И. Кант – основатель немецкой классической философии

Кант (1724 — 1804) — основоположник немецкой классической философии. В его творчестве выделяют два периода: докритический и критический.

Докритический период. В этот период Кант занимается проблемами естествознания и выдвигает две естественнонаучные гипотезы. Первая — о естественном возникновении солнечной системы, вторая — о замедлении вращения Земли благодаря приливам. Эти две гипотезы внесли принцип историзма в теоретическое естествознание и пробили брешь в метафизическом способе мышления. Это значит, что Кант доказал, опираясь на законы механики, что Вселенная не творение Божие, вечное и неизменное, а продукт длительного естественного развития. Она возникает и развивается по естественным законам. Суть идей этого периода можно выразить словами самого И. Канта: «Дайте мне материю, и я построю из нее мир, т. е. дайте мне материю, и я покажу вам, как из нее должен возникнуть мир». Мало того, Кант показал, что Вселенная и Земля не остаются вечными и неизменными. Они имеют свою историю. Они возникают и развиваются по естественным законам.

Критический период. Основная цель этого периода — критически исследовать познавательные способности и возможности человека. Выяснить, как и что может познать человек, а что он не может познать в принципе.

Возникает вопрос. Правильно ли сформулирована сама задача, и можно ли ее успешно решить? Кант считал, что да, Гегель считал — нет.

По Канту, наши способности познавать — это постоянные, неизменные, врожденные способности человека. Гегель считает, что познавательные способности человека возникают и развиваются в процессе самого познания. В чем суть спора? Обратимся к гегелевскому примеру о схоласте, который хотел «научиться плавать прежде, чем броситься в воду». Спор идет о том, как появляется и развивается способность познавать (плавать).

Кант считает, что способность познавать (плавать) есть врожденная способность человека, независимо от того, учился он плавать или нет. Гегель же утверждает, что способность познавать (плавать) возникает и развивается в процессе самого познания (плавания). Чтобы научиться плавать — надо залезть в воду, чтобы научиться познавать и мыслить — надо познавать и мыслить.

Различное понимание природы познавательных способностей человека определяет различное отношение к задаче, поставленной Кантом. Кант полагает, что наши познавательные способности постоянны и неизменны. Изучив их, мы раз и навсегда выясним, что человек может познать, а что нет. На этой основе затем и будет построена истинная философия. Гегель считает, что наши познавательные способности развиваются вместе с развитием самого познания. Следовательно, выяснить какие-то постоянные и неизменные познавательные способности человека в принципе невозможно.

Иными словами, Кант абсолютизирует познавательные способности человека 18 века и объявляет их способностями человека вообще. Гегель утверждает, что познавательные способности человека развиваются вместе с развитием процесса познания.

Теория познания Канта.

Первичной способностью нашего познания Кант считает способность ощущать. Ощущения дают нам «чувственный опыт» и являются источником наших знаний. Вызываются ощущения «предметами, которые действуют на наши чувства» и которые существуют вне нас («вещь в себе»).

Таким образом, исходный пункт теории познания И. Канта вполне материалистический. Он признает объективное существование мира вне нас и рассматривает его как источник наших знаний.

Однако возникает вопрос. Как соотносятся наши знания о мире («предмет» в голове, «вещь для нас») с самим миром («предмет» вне головы, «вещь в себе»)? Кант отвечает на этот вопрос дуалистически (двойственно).

С одной стороны, он признает объективное существование вещей вне головы («вещь в себе»), с другой, он считает их непознаваемыми и утверждает, что мы имеем дело только с «предметами» в голове — («вещь для нас»). «Предмет» в голове это единственный «предмет», который нам является, который мы знаем и который представляет собой единственную реальность, с которой мы имеем дело. Что же касается «предмета» вне головы, то поскольку он находится по ту сторону наших ощущений, то мы о нем ничего знать не можем. Да, он существует, да, он является источником наших ощущений, но каков он сам по себе, мы не знаем и никогда не узнаем. У нас в принципе нет такой познавательной способности. Природа нашего познания такова, что мы не можем выйти («трансцензус») за пределы наших ощущений и представлений и познать то, что стоит за ними. Отсюда вывод: мир вне нас — непознаваем. В этом состоит агностицизм Канта.

