Работа снайперов в контртеррористических операциях

Начнем с того, что роль снайпера и последовательность его действий в контртеррористических операциях по обезвреживанию вооруженного и особо опасного бандформирования и при освобождении заложников высокое начальство представляет себе весьма приблизительно и нечетко.

Применение снайпера в мирное время диктуется жестокой необходимостью. Если на войне снайпер - длинный нож в сердце противника, то в мирной обстановке - это скальпель в руках хирурга. В мирное время при проведении полицейских операций снайперу нельзя промахнуться - промах чреват провалом операции. Более того, снайпер морально не имеет права даже случайно задеть пулей невиновного человека. Именно поэтому работа снайпера должна быть ювелирной в исполнении выстрела и высокопрофессиональной в тактическом отношении.

Увеличение оптического прицела и способность мгновенно воздействовать на противника позволяют снайперу резко поворачивать ход событий в нужную сторону. Снайпер со своей выгодной позиции (она просто не может быть невыгодной) может и должен тактически оценивать и постоянно контролировать обстановку на объекте ответственности и мгновенно срабатывать при осложнении обстановки или в решающий момент штурма. Снайпер обязан представить себе архитектуру этого объекта и "посмотреть" на него изнутри, определив внутренние пути возможных передвижений противника к окнам, дверям, проходам и появление противника в этих местах. Это позволяет снайперу прогнозировать течение событий и возможное появление целей в определенных местах.

Поэтому смысл происходящего сразу же доходит прежде всего до снайпера и уже потом до руководства операцией. И сработать мгновенно при осложнении обстановки (например, когда террорист приставил пистолет к голове заложника или нож к его горлу) может только снайпер, и более никто кроме него. Или же когда террористы, прикрываясь заложниками, идут на прорыв. Или же когда террористы просто, как тараканы, разбегаются в разные стороны. В идеале снайпер стреляет на поражение, не дожидаясь, пока начальство среагирует и отдаст приказ. На отдачу приказа, для того чтобы четко его произнести, нужно время - несколько секунд, - и за эти несколько секунд могут произойти непоправимые вещи.

Раньше при Лаврентии Берии, когда надо было получить реальный результат, все так и происходило - в идеале. Снайпер не просто пресекал "своеволие" противника, стремящегося изменить события в свою пользу. Снайпер ставил точку в операции вообще. Он делал это самостоятельно. Если у него не получилось (бывало и такое), с него снимали шкуру. Если получилось, ему за это просто ничего не было. Такие были времена.

Сейчас времена другие. Сейчас начальство сперва должно понять, что на объекте начало происходить что-то страшное, потом оценить обстановку, принять решение и отдать боевой приказ. Представьте, сколько на это нужно времени. Но перед тем, как отдать боевой приказ, начальство должно принять коллективное решение. Потому что боевой приказ снайперу на боевое применение должен быть четким и определенным - стрелять придется по живому террористу, который с точки зрения закона считается личностью и имеет право на адвоката. Поэтому четкий приказ не отдаст никто. Никто не захочет отвечать конкретно. Начинается процесс, который снайперы между собой называют "жеванием соплей". По радио дают команду: "Эй, снайпер, давай, начинай!" Но снайпер тоже не дурак, он не слышал четкого приказа и тоже не хочет отвечать. Снайпер прикидывается "валенком" и вопрошает по рации: "Чево начинать?" Начальство приходит в ярость: "Давай, работай! Какого х... тебя сюда привезли?" Снайпер опять вопрошает:

"Куда работать? Как?" Он не слышал слов "выстрелить", "открыть огонь", "поразить в руку", "поразить в ногу", "обезвредить огнем" и т.д. Это четкие слова, но их начальство не скажет. Оно ждет, пока снайпер не начнет стрелять самостоятельно и, в случае неприятного окончания событий, сядет в тюрьму, а начальство будет ни при чем. А в случае удачного окончания лавры будут принадлежать начальству, а снайперу за это ничего не будет (а может, будет благодарность или почетная грамота). Но снайперы предпочитали не искать на свою голову приключений и упорно не понимали нечетких указаний.

