Второй этап исследования: философия Пифагора

Тезис: гармония бытия есть числовая гармония.

Вопросы для анализа и обсуждения:

1. Проанализируйте, каким образом в воззрениях Пифагора и его последователей сочетается философское и преднаучное. Выявите значение математики при осмыслении мира. Сформулируйте философские принципы осмысления бытия, предложенные ими. Установите гносеологические основания разработанных онтологических принципов.

2. Раскройте содержание понятия гармонии. Дайте характеристику процесса установления гармонии. Выявите значение числовых пропорций, правильных геометрических фигур в становлении гармонии материального мира. Раскройте значение противоположности предельного и беспредельного в становлении гармонии. Подумайте, почему учение Пифагора рассматривают как предидеалистическое. Определите, какие черты данного учения обусловливают возможность введение особого идеального мира.

3. Покажите, как противопоставление мира чисел и мира вещей, с онтологической точки зрения, взаимосвязано с противопоставлением умопостигаемого и чувственного, с гносеологической точки зрения. Подумайте о взаимосвязи онтологических и гносеологических принципов.

Приложение 2. Взгляды Пифагора и его последователей (фрагменты)

Мнения философов: Пифагор первый назвал Вселенную «космосом» по порядку, который ему присущ. ПЛАТОН. Горгий: Мудрецы говорят, Калликл, что и небо и земля, и боги и люди, связаны в одно целое общностью, дружбой, благочинием, целомудрием и справедливостью, и именно поэтому друг мой, они называют весь этот видимый мир «космосом» (порядком), а не акосмией (беспорядком) и распущенностью.

Ямвлих: Пифагор говорил, что числу все вещи подобны.

Взгляды учеников Пифагора

Теано

СТОБЕЙ: Из сочинения Теано «О благочестии»: И многие эллины, как мне известно, думают, будто Пифагор говорил, что все рождается из числа. Но это учение вызывает недоумение: каким образом то, что даже не существует, мыслится порождающим? Между тем он говорил, что все возникает не из числа, а согласно числу, так как в числе — первый порядок, по причастности которому и в счислимых вещах устанавливается нечто первое, второе и т. д.

Эпихарм

ДИОГЕН ЛАЭРТИЙ: Много он [Платон] позаимствовал и у комедиографа Эпихарма, списав у него большую часть [своих учений], как говорит Алким в четырех книгах «Против Аминта». В первой из них он говорит так: «Совершенно очевидно, что Платон повторяет многое вслед за Эпихармом. Судите сами. Платон определяет чувственно воспринимаемое как то, что никогда не пребывает ни в качестве, ни в количестве, но всегда течет и изменяется, поскольку, как он полагает, все, из чего устранено число, не обладает ни равенством [самотождественностью], ни чтойностью, ни количеством, ни качеством: это то, чему становление присуще всегда, а бытие никогда. «Умопостигаемое» же он определяет как то, от чего ничто не убывает и к чему ничто не прибывает: это природа вечных вещей, которой присущи подобие [самой себе] и вечная самотождественность. Ну так вот, Эпихарм ясно говорит тоже о чувственно воспринимаемых и умопостигаемых вещах.

ДИОГЕН ЛАЭРТИЙ, III, 12: Вот что еще говорит Алким: «Философы говорят, что одни вещи душа ощущает посредством тела, например видя или слыша [их], а другие припоминает сама по себе, совершенно не пользуясь телом. Поэтому сущие делятся на чувственно воспринимаемые и умопостигаемые. Потому Платон и говорил, что, кто хочет постичь начала универсума, должен, во-первых, определить идеи сами по себе, как, например, подобие, единицу, множество, величину, покой и движение; во-вторых, установить прекрасное в себе, благо в себе, справедливое в себе и т.д; в-третьих, постичь, какие идеи соотносятся с другими идеями, например наука, величина или власть. При этом следует иметь в виду, что вещи нашего мира соименны [«омонимичны»] идеям потому, что «причастны» им, т. е. «справедливо» то, что причастно справедливости, а «прекрасно» то, что причастно красоте. Каждый из эйдосов вечен. Поэтому он и говорит, что в природе идеи стоят как первообразы [парадигмы], а прочие вещи подобны им, представляя собой их копии. Так вот, о [нечто подобное] о благе и об идеях говорит и Эпихарм.

Филолай

ДИОГЕН ЛАЭРТИЙ: Филолай из Кротона полагает, что все происходит через необходимостьи гармонию. И первым сказал, что Земля движется по кругу.

Мнения философов: Пифагореец Филолай [полагает началами] предел и беспредельное.

ДИОГЕН ЛАЭРТИЙ: «Природа в космосе образовалась [~ гармонически сладилась] из безгра­ничных и ограничивающих [элементов]: и весь космос в целом и все вещи в нем».

СТОБЕЙ: Из сочинения Филолая «О космосе»: «Все сущие по необходимости должны быть либо ограничивающими, либо безграничными, либо и ограничивающими и безграничными [одновременно]. Но быть только безграничными или только ограничивающими они не могут. Стало быть, так как очевидно, что они не [состоят] ни из одних лишь ограничивающих, ни из одних лишь безграничных [элементов], то, следовательно, ясно, что и космос и вещи в нем были слажены из ограничивающих и безграничных [элементов]. Это явствует из того, что [наблюдается] в произведениях: те из них, что из ограничивающих, ограничивают, те, что из ограничивающих и безграничных, ограничивают и не ограничивают, а те, что из безграничных, окажутся безграничными. Ср.: ДАМАСКИЙ. О началах: Сущее состоит из границы и безграничного, как говорят Платон в «Филебе» и Филолай в книгах «О природе».

