Притча о человеческой душе кирилла туровского

КИРИЛЛ ТУРОВСКИЙ

Оратор и проповедник Кирилл Туровский (XII в.) использует в своей притче известный сюжет о душе и теле, которые выступают здесь в образах слепца и хромца. Некий домовитый человек, под которым автор подразумевает Бога Вседержителя, насадил виноградник. Пища — это слово Божие, а незатворенные врата, которые оставил домовитый человек, — устроение Божьей твари. Далее автор объясняет, что хромец есть тело человеческое, а слепец — душа. Домовитый человек нанимает их обоих сторожить виноградник, думая, что они не смогут украсть сами и поэтому будут хорошими сторожами. Но хромец и слепец договариваются, что слепец понесёт хромца на руках, а тот будет указывать дорогу. Таким образом сторожа обкрадывают своего хозяина. Домовитый человек повелевает прогнать их со службы, а они, обвиняя во всём друг друга, пытаются оправдаться.

Эта притча завершается также толкованием, но уже сконцентрированном в одномабзаце: если преступает человек заповеди Божии (вданной притче — ограду виноградника), за что его осуждают на смерть, то сначала к Богу приходит душа. Она пытается отпираться и говорит: «Не я, но тело все эти грехи совершило». Поэтому же блюдёт Бог души до второго пришествия. А когда придёт время Страшного Суда, души войдут в тела и примут то, что каждому положено.

Слово о тверских князьях» =Фома(XV в.) – инок, автор Похвального слова о тверском великом князе Борисе Александровиче («Смиреннаго инока Фомы слово похвалное о благоверном великом князи Борисе Александровиче»), написанного около 1453 г. Об иноке Ф. ничего не известно. Опираясь на текст самого Слова, можно только сказать, что это было лицо, близкое к князю Борису Александровичу (1425–1461 гг.) и хорошо знакомое с его двором.

«Повесть об Авдотье Рязаночке» -В этой песне описывается уникальный случай, когда простая рязанская женщина сумела вызволить из полона «всю Рязань». Видимо, основой для песни послужили реальные исторические события. Возможно, упоминаемый в песне «Царище татарский» из Синей Орды – не кто иной, как хан Тохтамыш. В 1382 году, уходя от сожженной Москвы, он на обратном пути разорил Рязанскую землю и увел с нее большой полон. Вызволять свою родню из этого полона и отправилась Авдотья-Рязаночка.

СКАЗАНИЕ О ГРАДЕ КИТЕЖЕ — литературное воплощение народной легенды, дошедшей до нас в поздней (2-я пол. XVIII в.) письменной обработке. Повествует о скрытом до времени святом граде, путь в который находят лишь праведники. Состоит из двух достаточно обособленных частей, из которых первая рассказывает о том, как возник невидимый Китеж в годы Батыева нашествия на Русь, а вторая представляет собой своего рода путеводитель к невидимому городу, наставление о том, как попасть туда.

Сказание о граде Китеже представляет собою летопись — свидетельство о подлинных событиях. До сих пор рассказывает народ о Китеже с серьёзностью и строгостью подлинной веры, а «Китежский летописец» почитается как книга о святом. В прямом смысле это и есть книга о святом: основатель и мученик Китежа, князь Георгий Всеволодович, причислен православной церковью к лику святых.

Итак, письменная версия китежской легенды начинается генеалогией «святого благоверного и великого князя Георгия Всеволодовича». Суздальский князь Юрий II (1189–1237), герой злополучной битвы на реке Сити, внук Юрия Долгорукого, ведёт здесь своё происхождение от псковского князя Всеволода Мстиславича, которому, в свою очередь, приписаны не соответствующие исторической действительности факты: например, обращение из язычества в христианство. Вслед за легендарной родословной Георгия Всеволодовича, которая оканчивается 6671 (1163) г., рассказывается о его прибытии из Пскова к «благоверному и великому князю Михаилу Черниговскому» и о дружеской их встрече. Георгий Всеволодович испрашивает у князя Михаила «грамоту в Русии нашей по градом церкви божии строити, тако же и грады». Князь Михаил соглашается и предрекает князю Георгию «за сие доброе изволение <…> мзду в день пришествия Христова». Затем, повелев написать грамоту, едет сам провожать гостя. Указан при этом 6672 (1164) год.

Князь Георгий Всеволодович, сын святого князя Всеволода — Гавриила Псковского, являлся великим храмостроителем Древней Руси. Он ездил по городам и строил церкви. Знаменательно, что храмы, построенные им, были в честь Богоматери. В Новгороде он построил церковь во имя Успения, через Псков проехал в Москву и там также воздвиг Успенскую церковь. В Ростове встретился он с Андреем Боголюбским, поставил храм в честь Богоматери и, обретя мощи просветителя Ростовской земли, епископа Леонтия, повелел Андрею Боголюбскому ехать в Муром и там заложить церковь во имя Успения. Сам же поехал в Ярославль, что на берегу Волги-реки, сел в струг и поплыл вниз по Волге. Пристав к берегу, построил там град Малый Китеж. Жители Малого Китежа молили святого князя внести в их град чудотворную Феодоровскую икону Богоматери, но «образ той не пойде с места того, ни мало не поступи», и на том месте, где осталась икона, князь построил монастырь.

