Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373


Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373



Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru Однако и романтики начала XIX века тоже считали глубокую друж­бу большой редкостью. По словам немецкого писателя Л. Тика, все люди любят, по крайней мере, думают, что любят, «но лишь очень немногим дано быть друзьями в подлинном смысле слова». А. Шопенгауэр вос­хищался дружбой и в то же время сомневался в ее существовании: «Истинная, подлинная дружба предполагает сильное, чисто объектив­ное и вполне бескорыстное участие в радости и горе другого человека, а это участие, в свой черед, предполагает действительное отождествле­ние себя с другим. Это настолько идет вразрез с эгоизмом человеческой природы, что истинная дружба принадлежит к вещам, относительно ко­торых... остается неизвестным, принадлежат ли они к области басен или действительно где-нибудь существуют».

Гуманисты эпохи Возрождения обращались к античным образцам дружбы, но и античные авторы горько сетовали на оскудение человечес­кого общения.

Так когда же была «настоящая дружба», и была ли она когда-нибудь вообще? В европейской культурной традиции царством под­линной дружбы издавна считалась античная Греция.

Древнегреческое слово philia, часто переводимое как дружба, не имеет точного соответствия в современных европейских языках, обозначая не только «дружбу», но и «дружественность», «расположение». Словом этим мы обязаны Пифагору, который называл дружбой единение всего со всем, в том числе человека с человеком. В чем-то аналогично пифаго­рейской дружбе конфуцианское «жэнь» (человечность): это то свой­ство натуры человека, благодаря которому он оказывается связанным со всем — с людьми, животными, природой.

Слово philos — друг имело и значение обладания — «свой». Так, например, назывались все, кто жил в доме Одиссея, кого он мог считать «своим». Чужой человек оказывался «своим», если его принимали в члены семьи или племени.

Первый очерк теории дружбы как самостоятельного отноше­ния, не совпадающего с другими видами социальных связей и эмо­циональных привязанностей, создал Аристотель, подвергший друж­бу философско-эстетическому и психологическому анализу. Дружба, по Аристотелю, — величайшая ценность, самое необходимое для жизни: никто не выбирает жизнь без друзей, даже в обмен на все прочие блага.

Совершенная, истинная дружба бескорыстна. Но, в то же время, друж­бу питают к другу «во благо самого себя», ибо, «если добродетельный становится другом, он становится благом для того, кому друг». Поэтому отношение к другу не отличается от отношения человека к самому себе. Благодаря этому дружба является также необходимым средством само-познания: «Как при желании увидеть свое лицо мы смотримся в зерка­ло и видим его, так при желании познать самих себя мы можем познать себя, глядя на друга». Ближе друга у человека никого нет, считает Ари­стотель, поэтому количество друзей имеет пределы: близкая дружба — это дружба с немногими.

По сути, Аристотель сформулировал все важнейшие вопросы психо­логии и этики дружбы, рассматривая ее как особый вид эмоциональной привязанности.

Итак, дружба — древнейшее понятие, в которое каждая эпоха привносит что-то новое. Неизменным остается одно: во все времена дружбу считали одной из высших ценностей в жизни человека. С чем связано такое отношение? Ответ следует искать в самом определе­нии понятия дружбы.

Этика определяет дружбукак близкие отношения, основанные на взаимном доверии, привязанности, общности интересов.

В отличие от деловых отношений, где один человек использует другого как средство для достижения своей цели, дружба — отношение само­ценное, само но себе являющееся благом; друзья помогают друг другу бескорыстно, «не в службу, а в дружбу».

В отличие от кровно-родственной связи, где люди связаны узами кровной или родственной солидарности, дружба — индивидуально-из­бирательна и основана на взаимной симпатии.

Наконец, в отличие от поверхностного приятельства, дружба — от­ношение глубокое и интимное, предполагающее внутреннюю близость, откровенность, доверие, любовь. Недаром мы называем друга своим alter ego (другим Я).

Таким образом, дружба предполагает наиболее тесные личные взаимоотношения между людьми, основанные на глубокой личной привязанности и симпатии, на единстве взглядов, интересов и жизненных целей, которые выражаются в стремлении к длитель­ному разнос?пороинему общению. Большая близость и эмоциональ­ность, связанные с избирательностью и исключительностью друж­бы, усугубляют и делают еще строже такие ее критерии, как беско-

Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения. Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ 373 - student2.ru 374 Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения

рыстие, преданность и верность, требовательность и принципи­альность, искренность и доверие.

