Способ производства. М.,1974, с. 64). Но что это все-таки? Между прочим, зачем связи называть законом? Зачем эта двойная терминология? Связи - это взаимодействие тел.

Исследуется этот вопрос «в зависимости от решения основного вопроса философии -отношения мышления к бытию, духа к при­роде»48.

Всякая философия, кроме философии Беркли, признает суще­ствование материального и идеального. Признает это и марксистко-ленинская теория, считая материальный мир первичным. Прав­да, философы говорят еще о существовании материального и иде­ального как чего-то единого. Но понятно, что это может быть толь­ко живое существо, в том числе и разумное. И, тем не менее, это не противоречит тому, что реальности могут быть либо материаль­ными, либо идеальными. Третьего не дано.

А для человека быть материальным, как мы знаем, значит быть принципиально ощущаемым.

Но если бы законы были материальны, т.е. принципиально ощу­щаемы, то это были бы особого рода объекты материального мира, являющиеся «тем общим, что присуще конкретным процессам». Следовательно, законы существуют субъективно-реально.

Теперь возьмем несколько общеизвестных законов естествен­ных наук (они нагляднее) и выясним, к какому из видов идеально­го они относятся:

1. Тела действуют друг на друга с силами, направленными вдоль прямой, равными по абсолютному значению и противопо­ложными по направлению.

2. Полная механическая энергия замкнутой системы тел оста­ется неизменной во время каких угодно движений тел этой систе­мы, если между телами действуют только силы притяжения или силы отталкивания.

3. Если на тело не действуют никакие силы (тела), то это тело находится в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения.

4. Разные формы энергии переходят друг в друга в строго эк­вивалентных, всегда одинаковых соотношениях.

4 а. В любой изолированной системе общий запас энергии со­храняется постоянным.

5. Если из данных веществ можно получить различными путями заданные конечные продукты, то независимо от путей их получе­ния, т.е. вида промежуточных реакций, суммарный тепловой эф­фект для всех путей будет одним и тем же.

6. Теплота не может переходить сама собой от более холодно­го тела к более теплому.

Присмотревшись теперь к сформулированным законам, заме­тим прежде всего, что все они есть суждения, выраженные в виде предложений письменно или устно. А точнее - умозаключения о результатах какого-то эксперимента или наблюдений в природе. Не во всех случаях здесь явно указано на объекты, участвующие в эксперименте, бывает, лишь подразумевается их участие, как в законе 4 или 4а.

Таким образом, мы видим, что законы есть наши знания о матери­альном мире. Причем законы есть не понятия или категории, а - умозаключения*. Если понятие или категорию можно сравнивать со снимком, фотографией, то умозаключение можно сравнить только с кинопленкой в движении, с демонстрацией фильма в голове у человека, изображающего причинно-следственные связи объек­тов материального мира в их Закон есть идеальное отражение действительности. Поэтому говорить об объективности закона можно только в том смысле, что и об объективности любого идеального, что закон как умоза­ключение правильно отражает материальные процессы объективно-реального мира.

*Если в философских словарях или энциклопедии заключением назы­вают вывод, полученный из двух или нескольких суждений, то я умозаклю­чение понимаю шире - в том числе и как вывод из практики, из наблюде­ний за взаимодействием материальных объектов то ли в эксперименте, то ли в природе. Т.е. умозаключением считаю и мысленную констатацию результата от взаимодействия указанных материальных объектов в движении.

Закон субъективен как продукт человеческого ума, но объ­ективен как отражение материальных процессов. Объективность законов, независимость их от отдельного индивидуума означает также, что, хочет того человек или нет, он должен в формули­ровке закона верно отразить причинно-следственные связи объ­ектов материального мира, если он хочет использовать эти знания в практике для достижения своих целей. А субъектив­ность законов означает, что они более или менее точно, в силу не абсолютной адекватности копии, отражают материальные про­цессы. Объективность законов может означать еще то, что, хочет того отдельный человек или нет, они существуют в мышлении людей и в литературе.