Между тем от бездействия служивых события принимали страшный оборот с человеческими жертвами и другими жуткими последствиями. И поэтому на заре перестройки мелькнуло было робкое указание: "В случае осложнения обстановки, которое может повлечь за собой гибель невинных людей, обезвреживание террористов вплоть до их физического уничтожения производится всеми доступными средствами и способами. Сигналом к действию будет общая команда по радио 444, передаваемая несколько раз". Это уже было кое-что. Служивые воспрянули духом. Но у снайперов стало получаться слишком хорошо: под снайперские пули при подавлении межнациональных конфликтов и в горячих точках стало попадать слишком много нужных, энергичных и близких к очень высокому начальству людей. И поэтому команда 444 как-то заглохла сама по себе.

"Жевание соплей" - стрелять или не стрелять - продолжается во всех странах СНГ. Как правило, сейчас его или провоцирует, или прекращает прокуратура. В одном известном автору случае, когда решался вопрос, что делать с ранее судимыми блокированными на объекте преступниками, о которых все было известно, все с нетерпением ожидали, кто из прокуратуры приедет на это происшествие. Прокурор оказался из своих - он раньше служил в системе военно-морской контрразведки. Узнав о том, что на объекте находятся заложники, на вопрос милицейского начальства о допустимости применения снайперов прокурор ответил: "А зачем их сюда привезли? Выдать им фотографии преступников, чтобы они знали, по кому стрелять, и пусть бьют на поражение!" После начала штурма, когда двое из преступников попытались прорваться, один был сразу застрелен, а другой тяжело ранен. Четко и ясно! Но такое бывает редко. Такое бывает, когда командует кто-то один. Другой известный автору удачный случай применения снайпера произошел в городе И., когда снайпер милицейского спецподразделения выстрелом в голову обезвредил уголовника, вооруженного двумя гранатами. Четкий приказ отдал его непосредственный командир, который взял ответственность на себя.

Еще один пример четкой команды на поражение, известный автору, произошел в шестидесятых годах в Киеве. Приказ обезвредить снайперским огнем преступника, разгуливающего с пистолетом и гранатой по Крещатику среди толпы, отдал лично министр внутренних дел Украины Иван Головченко. Под свою ответственность. Бандита очень удачно подстрелили в плечо на ходу из машины, выбрав момент, когда тот слегка оторвался от толпы.

Но случаи, когда начальство берет на себя ответственность за четкий приказ, весьма нечасты. И поэтому снайпер должен услышать четкую команду для стрельбы на поражение: "Снайперу - огонь" или какую-либо другую, утвержденную специальным приказом. Иначе он будет сидеть в тюрьме.

Так получается, что при антитеррористической операции снайпер ищет и занимает выгодную для стрельбы позицию самостоятельно, ибо такие операции происходят в непредсказуемой обстановке. Начальство за него позицию не определит - снайпер всегда будет стрелять оттуда, откуда ему видно цель. И ответственность за выбор и отыскание позиции всегда ложится на самого снайпера. Как он найдет эту позицию - никого не волнует. Будет очень хорошо, если начальство прикажет участковому инспектору, который знает все ходы и выходы, сопровождать снайперскую группу в качестве проводника и оберегать ее от любопытных. В гражданской обстановке снайпер выдвигается на позицию скрытно, в гражданской рабочей одежде, не возбуждая ненужного любопытства населения и не выставляя снайперскую винтовку напоказ. Чтобы снайпер, который в поисках позиции лазит по самым неожиданным местам, глухим и безлюдным, не получил ножом в спину или кирпичом по голове и не остался без винтовки и патронов, его обязательно должен сопровождать минимум один вооруженный сотрудник, который помогает снайперу преодолевать завалы и другие препятствия, подстраховывает его от неожиданного нападения сзади и, главное, имеет при себе рацию. При боевой работе руки снайпера заняты только винтовкой, и его внимание должно быть направлено только на цель. Связь осуществляет тот, кто страхует снайпера, и этот же человек в случае разбирательства подтверждает получение команд и приказов.

На памяти автора был случай, когда в городе Д. при проведении специальной операции высокий чин сказал: "У меня нет людей, чтобы к двум снайперам приставлять сзади еще по человеку. В приказе написано - снайперская пара. Вот пусть и страхуют друг друга". В ходе операции подельники преступников подкрались сзади к снайперам, которые лежали недалеко друг от друга, и тяжело ранили обоих. Две винтовки СВД и 50 патронов на каждую достались преступникам. Дальше события развивались не по милицейскому сценарию.

