Доктрина: Великое зло каждого греха состоит в том, что он направлен против Бога.

Глава 4

Мерзость греха

«Тебе, Тебе Единому согрешил я» (Пс 50:6)

Для истинного покаяния необходимо ощущение великого зла греха. Можно изложить как общий закон, что нас в полной мере не привлекает то, о чем мы не имеем должного представления. Если что-то, с одной стороны, привлекательное и приятное, но красота эта от нас скрыта, наши сердца останутся безразличными. Даже бесконечная слава и превосходство Бога не вызовут в нас почитания и любви, если мы их не ощутили. Пусть нравственная красота божественного правления так велика, что приводит в восхищение весь небесный мир, который ее созерцает, но мы, слепые к ней, останемся совершенно незатронутыми. И будь евангельский путь спасения по благодати даром бесконечно славным, но если его слава не воспринята, мы будем далеки от того, чтобы восхищаться этим божественным устройством. Так, с другой стороны, каким бы великим злом ни был грех, если не видеть этого великого зла, мы никогда не будем иметь должного отношения к нему. Хотя он заслуживает сильнейшей ненависти и существует веская причина нашего смирения и сокрушения перед Богом по причине греха, и хотя мы должны скорбеть с горечью в наших сердцах за него и бояться и остерегаться его как наибольшего из зол, мы не будем иметь ничего из этого, если не увидим грех в его истинном свете. Если бы мы увидели грех во всей полноте таким, как он есть, мы бы совершенно правильно относились к нему, но если мы не увидим его хотя бы частично таким, как он есть, мы не будем иметь ничего из того, что должны иметь против греха.

Очевидно, что ощущение великого зла греха необходимо для истинного покаяния; действительно, это та вещь, из которой покаяние вырастает. Любовь к Богу, вера во Христа и надежда на милость Божью через Него готовят и располагают сердце скорбеть о грехах, но только ощущение величайшего зла греха моментально наполняет сердце скорбью, смиряет и уничижает душу перед Господом. «Мой грех всегда передо мною. Тебе, Тебе Единому согрешил я», - говорит Давид. Так же и Святой Павел: «Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?

(Послание к Римлянам 7:14,24)

Зло греха просиходит от нашей обязанности поступать противоположно ему. Чем больше наши обязательства исполнять долг, тем большее зло содержится в его неисполнении или в том, что сделать что-то противоположное этому долгу, а чем большая на нас вина, тем больше причин для сожаления и раскаяния.

Мы можем быть под различными видами обязательств практиковать добродетель. Честь и власть Бога могут обязывать нас; благоденствие созданий подобных нам может обязывать нас; наше собственное настоящее и будущее счастье могут так же обязывать нас. Поэтому наша вина и необходимость покаяния могут иметь несколько причин, и это вследствие зла, содержащегося в одном конкретном поступке, рассматриваемом с разных сторон: он совершен против Бога, против людей и против нашего собственного интереса в этом мире и в следующем. И то, как мы ощущаем эти вещи, настолько же мы будем затронуты, потому что мы будем сожалеть и винить себя соответственно.

Будь наши обязательства безмерно велики, но если мы этого не видим, мы не будем ощущать этого долга и испытывать чувство вины, когда мы поступаем неверно. Если же мы когда-либо будем винить себя, то только в нарушении тех обязательств, которые мы сознаем. И хотя мы будем виновны в других вещах, но ощущать свою вину мы не будем.Например, если мы будем виновны в посягательстве на честь и власть Бога, мы не будем расположены винить себя в этом отношении, если мы не понимаем, что честь и власть Бога обязывает нас к чему-либо. Если мы сожалеем о том, что совершили в любой момент времени, то это будет только в тех случаях, где мы видим, что поступили неправильно, и по тем причинам, по которым мы осознаем, что должны были поступить иначе. Таким образом, если мы видим наше великое обязательство полной святости и праведности как исходящее из природы Бога и разумности его правления, грех соответственно предстанет как бесконечное зло. Но если мы воспринимаем себя как лишенных всяких обязательств перед Богом, кроме благодарности за полученные благости, мы будем ощущать вину своих грехов только как проявления неблагодарности. В двух словах, в каком отношении мы видим себя обязанными делать добро, в той же мере мы будем ощущать вину, когда поступаем плохо, и тяжесть этой вины определяется пониманием нашего долга.