Но при всем при том законы существуют только субъективно-реально. Ни в природе, ни в обществе (наряду) их нет, потому что они не­материальны, следовательно, не могут ни действовать, ни определять поведение людей, их сознание. Такими причинами могут быть только материальные объекты, чем они и есть.

Поэтому истинность законов проверяется человеческой прак­тикой, а познание их есть «одна их ступеней познания человеком единства и связи, взаимозависимости и цельности мирового про­цесса»49. Поэтому «закон и сущность - понятия однородные (од- нопорядковые) или, вернее, одностепенные, выражающие углуб­ление познания человеком явлений мира»50 (курсив мой. - В.В.), «закон есть отражение существенного в движении универсума»51 (курсив мой. - В.В.). Поэтому закон не «есть отношение сущно­стей или между сущностями»52, а есть отражение51 взаимодейст­вия материальных объектов и их следствий, т.е. идеальное, потому что законы выводят из фактов, из частностей, а не факты подгоня­ют под законы.

Вот почему законы «пробивают себе дорогу как нечто среднее, отклоняясь в какой-то мере от конкретных процессов», «выраже­нием» которых являются эти процессы. Вот почему законы явля­ются констатацией поведения множества похожих материальных объектов при взаимодействии в похожих условиях.

Всякий материальный процесс богаче закона, т.к. всякий объективно-реальный процесс конкретен, а закон отражает лишь по­хожее во многих конкретных процессах, абстрагируясь от отличий. Поэтому «всякий закон узок, неполон, приблизите­лен»50.

Если мы возьмем законы таких наук, как математика, логика, то найдем, что мы должны подчинять свое мышление этим законам как чему-то внешнему. Но так и должно быть, ибо эти науки тоже отражают отношения и свойства объектов внешнего мира. И эти законы тоже получены из практики людей, так что произвольное их изменение недопустимо. «Законы логики суть отражение объ­ективного в субъективном сознании человека»53.

Но если в материальном мире нет никаких законов, то почему мы не наблюдаем никакого хаоса, почему существует определен­ный порядок? Почему горы не перемещались с морями и океана­ми? Почему люди могут строить железную дорогу, двигать по ним поезда в полной уверенности, что поезда придут к месту назначе­ния и в срок?

Да, хаоса нет. Но и законов - тоже. Да и причем здесь зако­ны? Материальные объекты благодаря своей структурной опреде­ленности и взаимодействуют друг с другом именно определенным образом (однозначно, в одном направлении), а потому похожие - похожим, почему мы и можем быть уверены, что камень есть камень, что если его бросить в во­ду, то он утонет; в противном случае он просто не был бы тем, чем он есть. То есть если бы камень не утонул, это значит, что либо он не камень, либо вода - не вода, либо оба взаимодействующих были не тем, за что мы их приняли, а вовсе не потому, что перестали «действовать» законы Архимеда и всемирного тяготе­ния*.

*Подобные допущения (мысленные изменения качества объектов с целью получения новых следствий и сравнения их с объектом изучения) для разъяснения своих суждений и даже для доказательств (в данном случае это допущение есть доказательство от противного) мы встречаем у В.И. Ле­нина (т. 1, с. 250), таким же допущением есть закон Галилея.

Так, М. Горький в книге «Фома Гордеев» пишет:

«Вот этого умный человек никогда не спросит. Умный человек сам видит, что ежели река - так она течет куда-нибудь... и кабы она стояла, то было бы болото...»54.

«Да, если бы у жаб были бы хвосты, они не были бы жаба­ми»", - говорит Ф. Энгельс.

Если когда-то люди объясняли существование и направлен­ность природных и общественных процессов не взаимодействием самих материальных объектов, участвующих в этих процессах, а Богом, т.к. отрицали у «материи» свойство быть активной, счи­тали ее пассивной, то и сейчас они не понимают, что матери­альным объектам самим присуща активность взаимодействовать, а потому направленность природных и общественных процессов следует объяснять не действием законов и противоречий, этого выдуманного активного начала, а действием структурно опреде­ленных самих материальных объектов, участвующих в этих про­цессах.