Так мир в философии Канта раскололся на два мира — мир феноменальный (мир явлений, мир «вещей для нас», мир, данный нам в чувствах) и мир ноуменальный (мир субстанциальный, мир «вещей в себе», мир умопостигаемый).

Вот как сам Кант описывает эти два мира и объясняет их необходимость: «за явлениями, — считает он, — мы должны допустить и признать еще нечто другое, что не есть явление, а именно вещи в себе, хотя мы, конечно, знаем, что поскольку они могут стать нам известными только так, как они на нас воздействуют, то мы не можем приблизиться к ним и никогда не можем знать, что они такое сами по себе. Это должно привести нас к различению (хотя и грубому) чувственно воспринимаемого мира и мира умопостигаемого, из которых первый из-за различной чувственности у отдельных воспринимающих мир субъектов также может быть чрезвычайно различным, тогда как второй, лежащий в его основе, остается всегда одним и тем же».[33]

Из этого положения философии Канта вытекает ряд выводов.

Во-первых. Мы ничего не знаем о мире вне нас (мир как «вещь в себе»), но мы вынуждены «допустить» и «признать» его существование. Ибо только признав существование мира, который «остается всегда одним и тем же», т. е. мира вечного и неизменного, мы можем рассчитывать на получение такого же вечного и неизменного знания. Знания необходимого и всеобщего, т. е. знания истинного.

И здесь возникает одно из противоречий философии Канта.

С одной стороны, Кант признает существование мира вне нас («вещи в себе») как раз для того, чтобы доказать возможность получения необходимых и всеобщих, т. е. истинных знаний. Давать такие знания должны наука и философия.

С другой стороны, тот же Кант утверждает, что этот мир непознаваем. Но в таком случае, о чем же дают нам знания наука и философия? Если они не дают знания о реальном мире, то зачем они вообще нужны, в том числе и философия Канта?

Во-вторых. На основе допущения существования двух миров, чувственно воспринимаемого и умопостигаемого, Кант решает проблему свободы человека и проблему соотношения необходимости и свободы в поведении человека.

Логика Канта такова. Человек — существо разумное, и поэтому он должен «рассматривать себя как мыслящее существо (следовательно, не со стороны своих низших сил), как принадлежащее не к чувственно воспринимаемому, а умопостигаемому миру; стало быть, у него две точки зрения, с которых оно может рассматривать себя и познавать приложения своих сил, т. е. законы всех своих действий: во-первых, поскольку оно принадлежит к чувственно воспринимаемому миру, оно может рассматривать себя как подчиненное законам природы, во-вторых, поскольку оно принадлежит к умопостигаемому миру, — как подчиненное законам, которые, будучи независимы от природы, основаны не эмпирически, а только в разуме».[34]

Это ключевое положение философии Канта. На нем базируется его понимание природы человека и его свободы. Оно раскрывает суть и необходимость практического разума. На нем основаны и философско-правовые взгляды Канта.

Итак, природа человека двойственна. С одной стороны, он часть чувственного мира. Здесь он подчиняется необходимым законам природы. Но с другой, человек часть умопостигаемого мира, в нем он подчиняется законам, которые «независимы от природы», которые «основаны не эмпирически» а даны «только в разуме».

Таким образом, законы, определяющие «все действия» человека, делятся на две группы. Законы природы, которые имеют необходимый характер и которым человек вынужден подчиняться, и законы разума, законы свободы, которые ничем не обусловлены, которые дает «чистый разум» и которые делают человека свободным.

