Представления ирландцев о королевской власти 8 страница

Очевидно, в этой саге механическим путем объединились две различ­ные традиции. Одну из них мы только что упомянули, а согласно другой Ниалл умер в ходе набега на Римскую Британию. Отсутствие историчес­кого кругозора приводит к тому, что составитель саги заставляет Ниалла отправиться на континент, чтобы встретить римского посланца на Луаре, так как римское завоевание Британии уже было забыто, а воспоминания о нападениях Ниалла на разрушающуюся империю теперь можно было понять только в смысле похода на Рим. В саге Ниалл без очевидной логической связи возвращается в Британию, чтобы посетить Эркка, сына Эоху Муйнремора, короля Альбы, при дворе которого он гибнет от руки своего старого врага Эоху, сына Энды Кеннселаха. Поэт X века Кинаэд уа Артакайн (Cinaed ua hArtacain) приписывает Ниаллу семь походов на Британию, в последнем из которых он был убит «над прибоем Иктийского моря» (оs тuing Mara Icht)[22] Эоху Лейнстерским «сообща с жестокими жадными саксами» (возможно, воспоминания о совместных саксонских и ирландских набегах, но вероятнее всего, типичный анахронизм). Тело Ниалла привозят на родину его воины, котроым пришлось по пути выдер­жать семь сражений, и погребают в Охане (Фоэн Хилл между Келлсом и Наваном в графстве Мит). Затем его саксонский, франкский и римский заложники получают свободу. В другом стихотворении Кинаэда, посвя­щенном Бругу-на-Бойне, Ниалл упоминается в качестве одного из ко­ролей Тары, который не был похоронен в этом древнем некрополе, «семь раз побывав в Эльпе». Эльпа (Е1ра или Sliab nElpa, «горы Эльпы») — это ирландское название Альп, однако в данном случае, возможно, они [96]перепутаны с Альбой. Альба первоначально обозначала Британию, ан­тичный Альбион, однако благодаря употреблению выражения «люди Аль­бы» (Fir Alban) применительно к ирландской колонии Дал Риаде, кото­рая раскинулась в Аргайле и на Островах, название Альбы после IX века стало означать объединенное королевство пиктов и скоттов под началом династии Дал Риады. Таким образом, ранние упоминания Британии под именем Альбы были поняты в ошибочном смысле.

Согласно традиции, Альп достиг преемник Ниалла, унаследовавший от него верховную власть над Ирландией, — Нат И, сын Фиахры. В поздней среднеирландской саге о его смерти и похоронах (Aided Nath I ocus a adnacol) Нат И отправляется к Альпийским горам, где нападает на башню «короля Фракии» Форменуса, который удалился туда, чтобы вести жизнь отшельника. Форменус молит Бога, чтобы тот сократил срок правления Нат И и уготовил ему бесславную кончину, после чего Нат И погибает от удара молнии. Его сын Амалгайд принимает бразды правле­ния и отвозит тело отца обратно в Ирландию, по пути сразившись в девяти битвах. Он умирает близ Тары на землях десси из Тары, но тело Нат И погребают в Круахане, где, по словам автора, красный столб из песчаника до сих пор отмечает место его упокоения. Основная часть этого текста посвящена Круахану и похороненным в нем королям: настоя­щая «сага» о смерти Нат И уместилась в несколько строк. Поэтому текст относится к топографическому жанру («Старине мест»), вместилищу наи­менее достоверных ирландских мифов и легенд, а сам рассказ о Нат И является типичной мешаниной этимологических выдумок и не к месту выставленной учености средневековых историков.

