Moscow public science foundation

V.M. SERGEEV

DEMOCRACY

AS NEGOTIATION PROCESS

Moscow 1999

Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ПАРАДОКСЫ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

ГЛАВА II. МИФОЛОГИЯ ДЕМОКРАТИИ

ГЛАВА Ш. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ПРАКТИКИ

ГЛАВА IV. ДЕМОКРАТИЯ И ИЕРАРХИИ

ГЛАВА V. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

ГЛАВА VI. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ПРАКТИКИ В ДРЕВНЕМ МИРЕ

ГЛАВА VII. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ПРАКТИКИ В СРЕДНИЕ ВЕКА: ОПЫТ ХРИСТИАНСТВА

ГЛАВА VIII. РАННИЙ МОДЕРН И РОЖДЕНИЕ ДЕМОКРАТИИ КАК ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

ГЛАВА IX. ДВА ПУТИ СТАНОВЛЕНИЯ ДЕМОКРАТИИ

ГЛАВА Х. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ ТРАНЗИТ В ВОСТОЧНОЙ АЗИИ: ЯПОНИЯ И ТАИЛАНД

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Мысли, изложенные в этой книге, сложились в результате многочисленных обсуждений, и автор просто не имеет права не упомянуть хотя бы наиболее важных участников этих дискуссий (хотя перечислить всех коллег, оказавших влияние на данную работу, было бы крайне затруднительно). В первую очередь автор благодарен профессору Оке Андерссону, предложившему ему участвовать в проекте “Меняющаяся демократия”, организованном Институтом перспективных исследований в Стокгольме. Автор особо признателен также сотрудникам института д-ру Нильсу-Эрику Салину и д-ру Чжень Вэйбину за интересные обсуждения. Автор искренне признателен ректору МГИМО профессору А.В. Торкунову, первому проректору МГИМО профессору И.Г. Тюлину и проректору МГИМО профессору А.Ю. Мельвилю за постоянную поддержку работы. Автор особенно признателен профессору И.Г. Тюлину за возможность включить эту работу в программу “Международные политические изменения” и обсудить некоторые результаты на руководимом проф. Тюлиным семинаре. Автор искренне благодарен проф. М.М. Лебедевой за приглашение выступить на семинаре в Московском Общественном Научном Фонде и Московскому Общественному Научному Фонду за поддержку издания книги. Автор благодарен Российскому Фонду Фундаментальных Исследований за финансовую поддержку проекта.

Помимо этого автор признателен и многим своим коллегам, как российским, так и зарубежным, за плодотворное обсуждение проблематики книги, в особенности проф. Бу Густафссону, проф. Акселю Хадениусу, проф. Бьорну Витторку, д-ру Эрику Рингмару, д-ру Андрешу Оштолу и многим другим коллегам. Автор особенно благодарен своему другу и коллеге Н.И. Бирюкову за постоянную помощь и поддержку.

Разумеется, за все высказанные в книге взгляды, а также за возможные неточности и ошибки отвечает только автор данного текста.


ВВЕДЕНИЕ

Эта книга является попыткой принять всерьез представление о демократии как о “народовластии”, т.е. как о процессе коллективного управления сложной социальной системой и посмотреть, к каким следствиям в теории демократии такое представление приводит.

Достаточно очевидно, что при таком взгляде на демократию расхождения со стандартным подходом, рассматривающим демократию просто как форму правления, в рамках которой регулярно проводятся свободные и честные выборы в условиях политического плюрализма и свободы слова, будут довольно существенными. Для реального коллективного управления социальной сложностью участия в выборах раз в четыре года явно не достаточно.

Наиболее естественной формой совместного принятия решений коллективом людей являются переговоры. Следовательно, демократия, понимаемая как “народовластие”, должна представлять собой процесс переговоров. Регулярно повторяющиеся выборы в сочетании со свободной предвыборной кампанией также можно рассматривать как особую форму переговоров, - “молчаливый торг”. Тем не менее последовательный взгляд на демократию как на переговорный процесс очень многое меняет и в постановке наиболее важных вопросов и в выводах о происхождении и возможных реализациях этого политического феномена. Демократические институты представляют собой своего рода “коллективный разум”. Если рассматривать демократию как институционализацию “коллективного разума”, то в центре нашего внимания неизбежно оказываются следующие вопросы: 1) каким образом вообще могла возникнуть идея народовластия, т.е. власти “коллективного разума”? 2) Какие социальные условия и установки культуры лежат в основе разделения институционального и неинституционального типа демократии? 3) Как из элементарных демократических практик выросла сложная система демократических политических институтов западного типа?

Нетривиальность самой проблемы “коллективного разума” демонстрируется в первых пяти главах этой книги. В следующих пяти главах рассматривается вопрос о том, в каких условиях и исходя из каких предпосылок столь сложная идея вообще могла появиться. То, что кажется очевидным образованному европейцу и сейчас представляется почти бессмысленным многим из тех, кто воспринял иные традиции политической культуры. Сам факт отсутствия каких-либо следов идеи демократии в исключительно развитых цивилизациях Ближнего Востока или Восточной Азии уже само по себе свидетельствует о то, что эта идея не является ни простой, ни очевидной.

По существу демократия как целостная система возникла спонтанно только в некоторых частях Европы - в Северном Средиземноморье в период античности и затем в Италии и Северной Европе в Средние века и утвердилась окончательно в Швейцарии, Нидерландах, Великобритании, а затем в Северной Европе и США в 17-19 вв. Только на севере Европы демократическое развитие было непрерывным - без катастрофических сломов общественного устройства, террора, многочисленных гражданских войн, тоталитарных режимов и т.п. Следовательно, вопрос “почему демократия существует?” не такой простой и такой очевидный. По-видимому, требуют анализа те специальные условия, в которых возникали сначала демократические практики, а затем и целостные демократические политические системы. Если бы этот вопрос был тривиальным, мы смогли бы наблюдать спонтанное развитие демократических практик и институтов повсеместно.

Именно своеобразная региональная эксклюзивность демократических политических систем позволяет усомниться в том, что демократию можно свести к некой простой формуле типа “честные и свободные выборы + свобода слова” или что-то в этом роде. Между тем именно такого рода сверхупрощенные критерии используются, например, различными международными организациями для оценки степени демократичности того или иного политического режима. Так что более глубокое исследование проблемы демократии как переговорного процесса имеет и достаточно очевидную практическую значимость. Кроме того, применение упрощенных критериев создает уверенность в том, что там, где эти критерии выполняются и имеется определенная тенденция поддержания демократических институтов, “все в порядке”. Как я надеюсь показать ниже, дело обстоит далеко не так просто: вопрос о роли переговоров в функционировании демократии как политической системы приводит к множеству других, не столь на первый взгляд простых вопросов.


Наши рекомендации