Взаимодействия и следствия взаимодействия материальных объектов отражались в человеческой голове на протяжении его развития таким образом, что «практическая деятельность человека миллиарды раз должна была приводить сознание человека к по­вторению различных логических фигур, дабы эти фигуры могли получить значение аксиом»28, понятий (категорий), законов и т.п. Законы, правда, по сравнению с аксиомами - результат более осознанной практики. Вот эти знания и дают человеку возмож­ность правильно ориентироваться в объективном мире, видеть в нем порядок, служить опорой в практической деятельности, на­пример в освоении космоса.

Ни порядка, ни хаоса в природе не существует, а есть лишь гипостазирование этих понятий. Хаос в природе есть для человека нечто непривычное и непонятное, а потому часто неприятное и да­же страшное взаимодействие материальных объектов. А порядок - привычное, даже если до конца и не понятное.

«Природа может быть понята только через самое природу, при­рода есть существо, «чье понятие не зависит ни от какого другого существа»: для нее одной имеет силу различие между тем, что есть вещь в себе, и тем, чем она является для нас; природа одна

только является таким существом, к которому нельзя прилагать никакой человеческой мерки, хотя мы и сравниваем ее явления с аналогичными человеческими явлениями, применяя к ней, чтобы сделать ее понятной для нас, человеческие выражения и понятия, например, порядок, цель, закон, вынуждены применять к ней та­кие выражения по сути нашего языка, отражающего лишь субъек­тивную видимость вещей»56. А применяя эти понятия в суждени­ях, говоря о природе, люди их гипостазируют, даже сами того не замечая.

То же относится и к красоте. В природе самой по себе никаких законов, порядка и красоты нет. Красота есть чувство (субъектив­ная реальность), характеризующее отношение человека к матери­альным объектам и процессам их взаимодействия в зависимости от их полезности для человека или общества.

Если мы видим стол, то о его существовании никто не спорит. А о красоте часто спорят, заключена ли она в том или ином предмете. И причина этих споров состоит в гипостазировании красоты и субъективности восприятия воздействия на людей объекта спора.

Если внешние материальные объекты благотворно влияют на организм человека или могут так влиять, причем если они хотя бы в общих чертах знакомы и привычны человеку, то они воспринимаются как не­что красивое, как сама красота. В противном случае - некраси­вое, безобразное и даже страшное. Например, здоровый организм красив, а нездоровый - нет и т.п.*

Исходя из сказанного о законе, сформулируем кратко его оп­ределение:Закон есть умозаключение, в котором отражены взаимодейст­вия и следствия взаимодействия определенного множества похо­жих материальных объектов в похожих (в таких же) условиях.

*Очень хорошо дано материалистическое понимание красоты в книге И. Ефремова «Лезвие бритвы».63

Для людей, незнакомых с логикой, можно дать следующее оп­ределение.

Закон есть предложение, в котором выражены научные знания о взаимодействии двух и более тел и следствиях их взаимодейст­вия, протекающие в определенных условиях.

В том, что любой закон является обобщением некоторого мно­жества материальных процессов, читатель может убедиться на любых конкретных примерах получения законов, лучше на приме­рах получения законов физики и химии.

В том, что закон есть субъективная реальность, не может быть никаких сомнений.

Вот что говорит о законе отрицание отрицания Ф. Энгельс:

«Когда я обо всех этих процессах говорю, что они представ­ляют собой отрицание отрицания, то я охватываю их всех одним этим законом движения и именно потому оставляю без вни­мания особенности каждого специального процесса в отдель­ности»57.

Как видите, Ф. Энгельс мысленным охватом, т.е. обобщением (= абстрагированием от особенностей), множества конкретных процессов получает закон. И, кроме того, надо подчеркнуть, что, кроме как мысленно, эти процессы охватить и нельзя. А мыслен­ный процесс ничего, кроме мысли, дать не может. В данном случае этим мысленным продуктом является умозаключение, которое мы называем законом.

Только не надо заблуждаться, что это умозаключение отражает то общее, что есть в самих конкретных процессах, не надо путать общее с похожим.