Снайперам, если их больше двух, нет смысла находиться вместе. Они должны держать под прицелом противника с разных позиций и под разными углами. В этом случае то, что не будет видно одному, будет открыто для другого. На одной позиции снайперы находятся только тогда, когда надо стрелять в противника, находящегося за стеклом. Как известно, стекло разбивает винтовочную пулю вдребезги и делает дальнейшее направление полета ее фрагментов непредсказуемым. Поэтому один из снайперов первым выстрелом разбивает стекло (окно и т.д.), а второй конкретно "достает" цель.

Операция по освобождению заложников является одним из самых тяжелых моментов в работе спецподразделений полиции и спецслужб. Поэтому и штурмовая группа, и снайперы должны до мелочей знать, кто террористы, как они выглядят, возраст, рост, пол, в чем одеты, их словесный портрет, особые приметы, а лучше всего иметь перед собой фотографии преступников. Все это снайперы должны четко представлять, чтобы иметь возможность стрелять выборочно, в того, в кого надо, и не зацепить заложников. Эту информацию, а также изменения по моменту событий снайперы постоянно получают от руководства. Информация эта должна быть точной, и ответственность за ее получение и достоверность лежит на высоком начальстве. Иначе снайперы рискуют подстрелить невинного человека, и это будет не на их совести.

В контртеррористических операциях снайпер также обязан действовать скрытно и не расшифровываться. Для этого он должен не забывать про перископ, специальный камуфляж и пользоваться ими. Как только позиция занята, страхующий снайпера сотрудник докладывает: "Я тридцатый, позицию занял". При обнаружении цели докладывает: "Я тридцатый, цель захватил". Буква "Р" в позывном должна присутствовать обязательно - она хорошо проходит по эфиру даже при сильных атмосферных помехах.

В полицейской практике иногда, по возможности, во избежание стрельбы в городе, вооруженного и особо опасного преступника обкладывают со всех сторон и выгоняют на пустырь или в другое безопасное место, где, руководствуясь вышеописанными методиками, его обезвреживает снайпер. Так поступают с террористами, особенно если есть данные, что они вооружены гранатами.

Для того чтобы не тратить время на поиски позиции, снайперской антитеррористической группе следует заранее определить позиции и сектора обстрелов при снайперском блокировании мест, в потенциале возможных для проведения терактов - вокзалов, банков, аэропортов, правительственных и общественных учреждений, транспортных развязок, мест проведения массовых мероприятий. На этих объектах скрытно, не привлекая внимания, следует провести штатные тренировки с прогнозированием вариантов возможного развития событий.

СНАЙПЕРЫ ПРОТИВ БОЯ В ТОЛПЕ
(ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)

В мировой практике полиции и спецслужб случается и еще один неприятный момент, вернее, гадкий политический прием всякого рода оппозиции. Бой в толпе. Заключается он в том, что при проведении массовых мероприятий - митингов, демонстраций и т.д., - когда страсти накаляются, провоцируется драка. Для ее пресечения, разумеется, подскакивает ближайший полицейский наряд. Его прибытия уже ожидают, и на полицейских набрасываются превосходящими силами. На выручку избиваемых коллег выдвигается более многочисленный отряд полицейских, который вынужден пробиваться через специально создаваемую плотную толпу, причем агенты оппозиции специально создают конфликтные ситуации, доводя полицейских до озверения. В ход начинают идти дубинки. Обстановка накаляется. Начинается повальная драка. Озверевшие полицейские бьют дубинками и правого, и виноватого. В ряды полицейских забрасывается петарда. Создается грохот. Под этот грохот снайпер оппозиции с чердака или другого удобного для стрельбы места подстреливает любого непричастного к событиям зеваку, оказавшегося вблизи побоища. Толпа звереет. Снайпер не обязательно выстрелит в обывателя. Снайпер может застрелить оратора на митинге, которого "подставит" оппозиция. Снайпер может подстрелить какое-либо высокопоставленное или влиятельное лицо, присутствующее на массовом мероприятии (которое тоже подставит оппозиция).

Кто-то бросает гранату. Начинаются хаос и давка. Во всех жертвах оппозиция обвиняет власти. Кровавый конфликт - лучшее средство, чтобы сдвинуть с места политическую инертность населения. Главное, чтобы этот лед тронулся (всем знакомая фраза), а далее политические события будут разгоняться безумной энергией масс, которые всегда и при любом политическом режиме будут чем-то недовольны. Потом, разумеется, все вернется, как и было, но уже при новых политиках. Дуракам этого никогда не понять.

