Как преобразователь российского конституционализма 2 страница

5. "Рихтовка" правоприменительной практики, искажающей закон, придающей ему неконституционный смысл, представляет собой особый судебно-правовой метод (от нем. Richter - судья) осуществления Конституционным Судом РФ преобразовательной функции, посредством которого правоприменительная практика подвергается конституционной корректировке и "доводится" до состояния конституционности. Данный метод специфичен для Конституционного Суда РФ, поскольку в национальной государственно-правовой системе только Конституционный Суд обладает такими уникальными полномочиями - корректировать дух закона, в том числе путем преодоления не соответствующей требованиям Конституции правоприменительной практики, которая искажает нормативное содержание закона, придавать ему конституционный смысл.

Так, например, своим решением Конституционный Суд скорректировал правоприменительную практику налогообложения налогом на доходы физических лиц и единым социальным налогом нотариусов, разъяснив, что нормы действующего налогового законодательства не могут рассматриваться как исключающие возможность учета расходов на арендованный транспорт, используемый нотариусами для себя и для нанятых им работников в целях проезда к месту работы, при применении профессионального налогового вычета по налогу на доходы физических лиц и при исчислении налоговой базы по единому социальному налогу. Истолкование же норм НК РФ как препятствующих включению нотариусом в состав профессиональных налоговых вычетов по налогу на доходы физических лиц и в состав расходов, уменьшающих налоговую базу по единому социальному налогу, любых экономически обоснованных и документально подтвержденных расходов, произведенных в целях осуществления нотариальной деятельности, недопустимо: нотариусы при осуществлении своей деятельности могут использовать как личный, так и арендованный автотранспорт в случаях, когда сеть общественного транспорта в соответствующей местности развита недостаточно. В этих случаях расходы на содержание и использование автотранспорта, произведенные в целях осуществления нотариальной деятельности и подтвержденные необходимыми документами, подлежат учету частным нотариусом при определении налоговой базы по налогу на доходы физических лиц и единому социальному налогу. Иное приводило бы к нарушению конституционных прав нотариусов как налогоплательщиков <1>.

--------------------------------

<1> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 1 декабря 2009 г. N 1553-О-П "По жалобе гражданки Грудцыной Л.Я. на нарушение ее конституционных прав положениями ст. ст. 21 и 22 Основ законодательства РФ о нотариате и ст. ст. 221 и 264 НК РФ" // ВКС РФ. 2010. N 2.

Другим примером корректировки правоприменительной практики без вторжения в сам текст правового регулирования является решение, в котором перед Конституционным Судом стоял вопрос о выплатах ежемесячной денежной компенсации гражданам, уволенным с военной службы и не обеспеченным жилыми помещениями, право на получение которой на практике связывалось не только с датой постановки соответствующих лиц на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, но и с датой их увольнения с военной службы. Конституционный Суд указал, что оспоренная норма по своему конституционно-правовому смыслу не препятствует признанию за гражданами, вставшими на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий до 1 января 2005 г. и уволенными или подлежащими увольнению с военной службы после этой даты, права на получение ежемесячной денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений на равных условиях с гражданами, относящимися к той же категории, но уволенными с военной службы до 1 января 2005 г.; иное же ее истолкование и применение порождало бы неравенство между военнослужащими, нуждающимися в жилье, исключительно по формальному основанию, дате их увольнения, что недопустимо <1>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 3 февраля 2010 г. N 3-П "По делу о проверке конституционности абз. 2 п. 14 ст. 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих", п. 4 Постановления Правительства РФ "О порядке выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и членам их семей" и п. 1 Положения о выплате денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений гражданам РФ, уволенным с военной службы, и членам их семей в связи с жалобой гражданина С.В. Глушкова" // СЗ РФ. 2010. N 7. Ст. 774.

4.2. Основные направления

нормативно-доктринального воздействия

Конституционного Суда РФ на развитие

российского конституционализма

Эти направления сопряжены в конечном счете как с качественными преобразованиями в системе конституционализма, затрагивающими его глубинные, нормативно-доктринальные начала, так и с влиянием на более конкретные, в том числе формально-юридические и, условно говоря, пространственно-объемные характеристики конституционализма.