Высказывались предположения, что в образе Форменуса в искажен­ном виде воплотились воспоминания о легендарном предке Меровингов Фарамунде, который, по утверждению франкского хрониста Фредегара, вывел франков из Фригии. Возможно, на эту фигуру также наложился образ отшельника св. Пирмина; однако наши свидетельства слишком ненадежны, чтобы подтвердить предположения некоторых историков о том, что Нат И был вождем ирландских федератов, которых римляне привели в Галлию. На самом деле вся эта легенда представляется дубле­том легенды о Ниалле. Мы не найдем в ранних ирландских источниках никаких подтверждений деяний Нат И: о них не упоминает и Тирехан, который являлся прямым потомком Амалгайда, сына Нат И. Тем не менее стоит отметить, что Silva Vocluti, «близ западного моря», единст­венный ирландский топоним, упоминающийся в «Исповеди» св. Патрика [97](и, вероятно, место его пленения, несмотря на более известные пред­положения о Слемише в Антриме), следует локализовать в графстве Мэйо, баронстве Тироли, которое сохраняет название и размеры королев­ства, управлявшегося потомками Амальгайда; Тирехан справедливо отож­дествил его с Шохайллом (ныне Фойлл) на западном берегу залива Киллала.

Мы не собираемся вдаваться в подробности запутанных споров, раз­горевшихся вокруг миссий Палладия и св. Патрика, однако трудности в датировке миссии св. Патрика неразрывно связаны с именем Ниалла. Общепризнано, что единственными аутентичными источниками по миссии св. Патрика являются два произведения, вышедшие из-под пера свято­го, — «Исповедь» и «Послание к Коротику», — и что Жития VII века, написанные Муирьху и Тиреханом, хотя и имеют первостепенную важ­ность для истории притязаний Армы, проливают очень мало света на биографию св. Патрика. Сравнительно недавно ученые осознали, что записи анналов, относящиеся к событиям V века, едва ли представляют собой современные памятники, а на самом деле были составлены гораздо позже в русле официальной доктрины. Тем не менее содержащиеся в них сведения нельзя полностью игнорировать. Все они относят начало миссионерской деятельности св. Патрика к 432 году, однако значительно расходятся между собой в определении даты его смерти: в одних анна­лах это произошло примерно в 461—462 годах, а в других — трид­цатью годами позже, в 492—493 годах. Зафиксирована и еще одна дата — 457 год.

Кажется очевидным, что упоминание 432 года основано на прибытии в Ирландию Палладия в 431 году. Проспер Аквитанский сообщает, что Палладий был послан Папой Целестином к ирландским христианам, чтобы стать их первым епископом. Ирландцы правильно внесли дату его миссии в свои анналы, но, очевидно, им была неизвестна какая-либо независимая традиция о поездке Палладия, и они приводили различные причины ее предполагаемой неудачи. Хронисты из Армы были вынужде­ны датировать миссию св. Патрика как можно ближе к миссии Палла­дия, чтобы не лишить своего святого статуса апостола Ирландии. Теория «двух Патриков», блестяще обоснованная О'Рахилли, в действительно­сти была предвосхищена некоторыми средневековыми учеными: в одном отрывке из Книги Армы говорится, что Палладий иначе звался Патри­ком, в то время как в иных источниках мы находим туманные упомина­ния о «другом Патрике». Не присоединяясь к теории «двух Патриков» [98](а именно, что Палладию-Патрику, ведшему активную миссионерскую деятельность с 431 по 461 год, наследовал Патрик Бритт, автор «Испове­ди», который умер при жизни следующего поколения), мы можем пред­положить, что некоторые традиции VII века первоначально относились к Палладию и были перенесены — либо преднамеренно, либо в результате путаницы — на личность св. Патрика.

Профессор Карни высказал мнение, что особая дата, относящая смерть св. Патрика к 457 году, первоначально отмечала прибытие Патрика в Ирландию, и многое говорит в пользу этой точки зрения. Очевидно, нельзя надеяться, что мы когда-нибудь сможем установить точные вре­менные рамки его миссии, однако разницу в тридцать лет невозможно обойти вниманием, в отличие от колебаний в пределах пары лет, обычных для ранних анналов. К несчастью, писания самого св. Патрика носят двусмысленный характер: он вообще не упоминает ирландских личных имен и приводит лишь одно географическое название, а его упоминания о Британии и Галлии почти столь же невнятны. Наши сведения о положе­нии Британии в V веке настолько скудны, что попытка скорректировать ирландскую хронологию с помощью британской равносильна объяснению одного неизвестное через другое. Внутренние свидетельства произведений св. Патрика, скорее всего, говорят в пользу ранней датировки, особенно в свете исповедания, которое святой излагает в своих Romanitas, и отсут­ствия упоминаний о хаосе, который, по нашим предположениям, воцарился в конце V века. Однако все эти данные не имеют решающего значения: наша неосведомленность относительно истории Британии (или той ее области, с которой был знаком Патрик) в ту эпоху не позволяет нам считать позднюю хронологию бесспорной.