Значит, люди, которые не осознают себя обязанными вести добродетельную жизнь кроме как по причине собственной выгоды и интереса, если добродетельное поведение приносит им облегчение, выгоду, уважение, то когда они пренебрегают своими обязанностями и делают плохо, они чувствуют вину и сожалеют только потому что причинили вред себе и нанесли ущерб своим собственным интересам в этом мире. Но если люди в какой-то мере верят в то, что их ждет в будущем, награды и наказания в следующей жизни, они могут испытывать сожаление за свои грехи, потому что ими они лишились небес и заслужили ад. Или если они находятся под влиянием сострадающего духа или природной эмоциональности, и причинили вред соседу, другу или ближнему родственнику, их природа может расположить их сожалеть о содеянном. Или если они твердо верят в то, что Бог любит их, что Христос умер за них и что они соделались причастниками вечной славы, и при этом видят, что своими грехами они проявили неблагодарность своему Всемогущему Благодетелю, они могут, просто от естественной благодарности, сожалеть по этому поводу. Но если великое зло греха как направленного против Бога бесконечной славы не будем очевидным, люди не будут оплакивать грех в этом отношении. При этом, если то, что составляет великое зло греха, не ощущается нами и мы не испытываем ненависти ко греху и не скорбим о нем по причине его главной и первостепенной злонамеренности, наше покаяние не истинно. Поэтому очень важно, чтобы мы знали, в чем состоит великое зло греха. Для этой цели давайте обратимся к тексту, который содержит исповедание истинно кающегося грешника и показывает чувства сокрушенного сердца: «Тебе, Тебе Единому согрешил я»

Наблюдение первое.

Конкретные грехи, о которых здесь идет речь это убийство и прелюбодеяние. Этот Псалом написан после того, как Нафан пророк пришел к Давиду и обличил его и произнес суд Божий над ним за эти грехи. В этом Псалме он открыто обращается к греху убийства, в котором виновен. «Избавь меня от кровей, Боже, Боже спасения моего» (стих16) и, вероятно, он говорит о своем другом грехе в стихе 12: «Сердце чистое сотвори во мне, Боже». Часто говорят, и правильно говорят, что некоторые грехи совершаются напрямую против Бога, такие как богохульство, идолопоклоноство и т.п., в то время как другие грехи непосредственно касаются нашего ближнего и наносят ему ущерб, как в случае с убийством и прелюбодеянием Давида. И все же, такое впечатление, что если мы наносим ущерб ближнему, грех совершается против Бога и мы являемся виновными в этом.

Наблюдение второе.

Великое зло грехов Давида, как излагается в его исповедании, и то, что делает их чрезвычайно мерзкими, это то, что они совершены против Бога. «Тебе, Тебе Единому (Тебе превыше всего) согрешил я». Он убил Урию и это было злом. Он выставил себя на упрек среди своих подданных и скорби своего собственного сердца и виновен был в том, что навел такую катастрофу на свою жизнь, но ужас его греха состоял в том, что направлен против Бога. И видно, что это поглотило все его сердце и исполнило его скорбью, так что он восклицает: «Тебе, Тебе Единому согрешил я»

По этой причине грех Давида так велик в его глазах, что он был готов оправдать Бога в том ужасном приговоре, который изложил ему пророк Нафан: что его жены будут осквернены при этом солнце, что меч не отойдет от его дома, что его дитя умрет (2 Царств 12:7-24)

