Смысл человеческого бытия.Проблема свободы

Издревле человек ставил перед собой вопрос, в чем сущность человеческого бытия. Многие философы и мыслители пытались ответить, для чего живет человек, для чего пришел он в этот мир, почему он умирает и что происходит с ним после смерти.Ориентация греческих мыслителей на человека и его разум тесно связана с фундаментальной установкой всей греческой культуры - с призывом к самопознанию. Изречение ”Познай самого себя”, высеченное на колонне при входе в храм Аполлона в Дельфах, явилось одной из ведущих идей на поворотных пунктах истории.Для Сократа смысл человеческой жизни заключается в философствовании, в постоянном самопознании, вечном поиске самого себя путем испытания. Преодоление неведения предполагает поиск того, что есть добро и зло, прекрасное и безобразное, истина и заблуждение. Согласно Платону, счастье (блаженство) возможно лишь в загробном мире, когда бессмертная душа - идеальная сущность в человеке - освобождается от оков бренного тела. Природа человека, считает Платон, определяется его душой, точнее, душой и телом, но с приматом души над телом, божественного бессмертного начала над смертным, телесным. По учению Платона, человеческая душа состоит из трех частей: первая из них выражает идеально - разумную способность, вторая - вожделяюще-волевую, третья - инстинктивно-аффектную. В зависимости от того, какая из этих частей берет верх, зависит судьба человека, направленность его деятельности, смысл его жизни.На вопрос, о чем человек должен мечтать, Антисфен говорил: ”О том, чтобы умереть счастливым”. ”Тот, кто хочет быть бессмертным, - говорил он, - должен вести благочестивую и праведную жизнь”. ”Государства погибают тогда, когда перестают отличать дурных от хороших”.В отличие от славянского язычества (основными мировоззренческими доминантами которого были антропоморфизация природы и натурализация человека) и эллинского типа культуры (где мерой всех вещей являлся героизированный человек) принятое Русью христианство диктовало качественно иную концепцию человека. Основой всех основ и мерой всех вещей стало высшее духовное субстанциональное первоначало.Через осознание своей малости, греховности, даже ничтожности перед абсолютностью идеала и в стремлении к нему человек получил перспективу духовного развития, его сознание становится динамично направленным к нравственному совершенствованию. Совесть, нравственная чистота, стремление творить добро, совершать духовные подвиги становится стержнем личностного самосознания, поведения лучших представителей русского народа, гарантами его социального развития. Средства нравственного, духовного становления, борьбы личности против ее подавления на разных этапах средневековой истории Руси были различны - от стремления к духовному самоуглублению в духе Нила Сорского до бунтарского протеста протопопа Аввакума в защиту народных традиций от их сознательного разрушения сверху.Проблема человека занимает одно из центральных мест в философии французского Просвещения. Свое понимание человека французские материалисты противопоставляли религиозно-философской антропологии, решительно отвергали дуалистическую трактовку природы человека, как сочетания телесной, материальной субстанции и нематериальной, бессмертной души.По выражению одного из отечественных мысли­телей, проблема политической свободы постоянно ставится как проблема освобождения, обретения сво­боды, тогда как на деле труднее всего не завоевать, а сохранить обретенную свободу и не впасть при этом в новое рабство.

Справедливость этих слов все мы сполна ощутили на себе. Свобода в ее классически либеральном пони­мании оказалась на нашей почве крайне расплывча­той и лицемерной ценностью. Те, кто много говорит о свободе, на деле думают только о деньгах и обогаще­нии. Деньги же рассматривают как средство для под­чинения других. Такова была свобода в устах Р. Чейни, когда он не так давно высокомерно поучал Россию и пенял на ее «отступления от демократии».

Еще более важен другой аспект. Свобода превраща­ется в прикрытие для нового, в первую очередь — вну­треннего, порабощения человека. Под свободой у нас по­няли простой, легкий путь: раскрепощение инстинктов и спонтанных порывов, высвобождение биологической природы, инстинктов. Освобождение восприняли как право на разнузданность. И это следствие фундамен­тальной антропологической ошибки: в основе такого представления о свободе — неверное понимание при­роды человека, нецелостное восприятие человека.

Полноценный человек, весь человек — от плоти до сердца и сознания — может быть подлинно свободным только при условии своей духовной самостоятельности. Отсюда тесная связь свободы с иерархией жизненных целей, с ответственностью, с большой социальной на­грузкой, которую несет духовно состоятельный чело­век. Его главным качеством является вовсе не раскре­пощенность, не отвязывание себя от общественных обязательств и ответственности, не увлеченность сур­рогатами духовной жизни (такими как поиск новых моделей потребления, удовлетворение экзотических потребностей), а, наоборот, способность к самоогра­ничению, готовность пойти на жертвы ради того, что ему дорого, встать на защиту своих идеалов, в конце концов, не столь пафосно — просто распоряжаться доставшимися ему ресурсами на цели созидания, на поддержку ближних. И только тогда свобода перестает быть расплывчатой и становится настоящей ценно­стью для людей.Диагноз современности в ее « г л о б ал и ст с к о м » вари­анте позволяет прийти к выводу, что свобода частной жизни не оберегает человеческую личность от пода­вляющего влияния посторонней воли. России пред­стоит предложить миру свой взгляд на человека XXI века. Личное развитие домостроителя выражается не в сверхобогащении и не в сверхпотреблении, а в про­фессиональном преуспеянии и государственном слу­жении, стремлении к созиданию, образованию, по­знанию, творчеству, приобщению к духовным и куль­турным ценностям.

Наши рекомендации