4.2.1. Конституционно-судебное обоснование новых категорий

и понятий современного конституционализма

Конституционно-судебное воздействие на развитие российского конституционализма обеспечивается прежде всего посредством конституционно-интерпретационного обоснования нормативного содержания категорий и институтов отраслевого законодательства, введения в теорию и практику российского конституционализма новых конституционных категорий и понятий, в результате чего происходит наращивание (расширение) конституционно-правового смысла понятийно-категориального аппарата действующего права. Очевидно, что здесь весьма рельефно проявляется интеграция нормативности и доктринальных конституционных начал.

В частности, именно в практике Конституционного Суда РФ получила свою формализацию и конституционное обоснование не имеющая формально-юридического конституционного и законодательного закрепления категория "публичная власть" как родовое понятие по отношению ко всем административно-территориальным уровням организации населения в Российской Федерации. Это означает, что органы власти Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований организационно и функционально связаны общими конституционными принципами управленческого воздействия на общественные отношения и, соответственно, единый уровень гарантирования прав и свобод граждан, составляющих территориальные коллективы, выступающие объектом такого воздействия. Не менее важной понятийно-категориальной новацией, обусловленной практикой конституционного правосудия, следует признать и формализацию в системе национального конституционализма термина "конституционная ответственность", впервые введенного в практический конституционный оборот решением Конституционного Суда РФ по так называемому "делу КПСС" <1> и получившего закрепление в последующем в ряде решений Конституционного Суда РФ <2>, в этом же ряду следует назвать и категорию "конституционный правопорядок" <3>. Так, в частности, по мнению Конституционного Суда РФ, поддержание законности и конституционного правопорядка составляет тот публичный интерес, который во взаимосвязи с субъективным интересом конкретного гражданина обусловливает нормативное содержание его права на обжалование принятых органами государственной власти, органами местного самоуправления и их должностными лицами решений, включая нормативные правовые акты <4>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 30 ноября 1992 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности Указов Президента РФ от 23 августа 1991 г. N 79 "О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР", от 25 августа 1991 г. N 90 "Об имуществе КПСС и Коммунистической партии РСФСР" и от 6 ноября 1991 г. N 169 "О деятельности КПСС и КП РСФСР", а также о проверке конституционности КПСС и КП РСФСР" // Ведомости РФ. 1993. N 11. Ст. 400.

<2> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // СЗ РФ. 2000. N 25. Ст. 2728; Определение Конституционного Суда РФ от 27 декабря 2005 г. N 534-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С.С. Вельского на нарушение его конституционных прав п. 10 Постановления Государственной Думы от 26 мая 2000 г. "О порядке применения постановления Государственной Думы "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов" // Архив Конституционного Суда РФ. 2005.

<3> См., например, Постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 1997 г. N 12-П "По делу о толковании содержащегося в ч. 4 ст. 66 Конституции РФ положения о вхождении автономного округа в состав края, области" // СЗ РФ. 1997. N 29. Ст. 3581; Определение Конституционного Суда РФ от 4 декабря 2007 г. N 797-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кара-Мурзы В.В. на нарушение его конституционных прав положением п. 31 ст. 4 Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" // СЗ РФ. 2007. N 52. Ст. 6533.

<4> См.: Определения Конституционного Суда РФ: от 12 мая 2005 г. N 244-О "По жалобе граждан Л.А. Вихровой, Е.И. Каревой и В.Н. Масловой на нарушение их конституционных прав п. 1 ч. 1 ст. 134, ст. 220 и 253 ГПК РФ" // СЗ РФ. 2005. N 32. Ст. 3396; от 20 октября 2005 г. N 513-О "По жалобе гражданина В.Ф. Шалота на нарушение его конституционных прав положениями п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ" // ВКС РФ. 2006. N 2; от 24 января 2006 г. N 3-О "По жалобе гражданина А.П. Коженова на нарушение его конституционных прав п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ" // ВКС РФ. 2006. N 4; от 2 марта 2006 г. N 58-О "По жалобе гражданина С.Д. Смердова на нарушение его конституционных прав ч. 1 ст. 251 ГПК РФ" // ВКС РФ. 2006. N 4; от 12 июля 2006 г. N 182-О "По жалобам гражданина А.Е. Каплина, ОАО "Кузбассэнерго", ООО "Деловой центр "Гагаринский" и ЗАО "Инновационно-финансовый центр "Гагаринский" на нарушение конституционных прав и свобод положениями п. 1 ч. 1 ст. 150, ст. 192 и ч. 5 ст. 195 АПК РФ" // СЗ РФ. 2006. N 40. Ст. 4204.

