Гостиная. Вера Павловна и Кукла обнялись, тихо сидят, прижавшись друг к другу.

П р и н ц. Иногда я сам не верю в то, что я есть… Ты прячешь меня от людей. Я понимаю, любить меня – ненормально.

В е р а П а в л о в н а. Я не представляю, как раньше жила без тебя… Я точно заново родилась. Как это важно любить, и чтобы тебя любили. Вот сейчас ты рядом, такой теплый, живой, настоящий… И мне хорошо. Меня никто так не любил. Да и я – никогда, чтобы так по-настоящему…

П р и н ц. Говорят, внутри меня нет ничего, кроме воздуха. Это неправда! Во мне живет любовь к тебе. “Любовь” – обычное слово, вы – люди -- очень любите говорить, но ваши слова мало что объясняют… Любить – это, значит, быть. (Пауза.) Мне кажется, я становлюсь человеком. Ты сделала из меня человека! Слышишь, сердце стучит?..

В е р а П а в л о в н а. Да.

П р и н ц. Чтобы ни случилось, мы вечно будем любить друг друга…

В е р а П а в л о в н а. Мы всегда будем вместе…

П р и н ц. Мы никогда не расстанемся…

В е р а П а в л о в н а. Никогда…

Эхо.

Входит Эдит Пиаф. Поет.

Ослепительный взрыв света. Гостиная превращается в райский сад. Вера Павловна и Воздушный принц кружатся в танце, еще чуть-чуть, и они взлетят высоко-высоко.

Новая вспышка света, и в райском саду появляются сотни женщин, они кружатся с воздушными принцами под огромным деревом. Из листьев дерева выползает змея в золотых очках, с длинной бородой, смотрит.

Картина двенадцатая

Вечер. Гостиная. Празднично накрыт огромный длинный стол. За столом сидят куклы: Фрэнк Синатра, Эдит Пиаф, Майя Кристалинская, Хулио Иглесиас, Элвис Пресли и куклы из дорогих витрин.

В центре стола сидит Воздушный принц, одет торжественно, как подобает в таких случаях жениху. По правую руку от него сидят свидетели: Девушка-манекен и Кукла Арнольд, по левую – два пустых стула.

Все куклы неподвижны. Тишина. Тихо потрескивают свечи.

Входная дверь открывается. В квартиру входит запыхавшаяся Вера Павловна в свадебном платье. За ней старичок и старушка: по их виду ясно, что они из тех, кто поет и танцует в подземных переходах, зарабатывая на нищенскую жизнь.

В е р а П а в л о в н а. Заходите… Скорей. Нас давно ждут.

Старички идут через холл, озираются, как в музее: картины, светильники, богатая мебель.

В е р а П а в л о в н а. Со стороны жениха свидетели есть, и с моей – быть кто-то должен… Всё так внезапно, мы думали долго, но решились в один миг. Мы не хотим на завтра откладывать!..

Входят в гостиную. Куклы неподвижны. Старичок и Старушка остановились как вкопанные: горят свечи, сверкает золотом и серебром посуда, на столе роскошные блюда.

В е р а П а в л о в н а. Пожалуйста, проходите… (Сажает старичка и старушку на свободные стулья, садится рядом с Резиновым принцем.)

Старички притихли, глядят на изобилие стола, смотрят на изобилие вилок и ножей, не знают, как вести себя в таком обществе, оглядываются на нарядных кукол и тоже принимают неподвижную позу.

С т а р у ш к а (осторожно толкает локтем старичка в бок). Неудобно… Все молчат… Начни первый.

С т а р и ч о к (встает, поднимает бокал). Мы с Анной Григорьевной, моей супругой, как свидетели со стороны невесты первые хотим поздравить молодых!

С т а р у ш к а (поднимает бокал). И пожелать вам любви и долгих лет счастья!

С т а р и ч о кГорько!..

С т а р у ш к а. Горька!

Вера Павловна поднимает фату, целует принца. Молчание. Куклы неподвижны.

С т а р у ш к а (быстро хмелеет). Позвольте наш музыкальный подарок!(Поет.) «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь, и каждый миг тогда настанет удивительно хорош, и ты поешь…»

С т а р и ч о к (поет). «Сердце, тебе не хочется покоя…»

С т а р у ш к а. «Сердце, как хорошо на свете жить…»

С т а р и ч о к. «Сердце, как хорошо, что ты такое…»

С т а р у ш к а. «Спасибо, сердце, что ты умеешь так любить…»

Вера Павловна смотрит на Воздушного принца. Старичок и старушка поют, вдруг замечают, что поют в одиночестве, резко замокают, смотрят на присутствующих. Молчание.

С т а р у ш к а. Сейчас жизнь стала другая.

С т а р и ч о к. М-да…

Молчание.

С т а р у ш к а. Простите нас, мы люди посторонние… Может, у вас, богатых людей, так и принято, но что-то жених у вас… необщительный.

С т а р и ч о к. Да и гости…

Молчание.

С т а р у ш к а (тихонько толкает старичка в бок). Ты ешь… Наедайся давай… (Громко.) А теперь пусть скажут свидетели со стороны жениха!..

Молчание. Куклы неподвижны. Вера Павловна улыбается, смотрит на Воздушного принца.

С т а р у ш к а. Ну что ж… Тогда по второму разу. (Поднимает бокал.) Мы с Аполлоном Григорьевичем, моим супругом, как свидетели со стороны невесты хотим горячо поздравить молодых…

С т а р и ч о к (поднимает бокал). И пожелать вам счастья, долгих лет любви!

С т а р у ш к а. Горька!

С т а р и ч о к. Горько!

Молчание. Куклы неподвижны.

С т а р и ч о к (шепотом старухе). Анечка, что это за публика такая?..

С т а р у ш к а (шепотом). Возьми вот тот кусок мяса… (Опять встает, громко.) Разрешите снова поздравить молодых! Я вижу вас первый раз, и сразу ясно – люди вы добрые… Мы с Аполлоном Григорьевичем никак не ждали попасть на такой громкий праздник… Я хочу поздравить невесту с ее выбором – жених хороший. Вот я с Аполлоном Григорьевичем сто лет в браке и еще столько же проживу. Мы вместе прошли и гражданскую, и отечественную, и перестроечную войну! А знаете почему? Мы до сих пор любим друг друга! (Поднимает бокал, куклам.) За вашу любовь!

С т а р и ч о к. Го-о-о-орько!..

Молчание.

С т а р у ш к а. (смотрит на кукол). Может, они оглохли с жиру?..

С т а р и ч о к. А почему ты не ешь?

С т а р у ш к а. А ты?

С т а р и ч о к. Здесь никто не ест.

Молчание.

С т а р у ш к а. Может, они, богатеи, наелись?..

Молчание.

С т а р у ш к а (тихо старичку). Подай мне слева вон ту вафлю...

Наши рекомендации