Леа, это был далеко не самый лучший способ убедить меня, что я захочу проводить с тобой много времени в будущем»

Блин, что за реакция! Ты даже не представляешь, о чем я говорю».

«Ну-у-у, и о чем же ты говоришь?»

И вдруг она тут же стала той самой Леа, измученной болью: – «Я говорю о том, каково это - быть тупиковой генетической ветвью, Джейкоб».

Карлайл нахмурился на мгновение, прежде чем вздохнуть, понимая, о чем говорит Леа.

Острые, как осколки, её слова заставили меня заколебаться. Я не ожидал, что мой гнев так быстро испарится.

Я не понимаю».

«Ты поймешь. Если перестанешь думать, как все остальные. Если мои женские проблемы», -

- Аргх, женские проблемы, - поморщился Эммет. – Именно поэтому мы и женимся на вампиршах… у них нет этих женских проблем.

- Идиот, - зарычала Розали на него. – Это не то, о чем стоит шутить.

- Что…? – спросил Эммет, удивленный ее тоном, но выражение ее лица все объяснило ему. На нем было написано сочувствие… к волку… и это могло значить только одно. – Прости, - пробормотал он.

Она произнесла эти слова саркастически, - «не заставят тебя рвануть в кусты, как это делают все тупоголовые самцы, то ты сможешь обратить внимание на то, что я говорю».

Ой».

Да, никто из нас не думал о ней в этом плане. Кто бы стал? Конечно, я помнил панику Леи в тот первый месяц, когда она только присоединилась к стае, и я помнил свое желание свалить подальше, как и все остальные. Потому что она не могла быть беременной – ну, за исключением какой-нибудь религиозной фигни, вроде непорочного зачатия.

Эммет остановился на долю секунды. Он бы с удовольствием пошутил по этому поводу, но Розали была права, это не повод для шутки… особенно, если она могла услышать ее.

Она не была ни с кем, кроме Сэма. И потом когда недели шли за неделями и ничего, абсолютно ничего не происходило ни в ту, ни в другую сторону, она поняла, что её тело больше не следует привычному циклу. Ужас – что же это с ней такое?

Неужели её тело изменилось из-за того, что она стала оборотнем? Или она стала оборотнем, потому что с ней что-то не так? Единственный оборотень женского пола за всю историю их существования. Случилось ли это потому, что она не была настолько девушкой, насколько должна быть?

- Э-э… - Эммет хотел что-то сказать.

- Нет! – твердо прочеканила Розали, и он надулся, но продолжил читать.

Никто из нас не хотел связываться с этими её переживаниями. На самом деле, мы просто не могли сопереживать.

- Значит, вы просто игнорировали это… глупые дворняги! – прошипела Розали.

Знаешь, почему, как думает Сэм, происходит запечатление?» – подумала она уже спокойнее.

- Может уже хватит об этом дурацком запечатлении? – прошипела Розали.

Конечно. Чтобы продолжить линию».

Верно. Чтобы наплодить много маленьких оборотней. Выживание вида, передача генов. Ты запечатляешься с человеком, который максимально подходит для продолжения рода оборотней».

Я ждал, пока она соберется, чтобы досказать мне свою мысль.

Если бы я годилась для этого, Сэм был бы запечатлен со мной».

- Не думаю, что все так просто, - промолвил Карлайл, но остановился, пытаясь даже не думать об этом.

Её боль была настолько велика, что я не смог перешагнуть через неё.

«Но я не подхожу. Что-то не так со мной. Я не могу передать гены сама по себе, несмотря на то, что являюсь потомком такой же уникальной ветви. Итак, я стала выродком – волчицей –

- Волчица, - повторил Эммет, ухмыляясь.

Негодной ни на что больше. Я – тупиковая ветвь, и мы все знаем это».

Нет, не все», - не согласился я с ней, - «это только теория Сэма. Мы не знаем, из-за чего происходит запечатление. Билли думает, что причина не в этом, есть что-то еще».

Я знаю, я знаю. Он думает, что мы запечатляемся, чтобы вырастить более сильных волков. Потому что и ты, и Сэм просто огромные монстры, гораздо крупнее ваших отцов. Но в любом случае, я не кандидат. Я…у меня климакс. Мне 20 лет, и у меня климакс».

Розали вздохнула. Она точно знала, что чувствует Леа… насколько это ранит ее.

Наши рекомендации