Такие события время от времени происходят в различных точках земного шара. Мерзость эта докатилась и до нас.

Полицейским всех стран трижды наплевать на амбиции политиков. Но полицейских заставляют отвечать за наличие невинных жертв. Правительство, не желая скандала, трусливо сваливает все происшедшее на полицию, объясняя случившееся некомпетентностью и безграмотными действиями стражей правопорядка. Для правительства это настолько удобно, что стало дежурной реакцией практически во всех странах и при всех политических режимах.

И поэтому в странах с развитой демократией (а демократия очень нуждается в полицейской дубинке) полиция научилась пресекать политические провокации в зародыше. И делает это очень быстро, непреклонно и жестко.

Полицейские мероприятия против боев в толпе - это сплошной нестандарт, своеобразная игра в шахматы, в которой полиция должна сыграть лучше противника.

Один из вариантов развития таких событий, происшедший на памяти автора не так давно в европейском городе Б., не отличался оригинальностью и был довольно рядовым. События развивались по накатанному сценарию. За день до манифестации полицейский чин давал следующий инструктаж подчиненным прямо на месте предполагаемых событий: "Драку завяжут вот здесь, возле трибуны, где будут толпиться выступающие. Поставьте здесь людей покрепче. От этого места вон к тому подъезду жилого дома в толпу незаметно внедрите побольше наших людей в штатском. Пусть они расположатся "полоской" и при необходимости создадут своеобразный "коридор" для силовой эвакуации зачинщиков драки. С обратной стороны подъезда, во дворе, у черного хода, поставьте полицейский фургон. Усиленный наряд с пожарными машинами может выдвинуться только с той улицы. Поэтому стрелять по ним, а также по трибуне выгоднее с чердачных окон вот этого дома, который находится в створе с этими возможными целями, в створе между другими домами и довольно далеко за линией оцепления. (Достает бинокль и дает посмотреть подчиненным.) Основная масса людей всегда стоит вот здесь (показывает место), и поэтому гранату будут бросать именно сюда. И скорее всего, ее будут бросать из-за этого столба - тут ее можно незаметно достать и бросить правой рукой, особенно не привлекая внимания (показывает столб, находящийся "за спинами толпы"). Стрелять из пистолета по толпе будут, скорее всего, отсюда, из этого проулка - отсюда удобно стрелять с разворотом влево, и укрытие слева от стрелка. Драку возле трибуны затеют верзилы, а с гранатой и другим оружием будут маленькие, невзрачные и гнусного вида. Это могут быть и женщины. Снайперскую винтовку должны принести на позицию уже сегодня вечером и там замаскировать. Стрелять будут из глубины чердака, вспышки видно не будет и грохот выстрела приглушится. Возле позиции снайпера бунтовщики выставят оперативное прикрытие. Сейчас их трогать не будем, а возьмем тогда, когда снайпер выйдет на рубеж.

Выход на две большие улицы оставляем свободным - в случае смятения толпе нужно куда-то рассеяться.

Поскольку снайпера обезвредим, а бунтовщикам поставленную задачу надо будет выполнять, они станут судорожно искать позицию на ходу и, скорее всего, стрелять будут с крыш этих домов (показывает каких). Поставьте людей во все места, откуда только можно будет стрелять, пусть сидят на этих позициях скрытно и не высовываются. Задача нашим снайперам - любой индивид, появившийся с оружием на крыше, в чердачном окне, стенном проеме, представляет собой цель и должен быть уничтожен самостоятельным огнем без приказа. Наши снайперы определяют и занимают позиции самостоятельно".

На следующий день возле дома, указанного шефом, слоняются молодые и крепкие парни. Это и есть оперативное прикрытие снайпера оппозиции. На площади собирается народ. Неистовствуют ораторы. Толпа накаляется. Возле трибуны происходит что-то непонятное. Люди в штатском бегом тянут через толпу молодчиков, закованных в наручники и с кляпами во рту. Другие люди в штатском создают перед ними "вакуум", ловко и вежливо оттесняя в сторону ничего не понимающих манифестантов. Парней с заткнутыми ртами втаскивают в подъезд жилого дома, который сразу же закрывается. Никто ничего не может понять. С обратной стороны подъезда, у черного хода, молодых людей сажают в полицейский фургон, который тут же отъезжает.

