Соотношение язык-речь. Речевое общение как способ коммуникации. Функции речи и языка.

1. Семиотика появилась в начале 20 в. и с самого начала представляла собой метанауку, особого рода надстройку над целым рядом наук, оперирующих понятием знака. Интересы семиотики распространяются на человеческую коммуникацию (в том числе при помощи естественного языка), общение животных, информационные и социальные процессы, функционирование и развитие культуры, все виды искусства (включая художественную литературу), метаболизм и многое другое.

Идея создания науки о знаках возникла почти одновременно и независимо у нескольких ученых. Основателем семиотики считается Ч.Пирс (1839–1914), который и предложил ее название. Пирс дал определение знака, установил задачи и рамки новой науки. Семиотические идеи Пирса, изложенные в очень нетрадиционной и тяжелой для восприятия форме, получили известность лишь в 1930-х годах, когда их развил в своем фундаментальном труде другой американский философ – Ч.Моррис. Дальнейшее развитие подход Пирса получил в работах таких логиков и философов, как Р.Карнап, А.Тарский и др. Несколько позднее швейцарский лингвист Ф. де Соссюр (1857–1913) сформулировал основы семиологии, или науки о знаках. Знаменитый Курс общей лингвистики (курс лекций) был издан его учениками уже после смерти ученого в 1916. Термин “семиология” и сейчас используется в некоторых традициях (прежде всего французской) как синоним семиотики.

Несмотря на общую идею необходимости создания науки о знаках, представления о ее сущности (в частности у Пирса и Соссюра) значительно различались. Пирс представлял ее как “универсальную алгебру отношений”, т.е. скорее как раздел математики. Соссюр же говорил о семиологии как науке психологической, некоторой надстройке прежде всего над гуманитарными науками.

Начиная с древних времен, можно выделить 2 течения в отношении к слову, к словесному знаку, к знаку вообще. Но для начала введем 2 термина, широко используемые в лингвистике благодаря датскому лингвисту XX в. Л. Ельмслеву: план выражения и план содержания знака, в упрощенном смысле (для вербального языка), это – звучание и значение, для других разновидностей коммуникации, это – внешняя оболочка знака (визуальный образ, архитектурное сооружение, жест, поступок или событие, пиктограмма и т.п.) и – опять же – значение. Семиотика или семиология, т. обр., является наукой о значащих формах, средствах выражения значения.

Наивное сознание в процессе использования языка не разделяет эти 2 плана – выражение и содержание – да это и разрушило бы коммуникацию и сделало языки непригодными для использования. Но как получается, что какая-то форма (сотрясение воздуха человеческим речевым аппаратом, начертания на листе бумаги, фотография, наскальное изображение и т.п.) может что-то обозначать для кого-то, а это значение может влиять на мнения и поступки людей? Может быть это значение находится ‘внутри’ этих знаков? Вопрос о значении – самый парадоксальный вопрос коммуникативной теории и всего гуманитарного знания.

Еще античные философы сформулировали 2 подхода к связи звучания и значения (при этом значением слова – преимущественно существительного или иногда глагола – считался предмет или действие, которое оно обозначает). Две теории в учебниках называются по-гречески и означают: по природе и по установлению. Т. е., слова связаны с обозначаемыми предметами (звучание со значением) по природной необходимости, почти детерминистической естественной закономерности. Или же, наоборот: слова никак естественным образом не связаны с предметами, а их значение приписывается их звучанию по исходной договоренности, по установлению. Однако сразу стоит заметить, что ни по природе, ни по установлению в сильных своих вариантах давно уже не используются, и если искать истину, она скорее всего лежит посередине, остается только выяснить, как именно.