Бог послал Нафана обвинить его во грехе и сказать, что этим поступком он пренебрег Господа, презрел заповедь Господа и подал повод врагам Божьим хулить Его имя (2 Царств 12:9,10,14). Он пренебрег Господа и Его заповедь, ибо Бог сказал: «Не убивай. Не прелюбодействуй» (Исх 20:13,14). Но своими делами Давид сказал: «Я совершу прелюбодеяние с Вирсавией и удовлетворю свою похоть, вопреки тому, что говорит Господь. Я убью ее невиновного мужа Урию, чтобы скрыть свой грех и стыд таким ужасным способом, несмотря на божественный запрет. Мне наплевать на Бога, на Его закон или Его власть настолько, что я сделаю то, что задумал, что бы потом ни было, потому что ценю свою похоть больше Бога и свою репутацию больше, чем Его честь. Поэтому, ни Бог, ни Его закон, власть и честь меня не интересуют». Таков был язык поведения Давида! Таков язык каждого греха! Итак он пренебрег заповедь Господа и Его Самого. И это было заслуженно вменено ему как великое зло его греха, за который Бог жестоко наказал его. Понимая это, с сокрушенным сердцем он вопиет: «Тебе, Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал, так что Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем». Таким образом мы видим, в чем состоит великое зло грехов Давида, как в глазах Божиих, так и в его собственном представлении, когда он испытал искреннее раскаяние. И поскольку всякий грех совершаеся против Бога подобно тем грехам, поскольку то, что истинно в этом случае, будет настолько же истинным во всех других, то из этих слов мы можем сделать доктринальное наблюдение:

Применение.

Убеждены ли вы в этих истинах? Видите ли вы грех в этом свете? Чувствуете ли вы, что всякий грех направлен против Бога, против Его природы, закона, власти и чести? Знаете ли вы, что этот мир принадлежит Богу? Что вы Божьи творения и подданные? Что Он ваш Господин, а вы Его собственность? Что у Него на вас все права и абсолютная власть над вами? Что вы полностью зависимы от Него, находитесь в бесконечном долгу перед Ним, и полностью под Его властью? Знаете ли вы, что Господь ваш Бог есть великий Бог и Царь, бесконечно достойный всей любви, чести и послушания? Видите ли, какое это великое зло — восставать против Всевышнего, пренебрегать Его властью, свергать Его правление, нарушать Его законы, идти против Него и делать гнусные вещи, которые Его душа ненавидит? Видите ли, какое оскорбление наносится Богу и как это печалит Его сердце, когда червь восстает против Всемогущего, когда абсолютно зависимое существо поворачивается спиной к своему Создателю, в Чьей руке его жизнь и дыхание? Видите ли вы трагическое заблуждение в том, чтобы любить грех больше, чем бесконечно славного Бога, радоваться земным удовольствиям больше чем Небесному Источнику всякого блага, желать больше угодить своим ближним-бунтарям и жаждать их расположения, чем угождать суверенному Господу вселенной и обрести Его расположение? Видите ли вы безмерное зло такого поведения?

О, грешник! Если ты никогда не видел огромного зла, содержащегося во грехе, ты и сегодня являешься чужим для Бога и слепым к безмерной красоте Его природы и ты по сей день находишься под властью греха и в нераскаянном и непрощенном состоянии. Никогда еще нераскаянный грешник не получал прощения. Никогда еще грешник не каялся, будучи нечувствительным к великому злу греха. И никогда грешник не ощущал огромное зло греха прежде чем он познакомился с бесконечно великим и славным Богом. Вы могли испытывать сожаление о грехе по другим поводам, например, по причине того, что грех позорил вас перед людьми, что был нанесен вред вашему имуществу, что он навлек на вас Божий суд в этой жизни и в жизни грядущей. Или возможно в прошедшие времена вы были пробуждены и напуганы, а затем исполнены радостью и даже восхищены ложной, но твердой уверенностью, что ваши грехи были прощены, и как следствие этого, из природной благодарности, чувствовали реальное сожаление о своих грехах против Бога, Которого вы считали не более чем своим великим Благодетелем. Но если вы никогда не видели величайшее зло греха в том, что он направлен против Бога, бесконечно славного в Самом Себе, ваше покаяние не было истинным и вы все еще не имеете прощения.