СТОБЕЙ: С природой и гармонией дело обстоит так. Сущностьвещей, которая вечна, и сама природа требуют божественного, а не человеческого знания. Кроме того, ничто из того, что есть и познается нами, не могло бы возникнуть, если бы не было в наличии сущности вещей, из которых составился космос: и ограничивающих и безграничных [элементов]. Но так как начала не были подобны и единородны, то они не могли бы упорядочиться в космос, если бы [к ним] не прибавилась гармония, каким бы образом она ни возникла. Вещи подобные и единородные нисколько не нуждаются в гармонии, а неподобные, неединородные и не одного порядка необходимо должны быть сопряжены гармонией, с тем чтобы удерживаться вместе в космическом порядке.

ЯМВЛИХ. Комм. к Никомаху: Единица (монада), согласно Филолаю, начало (архэ) всех вещей; разве он не говорит: «Одно — начало всех [вещей]»

ПРОКЛ. Комм. к «Тимею»: Низшее, несовершенное подчи­няется власти высшего, божественного, и образуется единый космос, гармонически сопряженный из противоположностей и возникший, согласно Филолаю, из «ограничи­вающих» и «безграничных» [элементов].

ПРОКЛ. Платоновская теология: Второй способ изложения — посредством образов — пифагорейский. Математические науки были изобретены пифагорейцами для припоминания (анамнесис) о божественном; посред­ством них как посредством образов они пытались трансцендировать к потусторонним началам. Как говорят те, кто занимается изложением пифагорейских учений, они посвящали богам и числа, и фигуры.

Мнения философов: Пифагор принимает пять объемных фигур, которые называют также математическими: из куба, по его словам, возникла земля, из пирамиды — огонь, из октаэдра— воздух, из икосаэдра — вода, из додекаэдра — сфера Вселенной.

Мнения философов: Филолай посредине, в центре [космоса, помещает] огонь, который он называет «Очагом» (Гестией) Вселенной, «домом Зевса», «Матерью богов», «алтарем», «связью и мерой природы». Кроме того, он принимает и другой огонь, расположенный выше всего и служащий Объемлющим. Первый по природе — центральный огонь, вокруг него кружатся в хороводе десять божественных тел: небо и планеты, за ними — Солнце, под ним — Луна, под ней — Земля, под ней — Противоземля (Антихтон), а после них всех — огонь Очага, занимающий центральное положение. Самую верхнюю часть Объемлющего, в которой— беспримесная чистота элементов, он называет «Олимпом»; пространство под сферой Олимпа, в котором расположены пять планет вместе с Солнцем и Луной, — «Космосом», а расположенную под ними подлунную и околоземную часть, в которой находится мир переменчивого рождения, — «Небом» («Уранос»). Относительно упорядоченных небесных явлений бывает мудрость (софия), относительно неупорядоченности возникающих вещей — добродетель (аретэ); первая совершенна, вторая несовершенна.

АЛЕКСАНДР АФРОД. Комм, к «Метаф.»: Также и Солнце. . . помещается, как они утверждают, в том месте, которому соответствует число семь. . . так как среди десяти тел, вращающихся вокруг центра и «Очага», оно занимает седьмое место; оно движется после сферы неподвижных звезд и пяти планет, за ним на восьмом месте — Луна, на девятом — Земля, а за ней — Антиземля. Считая декаду совершенным числом, но наблюдая среди явлении лишь девять движущихся сфер (семь сфер планет, восьмую — неподвижных звезд, девятую — Земли: они полагали, что и она тоже движется по кругу вокруг неподвижного «Очага», что на их языке означает огонь), они прибавили к ним в своих теориях некую Антиземлю, которая, как они полагали, движется с противоположной стороны Земли и потому не видна наземным наблюдателям. Аристотель говорит об этом подробнее в трактате «О небе» и в «Мнениях пифагорейцев».

АРИСТОТЕЛЬ. О небе: Большинство считает, что она [Земля] находится в центре. . . Италийские же философы, известные под именем пифагорейцев, держатся противоположного взгляда: в центре, утверждают они, находится огонь, а Земля — одна из звезд — движется по кругу вокруг центра, вызывая смену дня и ночи. Сверх того, они постулируют еще одну Землю — Антиземлю, как они ее назы­вают, не ища теорий и объяснений, сообразных с наблюдаемыми фактами, а притягивая за уши наблюдаемые факты и пытаясь их подогнать под какие-то свои теории и воззре­ния. [. . .] Но вернемся к пифагорейцам. Исходя из того что самая важная часть Вселенной должна быть надежнее всего защищена, а таковой является центр, они называют огонь, занимающий это место, «острогом Зевса», рассуждая так, будто [термин] «центр» однозначен и будто геометрический центр в то же время есть центр самой вещи и естественный центр. Однако у животных центр животного и центр тела не совпадают, и, надо полагать, что со всем Небом дело обстоит аналогичным образом. Поэтому им нет никакой нужды беспокоиться о Вселенной и укреплять ее математиче­ский центр «острогом», но следует искать тот центр и т. д.

СЕКСТ ЭМПИРИК. Против ученых: Пифагорейцы считают [критерием истины] разум, но не вообще, а тот, что проистекает из математики (так полагал и Филолай), ибо, обладая способностью созерцать природу Вселенной, он находится с ней в веком родстве, так как подобное постигается подобным.

Наши рекомендации