4.2.2. Конституционализация всех сфер

развития государственности, расширение предмета

конституционного регулирования

В сферу конституционного правосудия попадают практически все основные направления развития российской государственности в их нормативно-правовом, законодательном отражении. Посредством конституционной проверки соответствующих законоположений происходит воздействие практики Конституционного Суда РФ на реальные процессы политического развития, экономических преобразований и социальной политики. Тем самым обеспечивается активное включение соответствующих отношений в конституционно-правовую сферу влияния и как итог все более активная конституционализация, в частности, при помощи средств конституционного правосудия, институтов гражданского общества, которые в действующей Конституции РФ не получили развернутого и системного закрепления.

Соответствующие вопросы не раз оказывались в поле зрения Конституционного Суда РФ, который, развивая представления о предмете конституционного права, сформулировал, в частности, следующие концептуальные подходы к пониманию существа, структуры и содержания гражданского общества как объекта конституционно-правового воздействия: а) институты гражданского общества опираются в своей основе на взаимосвязанные конституционные принципы демократического правового государства и свободы экономической деятельности; предполагают развитие начал самоуправления и автономии и, соответственно, государственную поддержку и стимулирование гражданской активности в данной сфере <1>; б) институты гражданского общества являются важным средством контроля за деятельностью публичной власти, а государство обязано обеспечивать необходимый уровень открытости и прозрачности принятия решений, в особенности - финансовоемкого характера <2>; в) институционализация гражданского общества в России обеспечивается в различных организационно-правовых формах, и в частности через институт политических партий и религиозных организаций, при том что они не должны подменять одна другую <3>; г) вопросы количества партий, их численного состава, а также территориального масштаба деятельности подлежат урегулированию федеральным законодателем с учетом конкретно-исторических условий развития политической системы общества и с соблюдением конституционных критериев правомерного регулирования прав и свобод; количественные критерии, применяемые к составу партии, могут приобрести неконституционный характер, если результатом их применения окажется невозможность реального осуществления конституционного права граждан на объединение в политические партии, в том числе если на их основании будет создана лишь одна политическая партия; что же касается территориального уровня, на котором создаются и действуют партии, то в современных условиях это только общефедеральный уровень, поскольку иное могло бы привести к нарушению государственной целостности и единства системы государственной власти <4>; д) особый правовой статус политических партий определяет необходимость судебного контроля за законностью их организации и деятельности, что имеет значение в том числе для обеспечения соблюдения принципа внутрипартийной демократии <5>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 19 декабря 2005 г. N 12-П.

<2> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 17 июня 2004 г. N 12-П "По делу о проверке конституционности п. 2 ст. 155, п. п. 2 и 3 ст. 156 и абз. 22 ст. 283 ВК РФ в связи с запросами Администрации Санкт-Петербурга, Законодательного Собрания Красноярского края, Красноярского краевого суда и Арбитражного суда Республики Хакасия" // СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 2803.

<3> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 15 декабря 2004 г. N 18-П.

<4> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 1 февраля 2005 г. N 1-П.

<5> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2009 г. N 247-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.А. Тимофеева на нарушение его конституционных прав положениями ч. 6 ст. 19 Федерального закона "Об общественных объединениях" и п. 5 ст. 23 Федерального закона "О политических партиях" // Архив Конституционного Суда РФ. 2009.

При этом влияние практики Конституционного Суда РФ на предмет конституционного регулирования обеспечивается различными способами формально-юридического воздействия на соответствующие отношения и их субъектов.