Современная семиотика в качестве своего основного принципа выдвигает тезис о принципиальной немотивированности знака, его арбитрарности. Это значит, что между звучанием и значением нет необходимой, принципиальной связи. Принцип немотивированности знака является первым фундаментальным законом семиотики, лингвистики и теории коммуникации. Другой стороной знака является как раз обратное его свойство, т. е. его мотивированность, его внутренняя форма и т.п. Сочетание этих 2 принципов должно пониматься диалектически, впрочем знак, как посредник между миром и человеком, сферой предметов и сферой смыслов, и не может не испытывать влияния с двух этих сторон во всех отношениях. Произвольность знака – динамическая его сторона, обусловливающая самую возможность коммуникативного его употребления и изменений в системах коммуникации. Произвольный перенос значения совершается уже в исходном пункте семиозиса (знакотворчества, создания знака), в употреблении aliquis pro aliquo (лат. выражение, служащее ‘девизом’ семиотики, оно значит: что-то вместо чего-то). Мотивированность - консервативная, нормотетическая сторона, обусловливающая относительную стабильность картины мира в языке и коммуникативных системах в целом.

Произвольность знака не абсолютна и не относительна, но именно принципиальна, для выполнения функции обозначения безразлично, какая именно сторона объекта будет взята в качестве основы для семиозиса (распространенный лингвист. пример: рус. земляника, нем. Erdbeer от Erde = земля, англ. strawberry от straw = солома и т.п.), но то, что взята именно эта сторона, остается как норма для опред. истор. момента (периода). Решение этого противоречия возможно с введением параметра времени и позиции пользователя – отправителя или получателя сообщения. До употребления (создания) знака отправитель имеет поле возможного выбора, после употребления (создания) знака, это – уже факт, подлежащий интерпретации получателем.

Проблема соотношения слова и вещи, слова и смысла, языкового знака и значения порождала и порождает массу споров и дискуссий.

Теперь обратимся к классификации знаков.Знаки используются в двух семиосферах: познании и смысловой коммуникации. В познании опе­рируют знаками-образами, воспроизводящими отличи­тельные признаки обозначаемого предмета или явления в силу причинно-следственной связи с ним. В смысловой коммуникации используют коммуникационные знаки, создаваемые специально для хранения и рас­пространения смыслов.

Знаки-образы делятся на симптомы (знаки-индексы) — наблюдаемые явления, свидетельствующие о наличии дру­гих, непосредственно не наблюдаемых явлений (повышенная температура — признак болезни, народные приметы и т.д.) и модели — материальные предметы или тексты (записи), воспроизводящие внешний вид или внутреннее устройство объекта с целью его познания. Модели в виде материальных предметов представляют собой копии (в том числе — фотографии), а текстовые мо­дели — описания (словесные портреты) моделируемых объектов. В моделях-описаниях используются те же зна­ки, что и в коммуникационных текстах, и таким путем познавательные знаки-образы сливаются с искусственны­ми коммуникационными знаками. Знаки-копии относят­ся к иконическим документам и могут выполнять документальные функции. По степени отношения к означаемому выделяют иконические, индексальные и символические знаки: Иконические знаки – образы, они имеют естеств. сходство с обозначаемым объектом, хотя и достаточно условное (икона, картина, фотография). Индексальные знаки указывают на объект (указание пальцем, стрелкой, окриком). Символические знаки условны, не связаны с объектом, метафоричны, замещают обозначаемый объект в дискурсе и мысли (слова, некоторые символы-аллегории: орел, осел, медведь и т.п.).

Коммуникационные знаки делятся по способу вопло­щения на две группы: поведенческие, нестабильные, пред­ставляющие собой акты действия в реальном масштабе времени, и стабильные, документальные предметы, способные сохраняться с течением времени. Устная коммуникация и исполнительское искусство пользуются поведенческими знаками, а письменная речь и изобразительное искусство — знаками документальными.

Кроме того, коммуникационные знаки делятся на:

• одиночные, единичные знаки-символы, например обособленные жесты (не пантомима или жестикуляция, а отдельный жест), вещественные символы типа амулета, обручального кольца, фирменного знака, государственной символики;

• языки — знаковые системы, в которых из кодов (букв, цифр, условных обозначений) при помощи грамматичес­ких правил строятся осмысленные лексические единицы и предложения.