Из признания существования законов, даваемых разумом и независимых от чувственного мира, выводится существование практического разума, обосновывается свобода человека и дается трактовка природы и сущности права.

Кант признавал, что доказать существование «умопостигаемого мира» невозможно. Но он «вынужден» признать его существование. Признание существования умопостигаемого мира «необходимо, поскольку человеку не должно быть отказано в сознании самого себя как мыслящего существа, стало быть, как разумной и деятельной благодаря разуму, т. е. свободно действующей причины».[35]

Согласно Канту умопостигаемый мир имеет сверхчувственную природу. Эта природа подчинена «автономии чистого практического разума. Закон этой автономии — это моральный закон. Он — основной закон сверхчувственной природы и «чистого умопостигаемого мира», подобие которого должно «существовать в чувственно воспринимаемом мире, но так, чтобы не наносить ущерба законам этого мира».

Итак, умопостигаемый мир, частью которого является и человек, имеет сверхчувственную природу и подчиняется моральным законам, которые дает разум.

«Объективная реальность морального закона не может быть доказана никакой дедукцией и никакими усилиями теоретического, спекулятивного или эмпирически поддерживаемого разума», «эта реальность не может быть подтверждена опытом», и все же «она сама по себе несомненна».

Существование умопостигаемого мира, его сверхчувственную природу, господство в нем морального закона Кант должен допустить, чтобы «спасти свободу» человека и обосновать необходимый характер нравственности. Кант верит в существование умопостигаемого мира, но доказать его существование он не может.

Вернемся, однако, к теории познания Канта.

Итак, согласно Канту, в нашем познании мы имеем дело только с миром явлений. Проще говоря, с тем, что есть в нашей голове, с тем, что нам является. Но тогда почему разные люди имеют одинаковые знания о вещах, о которых они ничего не знают? Как, каким способом мы вообще получаем истинные, т. е. всеобщие и необходимые знания? Чувства их не дают. Их дает разум. Но как он это делает? Каков процесс получения истинных знаний?

Кант считает, что всеобщие и необходимые, т. е. истинные знания мы получаем благодаря нашим априорным (доопытным врожденным) формам познания и мышления. Проще говоря, мы получаем эти знания благодаря тому, что голова у всех людей от рождения устроена одинаково. Все люди одинаково воспринимают мир и познают его. Эти природные врожденные способности человека познавать, и есть априорные формы мышления. Поскольку способности познавать у всех людей общие (врожденные), то и знания они получают необходимые и общие. Благодаря именно априорным формам мышления наши знания имеют всеобщий и необходимый характер. Признание существования априорного знания и априорных форм мышления — основа теории познания Канта. Поэтому в зависимости от того, признают их или нет, признают или нет его теорию познания.

Процесс познания по Канту — это сложный, всеобщий и необходимый процесс, с активным участием в нем человека. Он включает в себя три обязательных момента (ступени).

1. Чувственное познание. Априорными формами чувственного познания являются пространство и время. Это значит, что все свои ощущения человек упорядочивает в пространстве и во времени. Получается чувственный, наглядный образ. Отсюда следует два вывода:

а) мы не знаем, что представляет собой вещь вне головы, но нам она «является» во времени и пространстве;

б) пространство и время — это субъективные формы нашего мышления.

2. Рассудок. Полученные чувственные представления перерабатываются рассудком. Априорными формами рассудка являются категории, понятия. Рассудок — это способность составлять суждения, это способность мыслить. Мышление есть познание через понятия. Рассудок дает нам частные знания об отдельных областях действительности.

3. Разум. Знания, полученные рассудком, перерабатываются разумом. Априорными формами разума являются идеи. Их три: идея о человеке, идея о мире и идея о Боге. С их помощью мы стремимся получить единые, всеобщие знания о человеке, мире и Боге. Но согласно Канту это невозможно в принципе. Возникает вопрос — почему?

