Видовое питание и чистота организма

Дело здесь не только в привычке к определенному виду питания, а еще и в том, что, как отметил в свое время В. И. Вернадский, видовое питание позволяет ор­ганизму сохранить свой, присущий только ему химиче­ский состав вещества клеток. С точки зрения энергообес­печения и саморегуляции живого организма нет ничего более важного, чем это высказывание ученого.

Начать хотя бы с того, что природа наделила каждый биологический вид своей системой энергоснабжения, при­чем эффективность ее прямо зависит от способности клеток наиболее рационально и экономно использовать получаемую извне энергию и вещество.

Не менее важно и то, что от постоянства химического состава клеток зависит работа механизма саморегуляции. Если изменить их химический состав, то отлаженная система начнет действовать с отклонениями и перебоями.

Именно поэтому анатомический и физиологический «портреты» любого биологического вида объективно от­ражают функциональные особенности, обеспечивающие его выживание. Организм не может сбросить с себя эти особенности, чтобы обзавестись новыми. Никогда лось не начнет охотиться на зайцев, а волк питаться травой. Только человек благодаря своему разуму сумел, овладев огнем, обратить себе на «пользу» плоть своих меньших братьев. Слово «польза» я беру в кавычки, так как мясоедение ничего, кроме вреда, перенапряжения и истощения адаптационных ресурсов человеку не дает.

«Бог с ними, с этими ресурсами,—скажет сторонник сбалансированного питания.— Важен результат, а он вполне оправдывает мясоедение: организм получает не­обходимые ему питательные вещества, обеспечивается его жизнедеятельность, а это—главное».

Согласилась бы с этим доводом, если бы речь шла об экстремальных ситуациях. Когда решалось бы, быть или не быть человеческому роду, как, скажем, в ледниковый период.

Но ведь сегодня ситуация иная. Освоив земледелие, человек избавил себя от необходимости преодолевать немалые расстояния, чтобы обеспечить себя пищей, собирая дикорастущие плоды, ягоды, орехи и коренья. Теперь все это он может выращивать рядом со своим жилищем, без больших затрат физического труда. Поэто­му и мясо как продукт питания должно было бы утратить всякое значение. Но здесь физиологическая целесообраз­ность пала жертвой обстоятельств, а точнее, привычки, превратившейся в род наркомании, привычки, впитыва­емой в буквальном смысле этого слова с молоком мате­ри. Обеспечивая сиюминутные потребности в энергии и веществе, пища животного происхождения действует как бомба замедленного действия, снабженная химиче­ским взрывателем. 1де-то в глубинах нашего организма, невидимые и неслышимые, идут и идут разрушительные реакции, пока, наконец, не приведут к неминуемому взрыву. Будет ли это внезапная смерть или тяжкая неиз­лечимая болезнь—сказать трудно. Тут уж, как говорится, кому как «повезет». Существо от этого не меняется— взрыв неизбежен.

И все же не стоит, думаю, отказывать людям в спо­собности «по капле выдавливать из себя раба» собствен­ных пристрастий и следовать суровому голосу здравого смысла.

Я отнюдь не призываю к аскетизму, к отречению от всех земных радостей, без которых сама жизнь теряет добрую половину своей прелести. Не представляю, на­пример, Пасхи без кулича и крашеных яиц, яблочного и медового Спаса без яблок и меда или новогоднего стола без рождественского гуся. Однако я решительная противница того, чтобы устраивать себе праздники по всякому поводу и без повода. Умный человек не позволит себе в погоне за извращенно понимаемым блаженством выходить за рамки видового питания, предначертанного для него кодом его жизни.

Разумная умеренность во всем—вообще одно из условий существования человечества как в плане социаль­ном, так и физиологическом. Тем более, что физиологи­ческие ограничения кажутся таковыми лишь нашей де­формированной психике.

На самом деле это хотя и непривычный пока для нас, но естественный образ жизни. И чем скорее мы с ним освоимся, тем здоровее будем. Ведь организм наш так устроен, что способен не просто усваивать «преподноси­мые на блюдечке» питательные вещества, но и вырабаты­вать их из тех элементов, которые поступают с пищей.

В. И. Вернадский считал, например, что живые ор­ганизмы могут изменять состав изотопов химических элементов, их атомные веса. Получены эксперименталь­ные данные, свидетельствующие о том, что в живой материи имеет место преобразование одних химических элементов в другие. Я бы хотела при жизни увидеть открытие управляемых мягких ядерных реакций в живых организмах.

Один только простой пример: кошки, как всем извест­но, питаются, или, точнее, должны от природы питаться мышами, в тканях которых содержится много белка и мало углеводов. Но никакого ущерба кошачьему здо­ровью это не наносит, напротив, именно видовое питание обеспечивает кошке долголетие.

Самый видовой «продукт»

Самым наглядным и бесспорным примером видового питания является питание младенца материнским моло­ком. Человек рождается на свет беспомощным и незре­лым существом. Пройдет много лет, прежде чем его организм сформируется окончательно. Так, легочный ап­парат человека обретает свою функциональную полно­ценность лишь к 18—20 годам. А вот желудочно-кишеч­ный тракт на всю жизнь останется ущербным, если в мла­денческом возрасте ребенок не получает молоко правильно питающейся матери.

И дело тут не в его питательности, которую зачастую преувеличивают. По соотношению белков, жиров и угле­водов оно уступает многим пищевым продуктам, да и ка­лорийность его относительно невелика. Достаточно ска­зать, что жирность женского молока составляет лишь 2%, тогда как у яка, к примеру, она достигает 12%. Зато материнское молоко отличается особым составом амино­кислот, ферментов и секретов, которые нужны младенцу для нормального развития, а также содержащейся в нем энергией и информацией, регулирующей развитие ребен­ка. Информация эта для каждого биологического вида своя. Если младенец удваивает массу своего тела лишь к 180-му дню жизни, то зайчонку для этого хватает шести дней. И это вполне объяснимо, если учесть, что зайчиха в силу своих анатомических особенностей не может защи­тить детеныша от хищников. Поэтому чем быстрее он достигнет зрелости, тем больше у него возможностей выжить. Той же цели подчинена и еще одна особенность, отличающая процесс вскармливания детенышей у зайцев. Мать кормит своего зайчонка только 1 раз, после чего навсегда расстается с ним, чтобы не выдавать своим присутствием места, где он укрыт. Но малыш не пропа­дает, так как любая пробегающая мимо зайчиха обяза­тельно накормит его своим молоком.

А вот собака может позволить себе роскошь выкарм­ливать щенка в течение 27 дней.

Таким образом природа позаботилась о том, чтобы дать свой шанс на выживание каждому биологическому виду.

Не скрою, & свое время именно пример питания дет­ского организма, который, несмотря на минимальное количество малобелковой пищи, приходящейся на кило­грамм его массы, активно развивается и быстро растет, послужил для меня своеобразной моделью при разработке низкокалорийных и малобелковых пищевых рационов, за­ставил задуматься о путях энергообеспечения нашего организма.

В результате этих размышлений и возникла идея принципа энергетической целесообразности, отражающе­го способность человеческого организма воспринимать и утилизировать все виды энергии, содержащейся в окру­жающем нас пространстве, и использовать их на удовле­творение его многообразных потребностей, сокращая тем самым потребность в пище, укрепляя здоровье, про­длевая жизнь. Последующие эксперименты на себе, про­должающиеся вот уже почти 50 лет, а также опыт моих многочисленных последователей полностью подтвердили его справедливость и актуальность.

Наши рекомендации