Молодой мужчина молча проходит мимо парней, прикрывавших снайперскую позицию. Поднимается наверх. Достает из тайника завернутую в брезент винтовку "Застава" с оптическим прицелом. Занимает позицию возле чердачного окна. В это время внизу люди в штатском уже кладут лицом на асфальт парней из прикрывающей снайпера группы. Вверху, на чердаке, снайпер слышит сзади себя непонятный легкий шум. Он оборачивается и возле своего лица видит оскаленную собачью пасть. Из темного угла команда собаке: "Стеречь!" Команда снайперу: "Лицом на пол! Не двигаться!"

На площади, возле столба, обозначенного шефом, люди в штатском надевают наручники на невзрачного вида мужичонку. Гранат у него не было, но под плащом обнаруживают две бутылки с бензином.

В проулке, о котором упоминал начальник, волокут в машину потасканного вида девицу с коричневыми разводами под глазами. Она явно под наркотиком. Под курткой у нее находят итальянскую "Беретту" с полным магазином.

Полицейские снайперы замечают на крыше одного из домов человека с длинным предметом, завернутым во что-то светлое. Ему дают подняться на конек крыши и расчехлиться. В оптические прицелы видно, что это опять-таки винтовка "Застава". Человек, пригибаясь, ищет место для стрельбы. Три полицейских выстрела с разных сторон. Человек падает. Лежит неподвижно. Это единственный труп в сегодняшней манифестации" Но он далеко от толпы, и его не видно.

На площади ничего нового не происходит. Ораторы говорят об одном и том же. Толпе становится скучно. Внимание переключается на пивные бочки и лоточников, торгующих съестным. Лоточников становится все больше. Толпа начинает есть и понемногу рассасывается по разным направлениям. Политическая демонстрация коварными усилиями полицейских превратилась в обычное народное гуляние. Оставшаяся на площади небольшая инициативная кучка бунтовщиков опасности уже не представляет.

СЕКЬЮРИТИ ПРОТИВ СНАЙПЕРА
(ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СОБЫТИЯ)

В том же городе Б. черный лимузин останавливается возле офиса. В сопровождении охраны босс выходит из машины и заходит в подъезд. Эту сцену наблюдают штатский и мужчина средних лет в пятнистой форме.

ВОЕННЫЙ: Босса может снять снайпер. Вот смотри, машина каждый раз останавливается в одном и том же месте. Боссу открывают дверцу, и он, выходя из машины, вынужден пройти по прямой метр-полтора, ограниченный полуоткрытой дверцей и самой машиной. После чего босс идет по прямой метров десять к дверям офиса. Для снайпера это очень удобно.

ШТАТСКИЙ: Ну и что? Теперь будем ставить машину в разных местах;

ВОЕННЫЙ. Особенность этого момента в том, что, как бы ни ставили машину, сопряжение направления выхода из нее всегда будет в створе с направлением захода в двери, практически десять метров шеф все время будет двигаться по прямой с незначительными отклонениями в стороны, независимо от того, пойдет он из машины прямо в дверь или будет огибать машину после выхода из нее

Подгоняют машину, экспериментируют, получается так, как сказал военный.

ШТАТСКИЙ: Шефа закрывает охрана со всех сторон, и он в бронежилете;

ВОЕННЫЙ: От снайпера не спасет ни охрана, ни бронежилет. С боков его закрывают, а сверху он открыт полностью. Вот смотри, как нарочно, и дом высотный на линии этих десяти метров. И в нем я вижу несколько точек для стрельбы. А вот и оперативное прикрытие для снайпера. (Возле подъезда высотного дома сидят на скамейке двое парней и курят.) И транспорт их стоит - легковая машина, в меру помятая, чтобы внимания не привлекать, и номер грязью забрызган. Винтовка наверняка уже на позиции^ и они это все охраняют.

ШТАТСКИЙ: И верно, этих ребят я здесь раньше не видел, и машины этой тоже. Что предлагаешь?

ВОЕННЫЙ: Они наверняка пронаблюдали за шефом и знают, что он выйдет утром, как всегда в 9.30. Начнем перед рассветом.

Утро. На часах 9.00. К подъезду высотного дома подходит собранный мужчина в дымчатых очках. Проходит мимо зевающих молодых людей, поднимается в лифте. Подходит к вентиляционной отдушине, из тайника извлекает винтовку, ложится, прикидывает изготовку. Сзади ему на шею наступает тяжелый армейский ботинок. Другой ботинок наступает на винтовку. Заламывают руки, надевают наручники. Возле подъезда парней из оперативного прикрытия валят встречными приемами, сажают в полицейскую машину. Все обошлось без стрельбы. Лучшая операция - все-таки бескровная.