Здесь можно заметить, что если бы человек был всецело убежден в этим великом зле греха, то это убеждение было бы постоянным и пребывающим, ибо там, где истинная благодать трудится в сердце, она не иссякнет. Вода, которую дает Христос, будет в нас неиссякаемым потоком, источником воды, текущей в жизнь вечную (Ин 4:14). Поэтому те, кто был в великом ужасе от своих грехов несколько лет назад, но с тех пор стали относиться ко греху несерьезно, могут быстро успокоить себя и продолжать идти злыми путями, никогда и не знали этого великого зла греха. И могу добавить, что там, где истинная благодать трудится в сердце, она не только не иссякнет, но будет расти как горчичное зерно, превращающееся в дерево (Мат 13:31,32). Соответственно, ощущение великого зла греха будет увеличиваться и укрепляться, ведь по мере того как человек растет в познании Бога и Его славы и его долга перед Богом, то он пропорционально этому будет видеть больше и больше великого зла во грехе как направленном против Бога. Следовательно, скоро будет решаться дело тех, кто был однажды пробужден и просвещен, но потом отпал и вернулся как пес на свою блевотину и как свинья, которая возвращается к своей грязи (2Пет 2:22). Их глаза никогда не были по-настоящему открыты, каменное сердце никогда не было извлечено из их плоти, они никогда не ощутили горечи греха ко благу, и они до сих пор находятся в горькой желчи и в узах неправды (Деян 8:23). Они должны либо вернуться к своему пробуждению и скорбям в этом мире, или в мире грядущем.

Ответьте на 6 вопросов:

Вопрос первый. Кажется ли вам Божье правление разумным, а Его закон справедливым? Посмотрите и увидите, как Бог управляет миром. Понаблюдайте, как Он смотрит на грех и как к нему относится. Согрешившие ангелы были изгнаны с небес и приговорены к вечному наказанию ада за свое первое преступление. Подобно этому наш падший мир погрузился бы в вечное проклятие, если бы не заступничество Посредника. Каждый нераскаявшийся грешник будет в день суда приговорен к вечному огню. А теперь вам кажется разумным, чтобы грех был так жестоко наказан? В небесах восклицают: «Аллилуйя! Праведны и истинны суды Твои, Господи, Боже Вседержитель!» А каков язык твоего сердца? Поддерживаешь ли ты Божье правление или противишься ему? Закон говорит: «проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона». (Послание к Галатам 3:10) Одобряешь ли ты от всего сердца этот закон, который угрожает проклятием за малейший грех? Кажется ли вам грех таким великим злом, что заслуживает такого серьезного наказания? Примени это к себе! Можешь ли оправдать Бога и Его законы?

Вопрос второй. Можешь ли ты принять то, как Бог действует в твоей жизни в настоящий момент? Как ты воспринимаешь те дисциплинарные меры, которые Господь применяет к тебе за грех? Когда Бог сказал Давиду, что за его грех его жены будут обесчещены при этом солнце, меч не отойдет от его дома, а его дитя умрет, кающийся Давид говорит: «Тебе, Тебе единому согрешил я, я лукавое перед очами Твоими сделал, так что Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем». А когда он потом бежал из Иерусалима от лица Авессалома, и его проклял Семей, сказав: «уходи, уходи, убийца и беззаконник!» (Вторая книга Царств 16:7), сокрушенный Давид сказал: «оставьте его, пусть злословит, ибо Господь повелел ему…» (Вторая книга Царств 16:11), потому что он явно видел, что заслужил это из руки Господа. И является ли это родным языком твоего сердца, когда Господня рука тяжела на тебе, «Праведен Ты, Господи»? Принимаешь ли ты то, как Господь действует в твоей жизни? В этой жизни Господь наказывает нас намного меньше чем мы заслужили своими беззакониями, и понимание великого зла греха позволит нам это увидеть именно так.

Вопрос третий. Является ли для тебя естественным рассматривать ад как подходящее, заслуженное место для тебя до такой степени, что все в твоих обстоятельствах, что не приносит тебе проклятия, воспринимается тобой как милость, чистая милость? Считаешь ли ты себя настолько злым и заслуживающим ада? Видишь ли ты себя так, как тебя видит Бог? Приписываешь ли ты соответственно все в твоей жизни, что лучше ада милости, чистейшей милости? Живешь ли ты в этом мире, удивляясь благости и долготерпению Божьему? Все это естественно следует из понимания великого зла греха.

