Соловей на своих маленьких крыльях прилетел позже. Он робко постучался в дверь, поздоровался, попросил прощения за беспокойство и сказал, что ему очень хочется учиться музыке

Мудрецу понравилась приветливая птица. И он обучил соловья всему, что знал сам.

С тех пор скромный Соловей стал лучшим в мире певцом.

А чудак Аист умеет только стучать клювом. Да ещё хвалится и учит других птиц:

– Эй, слышите? Надо делать вот так, вот так! Это и есть настоящая музыка! Если не верите, спросите старого мудреца.

1962

ЗМЕЙ-ХВАСТУНИШКА

Однажды Витя сделал Змея. День был пасмурный, и мальчик нарисовал на Змее солнце.

Витя отпустил нитку. Змей стал подниматься всё выше и выше, мотая длинным хвостом и напевая песенку:

– Я лечу
И рею,
Я свечу
И грею!

– Ты кто такой? – спросили птицы.

– Разве не видите? – ответил Змей. – Я– солнце!

– Неправда! Неправда! – закричали птицы. – Солнце за тучами.

– За какими такими тучами? – разозлился Змей. – Солнце– это я! Никакого другого солнца не было, нет, не будет и не надо! Ясно?

– Неправда! Неправда! – всполошились птицы.

– Что-о-о? Цыц, короткохвостые! – рявкнул Змей, сердито мотая своим длинным хвостом.

Птицы в испуге разлетелись. Но тут выглянуло солнце.

– Заклевать хвастунишку! Выщипать хвост обманщику! – закричали птицы и набросились на Змея.

Витя начал быстро сматывать нитку, и Змей упал в траву.

– Что ты там натворил? – спросил мальчик.

– А что? – обиделся Змей. – И пошутить нельзя?

– Шутить шути, – сказал Витя, – но зачем же врать и хвастаться? Ты должен исправиться.

– Вот ещё новое дело! – проворчал Змей. – И не подумаю! Пускай птицы сами исправляются!

– Ах так! – возмутился Витя. – Ну хорошо! Тогда я сам тебя исправлю.

Теперь уж ты никого не обманешь и не напугаешь, хоть лопни от злости!

Мальчик взял кисть и краски и превратил нарисованное солнце в смешную рожицу.

Змей опять полетел в небо, распевая песенку:

– Я лечу,
Я парю,
Что хочу,
То творю!

Он и дразнился, и врал, и хвастался. Но теперь все видели его смешную рожицу и думали, что он шутит. А он и не думал шутить.

– Я – солнце! Слышите? Я – солнце! – кричал Змей.

– Ха-ха-ха! – смеялись птицы. – Ох и насмешил! Ох и уморил! С тобой, брат, не соскучишься!

– Цыц, короткохвостые! – ворчал Змей, сердито мотая своим длинным хвостом.

Но птицы смеялись ещё громче, кружились рядом со Змеем и дёргали его за хвост.

1958

ВИТЯ, ФИТЮЛЬКА И ЛАСТИК

Однажды Витя взял бумагу и карандаш и нарисовал человечка: голова кружком, глаза точками, нос запятой, рот закорючкой, живот огурцом, руки и ноги как спички. И вдруг-

– Здравствуйте! – пискнул человечек. – Меня зовут Фитюлька. А вас как?

– А меня Витя, – ответил удивленный мальчик.

– Простите, я не расслышал, – сказал человечек. – Если это вас не затруднит, нарисуйте мне, пожалуйста, уши.

– Конечно, не затруднит! – закричал Витя и быстро нарисовал человечку уши.

– Чрезвычайно вам признателен! – обрадовался Фитюлька. – Слышимость отличная. Только одно ухо вы мне поместили как раз посередине щеки. Впрочем, если так надо, я не возражаю.

– Нет, не надо, – сказал Витя. – Ну-ка, Ластик, помогай!

Ластик потер Фитюльке ухо, и оно пропало. А Витя нарисовал новое. Там, где надо.

– Хочешь, я тебе нос сотру? – предложил Ластик.

– Благодарю за внимание, – ответил вежливый Фитюлька. – Но лучше потрите мне другую щеку. Бумага, понимаете ли, бела, как снег, и я, с вашего позволения, мерзну.

– Как это – с нашего позволения? – удивился Витя и нарисовал Фитюльке теплую шапку-ушанку, шубу, валенки, бороду, чтобы не мерзли щеки.

– Ну как? – спросил мальчик. – Согрелся?

– Спасибо, внучек! – сказал Фитюлька басом. – Уважил старика. Уж теперь-то я зимушку перезимую.

– Минуточку! – сказал Витя. – Сейчас наступит лето.

Синим карандашом он нарисовал небо, зеленым – траву и деревья, а желтым – яркое-яркое солнце.

– Ну как? Хорошо? – спросил он Фитюльку.

– Оно бы и хорошо, – вздохнул бородатый Фитюлька. – Однако упарился я, как в бане, хоть бы шубейку скинуть.

– Простите, дедушка! – прошептал Витя. – Ну-ка, Ластик, помогай!

Ластик потер шапку – не стало шапки, потер шубу и валенки – не стало ни шубы, ни валенок.

Витя поправил рисунок, нарисовал Фитюльке трусики и глазам своим не поверил.

– В трусах, а с такой длиннющей бородой! Так не бывает. Ну-ка, Ластик, помогай!

Наши рекомендации