Трудно, конечно, сразу отказаться от привычного «объективно-реального» существования законов. Так же трудно, как и верую­щему отказаться от Бога. Поэтому обратите еще раз внимание на цитату В.И. Ленина №12 на с.14. Здесь В.И. Ленин говорит, что объективно-реально существует лишь природа, состоящая из вза­имодействующих материальных объектов; далее, мозг человека как высший продукт той же природы, как часть ее; и идеальные образы в виде понятий, категорий, законов... как отражение внеш­ней природы.

Мне кажется, из этой цитаты достаточно хорошо видно, что мы можем найти в природе, а что - в голове у человека; видно, что законы имеют идеальный характер и чем-то отличаются от по­нятий и категорий (закон есть не понятие и не категория, а умо­заключение). А потому объективность их иная, чем у материаль­ных объектов.

И если законы не могут существовать вне человека, то тем бо­лее задолго до появления людей, как иногда говорят.

Но не путайте, пожалуйста, с законом объективно-реальные связи, каждая из которых конкретна и является общей как взаи­модействие только для двух объектов и не может быть присуща для множества процессов, чем является закон (общим для множе­ства).

Итак, закон есть один из видов знания и получен путем обоб­щения взаимодействия множества материальных объектов, при­чем взаимодействия похожих материальных объектов в похожих условиях.

Этим обобщением процесс получения закона похож на про­цесс получения понятия, только в одном случае подлежат обобще­нию материальные объекты и их свойства, различные их соотношения и т.п., а в другом - процессы взаимодействия и следствия этих процессов.

Теперь, надеюсь, понятно, почему поведение матери­альных объектов, взаимодействующих с другими, подчинено «дей­ствию» своего закона? Да и почему одни законы имеют более об­щий характер, а другие - менее общий?

Исходя из вышеизложенного, можно указать на основной ме­тодологический принцип познания и формулирования законов - это изучение свойств материальных объектов, их поведения при взаимодействии, изучение следствий от таких взаимодействий и резюмирование всего этого в умозаключении. В политэкономии такими объектами изучения являются производители, средства производства, продукты труда и т.д. После, получив знания о вза­имодействии этих объектов, мы можем использовать их в

обще­ственной практике. А примеры формулирования законов согласно этому принципу мы увидим далее.

Сейчас, вспомнив предупреждения наших классиков, что зако­ны природы и общества применимы не во всех случаях, не во вся­ких условиях, что они со временем изменяются, мы легко поймем почему. А именно: т.к. закон есть умозаключение, в котором отра­жены причинно-следственные связи взаимодействующих объек­тов, то, естественно, изменение свойств самих тел и характера их взаимодействия будет отражаться на новой формулировке зако­нов. Но это не только измененный закон, но и другой, т.к. перед нами качественно другие взаимодействующие объекты, коль они обладают другими свойствами.

Это очень характерно для общества: со временем изменяются люди, классы, обстановка, в которой происходит их взаимодейст­вие, а потому - и законы в силу своей вторичности.

Вот почему законы одной общественной формации неприменимы в другой. А те, которые применимы - их об­щие законы. Иллюстрацией к сказанному может послужить закон Бойля, применяемый в определенных условиях, границах, о кото­ром говорит Ф. Энгельс58.

Если бы мы захотели по-другому понять процесс изменения законов и причины этого процесса, исходя из мнения об объ­ективной реальности законов, то напрасно будут потрачены наши усилия. Это - бесплодный труд. Тут, наоборот, исходя из под­чиненности законам материальных процессов, из действий зако­нов, т.е. исходя из признания их причинного положения в мире, надо было бы показать: как детерминированы законами природ­ные и общественные процессы (чего еще никто не сделал и не сделает, хотя разговоров на эту тему более чем достаточно, т.к. сама посылка ложна)? И невозможность этого объяснения, тот факт, что никто детерминированность законами ни природных, ни общественных процессов не объяснил и не показал, подтвер­ждает ложность мнения об объективно-реальном существовании законов.

Наши рекомендации