Вопрос четвертый. В своем представлении заслуживаешь ли ты ада сейчас больше, чем когда-либо? Хотя ты пришел к покаянию в своих прошлых грехах, был искренне предан Господу на протяжении долгих лет, живешь жизнью кающегося человека и испытываешь печаль ради Бога день за днем, наслаждаешься близким общением с Богом и ощущением Его расположения, и имеешь надежду на вечную жизнь; тем не менее, рассматривая только себя, строго говоря, что ты заслуживаешь перед Богом? Ты все еще заслуживаешь ада? Заслуживаешь ли ты его сейчас ничуть не меньше, чем когда-либо? Или считаешь, что оплатил в какой-то мере грехи прошлых лет своим покаянием и благочестием? Компенсирует ли твое каждодневное покаяние твои каждодневные грехи? Если ты осознаешь великое зло греха, тебе будет ясно, что ты никогда не был и никогда не будешь в состоянии искупить даже один малейший грех. И поэтому, вместо того, чтобы воображать, что ты заслуживаешь в руках Господа большего, чем когда-то в прошлом, ты естественным образом увидишь, что становишься более недостойным и заслуживающим наказания. Ведь кроме прошлых преступлений есть еще постоянные грехи настоящего, которыми ты постоянно заслуживаешь ада, не делая ничего, чтобы заплатить за грехи прошлого.

Вопрос пятый. Растут ли все ваши надежды обрести милость исключительно и абсолютно из свободной благодати Божьей через Христа как открыто в Евангелии? Святой Павел был без сомнения один из самых святых людей на земле, но кажется что никто не осознавал настолько свою порочность и нужду во Христе и свободной благодати. «Закон, - говорит он, - духовен, а я плотян, продан греху. Бедный я человек!» (Рим 7:14,24) «Я наименьший из всех святых» (Еф 3:8). «Делами закона не оправдается перед Ним никакая плоть» (Рим 3:20). Он желает найтись в Нем не со своей праведностью (Фил 3:9). Словом, его отличительной чертой было желание поклоняться Богу в Духе, радоваться во Христе Иисусе, и не полагаться на плоть (Фил 3:3). И эта его черта будет и вашей, если вы действительно видите великое зло греха.

Вопрос шестой. Стало ли для вас естественным бояться греха? Боитесь ли вы тайных грехов так же, как и явных? Греховных мыслей так же, как и греховных действий? Неблагодарного, несвятого состояния сердца так же, как и несвятой жизни? Боитесь ли вы того, что ваше сердце отвернется от Бога, источника всякого блага; потери вкуса к тайной молитве; блуждающих мыслей в Субботу и во время Причастия; боитесь ли всего того, что к этому ведет: суетная компания, веселый образ жизни, любовь к миру и небрежение о состоянии своего сердца? Является ли для вас делом совести ходить с Богом и поддерживать общение с Всевышним в вашей тайной комнате, в семье и в доме Божьем? Или вас удовлетворяет простое исполнение обязанностей и лишь форма религии? Любите ли вы ближнего как самого себя от чистого сердца и поступаете с другими как хотели бы, чтобы поступали с вами — т.е. оплачиваете все долги и делаете это в срок и являете милость бедным? Обуздываете ли свой язык, избегаете болтовни и не занимаетесь перетряхиванием чужого белья? Подсказывает ли вам ваша совесть не тратить время впустую посещением баров, в развлечениях или любым другим тщетным, пустым образом, но посвящать свое время и все свои таланты на служение Богу?

Если вы видите свой долг по отношению к Богу, ваша совесть будет побуждать вас угождать Ему во всем. Если вы ощущаете великое зло греха, вы будете опасаться его в любом виде. Если он будет для вас величайшим из всех зол, вы тогда будете опасаться его больше всего остального. Вы будете бояться греха больше чем любой потери в этом мире, больше осуждения, стыда, страданий и даже самой смерти.

Тем не менее люди в целом крайне мало боятся греха. Они ходят теми путями, где их ожидает грех. Они бегут навстречу искушениям в бары, к развлечениям, в суетные компании и заботятся крайне мало или совсем не заботятся о любви Божьей и тайной молитве. Им все равно, поступают ли они честно в своих делах и исполняют ли свои обещания. И увы, они при этом воображают, что являются детьми Божьими. Однако, постоянное ощущение великого зла греха настолько неотъемлемо от истинного благочестия, что без него люди (неважно, какие переживания они имели в прошлом или что думают о себе в настоящем) не более чем лицемеры. Их покаяние — подделка. Их вера ложна. Их религия дефектна. Если вы не знаете великого зла греха, вы ничего не знаете так, как должно знать. Вы чужие Богу, невежественны относительно своего собственного сердца и того плачевного состояния, в котором оно находится, и до сего дня вы не смиренны, нераскаянны и не прощены. Поэтому, поразмыслите об этих вещах, ответьте на эти вопросы и узнайте, в каком состоянии вы находитесь.

