Противоречивый характер процессов становления гражданского общества в современных российских условиях

Курс на максимальное упрочение "вертикали власти" в стране неизбежно порождает встречную, ещё весьма слабую, тенденцию к созданию "горизонтали" гражданских, негосударственных связей, так как становление относительно независимого от государства и бизнеса "третьего" сектора в стране начало происходить с конца 1980-х годов. Параллельно идёт разработка нового законодательства, регулирующего порядок создания, деятельности и ликвидации организаций, составляющих некоммерческий сектор. Вместе с тем по мере роста числа некоммерческих организаций становится всё более очевидной необходимость государственной поддержки третьего сектора, проистекающей из особого положения государства в российском социуме. Оно оказывает выборочную поддержку только тем организациям, которые следуют в "фарватере" инициатив государственных органов независимо от того, насколько эти инициативы соответствуют потребностям общества. Справедливо, что государство должно определять свои задачи и наиболее эффективные способы их решения во всех сферах общественной жизни. Однако диалог и сотрудничество с гражданским обществом, пока ещё и "незрелым", как представляется, лишним не будет, так как любой диктат бессмыслен для общественного благополучия. В результате в настоящее время возникает целая совокупность механизмов взаимодействия государства и организаций "третьего" сектора для решения социально-значимых задач. Это взаимодействие строится по следующим направлениям: а) стимулирование социальной активности прямым государственным финансированием (государственные гранты); б) социальное обслуживание (в основном, в сферах здравоохранения и образования); в) государственное социальное спонсорство (государственные льготы по уплате налогов, таможенных платежей и др.); г) социальное побуждение негосударственных спонсоров; д) государственный социальный заказ; е) лоббирование

Кроме того, следует помнить, что элементы гражданского общества в России существовали и прежде, но их "вызревание" было приостановлено. Говорить об их полном отсутствии ранее, видимо, так же неверно, как и утверждать, что "западная" модель гражданского общества является идеальной. Гражданское общество не может быть заимствовано, оно должно формироваться на основе российской традиционной культуры. Развитие культуры (в том числе и прежде всего политической) – в определенной степени стихийный процесс, сочетающий в себе элементы сознательной деятельности и случайных, непредсказуемо развивающихся явлений. Случайность развития культуры дает возможность основной массе населения приобрести собственный политический и гражданский опыт, который впоследствии воплощается в новых политических и гражданских ценностях. В то же время не исключается целенаправленное воздействие на процесс формирования гражданской политической культуры со стороны государственных структур и структур гражданского общества

Основные проблемы:

становление гражданского общества происходит в России в условиях острого дефицита доверия как к институтам самого государства, так и к нарождающимся институтам гражданского общества, на фоне низкой политической, гражданской активности, явно выраженной социальной апатии значительной части населения. Сложность становления гражданского общества в России связана и с наследием тоталитаризма, прежде всего с отсутствием социальной ответственности. Для становления гражданского общества требуется пересмотреть многие связи, структуры и отношения, соединявшие людей в пространстве прежней социальной системы, но важно не допустить превращения людей в совокупность атомарных единиц, что не соответствовало бы традиционной российской культуре и менталитету народа. Необходимо также учитывать тенденцию этатистского понимания роли государства в жизни российского общества и принять во внимание отсутствие экономической базы гражданского общества. Нельзя связывать его становление исключительно с утверждением частной собственности. Широко распространенное мнение о тождественности демократии и гражданского общества также крайне упрощает проблему. Демократия не гарантирует свободы. Она складывается на базе гражданского общества. Поэтому надеяться на становление гражданского общества только в связи с развитием демократии утопично. Демократия, не подкрепленная устойчивыми демократическими традициями и культурой, основанной на уважении прав меньшинства и отдельной личности, может привести к охлократии и вновь к тоталитаризм

ПРОБЛЕМЫ

Во-первых, разделение российского социума и населения по различным линиям: бедные и богатые (и сверх-богатые из списка журнала "Форбс"); центр и регионы; столица и провинция; элиты и народ; чиновники и все остальные

Во-вторых, отсутствие объединяющих ценностей, таких как: доверие, солидарность, согласие по базовым основаниям общества, уважение к жизни, личности и достоинству человека.