Бескорыстие в дружбе предполагает такие отношения, которые свободны от соображений выгоды и строятся на готовности помочь друг другу, порой в ущерб своим личным интересам. Преданность и верность друга укрепляют веру человека в собственные силы: он знает — в трудную минуту друг никогда не оставит его в беде и найдет возможность помочь и поддержать. Взаимная требователь­ность и принципиальность, делая дружбу активной силой, могут привести к большим творческим успехам, ибо способствуют самосо­вершенствованию каждого из друзей. В этом глубокий жизненный смысл и нравственная ценность дружбы. Поэтому требовательность в дружбе обоснована, ведь дружба — своеобразный показатель цен­ности человеческих качеств.

Не каждый человек может быть другом: вряд ли кто-то захочет дру­жить с человеком грубым, чванливым, заносчивым, не доставит удоволь­ствия дружба с человеком малокультурным, ничем не интересующимся. К другу мы предъявляем самые высокие требования, правда, требования, предъявляемые нами к самим себе, далеко не всегда так высоки; недо­статки друга мы видим, а свои — нет. Из-за этого и возникают обиды, столкновения, конфликты.

Общение друзей, в котором каждый раскрывает другому самое важное и сокровенное, обогащает обоих, позволяет лучше понять и осознать то, что происходит в собственной душе. Поэтому в друге чрезвычайно высоко ценят доверие, искренность и сердечность, умение хранить тайну. Отсутствие этих качеств разрушает отно­шения. Также очень высоко ценят великодушие, отходчивость, уме­ние простить необдуманный поступок.

Настоящая дружба редко возникает сразу. Обычно ей предше­ствуют поиск, неудачи, непрочные контакты. Существуют ли какие-то «правила» или «законы» дружбы! Попытаемся их сформулировать. Во-первых, пик дружбы, когда она является исключительной, интен­сивной и эмоционально значимой, приходится, как правило, на юность и раннюю молодость, школьные и студенческие годы. Это самый благо­приятный возраст для установления интересных и прочных контактов. Во-вторых, прежде чем подружиться, надо сначала почувствовать симпатию к человеку, желание с ним знакомиться и общаться. Если этого ощущения нет, то лучше быть сдержанным и от предложенного

Глава 16. Ситуативная этика: открытые проблемы__________________ ЪТЬ

знакомства уклониться, ведь симпатия для дружбы должна быть вза­имной.

В-третьих, одной взаимной симпатии для дружбы мало. Нужно еще и общее дело. Или, по крайней мере, общие интересы.

В-четвертых, первым шагом в установлении дружеских отношений не обязательно должен быть личный контакт. Знакомство и дружба могут начинаться и с письма.

В-пятых, не исключено, что дружба может начинаться с конфликта.

В-шестых, очень важно в самом начале дружбы не обмануться в сво­их чувствах: человек должен чувствовать, что он нужен другому.

Как же практически происходит выбор друзей? Еще Платон задавался вопросом: что делает одного человека привлекательным для другого и, в частности, ищет ли он в друге собственное подобие или, напротив, дополнение отсутствующих у него самого качеств. Пожалуй, одинаково справедливы оба мнения. Понимание друга как «другого Я» предполагает сходство между ними: люди, существен­но расходящиеся во мнениях, вряд ли могут быть особенно близки. Однако alter ego — это не просто второе Я, а именно другое Я: друзья призваны не дублировать, а обогащать друг друга.

Возникновению дружбы способствуют прежде всего общность взглядов, интересов, идеалов, жизненных целей. И если основой дружбы являются их близость или совпадение, то дружба нередко продолжается всю жизнь, независимо от препятствий на ее пути. Необходимыми условиями становления дружбы являются также вза­имное уважение, личная симпатия и привязанность друг к другу. Однако реальные дружеские отношения не развиваются автома­тически, по одной и той же траектории. Дружба — психологически очень тонкое, сложное отношение. А это значит, что о сохранении дружбы надо заботиться. Так, будучи наиболее глубоким, интимным отношением, дружба обязательно предполагает доверие, проявляю­щееся в открытии другому собственного Я, своих тайн, намерений, состояний, то есть в самораскрытии.

Самораскрытие зависит от целого ряда моментов: кто, кому, что имен­но, когда, при каких обстоятельствах и для чего открывает. Степень самораскрытия в общении с посторонним человеком, родителями, близ­ким другом неизбежно будет разной. Максимум самораскрытия дос­тигается именно в общении с друзьями. Хотя здесь также имеются свои пределы.

Наши рекомендации