1. Конституционно-правовой анализ общественных отношений, регулируемых оспариваемыми нормами отраслевого законодательства, и обоснование конституционной природы соответствующих общественных отношений.

Так, в Постановлении от 1 декабря 1997 г. N 18-П <1> Конституционный Суд пришел к выводу, что отношения, связанные с возмещением вреда, причиненного в результате катастрофы на Чернобыльской АЭС, имеют не гражданско-правовое, а конституционно-правовое содержание, и в этом плане они развиваются на основе действия ст. ст. 42 и 53 Конституции РФ. Это порождает особый характер отношений между гражданином и государством, заключающийся в том, что государство принимает на себя обязанность возмещения такого вреда, который, исходя из его масштабов и числа пострадавших, не может быть возмещен в порядке, установленном гражданским, административным, уголовным или каким-либо другим отраслевым законодательством; это конституционно-правовая обязанность государства, которая корреспондирует праву граждан на благоприятную окружающую среду.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 1997. N 50. Ст. 5711.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда конституционная природа присуща также и отношениям, складывающимся в процессе приватизации. Именно в решениях Конституционного Суда РФ право на приватизацию было интерпретировано в качестве конституционно значимого, хотя само по себе установление права на приватизацию осуществляется публичной властью и в этом смысле оно не является конституционным (основным) правом <1>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 3 ноября 1998 г. N 25-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 4 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" в связи с запросами Волгоградской областной Думы, Дмитровского районного суда Московской области и жалобой гражданина В.А. Мостипанова" // СЗ РФ. 1998. N 45. Ст. 5603; Определение Конституционного Суда РФ от 9 июля 2004 г. N 241-О // Архив Конституционного Суда РФ. 2004.

2. Выявление конституционного содержания в конкретных институтах отраслевого законодательного регулирования и, соответственно, "уплотнения" конституционных начал в отраслевых правоотношениях.

По существу, именно Конституционный Суд РФ сформулировал и обосновал основополагающие принципы налогового права, которые до принятия части первой НК РФ не имели закрепления в российском налоговом законодательстве <1>. Конституционализации подверглась также сфера налогового контроля и налоговых споров. В одном из недавних своих решений Конституционный Суд РФ, по сути, распространил действие конституционного требования о законном установлении налогов и сборов в том числе на юрисдикционные процедуры, связанные с налогообложением <2>. Суд указал, что по смыслу ст. 57 Конституции РФ во взаимосвязи с предписаниями, содержащимися в ее ст. 10, ч. 1 ст. 46, ч. ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 120, при рассмотрении спора между налогоплательщиком и налоговым органом, в том числе относительно сумм налоговых платежей, критерий законно установленного налога - применительно к конкретным правоотношениям - предполагает разрешение этого спора не только в соответствии с устанавливающим тот или иной налог законом, но и в законных процедурах. Если же налогоплательщик обязывается к уплате налоговых платежей на основании административного решения, принятого вопреки действующему судебному акту, что имело место в правоприменительной практике на основании оспариваемых по данному делу законоположений, то такие платежи не могут считаться соответствующими данному критерию.

--------------------------------

<1> См., например, Постановление Конституционного Суда РФ от 21 марта 1997 г. N 5-П "По делу о проверке конституционности положений абз. 2 п. 2 ст. 18 и ст. 20 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1997. N 13. Ст. 1602; Постановление Конституционного Суда РФ от 27 мая 2003 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности положения ст. 199 УК РФ в связи с жалобами граждан П.Н. Белецкого, Г.А. Никовой, Р.В. Рукавишникова, В.Л. Соколовского и Н.И. Таланова" // СЗ РФ. 2003. N 24. Ст. 2431.

<2> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 17 марта 2009 г. N 5-П "По делу о проверке конституционности положения, содержащегося в абз. 4 и 5 п. 10 ст. 89 НК РФ, в связи с жалобой ООО "Варм" // СЗ РФ. 2009. N 14. Ст. 1770.

3. Конкретизация правового (специального) статуса субъектов правоотношений через выявление их конституционной природы.