Это редкий случай, когда все обошлось благополучно и без стрельбы. От снайпера-виртуоза, как правило, спасенья нет. В пятидесятых годах в Европе произошел нашумевший случай, когда неизвестный снайпер застрелил известного бизнесмена на ходу, в бронированной машине с бронированными стеклами. Боссу стало жарко, и он открыл косую боковую форточку - такие были на старых машинах. Небольшой щели оказалось достаточно, чтобы снайпер "подловил" момент на повороте дороги и достал "клиента" на ходу в голову. Судя по результату выстрела и условиям, в которых он был сделан, это был действительно настоящий снайпер. Снайпер, застреливший американского президента Джона Кеннеди на дистанции не более 200 метров и стрелявший по машине, едущей со скоростью бегущего человека, не был стрелком высокого класса.

Поэтому охране следует поменьше зевать и почаще профилактировать места, откуда босса могут достать горячей пулей. Поиск и выявление этих позиций проводятся аналогично контрснайперским мероприятиям, проводимым в уличных боях (см. ранее). Снайпер коварен, он не обязательно может стрелять с чердака или окна напротив (которые секьюрити и так обязаны контролировать постоянно). Снайпер может стрелять из подвальных щелей и даже из мусорной кучи. Поверьте, у него хватит терпения сидеть в ней столько, сколько надо. Наивно полагать, что босса может защитить бронированный корпус машины. Уже неоднократно стрелки, засевшие в подвальных окнах на другой стороне улицы или площади, стреляли по ногам шефа через пространство под днищем его лимузина, дождавшись момента, когда он при выходе встанет на ноги. А потом стреляли по самому шефу, когда он падал, - тоже через пространство под днищем. И чем длиннее лимузин, тем лучше у снайперов это получается. Поэтому перед выходом охраняемого лица из машины вывешивается коврик - от днища и до асфальта.

Бывают и другие варианты. Не так давно в газетах описывали такой случай: когда босс вышел из машины, окруженный плотным кольцом телохранителей, откуда-то бросили гранату Ф-1 с диким воплем "ложись!". Секьюрити повалили шефа на землю. И согласно инструкции, легли с боков от него. Все ждали, когда граната сработает. Но она была без запала и так и не взорвалась, а все присутствующие ждали взрыва и на всякий случай не поднимались и сверху представляли собой превосходные открытые цели, лежащие на асфальте. Неизвестный стрелок (из-за близости дистанции стрельбы он не "тянул" на звание снайпера) сверху расстрелял босса, как в тире.

Как показывает мировая статистика, в обороне секьюрити от снайпера оголенных мест более чем достаточно. Телохранители - большей частью рукопашники и стреляют неважно. Профилактировать работу снайпера-террориста по охраняемому лицу можно только встречными усилиями грамотного снайпера, искушенного в снайперских и контрснайперских хитростях. Стрелять при этом по террористу не обязательно. Стрелка-террориста можно все время "оставлять с носом" и нейтрализовать тактическим направлением событий. В поисках новых методов, способов и позиций для стрельбы снайпер-террорист обязательно проявится. При смене обстоятельств всегда будет замечен один и тот же человек и одни и те же совпадения в изменении обстановки. За развитием событий надо внимательно наблюдать тренированным взглядом. И в таком случае обезвредить снайпера можно путем силового захвата. Лучшая операция - все-таки бескровная.