Хотя анналы, Жития Муирьху, Тирехана и другие памятники в Книге Армы, а также «Трехчастное Житие» (Vita Tripartita) IX века являются в лучшем случае вспомогательными материалами, историк не может не придавать значения тому факту, что все они сталкивают св. Патрика с людьми, записи о смерти которых относятся к концу V или началу VI века. Можно было бы не обращать внимания на хронологические данные этих поздних источников, если бы не их поразительное единодушие. Даже хотя записи в анналах, относящиеся к тому периоду, были составлены много позже описываемых событий, из генеалогий в совокупности с твердо установленными записями дат смерти потомков этих людей в последую­щие столетия становится совершенно ясно, что датировки V века недале­ки от истины. Традиции уладов, лагенов и Уи Нейллов согласуются с [99]мунстерскими и коннахтскими традициями, синхронизировавшими деятельность св. Патрика с временем жизни правителей конца V века. На самом деле Лоэгайре, сын Ниалла, верховный король, смерть которого дотируется в анналах 461 годом, является самым старшим лицом в этой группе.

Ирландская традиция, каким бы образом ни относиться к ее свиде­тельствам, датировала прибытие Патрика четвертым или пятым годом правления Лоэгайре. Поэтому позднейшие составители хронологических таблиц сделали Лоэгайре преемником Нат И и соответственно называли датой его вступления на престол 428—429 годы, хотя смерть самого Нат И упоминается в анналах под 445 годом. Карни показал, что в Анналах Улъстера содержится точное вычисление (основанное на сопоставлении дат смерти Пап и римских императоров), которое было призвано показать, что Лоэгайре умер через 7 лет, 7 месяцев и 7 дней после Праздника Тары, который, по их записям, он провел в 454 году. Хотя эти сведения носят совершенно искусственный, не имеющий отношения к действитель­ности характер, они подтверждают наши представления о том, что Празд­ник Тары являлся праздником инаугурации верховного короля (Анналы Ннисфаллена относят это празднование к 456 году, а смерть Аоэгай­ре — к 463 году).

Очевидно, пытаясь спасти положение, некоторые анналы (такие как Хроника Скоттов, Анналы Четырех Мастеров, а также Мировая хро­ника, предпосланная Анналам Инисфаллена) фиксируют смерть Нат И в 428 году. Смерть Ниалла они помечают временем около 405 года. В Анналах Улъстера Ниалл не упоминается, но так как они начинаются с миссии Палладия в 431 году, их составитель очевидно принимал ран­нюю дату смерти Ниалла. О'Рахилли по основательным причинам вовсе исключает имя Нат И из перечня верховных королей Тары — он не упоминается в древнейшем источнике «Видение Конна» VII века[23] — и поэтому относит смерть Ниалла приблизительно к 427 году. Это решение оставляет неразъясненным очевидный анахронизм, связывающий Ниалла с его предполагаемым убийцей Эоху, сыном Энды, так как смерть его брата фиксируется под 483 или 485 годом, и с Эркком, сыном Эоху Муйнремора (ум. в 474 году согласно Анналам Четырех Мастеров). Кроме того, Дауи Галах, король Коннахта, сын Бриона, старшего брата Ниалла, по данным анналов был убит приблизительно в 502 году.[100]

В действительности, как отметил Карни, все известные личности, с именами которых связывают жизнь Ниалла, жили во второй половине V века. Традиционные материалы анналов и генеалогий прекрасно со­гласуются между собой, за исключением того, что касается даты смерти самого Ниалла. Мы можем согласиться с О'Рахилли, что Нат И никогда не был верховным королем в Таре, и, принимая тезис Карни, датиру­ющего смерть Ниалла примерно 452 годом, приписать ему более долгий срок правления и не считать, что оно началось вслед за смертью Нат И около 445 года.