2. Нам известно, что вербальный язык, системы жестов, культурные коды и др. являются разновидностями систем знаков, или семиотических систем. Вы знаете о функциях коммуникации как системы в целом (основные функции общения, познания и воздействия), обратим теперь внимание на основные функции знаков, семиотических единиц коммуникации. В основе всех употреблений языковых знаков любого языка лежат 3 элементарные функции. Эти функции принадлежат не конкретному языку, а языку вообще. 3 элементарные функции состоят в том, чтобы

Соотношение язык-речь. Речевое общение как способ коммуникации. Функции речи и языка. - student2.ru назвать предметы реального мира (номинация),

Соотношение язык-речь. Речевое общение как способ коммуникации. Функции речи и языка. - student2.ru привести названное в связь друг с другом (предикация),

Соотношение язык-речь. Речевое общение как способ коммуникации. Функции речи и языка. - student2.ru локализовать названное в пространстве и времени (локация). Т. е., 3 названные функции соответствуют трем аспектам общей семиотики: семантике, синтактике и прагматике.

Семантика соотносит знаки языка с объектом номинации (денотатом для языкового знака или референтом для речевого знака). Синтактика (синтаксис) соотносит знаки друг с другом в рамках линейной последовательности (предложения в языке и высказывания в речи). Прагматика показывает отношение между знаком и пользователем языка (употребление знаков, предложение соотносится с хронотопом пользователя я–здесь–сейчас и его отношением к высказываемому и связью этого последнего с действительностью – модальность).

3 основные семиотические функции или даже 3 основные семиотические сферы вытекают из семиотической модели коммуникации. Знак является посредником между пользователем языка и объектами внешнего мира, а знаковая система – посредником между внешним миром, средой в целом и пользователем:

ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ – ЗНАК – ОБЪЕКТ

Принятое большинством ученых стандартное толкова­ние определения Ч. Пирса, согласно которому знаком яв­ляется тот предмет, который репрезентирует (представля­ет, замещает) другой объект, нуждается в уточнении и раз­вертывании. В соответствии с этим толкованием, всякий символ есть знак, поскольку он репрезентирует нечто «не­зримое очами», или, по цитированным словам Ю. М. Лотмана, «выражает другое, более ценное содержание». Вме­сте с тем, Лотман утверждает, что «символ и в плане вы­ражения, и в плане содержания всегда представляет собой некоторый текст». Тот же Лотман в другой своей работе отождествляет художественное произведение с отдельным знаком, репрезентирующим замысел художника и имею­щим целостную структуру. Текст, допустим «Анны Каре­ниной», превращается в литературоведческий знак, что создает условия для развития семиотического подхода в литературоведении. Таким образом, водораздел между знаком и текстом оказывается размытым, и это обескураживает прямолинейно мыслящего исследователя. Кроме того, «литературоведческий знак», ту же «Анну Каренину», нельзя признать согласно приведенному выше определению коммуникационным знаком, ибо этот роман — не «социально признанное единство значения и имени», а напротив, новаторское, «социально неожиданное» единство замыс­ла писателя и его художественного воплощения. Получа­ется, что логико-лингвистические, коммуникационные знаки и литературоведческие, искусствоведческие, науковедческие коммуникационные знаки, то бишь закончен­ные произведения, — вещи качественно различные, но связанные друг с другом, как слово и текст. Итак, где кон­чается «знак» и начинается «текст»?

Всякий знак — это свернутый текст, скрытый в его зна­чении, а всякий текст — элемент смыслового диалога, дис­курса, постоянно ведущегося в обществе и между обще­ствами, включая прошлые поколения. Вырисовывается семиотический континуум — последовательность плав­но переходящих друг в друга знаков, символов, текстов, документных потоков, дискурсов. Классическим приме­ром континуума является цветовой спектр, где один свет незаметно переходит в другой и невозможно установить границу между голубым и зеленым, красным и оранжевым цветами. Точно так же не видно границы между знаком и текстом, словом и предложением (устойчивые словосоче­тания, идиомы, поговорки — это слова или предложения?). Спаянность семиотического континуума затрудняет его анализ, выявление уровней, классифицирование знаков. Тем не менее, мы не можем отказаться от препарирова­ния семиотического континуума, ибо только таким путем возможно его познание.