Цель Разума — получить единое, всеобщее знание о человеке, мире и Боге. Разум опирается на рассудок. Рассудок опирается на понятия. Каждое понятие дает истинные знания, но сами эти понятия противоположны: случайность — необходимость, единичное — общее и т. д., следовательно, понятия дают хотя и истинные, но противоположные знания. Как объединить эти истинные, но противоположные знания в единое знание и получить единые и всеобщие знания о человеке, мире и Боге? Возникает явное противоречие. Так Кант формулирует проблему антиномий (проблему противоречивости нашего знания).

Сам Кант объяснял это противоречие как «наказание» разуму за его попытки выйти за пределы «мира явлений». Пока разум остается в границах «мира явлений» — противоречий нет, но как только он выходит за эти границы и пытается познать ноуменальный мир, то сразу возникают противоречия, поскольку о мире самом по себе он никакими данными не располагает. Поэтому, по Канту, любая теория, если она логически непротиворечива, является истинной по отношению к миру явлений и ложной по отношению к миру самому по себе.

Такое объяснение порождает ряд вопросов. Во-первых, если наши знания о человеке, мире и Боге от них самих не зависят (о них мы ничего не знаем), а зависят от выбранной нами системы понятий, с помощью которых мы их описываем, то, как получить всеобщие и необходимые знания? Ведь по одной системе категорий мир сотворен и конечен, по другой — он вечен и бесконечен и т д. Во-вторых, если все теории равноценны, то какой теорией руководствоваться человеку в практической жизни? Кант полагал, что это не теоретический, а практический вопрос.

Итак, процесс познания по Канту — это сложный, всеобщий и необходимый процесс, с активным участием в нем человека. Он включает в себя три обязательных элемента: чувства (созерцание), рассудок (суждения) и разум (умозаключения). Без любого из этих элементов теоретическое познание невозможно.

Отсюда принципиальное положение философии Канта. Объект, который не дан нам в чувствах, не может быть объектом теоретического мышления, теоретического знания. Поэтому такие «вещи» как Бог, душа, материя, которые не даны нам в чувствах, не могут быть доказаны теоретически. Доказать теоретически существование Бога, души, свободы и бессмертия невозможно. Но мы можем верить в их существование на уровне практического разума.

Критика практического разума. «Практическое есть все то, что возможно благодаря свободе». Это значит, что если в области чистого разума господствует необходимость, то в области практического разума господствует свобода. Доказать существование свободы теоретически невозможно, но существование «практической свободы» доказывается опытом.

Объективные законы свободы дает разум. Законы свободы являются практическими законами. Они указывают, что «должно происходить, хотя, быть может, никогда и не происходит». Этим они отличаются от законов природы, которые показывают то, что происходит. Следовательно, «чистые практические законы» — это «моральные законы». Практический разум — это прежде всего разум моральный, разум нравственный. Именно исходя из необходимости нравственности Кант доказывает необходимость Бога, души, бессмертия и свободы. Только при их признании возможна по Канту нравственность и нравственные принципы.

Практически решает человек и вопрос о выборе той или иной теории. По Канту, он должен, пользуясь своей свободой, опираясь на заповеди Божьи, выбирать те теории и идеи, которые ведут к благу человечества.

Философско-правовые взгляды Канта базируются на признании существования законов свободы чистого практического разума. Законов, выводимых из разума и независимых от внешних условий.

Основной закон чистого практического разума гласит: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего законодательства». Это значит, что любые действия человека должны быть таковы, чтобы их можно было положить в основу всеобщего законодательства.

Следующий закон практического разума гласит: человек не может и не должен быть «средством» кого-либо или чего-либо. Человек есть «цель сама по себе». Это значит, что к человеку и человечеству надо всегда относиться как к цели и никогда как к средству. Этот принцип выступает также критерием ограничения свободы. Человек может действовать свободно до тех пор, пока он не превращает другого человека в средство достижения своих целей.