Внутренняя хронология династии Уи Нейллов также вынуждает нас отнести смерть Ниалла к середине V века. На эту датировку указывает безукоризненное свидетельство, представленное большим количеством фиксаций смертей его потомков в поздних анналах. Его внуки Лугайд и Ардгал умерли соответственно в 507 и 520 (или 523) году, а его правнуки Муйрхертах, сын Эрк, Туатал Маэлгарб и Диармайт, сын Кер-рбела, — в 536, 544 и 565 году, между тем как другой его правнук Ниннид, сын Дауи, сражался в битве при Кул Древне в 561 году. Данные анналов об их потомках, современные описываемым событиям, в свою очередь подтверждают эту хронологию. Для V века анналы не являются наилучшими свидетелями, и тем не менее даже они не относят смерть ни одного из сыновей Ниалла ко времени ранее 440 года (Мане) и фикси­руют смерти Лоэгайре, Эогана и Коналла Кремтайнне в (или около) 462, 465 и 480 году. Более того, они предполагают, что его старший сын Кайрпре был жив в 485 году, когда он одержал победу в битве с лейнстерцами у Гранарда, а сообщение об очередной его победе над тем же врагом в 501 году появляется в дополнительной вставке в Анналах Ульстера. Другой его сын, Фиаху, фигурирует в анналах в качестве победителя лейнстерского септа Уи Файльги в битве, которая состоялась при Друйм Дерге в 516 году. Впрочем, не следует забывать, что имена Кайрпре, Фиаху, Мане и Лоэгайре продолжали употребляться в следую­щие века для обозначения королевств или династий, происходящих от этих сыновей Ниалла, подобно тому как имена Вениамин, Дан или Иуда используются в Библии, так что абсолютная уверенность в том, что каса­ется значения последних трех сообщений анналов, невозможна.

Предположение, что Ниалл умер не ранее 450 года, очень хорошо согласуется с теорией, по которой именно в этом году произошло падение Эмайн Махи. Непосредственным следствием этого события явилось со­здание королевств-сателлитов Айргиаллы, а они едва ли могли бы дать [101]девять заложников королю, который давно уже скончался. Таким образом, мы видим, что официальная датировка смерти Ниалла возникла отчасти благодаря переносу хронологии миссии Палладия на деятельность св. Патрика, а отчасти из-за появления Нат И в списках королей между Ниаллом и Лоэгайре. Ирландские источники, какое бы незначительное отношение они ни имели к историческому св. Патрику, в большинстве своем и независимо друг от друга говорят в пользу того, что святой, поминаемый в традиции Армы, выполнял свою миссию в период между 450 и 492 годом. Также имеются серьезные причины сомневаться в том, что Нат И правил в Таре, хотя его сын Айлиль Молт в самом деле стал верховным королем. И если изъять эти искажения, то сведения анналов и генеалогий четко становятся на свои места.