Охрана босса должна внимательно осматривать прилегающую зону ответственности и обращать внимание на свободно колышущиеся на ветру ленточки, тряпочки, женские капроновые чулки и прочее, что может служить флюгером для снайпера. Если что-то подобное болтается на дереве или ветвях кустарника, должен возникать естественный вопрос: зачем оно здесь висит, если оно должно по логике вещей лежать? Следует обращать внимание на появление свежих выщербин на стенах домов по маршруту следования босса - это может быть след от пристрелки снайпера по ориентирам. Следует обращать внимание на громко работающие механизмы в зоне ответственности и на время их включения и выключения - они могут заглушить снайперский выстрел лучше любого глушителя. В городе В. босс, выйдя из машины, в кольце охраны поднимался по лестнице к двери офиса. Поднимался! Часть охранников оказалась выше его, а часть ниже. Он оказался открытым на три секунды, и этого было достаточно, чтобы до сих пор неизвестный стрелок из малокалиберной винтовки аккуратно положил ему пулю в затылок. Рядом, в 150 метрах, работал экскаватор, и выстрела никто не слышал. Позднее оперативно-криминалистическая группа, прибывшая на место происшествия, обнаружила в 15 метрах от места подогрела висящую на дереве грязную строительную рукавицу, пробитую двумя пулями, одну из которых извлекли из ствола этого дерева при его распиливании. Как показали свидетели, эта рукавица висела на дереве несколько дней и на нее никто не обращал внимания. Даже сыщики поначалу чесали в затылках - на кой черт это было нужно? Для знающего человека совершенно очевидно, что неизвестный стрелок (не особенно высокого класса) таким образом пристреливался по ориентирам конкретного места.

Для профилактики снайперской стрельбы по боссу его охране полезно выявлять и Профилактировать места, в принципе пригодные для оборудования снайперских позиций в конкретной зоне ответственности. Как Профилактировать? В зависимости от обстоятельств накрепко закрываются, замыкаются или заделываются строительным образом подходы на такие выявленные потенциальные позиции. На самих позициях устанавливается аппаратура (лучше емкостная), сигнализирующая о наличии на этой точке постороннего человека. Сами эти потенциальные позиции периодически проверяются и выявляются признаки их посещения. Все щели, подвальные и чердачные окна и прочее в ответственные моменты просвечиваются лазерными целеуказателями под контролем оптических приборов с увеличением 20-кратным и более. Скрытно берутся на учет и контроль все лица, постоянно проживающие или работающие в зоне ответственности, прорабатываются и выявляются их связи и контакты. Обращается особое внимание на поведение и перемещения неизвестных лиц, оказавшихся в зоне ответственности. Добывается информация о "примелькавшихся" людях, не проживающих и не работающих в зоне ответственности. Время от времени изменяется привычный распорядок рабочих событий на охраняемой фирме. При снайперском проявлении мгновенно блокируются пути отхода с известных и ранее разведанных снайперских позиций.

Боссу и его охране нужно быть более осторожными и менее обидчивыми. При попадании чем-нибудь в окно не спешите высовываться и смотреть, что это и кто это кинул. Один очень крутой и обидчивый бизнесмен, твердо уяснивший, что никому ничего нельзя прощать, на такой стук подошел к окну с заряженным "помповиком" и тут же получил пулю в голову.

НЕПОСРЕДСТВЕННАЯ ПОДГОТОВКА СНАЙПЕРОВ В ПОДРАЗДЕЛЕНИЯХ

Снайперов в действующих частях всегда не хватало, и не везде они были положены по штату. Это происходит потому, что в мирное время, когда составляются штаты, снайперы не нужны. Под штатное расписание выделяются оружие, боеприпасы и время на снайперские занятия (автор не оговорился - именно на занятия, а никак не на тренировки). Автор помнит, как на снайперские стрельбы согласно приказам полагалось 9 (девять) патронов на одну стрельбу. Подробных инструкций, а также тренированного инструкторского состава снайперов в мирное время тоже предусмотрено не было.

Надобность в снайперах резко и внезапно возрастает при ведении боевых кампаний, когда снайперы требуются в больших количествах. Особенно остро это ощущается в горах и городах, где боевые действия сплошь и рядом носят нестандартный характер. Но даже в военное время переделать штатную расстановку не позволяет военно-бюрократический склероз, извечное бедствие Российской Армии.

В современных горячих точках противник опережает федеральные войска тем, что ему, противнику, штатное расписание не нужно. Противник просто раздает снайперские винтовки тем, кто более-менее стреляет получше, и организует обучение снайперов прямо в ходе боевых действий.

Это наш русский метод, которым мы пользовались при обороне Сталинграда и о котором мы же и забыли. В Сталинградской кампании снайпер-профессионал брал в ученики и ассистенты способных стрелков и обучал их без отрыва от боевой работы. Мастера готовили мастеров - тем и спаслись в 1942- 1943 гг. Это уже потом организовали трехмесячные, а затем и восьмимесячные курсы снайперов (это в то страшное военное время!).