По одному из дел Конституционный Суд выявил конституционную природу правового статуса участников хозяйственных обществ, указав, что основой конституционно-правового статуса участников хозяйственных обществ, в частности акционеров акционерных обществ - юридических и физических лиц, которые реализуют свои права через владение акциями, удостоверяющими обязательственные права ее владельца к акционерному обществу, является право, закрепленное в ч. 1 ст. 34 Конституции РФ. Приобретая акции и осуществляя акт распоряжения своим имуществом, граждане и юридические лица приобретают и определенные имущественные права требования к акционерному обществу. Поскольку же по смыслу взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 8, ч. 1 ст. 34 и ч. 2 ст. 35 Конституции РФ содержащимся в них термином "имущество" охватывается любое имущество, связанное с реализацией права собственности, в том числе имущественные права, имущественные права-требования акционеров также являются имуществом, а следовательно, обеспечиваются конституционно-правовыми гарантиями, включая судебную защиту нарушенных прав <1>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 10 апреля 2003 г. N 5-П // СЗ РФ. 2003. N 17. Ст. 1656.

Таким образом, именно конституционное право с присущей ему аксиологической системой призвано дать ответ на вопрос о надлежащей организации государственной и общественной жизни, в том числе о соотношении собственности, власти и свободы, посредством урегулирования основ экономических отношений, социальной политики и установления такого порядка взаимоотношений политической и экономической власти, при котором публичная власть действовала бы в правовых рамках всеобщих интересов, а собственность, будучи обособленной от власти, обеспечивала бы эффективный рост экономического потенциала государства.

4.2.3. Современное конституционное право -

отрасль публично-частного права

Конституционное правосудие обеспечивает также усиление взаимодействия публичных и частных начал в системе современного конституционализма и на этой основе - развитие конституционного права как отрасли публично-частного права.

Все более отчетливо проявляется двойственность современного конституционного права как сочетающего в себе элементы частного и публичного права и являющегося для каждого из них базовым <1>. Сегодня конституционное право является отраслью публично-частного права. В этом плане не только Конституция, но и другие источники конституционного права нередко являются важными источниками одновременно и гражданского, и предпринимательского, и других отраслей частного права.

--------------------------------

<1> См.: Кутафин О.Е. Предмет конституционного права. М., 2001. С. 44.

В рамках такого подхода особенно актуальны идеи о недопустимости противопоставления частного и публичного права, об ошибочности попыток увязать само понятие публичности с государственным централизмом, авторитарными началами администрирования, а гражданскому праву как праву частному придать значение единственного и уникального гаранта экономической свободы личности, некой "экономической конституции", поскольку якобы именно и только частное право выражает правовой строй, основанный на свободе человека; все это означает фетишизацию частно-правовых начал в регулировании общественных отношений с участием гражданина и, одновременно, попытки охранить их от публично-правового воздействия. В современных условиях такие попытки не имеют под собой никаких оснований, что особенно важно подчеркнуть в связи с разработкой и реализацией на законодательном уровне Концепции развития гражданского законодательства <1>. Они способны лишь деформировать и дезорганизовать как частно-правовую сферу правового регулирования, так и правовую систему в целом, существенным образом разбалансировать соотношение личных, общественных и государственных интересов.

--------------------------------

<1> В этом плане заслуживают всяческой поддержки подходы к проблеме соотношения частно-правовых и публично-правовых начал в гражданском праве академика Ю.К. Толстого. По его мнению, в современных условиях нельзя "отвлекаться от немалой роли в регулировании частно-правовых отношений, которая принадлежит властным актам соответствующих структур. Там, где мы все отдаем на откуп рыночной стихии, происходит немало трагедий...". В связи с этим он полагает необходимым разработку концептуальных начал публично-правового регулирования хозяйственных отношений. См.: Важно обеспечить единообразие судебной практики. Интервью с Ю.К. Толстым // Закон. 2009. N 11. С. 11; Толстой Ю.К. О Концепции развития гражданского законодательства // Журнал российского права. 2010. N 1. С. 31 - 38.