Мак-Нейлл полагал, что св. Патрик остановил свой выбор на Арме в связи с воспоминаниями о древней славе Эмайн Махи. Этот выбор кажется еще более осмысленным, если мы согласимся с альтернативной ирландской традицией, гласящей, что Эмайн Маха существовала до сере­дины V века. Муирьху сожалеет (и мы можем выразить ему наше сочувствие), что в его дни традиции, повествующие о жизненном пути св. Патрика, оказались запутанными и сбивчивыми. И все же независимые улады, управлявшие восточными окраинами своего бывшего королевства, продолжали чтить Арму, хотя епископская кафедра теперь находилась во владениях Айргиаллы и тем самым попадала под косвенное влияние их стародавних врагов Уи Нейллов. Более того, улады гордились тем, что тело св. Патрика упокоено на их землях в Сауле или Даунпатрике. На их территории было много монастырей, из которых ученостью и богат­ством выделялся Бангор, и, должно быть, их объединяло враждебное отношение к притязаниям Армы в VII веке. В действительности улады признали старшинство Армы задолго до того, как примирились с концеп­цией верховной власти Уи Нейллов. Доктор Бинчи выдвинул весьма правдоподобную гипотезу, согласно которой св. Патрик удалился из Армы в Даунпатрик вместе со своими побежденными покровителями, королями Ульстера; агиографов, приверженных теории о том, что Арма входила в состав Айргиаллы с момента своего основания, очевидно приводила в замешательство смерть святого в Сауле. Разрушение Эмайн Махи и падение Ульстерской пятины внесло смятение в епархиальную систему, установленную ранними миссионерами и находившуюся еще в зачаточном состоянии, и наши источники проявляют большую неуверенность по по­воду непосредственного преемника св. Патрика в роли епископа Армы.[102]

Возвышение крупных монастырей в VI веке еще больше затемнило церковную картину и привело к тому, что историки Армы в VII веке были по большей части вынуждены брести ощупью впотьмах, опираясь на отрывочные документальные свидетельства, устные традиции и воспоми­нания, сохранившиеся в различных церквях, считавших св. Патрика своим основателем. Если сообщения о деятельности св. Патрика в Мите и особенно в северном Коннахте, собранные Тиреханом, еще могут быть отчасти достоверными, то мнимые тесные связи святого с сыновьями Ниалла и его столкновение в Таре с Лоэгайре, несомненно, отражают лишь позднейшие попытки Армы заручиться поддержкой Уи Нейллов и отвратить их привязанность от таких центров, как Клонмакнойс (враж­дебность которого особо отмечает Тирехан) и обширной монастырской федерации, основанной их родичем Колумом Килле. Церковная квази-епархиальная область юрисдикции (terminus), приписываемая Арме в «Книге ангела» (Liber Angueli) VIII века, до некоторой степени расхо­дится с политической географией того времени, отражая условия более ранней эпохи. Так, она включает королевство уладов (простирающееся до реки Бойн или, по крайней мере, до Друймне Брег к северу от нее) вкупе с королевством Айргиалла, но исключает владения Уи Нейллов и неболь­шое королевство Дал Риада в долинах Антрима, которые вслед за своими королями (давно уже поселившимися в Аргайле) признали колумбанов-скую юрисдикцию Ионы.

Из Послания Коротику, написанного св. Патриком, мы узнацм, что новые бриттские королевства, возникшие вследствие ухода римлян, не только были в состоянии отражать ирландские набеги, но иногда били врага его же оружием. В валлийской традиции Кунедде, который, воз­можно, был отцом Коротика, приписывают изгнание ирландских поселен­цев из Северного Уэльса. Среднеирландская сага о смерти Аоэгайре упоминает прекращение ирландских грабительских походов. Согласно этой саге, Лоэгайре вторгся в Лейнстер, чтобы собрать дань борому, но потер­пел поражение и был взят лагенами в плен. Его отпустили только после того, как он поклялся солнцем и луной, водой и воздухом, днем и ночью, морем и сушей, что он никогда больше не будет пытаться взимать эту дань. Подобные клятвы силами стихий типичны для ирландской литера­туры и, по-видимому, уходят корнями в далекое кельтское прошлое: когда дунайские кельты заключили договор с Александром Великим, он счел их, по словам Арриана, тщеславнейшими из людей, ибо когда их спросили, чего они боятся больше всего на свете, они ответили: «ничего, кроме того, что [103]небо упадет на их головы». Сходные клятвы появляются в хеттских договорах II тысячелетия до н. э. Так, Лоэгайре было предсказано, что он встретит свою гибель между Ирландией и Британией, и чтобы избежать этой участи, он никогда не совершал набегов по Ирландскому морю. Однако он нарушил клятву, данную лагенам, и вновь напал на них, вслед­ствие чего таинственным образом был убит своими поручителями, солнцем и ветром, на равнине Маг Лифи между двумя холмами, называвшимися Эриу (Ирландия) и Альба (Британия).

