Смена экономического и политического курса страны на рубеже 20-30-х гг. XX века

Задачи и источники модернизации советской экономики. Индустриализация как процесс создания крупного машинного производства в промышленности, а затем и в других отраслях народного хозяйства на определенной ступени истории являлась всеобщей закономерностью общественного

развития. К 1926 г. советская экономика почти достигла уровня 1913 г., но техническая и технологическая база СССР была устаревшей. Поэтому уровень технологической зависимости СССР от европейских государств оставался высоким. Удельный вес СССР в мировом импорте машин составлял в 1931 г. 30%, в 1932 г. - 50%. В стратегии реконструкции приоритетное

значение приобрела проблема наращивания советского оборонного потенциала, которая стимулировала ускорение индустриализации. Ставка на металлургию и машиностроение стала ее главным направлением. Индустриализация осуществлялась главным образом за счет внутренних источников (средства от аграрного сектора и доходы от других отраслей, монополии внешней торговли, внутренние денежные займы у населения (в 1925 - 1930 гг. - более 2 млрд. руб., в 1933 -

1937 гг. - более 4 млрд. руб.), налоговые поступления, сокращение непроизводительных расходов, трудовой энтузиазм народа (ударничество с 1929 г., стахановское движение с 1935 г.), спользование внеэкономического принуждения (труд заключенных и репрессированных в

системе ГУЛАГа). В конце 20-х гг. темпы индустриального роста резко снизились. Необходимо

было искать новые источники и формы индустриализации. В апреле 1929 г. из двух вариантов

пятилетнего плана (на 1928/29 г. - 1932/33 г.) - отправного и оптимального - был выбран последний, задания по которому оказались на 20% выше. С ускоренным развитием ромышленности была тесно связана программа преобразования сельского хозяйства. По плану все формы сельскохозяйственной кооперации должны были охватить до 85% крестьянских

хозяйств (18-20% предполагалось вовлечь в колхозы). Сталиным была поставлена задача на рубеже 20-30-х гг. совершить “скачок” и тем самым превысить показатели

США (отставание от которых оценивалось в 50 лет). За счет рывка предполагалось добиться преодоления многоукладности, ликвидации эксплуататорских классов и за 10-15 лет осуществить переход к развернутым формам коммунистического строительства. Через год после начала пятилетки план подвергся корректировке. Контрольные цифры на второй год пятилетки предусматривали рост производства промышленной продукции по валу на 32% вместо 22%.

Несмотря на снижение темпов роста, было объявлено об успешном завершении пятилетки за 4 ода и 3 месяца, хотя фактически к 1932 г. задания по основным отраслям выполнены не были. Второй пятилетний план (1933-1937 гг.) по полному набору показателей также был выполнен на 70-77%. Важным показателем уровня развития СССР в 1930-е гг. являлась социальная сфера. Социальную структуру советского общества составили три основных страта: рабочий класс (33,7%), класс колхозного крестьянства и кооперированных кустарей (47,2%) и социальная группа служащих и

интеллигенции (16,5%). Сохранялся небольшой слой крестьян-единоличников и некооперированных кустарей (2,6%). За годы промышленного преобразования значительно вырос рабочий класс: на его долю в 1939 г. приходилась одна треть населения.

Политика “великого перелома”. С 1928 г. началось систематическое использование чрезвычайных,

внеэкономических мер, в их числе: конфискации хлебных излишков, запрещение купли-продажи хлеба, закрытие рынков, обыски, действия заградительных отрядов. В конце 1929 г. на ноябрьском Пленуме ЦК была провозглашена задача проведения в зерновых районах “сплошной коллективизации” за год. В связи с переходом к политике “большого скачка” фактически была отброшена идея добровольной коллективизации и взят курс на сплошную насильственную коллективизацию. К 1932 г. была в основном завершена сплошная коллективизация: в колхозах состояло 62% крестьянских хозяйств, к лету 1935 г. - 83,2% крестьянских дворов, в 1937 г. - 93% и 94,1% посевных площадей. Составной частью процесса коллективизации, его социальной основой и фактором ускорения стало раскулачивание. С конца 1929 г. до середины 1930 г. было раскулачено свыше 320 тыс. крестьянских хозяйств. В результате коллективизации была создана система экспроприации продукции сельского хозяйства. Колхозы, формально негосударственные хозяйства, сдавали хлеб по ценам в 10 раз ниже реальных. В деревне появились сотни, а затем тысячи тракторов, но в целом уровень технической оснащенности колхозов оставался низким.

Кроме того, за использование техники МТС с колхозов взималась плата в натуральном исчислении. Политика сплошной коллективизации привела к катастрофическим экономическим последствиям: за 1929-1932 гг. валовое производство зерна сократилось на 10%. Разорение

деревни привело к сильнейшему голоду 1932-1933 гг. Положение в аграрном секторе несколько

стабилизировалось лишь к середине 30-х годов.

Итоги политики “большого скачка”. Темпы роста тяжелой промышленности к 1940 г. увеличились вдвое по сравнению с периодом 1900 - 1913 гг. С 1927 - 1940 гг. объем промышленного производства СССР возрос в 8 раз. В конце 30-х гг. по данному показателю Советский Союз оказался на 2 месте после США. В стране было построено около 9000 заводов и фабрик. Численность рабочего класса увеличилась при этом на 18 млн. человек. Важнейшим результатом сталинской индустриализации стало сокращение отставания советской промышленности от капиталистических государств по производству основных видов продукции. Сталинская индустриализация представляла собой советский тип некапиталистической модернизации,

которая была подчинена задачам укрепления обороны страны и поддержке статуса великой державы. Процесс форсированной индустриализации, осуществлявшийся под социалистическими лозунгами, привел к сильнейшим деформациям: культу личности, господству системы

внеэкономического принуждения, раскрестьяниванию деревни и большим человечески жертвам (по разным оценкам от 7 до 10 млн. человек).

Наши рекомендации