В современном мире главным является поиск баланса, оптимального соотношения между ценностями публичного характера, с одной стороны, и личными, частными ценностями - с другой. В формализованном, нормативно-правовом выражении это проблема соотношения суверенной государственной власти и свободы, которая прямо или косвенно пронизывает всю систему конституционного регулирования, присутствует в каждом конституционном институте, каждой норме и статье Конституции.

Из этого вытекает недопустимость и научная несостоятельность попыток отыскания действующих параллельно Основному Закону, тем более приоритетных в соотношении с ним (!), эрзац-конституций. Конституционное право и его основной источник - Конституция по своей природе и ценностным характеристикам таковы, что они не нуждаются в каких-либо суррогатных конституциях - экономической, финансовой, муниципальной и им подобных. Так называемая экономическая конституция, как и любые иные, содержится в самой Конституции РФ - Основном Законе, который является высшим универсальным правовым актом как для государства, так и для всего гражданского общества и, соответственно, как для публичного, так и для частного права, что зримо подтверждается качественными и объемными характеристиками предмета современного конституционного права.

Примечательно, что данный научно-теоретический подход к природе конституционного права как публично-частной отрасли имеет свое формально-юридическое подтверждение и в практике Конституционного Суда РФ, который неоднократно, применительно к различным конституционно-правовым институтам, указывал на их сложный частно-публичный характер. Так, Конституционным Судом РФ была сформулирована правовая позиция, в силу которой избирательные права как права субъективные выступают в качестве элемента конституционного статуса избирателя и вместе с тем являются элементом публично-правового института выборов, в них воплощается как личный интерес каждого конкретного избирателя, так и публичный интерес, реализующийся в объективных итогах выборов и формировании на этой основе органов публичной власти <1>. В ряде своих решений Конституционный Суд РФ установил присутствие как частных, так и публичных начал в конституционном праве социального обеспечения, указав на то, что в зависимости от преобладания в механизме осуществления этого конституционного права того или иного начала Конституция РФ предусматривает два вида пенсионного страхования - обязательное и добровольное: обязательное пенсионное страхование выступает гарантией реализации данного конституционного права, т.е. направлено на достижение целей социального государства в этой сфере, а потому носит публичный характер; добровольное пенсионное страхование предоставляет гражданам дополнительные возможности по личному участию в формировании средств, направляемых на индивидуальное пенсионное обеспечение <2>. Здесь же следует назвать и отстаиваемую Конституционным Судом РФ правовую позицию, согласно которой право на судебную защиту и, в частности, входящее в состав его нормативного содержания правомочие обжаловать принятые органами государственной власти и местного самоуправления и их должностными лицами решения, включая нормативные правовые акты, воплощают в себе как индивидуальный (частный) интерес, связанный с восстановлением нарушенных прав, так и публичный интерес, направленный на поддержание законности и конституционного правопорядка.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 29 ноября 2004 г. N 17-П.

<2> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 25 декабря 2007 г. N 14-П "По делу о проверке конституционности п. 3 ст. 2 Федерального закона "О внесении изменений в главу 24 части второй Налогового кодекса Российской Федерации, Федеральный закон "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" и признании утратившими силу некоторых положений законодательных актов Российской Федерации" в связи с жалобами граждан К.А. Катаняна, Л.В. Ревенко и Д.В. Слободянюка" // СЗ РФ. 2007. N 53. Ст. 6674; Определение Конституционного Суда РФ от 6 марта 2008 г. N 430-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А.С. Больших на нарушение его конституционных прав абз. 2 п. 3 ст. 346.21 НК РФ" // Архив Конституционного Суда РФ. 2008.

С другой стороны, в соответствии с таким комплексным пониманием природы конституционного права в практике конституционного правосудия выстраивается конституционное обоснование различных отраслевых юридических институтов. Ярким тому подтверждением может служить правовая позиция Конституционного Суда РФ, согласно которой институт банковской тайны по своей природе и назначению имеет частно-публичный характер и направлен на обеспечение условий для эффективного функционирования банковской системы и гражданского оборота, основанного на свободе его участников; одновременно данный институт гарантирует основные права граждан и защищаемые Конституцией РФ интересы физических и юридических лиц <1>.

Наши рекомендации