В-третьих, практическая бессубъектность российского социума, когда под субъектом общества понимается социальная единица, способная постоянно принимать и реализовывать значимые в масштабах общества, самостоятельные и ответственные решения и действия. У нас есть акторы, действующие лица, статисты, даже личности, но субъектов, кроме Президента и его администрации, нет: все остальные лишь реализуют его волю и ничего не решают. Бессубъектность общества противоречит и демократии, и рыночной экономике, и гражданскому обществу.

В-четвёртых, отсутствие многочисленного среднего класса. В разрозненном обществе государство претерпевает опасные трансформации, становясь корпоративистским, оно преследует собственные цели и интересы, отличные от целей и интересов общества.

В-пятых, ведущим субъектом корпоративистского государства становится бюрократия и сопутствующие ей теневые отношения, клиентилизм, коррупция, взаимные обязательства.

В-шестых, низкий уровень доверия населения к политикам, вынужденность приспособления к действиям властей, скепсис в отношении возможности влиять на их решения.

Можно и необходимо добавить следующие проблемы:

– наличие устойчивых стереотипов массового политического сознания, системы ценностей, сформированных тоталитарным режимом. Такие ценности, как частная собственность, неравенство, конкуренция, всё ещё порождают психологический дискомфорт у части населения;
– противоречие между необходимостью формирования гражданского общества и стабильным функционированием государства как правового;
– отсутствие полноценной социальной и экономической базы гражданского общества – правового оформления института частной собственности и введения политического плюрализма недостаточно;
– радикальная трансформация прежней социальной структуры;
– криминализация экономики и, частично, органов государственной власти;
– отсутствие сосредоточенности российского бизнеса, по образу и подобию западного предпринимательства, на производстве не только прибыльной продукции и услуг, но и социально значимой, причём последнее должно органично сочетаться с его социальной ответственностью;
– противоречивый характер процесса российской модернизации;
– отсутствие у населения адекватного понимания социально-экономических и политических процессов, низкий уровень процессов рефлексии в обществе;
– распространение среди части населения неконструктивных форм активности и самовыражения; – терроризм;
– гражданская апатия населения;
– отсутствие политической культуры гражданственности у значительной части общества

Вопрос №20 Политическая культура: сущность и основные подходы

Многое из того, что в настоящее время относится к политической культуре, содержалось еще в Священном Писании, анализировалось и описывалось мыслителями древности Конфуцием, Платоном, Аристотелем. Однако сам термин появился много позже – в XVIII в. в трудах немецкого философа-просветителя И. Гердера. Теория же, описывающая эту группу политических явлений, сформировалась только в конце 50-х – начале 60-х гг. XX столетия в русле западной политологической традиции

Американский теоретик Г. Алмонд, исследуя политическую систему, выделил два уровня ее анализа: институциональный, характеризовавший институты и их функции, нормы и механизмы формирования государственной политики, и ориентационный, выражающий особые формы ориентации населения на политические объекты. Эти ориентации содержали в себе «познавательные» (представая как знания о строении политической системы, ее основных институтах, механизмах организации власти), «эмоциональные» (выражающие чувства людей к тем, кто обеспечивал функционирование властных институтов и олицетворял власть в глазах населения), а также «оценочные» (выступающие как суждения, опирающиеся на ценностные критерии и стандарты оценки политических явлений) аспекты. В совокупности эти ориентации и характеризуют, по мнению Алмонда, такое специфическое явление, как политическая культура.

Анализ этих сторон отношения человека к политической системе сосредоточивая внимание на разделяемых людьми ценностях, локальных мифологиях, символах, ментальных стереотипах и прочих аналогичных явлениях, давал возможность понять, почему, например, одинаковые по форме институты государственной власти в разных странах действуют порой совершенно по-разному. Таким образом, идея политической культуры позволяла глубже исследовать мотивацию политического поведения граждан и институтов, выявить причины множества конфликтов, которые невозможно было объяснить, опираясь на традиционные для политики причины: борьбу за власть, перераспределение ресурсов и т.д.

И все же понятие политической культуры постепенно завоевало свое место в науке, все больше и больше проявляя свой специфический характер в отражении политических явлений. В настоящее время в политологии сложилось три основных подхода в трактовке политической культуры. Одна группа ученых отождествляет ее со всем субъективным содержанием политики, подразумевая под ней всю совокупность духовных явлений (Г. Алмонд, С. Верба, Д. Дивайн, Ю. Краснов и др.). Другая группа ученых видит в политической культуре проявление нормативных требований (С. Байт) или совокупность типичных образцов поведения человека в политике (Дж. Плейно). В данном случае она предстает как некая матрица поведения человека (М. Даглас), ориентирующая его на наиболее распространенные в обществе нормы и правила игры и, таким образом, как бы подтягивающая его действия к сложившимся стандартам и формам взаимодействия с властью.