Сейчас нет даже такого. Поэтому в современной боевой обстановке снайперов приходится готовить прямо на передовой, отбирая для этого наиболее способных стрелков. Четкой, расписанной и утвержденной начальством программы при этом быть не может. В ход идет бессистемно любая информация, поступающая из любых справочных источников. Жестокая боевая необходимость воплощает полученные знания в практическое применение. При этом из-за отсутствия инструкций упускается и не используется масса полезных практических моментов. Поэтому даже на войне при подготовке снайперов нужно соблюдать определенную последовательность.

Поскольку по штату снайперских винтовок предусмотрено столько, сколько предусмотрено снайперов, а возросшее количество снайперов нужно чем-то вооружать, то в ход идут самые разнообразные винтовки, отечественные и трофейные, абсолютно новые и очень изношенные.

Введение в снайперский промысел начинают с изучения устройства оружия различных систем, принципа его работы, взаимодействия частей и механизмов при выстреле, теории ствола и боеприпасов. Новичку показывают приемы ухода за оружием и его сбережения в практических полевых условиях. В кратчайшее время новичка заставляют освоить правильность работы с оптическим прицелом. И только после этого начинают холостые тренировки из снайперского оружия лежа с наработкой практической устойчивости. Новичка заставляют перебегать и ползать с винтовкой, тренируют его в работе из винтовки с колена и стоя. Используют для этого любую возможность. После того как наработана устойчивость, производят проверку наработанного практической стрельбой. Новичка обязательно обучают стрелять с применением ремня, после чего изучают принципы снайперской баллистики, снайперские баллистические таблицы, введение поправок. Одновременно проходят тренировки на определение дальности до целей. После чего производится первый выстрел через фронт - пристрелка по ориентирам в глубине обороны противника. С этого момента новичка прикрепляют к бывалому снайперу-наставнику, и он начинает боевую работу с ним в паре. С первых же минут наставник обучает напарника основам маскировки, снайперской тактики и снайперским хитростям. Наставник производит стрелковые тренировки со стажером, тщательно разбирая и выясняя причины каждого неудачного выстрела и устраняя их. За все действия стажера, качество его боевой работы и за его безопасность наставник отвечает головой. Одновременно оба отвечают перед командованием за результативность действий на переднем крае. Боевая учеба, подкрепляемая жестокой боевой необходимостью, резко повышает учебную восприимчивость и результативность боевой деятельности. Обучение в такой снайперской паре продолжается до тех пор, пока напарник-стажер, даже открывший личный счет, не обретет полную уверенность в самостоятельной работе. Только тогда его переводят в разряд наставников и в свою очередь назначают к нему стажера.

Как показывает практика, желающих научиться снайперскому промыслу более чем достаточно. Знающий командир всегда будет приветствовать такое стремление, отводя для этого часть служебного времени и личное время бойцов, создавая им условия, разумеется, не в ущерб службе. Очень быстро повышается общий уровень огневой подготовки, и к тому же у бойцов возникает индивидуальное тактическое мышление. Разведчик и снайпер - воинские профессии, идущие рядом. Штатный снайпер может и не быть разведчиком, по разведчик обязан быть снайпером. Снайперская подготовка - это уже боевая технология спецназа, освоение которой резко повышает боевую живучесть любого подразделения. Влияние работы опытного снайпера на разрешение боевой задачи, стоящей перед подразделением, очень велико. Реальный результат снайперской стрельбы переоценить трудно - очень часто работа снайпера поворачивает ход боевых событий самым неожиданным образом.

Во время Великой Отечественной войны, несмотря на подготовку снайперов в тылу, в войсках на передовой развернулось снайперское движение, всячески поощряемое начальством. Молодые солдаты обучались снайперскому делу на передовой, в короткий срок доводя полученные навыки до абсолютного совершенства, и сами становились наставниками. Снайперское движение в Красной Армии было массовым и оправдало себя.

В мирное время подготовка снайперов обычно не ограничивается стрелковыми тренировками на стрельбище. Командир группы снайперов обязательно тренирует подчиненных на скрытное и незаметное преодоление дистанций 200-300 метров по-пластунски, вжимаясь в складки местности. Обязательно проводятся тренировки выбора, оборудования и маскировки позиций в ночное время. Днем производится наглядный показ погрешностей, ошибок и недостатков такой маскировки.

Обязательно проводятся тренировки обнаружения позиций, оборудованных другой группой снайперов, с определением дистанций до них. Разыгрываются учебные контрсн<

Наши рекомендации