Завязка основного конфликта

Отец после минутного замешательства делает сыну замечание по поводу его вида, мать добавляет пару слов о равнодушии к семье. Сын довольно миролюбиво отшучивается, но общая атмосфера предвещает очередную «промывку мозгов»...

Развитие основного конфликта

Родители сначала пытаются привлечь на свою сторону сына. Обращаются к его разуму, говорят о культуре, взаимном уважении, взаимопомощи. Сын лениво отбивается, пробует перенести разговор на потом. Родители настаивают. Он «не должен уподобиться своим друзьям, таким, как эта новая подруга... Как ее, Юлия?! Ему нужно сменить круг общения, подумать о будущем, об учебе!» Алекс взрывается. Настаивает на своих правах. Это — его друзья! Это — его жизнь! Юлия подливает масла в огонь: «Мои предки передо мной на цирлах ходят, а у тебя...»

Кульминация

Старая мебель крушится вместе с новыми аргументами отца. Мать его успокаивает, бросая Алексу упреки:

— Не жалеешь отца, а у него больное сердце!

Юля, хлопнув дверью, уходит: «Спасибо, послушали музыку!» Алекс выходит на монолог: «Так жить невозможно, это просто какая-то тюрьма, а не дом! Нужно бежать, бежать, не оглядываясь!!! Что же делать?!!!»

Вот на этом месте ведущий останавливает сцену-дилемму и приглашает доиграть ее финал зрителям, выходящим на замену актеров базовой группы.

РЕЖИССЕРСКИЕ УКАЗАНИЯ

Данная сцена не имеет подробного сценария с текстами для действующих лиц — только каркас сценария, включающий в себя Тему, Проблему, Факт жизни или Факт искусства, Дилемму, Основной конфликт, Конфликтные стороны, Композицию развития основного конфликта.

Для того чтобы актеры смогли приступить к репетиции сцены-дилеммы с импровизированным текстом, режиссер прежде всего должен точно представить себе, что он хочет сказать зрителю, то есть сформулировать сверхзадачу. В нашем случае сверхзадача может выглядеть, к примеру, так: «Показать, что взаимное неуважение, непонимание членов семьи может привести одного из них к дилемме — уйти или не уйти из дома». Каждый актер должен точно знать, кто он, каков характер его взаимоотношений с другими действующими лицами, а главное — чего он хочет добиться от партнеров. Именно на разнице потенциалов этих желаний возникают микроконфликты и собственно основной конфликт, приводящий одного из героев к необходимости решить Дилемму.

Мы показали систему формирования каркаса сценария сцены-дилеммы на базе факта жизни в жанре мелодрамы, причем замысел сцены сложился в результате сценарного осмысления факта жизни. Процесс осмысления, естественно, мог сложиться и иначе и привести к другому замыслу, в другом, более условном или, наоборот, более натуралистическом виде.

Каркас сценария сцены-дилеммы может быть составлен как домашняя заготовка, если заранее известна аудитория и ее проблемный фон. Для израильской молодежи, на которую в первую очередь и рассчитан наш проект «Драма. Импровизация. Дилемма», весьма актуальна, например, тема «Об отношении к службе в армии». В круге жизненных явлений, связанных с армейским призывом, проблеме мотивации отводится одна из главных ролей. «Что для меня служба в армии?» — этот вопрос-проблема часто стоит перед восемнадцатилетними юношами и девушками. Отсюда следует дилемма выбора — служба в боевых частях или во вспомогательных войсках?

Имея в руках тему, проблему, дилемму, можно непосредственно приступить к обдумыванию элементов замысла, художественно оформляющего сквозное действие. Замысел включает в себя понятие жанра, сценографию, способ существования актеров, драматургический и режиссерский прием. Окончательно замысел может сложиться только после ясного представления о качестве основного конфликта, путях его развития. На этом этапе мы выбираем формообразующий драматургический прием — Сон призывника. В данном случае в основу сцены-дилеммы кладется не конкретный факт жизни, а факт вымышленный. Основной конфликт носит внутренний характер: отдать предпочтение службе в боевых частях или пойти в «джоб»?

Конкретные стороны, которые во сне представляют то или иное мнение, — это образы офицера боевой части и сержанта вспомогательного батальона. Актеры, исполняющие эти роли, могут сыграть в дальнейшем и друзей героя сцены, пришедших к нему, чтобы узнать о планах призыва в армию.

Композиция

1. Экспозиция сцены. Молодой человек возвращается домой усталый с письмом в руках, которое только что вытащил из почтового ящика. Письмо из призывного участка, куда его приглашают явиться через неделю для начала прохождения воинской службы. Юноша ложится на диван, включает телевизор и... засыпает.

2. Завязка основного конфликта. Герой вскакивает с дивана, испуганный приснившимся сном. Во сне он мучился вопросом: идти в боевые части или во вспомогательные? Вернувшись к этой дилемме вслух несколько раз, герой вновь засыпает...

3. Развитие основного конфликта. В легкой дымке сна появляется девушка-сержант. Она выражает недовольство солдатом (эту роль играет либо «заснувший герой», либо его «двойник»). Помещения не убраны, рвения в службе у новобранца не заметно! Следует приказ сержанта вновь вернуться к уборке. Солдат берет швабру и размышляет вслух:

— И чего я не пошел в боевые части? Конечно, там и тяжело, и опасно, зато какое уважение! А здесь — ползай с тряпкой целый день и страдай...

Монолог героя прерывается вернувшимся сержантом, грозящим отправить новобранца под арест, если полы останутся грязными...

Перемена света. Громкий крик:

— Подъем!!!

