для служителей закона: я переслал целую кипу таких писем вместе с конвертами в полицию Аделаиды, и они сообщили мне, что уже занимаются этими ребятами. А я — с большим интересом жду развития событий. Так что, «аделаидские обезьяны», я посылаю вам свои благодарности и мне очень хотелось бы узнать, как вы можете отречься от того, с кем никог­да не были связаны.

Один житель Ванкувера написал своему другу (который сразу рас­сказал об этом мне), что «Лобсанг Рампа не может быть истинным учителем, потому что в одной из своих книг он написал, что ему не нравятся ирландские сборщики налогов»!

Другая леди, тоже из Ванкувера, узнав, что я очень беден, просто заявила, что я, очевидно, мошенник, потому что если бы я был истин­ным учителем, то деньги текли бы ко мне рекой и я стал бы миллионе­ром. Очевидно, ей даже в голову не приходит, что существуют некото­рые вещи, значительно более ценные, чем золото и бриллианты. Поис­тине, она идет по ложному пути, потому что оккультист, который действительно может помочь людям, никогда не станет делать из этого бизнес. Если кто-нибудь хочет передать деньги в дар, чтобы оказать помощь, это другое дело, но таких людей на Земле меньше, чем зубов у курицы.

Впрочем, я всегда бываю вознагражден. Ко мне обращается мно­жество прекрасных людей. Однажды я получил письмо, в котором один известный «провидец» открыто высказывал мнение, что «Лоб­санг Рампа сделал для оккультного мира больше, чем любой другой человек на Земле». Правда, неплохой комплимент? И я очень высоко ценю его, ведь что бы там ни говорили, я делаю все, чтобы помочь людям узнать, что к чему в этой жизни и после нее.

Да, мое вознаграждение — это хорошие люди. Более десяти лет назад, когда я впервые оказался в Канаде, я получил письмо от одной женщины, и с помощью психометрии* я определил, что это очень приятная женщина. Она спрашивала, нельзя ли ей приехать, чтобы встретиться со мной. В то время у меня была машина — сейчас я уже не могу себе этого позволить, у меня есть только инвалидная коляска, — и я подумал, а почему бы мне не сделать ей сюрприз и не поехать к ней самому. Я так и сделал и встретил действительно прекрасную жен­щину, миссис Валерию Сорок. За последних десять лет наша дружба и взаимная симпатия между ней и моей семьей окрепла настолько, что мы воспринимаем ее уже не просто как друга или человека, пишущего нам письма, но как члена нашей семьи. Мы переписываемся и встреча­емся всякий раз, когда нам приходится бывать в Канаде. Она навещала нас даже тогда, когда мы жили в Монтевидео, в Уругвае.

* Психометрия — способность сообщать сведения о предмете или его владельце через контакт с этим предметом. — Прим. перев.

Прошлой ночью мне позвонила миссис Валерия Сорок, и мы долго говорили с ней по телефону — в Канаде бастовали бесподобные почто­вые работники, и ей пришлось воспользоваться телефоном. Она сказа­ла, что, поскольку я пишу новую книгу, ей бы хотелось, чтобы я ответил на некоторые ее вопросы. Я записал их и сказал, что обязательно сде­лаю это, если она разрешит мне упомянуть ее имя — как человека, который задал их. Кстати, миссис Сорок — специалист по английскому языку. Она с содроганием читает мою неуклюжую прозу и время от времени ей приходится исправлять уж очень неправильные обороты и грубые ошибки. Теперь мне остается только передать привет миссис Сорок и перейти к ее вопросам.

Наши рекомендации