Структурализм и постструктурализм

Структурализм- (от лат. - structure - строение, распол жеиие, порядок) направление и интеллектуальное движение в философско-гуманитарном познании 1950-70-е гг. XX ст., базирующееся на выявлении структуры - устойчивых многоуровневых самовоспроизводящихся связей и свойств объекта, системы. В античности понятие структуры было синонимом понятия «форма». В XIX веке, когда возникли предпосылки синтеза философских и конкретно-научных знаний, понятие «структура» приобрело общенаучный статус. Современная философия понимает структуру как совокупность устойчивых внутренних связей объекта как целого и тождественного самому себе, а учение структурализма объясняет мир с помощью понятия «структура».

Становление структурализмавключает 4 этапа:
1) становление метода (в структурной лингвистике Р. Якобсон, Р. Трубецкой, Ф. де Соссюр);
2) распространение метода (культурология Ю. Лотмана в Эстонии), (этнография К. Леви-Стросса, психоанализ Ж. Лакана литературоведение Р. Барта, истории науки М. Фуко во Франции);ы
3) размывание метода;
4) критика и самокритика.

К методам структурного анализа относят: структурно-функциональный анализ, гештальтпеихологию, лингво-семиотический анализ, методы аналогии и социологики. Различают:
- русскую формальную школу;
- Пражский лингвистический кружок;
- Копенгагенскую и Иельскую школы.

Отличительные черты структурализма:
- безличная логика;
- порядок;
- целостность;
- слаженный ансамбль;
- органическое единство.

В этнографии Леви-Стросс использует бинарные композиции как природа-культура, растительное-животное. В трудах «Структурная антропология» (1958) и «Структурная антропология - два» (1973) рекомендует при исследовании культуры обращать внимание не на субъекты, но на такие культурные структуры жизни как мифы, ритуалы, маски, правила бракосочетания, родственные связи, языки как на знаковые структуры и изучать их не диахронно, а синхронно - увязывая факты в целое. Универсальные знаковые отношения Определяют как прошлое, так и современное мышление, т.е. культуру целом. Названные безличные механизмы функционирования культуры полагались основой знаний, противопоставлялись истории и сознанию. Р. Барт, в своих работах «Воображение знака» (1962), «Система моды» (1967) выявляет такие социокультурные структуры как еда, мода, журналистика (письменная речь, текст), структуры города. Структуралистское мировоззрение, по Барту, универсально. Фуко, используя материал истории науки, вводит «эпистемы» (универсальные коды любой культуры) как инвариантные структуры, позволяющие определить особенности мысли и познания отдельной культурной эпохи - возрожденческой, классической, современной. В своих работах «Слова и вещи. Археология гуманитарных наук» (1966), «Археология знаний» (1969) развивал идею «смерти человека» как центра культуры, будущее не связывал с гуманизмом и человеком как субъектом истории: «Человек исчезает, как исчезает лицо, начертанное на прибрежном песке».

В целом структурализм опосредовал познание человека существованием и познанием «языка» и понимается преимущественно как научная методология мировоззренческо-иррационального порядка. Структурная лингвистика требует отказа от интроспекции и сбора фактов и призывает к построению теорий, характерен переход от сбора фактов к синхронной обработке фактов в «инвариантное» - относительно устойчивое целое, предпочитает анализ и критику языка анализу и критике сознания.

Постструктурализм- это общее название ряда подходов в социально-гуманитарном и философском познании 1970-80-х гг. в период научного интереса к этике индивидуализма, этике гедонизма (вседозволенности желаний и наслаждений, раскрепощение желаний и поиск удовольствий в любом жизненном акте). Это философия изнанки структуры, когда тело и власть становятся объектами первостепенного интереса и значат больше, чем язык и объект. Структуралистские методики покинули социальную сферу и нашли выражение в философии, социологии, истории, искусствоведении. Постструктурализм, отрицая социальность, акцентируется на недифференцированности, самодостаточности события, дух противоречия царит над каждой субстанцией: вводится новый понятийный аппарат, концепции, подходы, эмоции и аффекты, случайность, фрагментарность, разнородность, машинные механизмы, биологически конструкции. Постсгруктуры обеспечиваются «метафизикой желаний»-пульсацией, интенсивностью, энергией, идущими извне. Общее в постструктурализме - это эмоция сомнения, критика субъекта (его присутствия, наличия, представлений), элементы релятивизма. Постструктурализм концептуально снимает систему противопоставлений, абсолютизирует различия (сингулярности, партикулярности), «тексты», «дискурсы», «стили письма» понимает значимыми по причине своей бессвязности, принципиальной необобщаемости, характеризуется интертекстуальностью - цитатностью, размыванием жанровых критериев философского рассуждения, метафоричностью. Постструктурализм - это яркая реакция на лишенное жизненного смысла традиционное философствование.