Можно предложить критерий разгра­ничения понятий «текст» и «знак». Знак— кодовое выра­жение, обладающее только поверхностным смыслом (зна­чением). Например, взятое вне контекста слово с его сло­варным толкованием является подобным знаком. Текстесть отдельный знак или (как правило) упорядоченное множество знаков, объединенных единством замысла ком­муниканта и в силу этого обладающих глубинным смыслом. Именно отсутствие глубинного смысла разделяет текст и знак. Символы потому и считаются текстами, что они обла­дают глубинными, иногда мистическими смыслами.

Реальные научные, художественные, в принципе — лю­бые литературные тексты представляют собой сложный монолог автора, который может быть представлен в виде текстового коммуникационного сообщения,соответству­ющего текстовому семантическому треугольнику. Эти текстовые сообщения и образуют те «литературоведчес­кие знаки», которыми, по мысли Ю. М. Лотмана, должно заниматься структурное литературоведение. Можно легко представить живописные, музыкальные, сценические, кине­матографические тексты, которые войдут в предмет различ­ных отраслей семиотики искусства. В своих исследованиях они могут отталкиваться от семантических треугольников и других семиотических закономерностей, обнаруженных обобщающей семиотикой социальной коммуникации.

3. Главное отличие человеческой коммуникационной дея­тельности от зоокоммуникации животных состоит в нали­чии вербального канала, передающего речевые сообщения (тексты) в устной и письменной форме. Это отличие оче­видно, как очевидно и то, что для его реализации человек должен обладать, во-первых, наследственно передаваемой речевой способностью (способностью членораздельно гово­рить и понимать обращенную к нему речь), во-вторых, знать какой-либо естеств. язык и уметь им пользоваться (как известно, «материнским языком» — Muttersprashe — мы ов­ладеваем в детском возрасте в результате первичной социа­лизации). Естественный язык— это социальное достояние, фундаментальный раздел соц. памяти. Его следует отличать от речи,которая представля­ет собой овеществление (материализацию) результатов мышления (смыслов) с помощью языка, находящегося в ин­дивидуальной памяти говорящего (точнее — в индивидуальном тезаурусе).Язык явля­ется основой духовной культуры и важнейшим носителем соц. памяти.

Язык и речь образуют единство: нет языка — нет речи; нет речи — нет языка; речь осуществляется сред­ствами языка; язык реально существует лишь в речи.

Классификация функций языка. В речи реализуется и через нее посредством высказываний выполняет свою коммуникативную функцию язык. К основым функциям языка в процессе коммуникации относятся: коммуникативная (функция обмена информацией); конструктивная (формулирование мыслей); апеллятивная (воздействие на адресата); эмотивная (непосредственная эмоц. реакция на ситуацию); фатическая (обмен ритуальными (этикетными) формулами); метаязыковая (функция толкования. Используется при необходимости проверить, пользуются ли собеседники одним и тем же кодом).

По другой классификации язык и речь в совокупности выполняют две сущностные,т. е. неотделимо присущие им, функции:коммуникационную (часто говорят — «коммуникативную») и мыслительную. Язык и речь, благодаря этим функциям, являются средствами и орудиями коммуникации и личностного мышления. Коммуникационная функция делится на 2 сущностные функции: коммуникационно-временную, или социально-мнемическую, которую выполняет язык, явля­ющийся разделом социальной памяти, и коммуникационно-пространственную — функцию распространения смыслов в социальном пространстве, которая свойственна речи. Коммуникационная функция проявляется на межличнос­тном, групповом и массовом уровне, а мыслительная — лишь на личностном уровне, где она обеспечивает индиви­дуальное мышление. Сущностные функции проявляются в прикладныхязыково-речевых функциях.Под прикладной функцией понимаются те свойства языка и речи, которые позволяют людям использовать их в своей внеязыковой деятельности. Эти свойства многообразны, отсюда — многообразные области использования языка и речи в социальной и личной жизни. Прикладные функции языка и речи систематизированы в таблице

Прикладные функции языка и речи

Области реализации функций   Функции, выполняемые
естественным языком речью  
Общественная жизнь (социальное пространство) 1.Социально-языковые   3. Социально- речевые  
Личный мир (индивидуально-психическое пространство) 2. Индивидуально-языковые   4. Индивидуально- речевые  

Наши рекомендации