Третья группа ученых понимает политическую культуру как способ, стиль политической деятельности человека, предполагающий воплощение его ценностных ориентации в практическом поведении (И. Шапиро, П. Шаран, В. Розенбаум). Такое понимание раскрывает практические формы взаимодействия человека с государством как выражение им своих наиболее глубинных представлений о власти, политических целей и приоритетов, предпочтительных и индивидуально освоенных норм и правил практической деятельности. Характеризуя неразрывную связь практических действий человека в сфере власти с поиском своих политических идеалов и ценностей, политическая культура интерпретируется как некая постоянно воспроизводимая на практике духовная программа, модель поведения людей, отражающая самые устойчивые индивидуальные черты поведения и мышления, не подверженные мгновенным изменениям под влиянием конъюнктуры или эмоциональных переживаний.

В этом смысле стиль политической деятельности человека раскрывает политическую культуру как совокупность наиболее устойчивых форм, «духовных кодов» его политического поведения, свидетельствующих о степени свободного усвоения им общепризнанных норм и традиций государственной жизни, сочетании в его повседневной активности творческих и стандартных для конкретного общества приемов реализации прав и свобод и т.д.

В этом смысле политическая культура представляет собой форму освоенного человеком опыта прошлого, того позитивного наследия, которое оставлено ему предшествующими поколениями. И поскольку в мышлении и поведении человека всегда сохраняется определенный разрыв между освоенными и неосвоенными им нормами и традициями политической игры, сложившимися в обществе традициями и обычаями гражданской активности, то у него сохраняется и мощный источник переоценки и уточнения своих ориентиров и принципов, а следовательно, и развития своей политической культуры.

Рационально обобщая описанные подходы, политическую культуру можно определить как совокупность типичных для конкретной страны (группы стран) форм и образцов поведения людей в публичной сфере, воплощающих их ценностные представления о смысле и целях развития мира политики и закрепляющих устоявшиеся в социуме нормы и традиции взаимоотношения государства и общества.

В то же время политическая культура вмещает в себя чрезвычайно широкий круг гуманистически ориентированных ценностей (и обусловленных ими форм поведения), которые отличают разнообразие жизни конкретных обществ, слоев населения, их обычаев и традиций. Применительно к отдельному обществу это означает и то, что его политическая культура содержит разнообразные субкультуры, т.е локальные, относительно самостоятельные группы ценностей, норм, стереотипов и приемов политического общения и поведения, поддерживаемых отдельными группами населения

Вопрос №21 Особенности российской политической культуры

В чем особенности российской политической культуры:

1. Политическая культура нашей страны в историческом пла­не весьма уникальна и самобытна. Для нее характерно наличие множества субкультур, обусловленное географическими, этничес­кими и конфессиональными факторами. В качестве основопола­гающих ценностей прошлого политического развития до нас дош­ли идеи самодержавной государственности, позволяющей существо­вать и развиваться различным регионам, народам и национальным общностям. На протяжении многих веков существовало центра­лизованное Российское государство, которое, по сути, предопреде­ляло политическое развитие общества и индивида.

Характерным для нашей истории было слияние с государ­ством церкви, которая являлась элементом государственности. Пра­вославная церковь сыграла значительную роль в формировании многонациональной Российской империи и того духа соборности, русского мессианства, который стал неотъемлемой чертой полити­ческого мышления того времени.

Особый отпечаток на политическую жизнь, культуру нало­жила коллективная форма общежития русского крестьянства — община, препятствовавшая становлению индивидуального начала в хозяйственной и духовной жизни.

В 60-е гг. XIX в. в стране возникают благоприятные условия для развития политической культуры. Было ликвидировано кре­постное право, началось формирование новых социальных сил: буржуазии и разночинной интеллигенции, осуществлялась масш­табная правовая реформа. Однако революция 1917 г. остановила данный процесс.