Постмодернизмкак относительно новый этап философии постструктурализма начинается в работах французских мыслителей Ж. Дерриды и Ж. Делёза.

Постмодернизмв философии декларируется как «новая философия», которая «в принципе отрицает возможность достоверности и объективности..., а такие понятия как «справедливость» и «правота» утрачивают свое значение...». К факторам возникновения философии постмодернизма относят:
1) исчерпанность управленческого потенциала государства;
2) антигуманность процессов технологической коммуникации;
3) активное включение в социальный процесс новых социальных групп (феминисты, экологи).

В основе мировоззрения постмодернизмалежат принципы космизма, экологизма, феминизма, постгуманизма, новой сексуальности как ответы на новые проблемы нового мира. Мировоззренческие элементы постмодернизма могут быть реконструированы в культурную программу постмодернизма - парадигму, эписгему, новую онтологию, новую гносеологию, новую логику. Философия noстмодернизма возникла как внутри, так и на периферии этой программы как попытка сохранить и одновременно преодолеть современный мировоззренческий потенциал, используя принцип рациональной эклектики, древние софистические дискурсы, риторику, социологию, психологию. Постмодернизм сторонится «тотализирующих моделей», чем знаменует смену познавательной парадигмы, пересматривает позиции субъекта как центра и источника системы мировоззренческих представлений, идеографическая и электронная культура постмодернизма стирает различия между истиной и ложью, а в логике признает существование более чем одной истины. Основной метод-деконструкции разборка-сборка, письмо-чтение текстов, направлен на освобождение человека от разрушающего и деформирующего влияния репрессивного государства. Культура постмодернизма специализируется на де-универсанализации по всем возможным регистрам: гандартизации, де-унификации, де-массификации, утверждая торжество индивидуальности» и отказ от общих правил; ориентирована на бегство человека от себя или из современности.

Представители посмодернизма: Р. Барт, Ж. Лакан, М. Фуко, Ж. Бодрийар, Ж. Делёз, Ф. Гваттари, К. Кристева, Ж.Ф. Лиотар, Ж. Деррида, Р. Рорти, др. Фуко исследует «технологии власти» - механизмы власти и нормирующие практики, порождающие знание. Лакан исследует особенности влияния системы «реальное-воображаемое-символическое» на человеческую культуру. Лиотар написал первую философскую книгу «Состояние постмодерна» (1979), где отмечает, что продуктом рационалистического индустриального прогресса стали тоталитаризм, противостояние севера и юга, безработица и Аушвиц. Деррида - автор концепции деконструкции, увязывал разрушение идейной программы разума с трансформацией логоса, голоса, с потерей статуса мужского начала; отмечал культурную ситуацию вторичности и комментаторства текстов былых эпох, обнаруживающую остатки логических смыслов. Барт фокусирует внимание на проблеме происхождения текстов, на изучение множественности текстового смысла. Ж. Батай выдвигает программное требование упразднения «идентичностей», идентичны сущностей, осознание неидентичности, идентификация мыслится как акт террора, провозглашается свобода от идентификаций. П. лОоссовски заявляет о бессмысленности поиска моментов суверенности, вводит язык симулякров, позволяющий фиксировать бытие, как вечное становление. М. Мерло-Понти формулирует тезис о необходимости для социального познания ориентации на поиск истины в данной ситуации. Ж. Делез и М. Фуко актуализируют понята «событие», «идеальное событие», а И. Пригожий его уточняет называет феномен кооперации «событием локальным».