О, как печально состояние безмятежных, грешников без Христа, которые пребывают во вражде против Бога и бунте против небесного Величия! Язык их сердца и образ их жизни это постоянное хуление Господа, огорчение для Святого Израилева и постоянная провокация. Все же, увы, они этого не знают, и это ни разу не приходило им на сердце. Они продолжают жить в беспечности и веселье, как будто все хорошо, не задумываясь о том, что их ждет в день суда и явления гнева Божьего.

Проснитесь, о глупые грешники! Посмотрите вокруг! Посмотрите, что вы делаете! Посмотрите, куда вы идете! Подумайте, какой конец всего этого! Не ослабеют ли ваши руки и сердце, о упрямые бунтари, когда Господь Всемогущий выйдет, чтобы воздать вам по делам вашим?

Вот, ныне день благодати. Бог готов к примирению. Дверь милости открыта кровью Сына Божьего. Прощение и мир возвещены бунтующему и виновному миру. Покайтесь и обратитесь, чтобы ваши грехи были изглажены. Но если по упорству своему и нераскаянному сердцу ты будешь продолжать собирать себе гнев на день суда, ты познаешь, к своей вечной скорби, как это страшно и ужасно — грешить против Господа!

Глава 4

Мерзость греха

«Тебе, Тебе Единому согрешил я» (Пс 50:6)

Для истинного покаяния необходимо ощущение великого зла греха. Можно изложить как общий закон, что нас в полной мере не привлекает то, о чем мы не имеем должного представления. Если что-то, с одной стороны, привлекательное и приятное, но красота эта от нас скрыта, наши сердца останутся безразличными. Даже бесконечная слава и превосходство Бога не вызовут в нас почитания и любви, если мы их не ощутили. Пусть нравственная красота божественного правления так велика, что приводит в восхищение весь небесный мир, который ее созерцает, но мы, слепые к ней, останемся совершенно незатронутыми. И будь евангельский путь спасения по благодати даром бесконечно славным, но если его слава не воспринята, мы будем далеки от того, чтобы восхищаться этим божественным устройством. Так, с другой стороны, каким бы великим злом ни был грех, если не видеть этого великого зла, мы никогда не будем иметь должного отношения к нему. Хотя он заслуживает сильнейшей ненависти и существует веская причина нашего смирения и сокрушения перед Богом по причине греха, и хотя мы должны скорбеть с горечью в наших сердцах за него и бояться и остерегаться его как наибольшего из зол, мы не будем иметь ничего из этого, если не увидим грех в его истинном свете. Если бы мы увидели грех во всей полноте таким, как он есть, мы бы совершенно правильно относились к нему, но если мы не увидим его хотя бы частично таким, как он есть, мы не будем иметь ничего из того, что должны иметь против греха.

Очевидно, что ощущение великого зла греха необходимо для истинного покаяния; действительно, это та вещь, из которой покаяние вырастает. Любовь к Богу, вера во Христа и надежда на милость Божью через Него готовят и располагают сердце скорбеть о грехах, но только ощущение величайшего зла греха моментально наполняет сердце скорбью, смиряет и уничижает душу перед Господом. «Мой грех всегда передо мною. Тебе, Тебе Единому согрешил я», - говорит Давид. Так же и Святой Павел: «Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?

(Послание к Римлянам 7:14,24)

Зло греха просиходит от нашей обязанности поступать противоположно ему. Чем больше наши обязательства исполнять долг, тем большее зло содержится в его неисполнении или в том, что сделать что-то противоположное этому долгу, а чем большая на нас вина, тем больше причин для сожаления и раскаяния.