Теперь разнос солдату учиняет офицер боевой части: 40 отжиманий от пола за невычищенное оружие! Выполняя приказ командира, солдат бурчит под нос:

— И какого черта меня понесло в боевые части?! Сидел бы сейчас где-нибудь на армейской базе, приводил в порядок склад, занимался бы уборкой территории, каждую субботу выходил бы из части домой...

Офицер обрывает мысли вслух очередным приказом:

— На стрельбище бегом ма-аарш!!!

Звонок в дверь. Парень из сна возвращается к реальности. Идет открывать дверь. Его пришли навестить бывшие школьные друзья. Она служит в армейской больнице. Он призвался в боевые. Герой сцены рассказывает друзьям свой сон. Каждый из товарищей комментирует услышанное со своих позиций, высказывая аргументы «за» и «против», исходя из личного армейского опыта.

4, Кульминация. Спор начинает идти на повышенных тонах, каждый из друзей с горячностью отстаивает свое видение воинской службы. Герой в полной растерянности. Ему приходится завершить сцену обращением к залу за помощью.

5. Финал. Зрители меняют исполнителей сцены-дилеммы, предлагая свои пути убеждения главного героя, влияния на формирование его позиции.

Режиссерское указание: способ существования актеров во сне должен резко отличаться от обыденного. Возможна замедленная пластика и речь или, напротив, утрированно быстрый темп.

В качестве сцены-дилеммы может быть выбрана образно представленная проблема. Такая метафоричность приближает сцену к театру «Плейбек», но пути работы со сценой остаются «дилеммовские» — после окончания показа зрители станут непосредственными участниками представления.

В свое время моя театральная группа играла сцену об этнической нетерпимости. В ее основе лежал факт жизни — напряжение между коренным населением страны и новыми репатриантами, возникающее из-за догм и стереотипов, из-за неготовности части людей воспринимать и принимать «другого». Сюжет был предельно прост. Девушка и юноша, любящие друг друга, принадлежат к разным этническим группам. Их друзья против продолжения встреч... Понятно, что в ходе обсуждения сцены мы пришли к тому, что подобная проблема характеризует не только отношения коренных израильтян и новых репатриантов, выходцев с Кавказа и представителей европейской алии, сефардов и ашкеназов, белых и черных, религиозных и атеистов... Таким образом, исследовав круг жизненных явлений, мы сформулировали сценическую проблему: «Что лежит в основе этнических конфликтов?» Сверхзадача появилась с главным ответом на поставленный вопрос — «показать, что в основе противостояния лежат этнические и культурные предрассудки».

При поиске сценарно-режиссерского замысла мы ушли от конкретного факта жизни и представили вражду между этническими Монтекки и Капулетти как конфликт между «красными» и «зелеными». Так в сцене появились красные и зеленые парики, костюмы. Перед дилеммой оказываются Красная девушка и Зеленый юноша: продолжать ли отношения, невзирая на протест окружения?

Получилось, что из первичного замысла сохранились тема, проблема, сверхзадача, дилемма, но новый сценарно-режиссерский ход привел нас к изменению композиции.

Экспозиция

Две группировки молодежи — красные и зеленые — соперничают на дискотеке. Танец агрессии. Начинают девчонки, затем к ним присоединяются парни. Кто круче?! Кто мощнее?! ОН заметно выделяется на фоне зеленых, ЕГО соло вызывает бурный восторг зеленых девчонок. И не только их. Одна красная с трудом скрывает свое восхищение. Точно так же ОН выделяет ЕЕ в группе красных, когда ОНА выдает какие-то немыслимые танцевальные па. Стоп-пауза. Затемнение. Звонит телефон. В узких лучах прожекторов ОН и ОНА. Он по ошибке набрал ЕЕ номер. Выясняется это не сразу, ведь ЕЕ зовут так же, как и ЕГО знакомую. Только вот голос ЕЕ незнаком и прекрасен! Ничего не значащий разговор о музыке, книгах, но возникает взаимный интерес и назначается встреча. Вспыхивает свет. ОН ждет ЕЕ.

1. Завязка основного конфликта. Вбегает ОНА. Останавливается как вкопанная. Не ожидала, что это тот самый красный. Его реакция — такое же замешательство. Зеленая?!? Та самая?! Не может быть! На всякий случай спрашивает, который час. Это тот же самый голос, сомнений нет...

2. Развитие основного конфликта. Узнав друг друга, медленно пристраиваются один к другому: пластический этюд под драматически звучащую музыку. Их притягивает и отталкивает все та же сила: «Другой! Другая!!! Зеленый! Красная!!!» Но вспыхнувшее чувство уже начинает бороться с силой предубеждения. Они все ближе и ближе друг к другу. Световая вспышка. Снова резкая дискотечная музыка. В тех же стоп-позах члены красной и зеленой группировок, как будто и не исчезали! Постепенно они включаются в действие, каждый пытается выдвинуть свой аргумент против «красной», против «зеленого»... Сколько желчи и ненависти!!!

3. Кульминация. Кажется, еще чуть-чуть, и начнется большая драка. Героев раздирают противоречивые чувства. С одной стороны — друзья, Стая. С другой — Любовь. С одной стороны — разница, в цвете, а значит, в принадлежности к разным семьям, разным кланам, С другой — Любовь. Раздражение толпы нарастает, что решить?!

Задав этот традиционный для вечера-дилеммы вопрос, переходим к работе со зрителями...

Режиссерское указание. Очевидно, что последние две сцены-дилеммы решаются не как импровизация, а как профессионально поставленные номера, где не репетируются только финалы, оставляющие возможность многовариантности и спонтанности.

Наши рекомендации