ФИЛОСОФИЯ И ИСКУССТВО

Вопрос о соотношении искусства и философии сложен не только потому, что он сло­жен по своему смыслу, но еще и потому, что это соотношение исторически менялось. Для эпохи Возрождения не было ничего эпатирующего в том, что Леонардо да Винчи называл живопись "истинной философией", поскольку живопись, по его словам, самостоятельно обни­мает первую истину. Аналогичная миссия признавалась за поэзией и за архитектурой. Искус­ство в эпоху Возрождения вмещало в себя весь состав фундаментальных мыслей о мире, и поэтому оно шло рука об руку с философией.

Сходство философии и искусства состоит в том, что в их произведениях широко представлен эмоционально-личностный компонент, они всегда индивидуальны. Однако, если философ выражает проблему с помощью понятий, абст­ракций, обращаясь к тонкости ума, то деятель искусства выражает проблему через художест­венные образы, пробиваясь к нашему разуму через пробужденные им чувства. И философия, и наука, и религия, и искусство создают свою картину мира, дополняя друг друга.

Связь искусства и философии многостороння: они могут быть связаны тем, что вырас­тают из одной культуры, они могут быть связаны тем, что проникают друг в друга - искус­ство философствует, а философия становится искусством, они связаны и тем, что искусство постоянно входит в круг размышлений философии.

Искусство и философия - важнейшие сферы культуры, которые, являясь формами са­мосознания культуры, занимают в логике культурных форм полярные места. Искусство вырас­тает на основе остенсивных форм культуры (форм демонстрации и непосредственного представления культурного содержания), а философия - на ветви форм-принципов (форм, выражающих глубинные основания деятельности, дающих свободу человеку в отношении деятельности). Поэтому для искусства всегда характерна опора на чувственное восприятие, а для философии опора на спекуляцию. Для искусства характерно непосредственное «слия­ние» человека (художника или зрителя) с миром, созданным произведением, а для филосо­фии характерна рефлексивная и даже критическая позиция человека (философа и его чита­теля) к миру, который предстает в философии.

Культурологическое сходство искусства и философии проявляется в ряде моментов:

а) Искусство и философия основываются на очевидности и интуиции: для искус­ства - это интуиция чувственного восприятия (априори аффективного, как назвал ее Дюф­ренн), для философии - интеллектуальная интуиция (intuitus mentis, как назвал ее Декарт), очевидность, до которой доходит эйдетическая редукция.

б) Для искусства и философии важна целостность связи мира и человека, о которой ис­кусство говорит как о красоте, а философия - как о бытии. И та, и другая целостность не могут быть определены иначе, чем через онтологические эквиваленции, плодотворные тавтоло­гии. Бытие есть, небытия нет, бытие и мысль тождественны, определил Парменид целое. А Платон в «Пире», определяя прекрасное, вводит свою эквиваленцию прекрасного по своей природе, которое прекрасно само по себе, в своем виде, всегда в самом себе единооб­разно, т.е., прекрасно то, что само прекрасно без отношения к чему-либо. И это определе­ние прекрасного, которое у Платона взято вместе с указанием пути к его пониманию, наибо­лее полно и точно во всей мировой эстетике.

в) Интересы искусства и философии, выступающих различными формами самосозна­ния культуры, сходятся, в конце концов, в одной точке - что собою представляет человек, и каково его место в мире. Для искусства эта проблема оборачивается интересом к человеку как индивидуальности, а для философии она превращается в обсуждение конечных основа­ний человеческой жизнедеятельности.

Идея индивидуальности, воодушевляющая искус­ство, определяет сущность эстетического восприятия мира. Именно постижение индивидуаль­ности как таковой составляет главную прерогативу искусства как культурного явления.

Философия и искусство сохраняют значимость и жизненность индивидуального, особен­ного, в отличии от абстрактной всеобщности науки. Понятие науки обобщает индивиду­альные случаи, формируя общее понятие. А философия и искусство пытаются выпол­нить понимание «на одном примере», что достигается благодаря символичности художе­ственного образа и эйдетичности созерцания в философии. Это «прозревание» сущно­сти вещей на одном примере роднит философию и искусство.

Наши рекомендации