Географическое распределение королевств Уи Нейллов и их экспан­сия в ходе VI и последующих веков дают нам все основания согласиться с Мак-Нейллом (тем самым расходясь с О'Рахилли) в том, что исход­ным пунктом их завоеваний была база в Коннахте. Такой базой едва ли мог быть какой-либо другой пункт, кроме Круахана, традиционной столи­цы пятины Коннахта. Круахан представляет собой не крепость, возведен­ную на холме, подобно Таре, Айлеху и Аленну, а скопление больших круглых замков, расположенных по военной моде того времени в виде большого лагеря на возвышенности, господствующей над широкими про­сторами равнины Маг Ай в графстве Роскоммон.

Мы не располагаем достоверными свидетельствами о завоевании Се­веро-Западного Ульстера Коналлом, Эоганом и Эндой, однако стоит обра­тить внимание на то обстоятельство, что Донегол был колонизирован Уи Нейллами полностью, так как нам ничего неизвестно о существовании в этой области королевств-данников: хотя Кенел Конайлл распался на несколько септов, каждый из которых составлял отдельное небольшое королевство, все местные правители были потомками Ниалла. Наоборот, Южные Уи Нейллы создали в срединных областях страны целую сеть своих династических королевств, а вклинивавшиеся между ними туземные племена пользовались определенным местным самоуправлением, выступая в роли данников. Таким образом, завоевание севера было, вероятно, пер­вым значительным достижением сыновей Ниалла и очевидно велось из северного Слайго: Коналл был известен под именем Коналл Гулбан (от Бенн Гулбан, горы Бенбалбен). Именно в этой области мы находим королевство Кайрпре, которое раскинулось через графство Лейтрим и срединные области до баронства Карбери в графстве Килдар. Королев­ство Мане образовывало параллельную полосу на западе, в то время как Фиаху отвоевал у лагенов западный Уэстмит и часть Оффали.

К западу от реки Шеннон братья Ниалла образовали собственные королевства, распределение которых сходным образом указывает на радиальную [104]экспансию из Круахана. На протяжении нескольких столетий наибольшим весом обладали Уи Фиахрах. Из их северной ветви, Север­ных Уи Фиахрах (Ui Fiachrach in Tuaisceirt), выделились два наиболее могущественных рода: Уи Фиахрах Муаде из устья реки Мой и Фир Хера из баронства Карра в графстве Мэйо. На южной границе Коннахта с Мунстером жили Уи Фиахрах Айдне, владения которых в XII веке представлял диоцез Килмакдуа; в более ранний период они владели зна­чительно более обширной территорией, так как в VI и VII веках из их рода вышло несколько королей Коннахта, самым известным из которых был Гуайре Айдне, образец княжеской щедрости. Короли Коннахта вы­ходили из всех септов Уи Фиахрах, пока в VIII веке не усилились Уи Бриуйн, удерживавшие срединную равнину Маг Ай, раскинувшуюся вок­руг самого Круахана, и не монополизировали королевскую власть над Коннахтом. Вскоре Уи Бриуйн распались на несколько династических королевств, охвативших весь Коннахт, и одно из них, Уи Бриуйн Брефне, стало расширять свои владения к востоку от реки Шеннон, продвигаясь в труднодоступную и по большей части пустынную местность Аейтрима и Кавана. Королевство Брефне не упоминается в анналах до конца VIII века, однако ему будет суждено быстро набрать силу, а его правящей династии Уа Руайрк — сыграть важную роль в истории XI и XII веков. Во многих отношениях восточную и западную экспансию Уи Бриуйн можно сопоставить с ходом ранних завоеваний коннахтов и Уи Нейллов. В то время как династии, основанные Фиахрой и Брионом, процветали, потомки Айлиля, хотя и некоторое время удерживали свое небольшое королевство (запечатленное в названии баронства Тиреррилл, графство Слайго), так никогда и не добились верховной власти над провинцией и не стали пользоваться сколько-нибудь значительным влиянием. Подобно им, их родичи Уи Нейллы, происходящие от Энды, никогда не выходили за пределы своих земель вокруг Рафо и в конечном итоге влились в состав Тир Конайлл. Неспособность третьей ветви отстоять свою независимость перед лицом двух других соперничающих ветвей можно считать постоян­но повторяющимся явлением в ирландской династической истории.