Мы можем быть под различными видами обязательств практиковать добродетель. Честь и власть Бога могут обязывать нас; благоденствие созданий подобных нам может обязывать нас; наше собственное настоящее и будущее счастье могут так же обязывать нас. Поэтому наша вина и необходимость покаяния могут иметь несколько причин, и это вследствие зла, содержащегося в одном конкретном поступке, рассматриваемом с разных сторон: он совершен против Бога, против людей и против нашего собственного интереса в этом мире и в следующем. И то, как мы ощущаем эти вещи, настолько же мы будем затронуты, потому что мы будем сожалеть и винить себя соответственно.

Будь наши обязательства безмерно велики, но если мы этого не видим, мы не будем ощущать этого долга и испытывать чувство вины, когда мы поступаем неверно. Если же мы когда-либо будем винить себя, то только в нарушении тех обязательств, которые мы сознаем. И хотя мы будем виновны в других вещах, но ощущать свою вину мы не будем.Например, если мы будем виновны в посягательстве на честь и власть Бога, мы не будем расположены винить себя в этом отношении, если мы не понимаем, что честь и власть Бога обязывает нас к чему-либо. Если мы сожалеем о том, что совершили в любой момент времени, то это будет только в тех случаях, где мы видим, что поступили неправильно, и по тем причинам, по которым мы осознаем, что должны были поступить иначе. Таким образом, если мы видим наше великое обязательство полной святости и праведности как исходящее из природы Бога и разумности его правления, грех соответственно предстанет как бесконечное зло. Но если мы воспринимаем себя как лишенных всяких обязательств перед Богом, кроме благодарности за полученные благости, мы будем ощущать вину своих грехов только как проявления неблагодарности. В двух словах, в каком отношении мы видим себя обязанными делать добро, в той же мере мы будем ощущать вину, когда поступаем плохо, и тяжесть этой вины определяется пониманием нашего долга.

Значит, люди, которые не осознают себя обязанными вести добродетельную жизнь кроме как по причине собственной выгоды и интереса, если добродетельное поведение приносит им облегчение, выгоду, уважение, то когда они пренебрегают своими обязанностями и делают плохо, они чувствуют вину и сожалеют только потому что причинили вред себе и нанесли ущерб своим собственным интересам в этом мире. Но если люди в какой-то мере верят в то, что их ждет в будущем, награды и наказания в следующей жизни, они могут испытывать сожаление за свои грехи, потому что ими они лишились небес и заслужили ад. Или если они находятся под влиянием сострадающего духа или природной эмоциональности, и причинили вред соседу, другу или ближнему родственнику, их природа может расположить их сожалеть о содеянном. Или если они твердо верят в то, что Бог любит их, что Христос умер за них и что они соделались причастниками вечной славы, и при этом видят, что своими грехами они проявили неблагодарность своему Всемогущему Благодетелю, они могут, просто от естественной благодарности, сожалеть по этому поводу. Но если великое зло греха как направленного против Бога бесконечной славы не будем очевидным, люди не будут оплакивать грех в этом отношении. При этом, если то, что составляет великое зло греха, не ощущается нами и мы не испытываем ненависти ко греху и не скорбим о нем по причине его главной и первостепенной злонамеренности, наше покаяние не истинно. Поэтому очень важно, чтобы мы знали, в чем состоит великое зло греха. Для этой цели давайте обратимся к тексту, который содержит исповедание истинно кающегося грешника и показывает чувства сокрушенного сердца: «Тебе, Тебе Единому согрешил я»

Наблюдение первое.

Конкретные грехи, о которых здесь идет речь это убийство и прелюбодеяние. Этот Псалом написан после того, как Нафан пророк пришел к Давиду и обличил его и произнес суд Божий над ним за эти грехи. В этом Псалме он открыто обращается к греху убийства, в котором виновен. «Избавь меня от кровей, Боже, Боже спасения моего» (стих16) и, вероятно, он говорит о своем другом грехе в стихе 12: «Сердце чистое сотвори во мне, Боже». Часто говорят, и правильно говорят, что некоторые грехи совершаются напрямую против Бога, такие как богохульство, идолопоклоноство и т.п., в то время как другие грехи непосредственно касаются нашего ближнего и наносят ему ущерб, как в случае с убийством и прелюбодеянием Давида. И все же, такое впечатление, что если мы наносим ущерб ближнему, грех совершается против Бога и мы являемся виновными в этом.