Большевики взяли курс на построение тоталитарного госу­дарства. Огосударствление всех сфер жизнедеятельности обще­ства было доведено до предела. Политическая культура приобре­ла сугубо авторитарный, этатистский характер. Роль и функции, которые в обосновании русской государственности выполняло православие, перешли к марксизму-ленинизму, ставшему единствен­ной и безраздельно господствующей государственной идеологией- Интересы отдельной личности полностью подчинялись интересам государства. Советская правовая система в целом базировалась на идее обязательства человека перед государством. Роль закона была сведена практически на нет, так как принципиальные поло­жения устанавливались партийными директивами, а конкретные вопросы правовой регламентации разрешались в ведомственных нормативных актах органов управления.

С середины 50-х гг. в стране начались процессы либерализа­ции, приведшие в конечном счете к распаду СССР и изменению основополагающих ценностных ориентиров и стандартов поведе­ния, лежащих ранее в основе российской государственности.

2. Формирование новой политической культуры в ее систем­ном виде фактически началось с принятия 12 декабря 1993 г. Кон­ституции Российской Федерации. Процесс этот сложный и болез­ненный, связанный с ломкой стереотипов, приобретением новых качеств, и все это на фоне социально-экономического и духовно- нравственного кризиса. Низкий уровень политической культуры объясняется не только идеологическими факторами, но и отсут­ствием опыта демократического участия в управлении и принятии политических решений, поскольку многие институты гражданско­го общества находятся в процессе становления.

Сегодня, как и многие годы назад, политическая культура России страдает антиномичностью, так как каждый базовый ее элемент имеет свою антитезу (этатизм и анархизм, боязнь власти и нарушения законов, верноподданичество и крайний радикализм). Она является внутренне противоречивой, ибо наряду с сохраняю­щимися ценностями общинного коллективизма, групповой спра­ведливости устанавливаются нормы, ориентирующие на развитие индивидуальной творческой, предпринимательской инициативы и активности. Характерными чертами российской политической куль­туры являются ориентация значительной части населения на лич­ности политических деятелей, кампанейский подход к решению политических проблем, склонность к несанкционированным фор­мам политического протеста.

3. События последних лет, в частности становление правовой системы, развитие федерализма, совершенствование законо-твор- ческого процесса, поиски компромисса между законодательной и исполнительной властью, функционирование многопартийной си­стемы и другие позитивные элементы, позволяют сделать оптими­стический прогноз развития политической культуры в России. Здесь важно отметить, что в ряду важнейших направлений в этом плане должны стать последовательное укрепление индивидуальной и общественной духовной свободы, создание реальных механизмов для проявления гражданской политической активности людей, вовлечение их в управление государством и контроль за его дея­тельностью.

Говоря о специфических и самобытных чертах российской политической культуры, нельзя забывать о достижениях мировой цивилизации. Необходимо шире и интенсивнее использовать по­литический опыт, накопленный как внутри страны, так и вне ее. Перспективы развития российского общества зависят от достиже­ния органического сочетания рыночной экономики, политической демократии, исторических традиций государственности, гуманис­тических естественно-правовых начал.

На содержание и уровень развития современ­ной политической культуры российского общества значительное влияние оказывают следующие процессы:

- радикальные изменения основ экономической, социальной, политической и духовной жизни, массовые перемещения в Россию различных групп населения из ближнего зарубежья и возникновение вследствие этого новых межэтнических, демографических, террито­риальных и иных образований;

- изменение и усложнение социальной структуры общества, по­явление в ней новых социальных групп, рост имущественного не­равенства, усиление вертикальной и горизонтальной мобильности;

- переоценка на основе расширения информации уроков прошлого, настоящего и перспектив будущего.

Все эти процессы диктуют необходимость серьезной модифика­ции мировоззренческих, оценочных и поведенческих ориентиров лю­дей, т. е. всех компонентов политической культуры.

В качестве характерных черт политической культуры современной России исследователи[12] выделяют следующие:

- ценности коммунитаризма – приоритет групповой справедливости перед принципами индивидуальной свободы;

- индифферентное отношение к политическому участию;

- персонализированное восприятие власти;

- предрасположенность к конформизму;

- неверие в представительные органы власти, тяготение к исполнительным функциям с ограниченной индивидуальной ответственностью;

- подданническое отношение к власти;

- правовой нигилизм;

- нетерпимость к другим мнениям, принципам;

- некритическое восприятие зарубежного опыта, копирование его сомнительных образцов;

- предрасположенность к силовым методам разрешения конфликтов, неприятие консенсусных технологий.