Сколь бы сомнительными ни казались утверждения о верховной влас­ти Нат И, во всех письменных памятниках его сын Айлиль Молт признаётся королем Тары. В анналах упоминаются: Праздник Тары, кото­рый он провел в 467 или 470 году, его сражения с лагенами и его смерть в битве при Оха примерно в 482 году. Однако источники примечатель­ным образом расходятся в том, что касается перечня его убийц: некоторые [105]утверждают, что он погиб от руки своих преемников и родичей из рода Уи Нейлов: Аугайда, сына Лоэгайре, и Муйрхертаха, сына Эрк, — в других говорится, что его убил король Дал Арайде или король Лейнстера или оба вместе. Очевидно, первоначальная запись в анналах содержала лишь сообщение о его смерти и название битвы, а последующие подробности были добавлены поздними глоссаторами, опиравшимися на противоречи­вые традиции. Тем не менее из сообщения в Анналах Ульстера со всей очевидностью вытекает, что битва при Оха являлась чрезвычайно значи­тельным событием, так как приводятся хронологические вычисления, уста­навливающие промежуток времени, отделяющий ее от смерти легендарно­го Конхобара, сына Несс, и смерти Кормака, сына Арта. Отныне верхов­ное королевство Тары стало наследственным владением рода Ниалла: первоначальное единство коннахтов разрушилось, а потому их название сузило круг значений и стало обозначать королевства, находящиеся в западной части страны.

Ранние тексты называют Уи Бриуйн, У и Фиахрах и Уи Айлелло «тремя коннахтами», но вследствие упадка, постигшего Уи Айлелло, и утраты династией У и Шиахрах королевской власти над провинцией, это выражение подвергалось частому перетолкованию. Значительную власть и независимость сохраняло западное королевство Уи Мане. Уи Мане распространили свое влияние на южную часть графства Роскоммон и юго-восточный Голуэй, но к XII веку их территория сузилась до размеров диоцеза Клонферта, хотя после англо-норманнского вторжения О'Келли из «И Мани» вновь сдвинули центр своих владений на север. Выда­ющееся положение Уи Мане признавалось составителями генеалогий, которые одарили Уи Мане вымышленной родословной, связывавшей их с Айргиаллой и тем самым (согласно официальной доктрине) признава­ли их коннахтами или потомками Конна Ста Битв. Позднее склонные к намеренной архаизации ученые совершенно неоправданно стали при­числять их к «трем коннахтам» наряду с О'Коннорами из Уи Бриуйн Ай и О'Рурками из Уи Бриуйн Брефне, чьи бесплодные земли в Лейтриме и Каване получили название Гарбтриан Коннахт («дикая треть кон­нахтов»).

Тем временем из доисторической группы племен коннахтов появилась новая династия — Уи Нейллы. Они организовали свои захваты на севере и в срединных областях страны на территориальной и династиче­ской основе. Уи Нейлы отошли от чистого трибализма и сделали вер­ховную власть в Таре (священнические функции которой вскоре изгладились [106]из памяти) символом универсального сюзеренитета, который поло-жил конец древнему разделению на провинции. По иронии судьбы, имен-но потомкам отодвинутых на второй план королей Коннахта суждено будет в XII веке ближе всего подойти к осуществлению мечты о трансформации верховной королевской власти в подлинную всеирландскую монархию.[107]

ГЛАВА VI

Наши рекомендации