Наблюдение второе.

Великое зло грехов Давида, как излагается в его исповедании, и то, что делает их чрезвычайно мерзкими, это то, что они совершены против Бога. «Тебе, Тебе Единому (Тебе превыше всего) согрешил я». Он убил Урию и это было злом. Он выставил себя на упрек среди своих подданных и скорби своего собственного сердца и виновен был в том, что навел такую катастрофу на свою жизнь, но ужас его греха состоял в том, что направлен против Бога. И видно, что это поглотило все его сердце и исполнило его скорбью, так что он восклицает: «Тебе, Тебе Единому согрешил я»

По этой причине грех Давида так велик в его глазах, что он был готов оправдать Бога в том ужасном приговоре, который изложил ему пророк Нафан: что его жены будут осквернены при этом солнце, что меч не отойдет от его дома, что его дитя умрет (2 Царств 12:7-24)

Бог послал Нафана обвинить его во грехе и сказать, что этим поступком он пренебрег Господа, презрел заповедь Господа и подал повод врагам Божьим хулить Его имя (2 Царств 12:9,10,14). Он пренебрег Господа и Его заповедь, ибо Бог сказал: «Не убивай. Не прелюбодействуй» (Исх 20:13,14). Но своими делами Давид сказал: «Я совершу прелюбодеяние с Вирсавией и удовлетворю свою похоть, вопреки тому, что говорит Господь. Я убью ее невиновного мужа Урию, чтобы скрыть свой грех и стыд таким ужасным способом, несмотря на божественный запрет. Мне наплевать на Бога, на Его закон или Его власть настолько, что я сделаю то, что задумал, что бы потом ни было, потому что ценю свою похоть больше Бога и свою репутацию больше, чем Его честь. Поэтому, ни Бог, ни Его закон, власть и честь меня не интересуют». Таков был язык поведения Давида! Таков язык каждого греха! Итак он пренебрег заповедь Господа и Его Самого. И это было заслуженно вменено ему как великое зло его греха, за который Бог жестоко наказал его. Понимая это, с сокрушенным сердцем он вопиет: «Тебе, Тебе единому согрешил я и лукавое пред очами Твоими сделал, так что Ты праведен в приговоре Твоем и чист в суде Твоем». Таким образом мы видим, в чем состоит великое зло грехов Давида, как в глазах Божиих, так и в его собственном представлении, когда он испытал искреннее раскаяние. И поскольку всякий грех совершаеся против Бога подобно тем грехам, поскольку то, что истинно в этом случае, будет настолько же истинным во всех других, то из этих слов мы можем сделать доктринальное наблюдение:

Доктрина: Великое зло каждого греха состоит в том, что он направлен против Бога.

Это касается всех грехов, не только тех, которые прямо относятся к Богу как богохульство, идолопоклонство, нарушение субботы и им подобных, но также и тех, которые напрямую относятся и причиняют вред нам самим или нашим ближним, как в случае Давида. Их великое зло, их отягчение, то, что прежде всего возлагает на нас вину и делает нас заслуживающими наказания, состоит в том, что они направлены против Бога. Они могут причинять ущерб нашим собственным интересам и нашей репутации в этом мире, и мы будем в этом виновны; они могут разрушать наше благосостояние в этом мире или в следующем, и мы будем в этом виновны; они могут лишить нашего ближнего благ временных или вечных или и тех и других, и мы будем в этом виновны. Но великое зло греха в том, что он направлен против Бога.

Некоторые полагают, что наш долг творить добро исходит из его способности приносить нам счастье и что, следовательно, великое зло греха состоит в том, что он делает нас несчастными. Другие считают, что наш долг творить добро исходит из его тенденции служить общественному благу и, соответственно, великое зло греха в таком случае состоит в том, что он причиняет зло обществу. Но библейская картина отвергает и то, и другое. Согласно Писанию, наш долг творить добро исходит от Бога, поскольку великое зло греха состоит в том, что он направлен против Бога. «Тебе, Тебе Единому согрешил я»

Дальше я попытаюсь показать:

Наши рекомендации