Идеалом и величайшей проблемой для человеческого рода Кант считает построение правового гражданского общества. Создать его необходимо, ибо только в нем могут быть развиты все задатки, заложенные в человека. Но создать его трудно. «Эта задача самая трудная из всех; более того, полностью решить ее невозможно. Только приближение к этой идее вверила нам природа».

В чем трудности построения правового общества? Прежде всего, надо знать что строить, иметь опыт такого строительства, и, наконец, нужна «добрая воля, готовая принять такое устройство». Сочетание всех этих элементов — дело трудное, и «если оно будет иметь место, то лишь очень поздно, после многих тщетных попыток».

Вторая трудность. Как согласовать «величайшую свободу» каждого со свободой других и общества в целом? Как создать такое «справедливое гражданское устройство», при котором «максимальная свобода под внешними законами сочетается с непреодолимым принуждением».

И, наконец, главная трудность — противоречивая природа самого человека.

Человек — это «животное, которое, живя среди других членов своего рода, нуждается в господине». Господин нужен потому, что человек «обязательно злоупотребляет своей свободой в отношении своих ближних». Как «разумное существо» человек «желает иметь закон, который определил бы границы свободы для всех», но «его корыстолюбивая животная склонность побуждает его, где это ему нужно, делать для самого себя исключения». Поэтому и нужен «господин», «который сломил бы его собственную волю и заставил его подчиняться общепризнанной воле, при которой каждый может пользоваться свободой». Но где найти такого «господина» для человека? «Только в человеческом роде. Но этот господин также есть животное, нуждающееся в господине». Отсюда и основная проблема. Кому ни отдай власть — одному или многим, неясно главное, как человек может создать «себе главу публичной справедливости, который сам был бы справедлив». Это сложно потому, что «каждый облеченный властью всегда будет злоупотреблять своей свободой, когда над ним нет никого, кто распоряжался бы им в соответствии с законом». Верховный глава сам должен быть справедливым и в то же время человеком. Поэтому даже «республиканское устройство — единственное, вполне соответствующее праву людей устройство установить, а тем более сохранить до такой степени трудно, что они должно было бы быть государством ангелов, так как люди со своими эгоистическими склонностями не способны к столь возвышенному по форме устройству».

Оценивая человека и его будущее, Кант, с одной стороны, отмечает, что «из столь кривой тесины, как та, из которой сделан человек, нельзя сделать ничего прямого», но с другой стороны, он не теряет надежды, что человек добьется «наилучшего общественного устройства» и установления «вечного мира» на земле.

Вместе с тем нельзя не отметить, что И. Кант на основе антропологии естествознания предпринял попытку систематизированного философского изложения учения о человеке. Он считал вопрос «что такое человек?» важнейшим вопросом философии и тем самым заложил идею антропоцентризма — важнейший принцип философской антропологии, согласно которому в центре науки должен стоять человек и через него познания о мире.

В своем учении о человеке он ставил и рассматривал три вопроса: знание («что я могу знать?»), нравственность («что я должен знать?») и вера («на что я могу надеяться?»). Однако его учение, к сожалению, не сложилось в целостное философское представление о человеке. Причина тому — недостаток в ту пору естественных и общественно научных знаний, которые появились в XIX-XX веках.

Кант оставил своим последователям надвое расколотый мир. Мир явлений и мир вещей, мир чувственный и мир умопостигаемый, мир чистого разума и мир практического разума. У тех, кто шел за ним, было три пути:

а) сохранить систему, изменив ее отдельные положения (неокантианцы);

б) признать один мир и отбросить другой (Фихте);

в) преодолеть двойственность мира, доказав его единство, путем объяснения его из единой первоосновы. Первоосновы или идеальной (объективный мир выводится из субъективного — Шеллинг, Гегель), или материальной (субъективный мир выводится из объективного — Фейербах).

Наши рекомендации