Вопрос №22 Классические теории элит (Г.Моска, В.Парето, Р.Михельс)

В. Парето (1848-1923) в своих основных трудах «Социальные системы» (1902) и «Трактат общей социологии» (1916) сформулировал концепцию, согласно которой равновесие и динамика любой социальной системы детерминируются правящим меньшинством – элитой, проходящей определенные циклы своего развития. Элиты – это то лучшее, что создается в недрах общества; они возникают из его низших слоев, в ходе борьбы поднимаются в высшие круги, расцветают там, а впоследствии вырождаются и исчезают. Им на смену приходят так называемые контрэлиты, которые проходят те же фазы развития и упадка, а затем тоже сменяются новыми элитарными образованиями. При этом смена элит, как правило, знаменует собой чередование у власти разных типов элит, в частности, «лис» (изворотливых, хитрых и беспринципных) и «львов» (обладающих чувством преданности государству, консервативно настроенных и не боящихся применять силу), использующих различные методы управления и властвования. В целом элиты имеют тенденцию к упадку, а приходящие им на смену контрэлиты – к производству потенциально элитарных элементов. Этот кругооборот, циркуляцию элит Парето назвал «универсальным законом истории», который позволяет обществу накапливать и использовать все лучшее, что развилось в нем, ради собственного благополучия. Прекращение циркуляции неизбежно ведет к полному вырождению правящей элиты и накоплению в ней негативных для общества элементов, которые препятствуют переходу в элитарные слои лучших представителей общества, а также развитию последнего.

Формулируя свою концепцию, Парето исходил из того, что самым важным основанием выделения элитарных групп являются принадлежащие ее представителям определенные психологические тенденции, личностные чувства и компоненты («резидуи»), которые, собственно, и отличают их от остальной массы населения. Таким образом, Парето концептуально оформил многочисленные идеи Платона, Ф. Ницше, Т. Карлейля и других мыслителей, которые указывали на наличие определенных человеческих качеств, выражающих (естественное) неравенство людей и разделяющих высшие и низшие слои общества. В этом смысле элита понималась как своеобразная меритократия, т.е. группа лучших людей, обладавших особыми социальными качествами, независимо от того, унаследовали они или приобрели их в процессе своего развития.

Качественно иной подход предложил еще один великий итальянец Г. Моска (1858–1941), заложивший в своих важнейших работах («Теория управления и парламентское правление», 1884 и «Элементы политической науки», 1896) основы, условно говоря, функционального направления, рассматривавшего элиту как группу управляющих, выполняющих определенные социальные обязанности.Правда, вместо понятия «элита» Моска больше оперировал категорией «правящий класс», которая демонстрировала, что наряду со свойствами, отличавшими его представителей от остальных, в частности, богатством, военнойдоблестью, происхождением или владением искусством управления, главнойпричиной его властного могущества являлась высокая степень внутренней организованности и сплоченности данной группы. Именно это свойство и позволяет элите концентрировать в своих руках руководство обществом и государством, объединяя население в процессе перехода от одной исторической эпохи кдругой.

Главная задача элиты как особого политического класса состоит прежде всего в укреплении своего господства, и даже не столько de jure, сколько de facto. Организованность правящего меньшинства непосредственно отражает так называемая «политическая формула», означающая совокупность юридических и моральных средств и методов укрепления им своей власти и положения. В тоже время основной функцией государства, воплощающего эту формулу, является поддержание баланса как в отношениях управляющих и управляемых, так и внутри правящего класса. Отсутствие такого баланса Моска считал причиной формирования режимов, узурпирующих престиж легитимной власти.Согласно представлениям итальянского политолога, в силу своей организованности политический класс по сути дела монополизирует власть, контролируя все действия большинства, в том числе избирательные кампании, которые при таких условиях не в состоянии навязать волю населения правящим группам. Вместе с тем ради сохранения искомого политического баланса высшие слои общества вынуждены оправдывать свое господство в глазах общественного мнения с помощью абстрактных и рационально не доказуемых политических образов «народа-суверена», доминирующей общей «воли народа» и т.д.

Пристальное внимание Моска уделил и процессам изменения состава и преемственности в развитии правящего класса. В частности, выделив демократическую и аристократическую тенденции в его развитии, он подчеркнул, что преобладание последней, выражающей стремление группы управляющих так или иначе стать наследственной и несменяемой, ведет к «закрытию и кристаллизации», а затем – к вырождению элиты

Немецкий ученый Р.Михельс (1876–1936),

Наши рекомендации