От Малого Китежа начинается «сухой путь» князя Георгия.

Он переехал реку Керженец и прибыл к озеру Светлояру. Увидев, что «место то вельми прекрасно», закладывает на берегу озера град именем Большой Китеж. Копают рвы, возвдигают три церкви (церковь во имя Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, церковь во имя Пресвятой Богородицы Успения и церковь во имя Благовещения), дважды обмеривают будущий город в длину и в ширину, и, наконец, три года спустя город построен. Произошло это в 6676 (1167) г. Город был в длину двести сажен, а в ширину сто пятьдесят.

Выстроив его, князь Георгий возвращается в Малый Китеж и приказывает измерить расстояние между Большим Китежем и Китежем Малым. Потом, воздав хвалу Всевышнему и повелев написать книгу «Летописец», едет в родной Псков. Люди провожают его с великой честью. Благоверный же князь Георгий Всеволодович, когда приехал во град свой, много дней пребывал в молитве и посте, раздавая милостыню нищим.

Большой Китеж простоял на земле всего только семьдесят пять лет. В 6747 (1239) г. пришёл на Русь воевать нечестивый и безбожный царь Батый. Князь Георгий, уже глубокий старец, молитвой собрал рать и сразился с Батыем: была битва велика и кровопролитна. Затем князь бежал в Малый Китеж, затворился там на некоторое время, а потом, ночью, тайно, отступил с войском к Большому Китежу. Батый взял Малый Китеж, истребил всех жителей и стал искать пути в стольный град Китеж. Нашёлся изменник, Гришка Городня, или Кутерьма: не вынесши мук от татар, он повёл их к Большому Китежу «Батыевой тропой», которую доныне показывают в заволжских лесах. Батый подошёл к Большому Китежу, напал на город со своим огромным войском. Воинство князя Георгия разбито под стенами города, сам же он пал в битве четвёртого февраля.

Далее следует повествование о чуде над градом Китежем или, вернее, апология чуда: ссылками на жития святых отцов доказывается, что «невидим будет Большой Китеж даже до пришествия Христова» и что «в последние дни и времена будет сие, что грады и монастыри сокровенные будут». Сказание о Китеже знает три варианта рассказа о невидимом существовании града.

По одному преданию, Большой Китеж укрыла земля. Его церкви, соборы, святые ворота, ограды скрыты отныне в земле, там же, где они стояли до Батыева разорения. Под большим холмом находится собор Воздвижения — в этом месте долго и прилежно молятся, как перед главной китежской святыней. Китежские ворота совсем недалеко от поверхности земли, всего четверти на две: когда мужики в прежние времена пахали в этом месте, случалось, что их соха задевала за кресты.

По другой версии, град Китеж укрылся в светлых водах озера Светлояра Там, в чистой глуби, сияют его кресты, и оттуда доносится его благословенный звон. По Светлояру не ездят в лодке, грех купаться в его священных водах, грех ловить рыбу: если рыбу из Светлояра выловить, то и в Волге её не будет.

По третьей версии, град Китеж не ушёл в землю и не скрылся под водой: он стоит на тех же холмах, где стоял, так же блещут золотом восьмиконечные кресты его храмов, так же гудит успенский звон, так же крепки его стены и святые ворота, так же жив праведный люд и священнический чин — и лишь мы, по грехам нашим, не видим этого. Для нас незрим этот город, но прошедшие путь подвига и веры видят своими очами незримые нам соборы, тесные иноческие кельи.

Вслед за этой второй, апологетической частью повествование снова ненадолго возвращается к событиям и лицам историческим: говорится о «погребении честных мощей» Георгия Всеволодовича, об убиении Батыем князя Михаила Черниговского и боярина Фёдора, затем Меркурия Смоленского. Эта третья часть оканчивается указанием, что «запустение Московского царства и того Большого Китежа» было в лето 6756 (1248).

Наконец, последняя, четвёртая часть, начинающаяся словами «Аще ли же который человек обещается истинно итти в него, а не ложно», представляет собою совершенно самостоятельное, мало с предыдущим связанное рассуждение о пути подвижника в «сокровенный» Китеж. Речь идёт о духовном искусе и злых соблазнах, предшествующих вступлению в чудесный град или, как он чаще тут называется, монастырь.

С историей жизни и любви святых Петра и Февронии можно познакомиться, прочитав «Повесть о Петре и Февронии Муромских». Это литературная обработка любимой русским народом легенды, выполненная по распоряжению митрополита Макария писателем и публицистом Ермолаем-Еразмом к московскому церковному собору 1547-го года. На этом соборе и были канонизированы святые муромские супруги.

«Повесть о Петре и Февронии Муромских», рассказывающая о жизни князя Петра и его жены княгини Февронии,стала гимном супружеской любви и верности. Повесть о муромских святых чудотворцах очень любил читать русский народ – о популярности сочинения Ермолая-Еразма говорят сотни списков этого произведения в XVI-XVII вв. Но эта история любви интересна и нашим современникам, особенно сейчас, когда в России День Петра и Февронии Муромских (8 июля) стал отмечаться с 2008 года как День семьи, любви и верности.

ЕРМОЛАЙ-ЕРАЗМ

Наши рекомендации