Слишком поздно. Ручное включение. Автоматику блокировали наши сигнал-пароли.

Люди, в отличие от автоматов, в большинстве случаев не могут действовать немедленно. Сначала они должны разобраться в обстановке, запросить инструкции…

Они уже садились. Кленов заложил крутой вираж вокруг корабля, стараясь с одного захода поймать всю окружающую местность на экраны своих локаторов. Нужно было оценить все, что им угрожало, и уточнить оставшееся время.

Если люк закрыт, мы ничего не сможем сделать.

– Он наверняка закрыт. – Кленов приземлился впритирку у самой посадочной треноги корабля и сразу же включил рацию. Одновременно с радиопередачей над космодромом поплыл голос, усиленный мегафоном:

Говорит полицейский патруль два дробь один. Немедленно откройте аварийный люк корабля. Злоумышленники, организовавшие побег с Мортона, проникли внутрь корабля, немедленно откройте люк!

От будок охраны через поле к ним мчался кар.

Все-таки придется воспользоваться эхо пушками… С такого расстояния они не поймут, откуда стреляют.

Дай заградительный залп, только не попади в машину! – Невидимый заряд ультразвука в нескольких метрах впереди машины выбил густое облако пыли.

Машину подбросило на ухабе, и, круто развернувшись, кар остановился.

Немедленно откройте люк, не приближайтесь к кораблю, вы рискуете жизнью… – повторил Кленов в мегафон.

Кжан не верил своим глазам, стальной зев люка в двадцати метрах над их головами распахнулся, и кабина лифта медленно поехала вниз.

Почему они подчинились?

– Потому что нас пропустили охранные автоматы. Потому что всегда проще возложить ответственность на кого-то другого и не принимать собственных решений. Теперь быстрее вперед. Попасть внутрь корабля – это еще не все. Главнее – суметь отключить диспетчерскую автоматику запуска. Они уверены, что сделать это невозможно, но у меня для них есть сюрприз…

Они уже вскочили в кабину и медленно, неторопливо тронулись по направляющим вверх. В прозрачной, незащищенной кабине лифта оба чувствовали себя совершенно беззащитными, но охрана так и не открыла огонь.

Только когда за ними захлопнулось стальное полукружие люка, они наконец перевели дыхание. Корабль изнутри оказался совсем крохотным. Сразу же за шлюзовым коридором находилась штурманская управляющая рубка с двумя сиденьями для пилотов. Не было даже кают для членов экипажа… Кораблю исполнилось никак не меньше сорока лет, и Кленов сомневался, сумеет ли он разобраться в его управлении устаревшего типа. Пока он лихорадочно возился с автоматикой старта, Кжан с философским спокойствием разглядывал навигационные приборы так, словно видел их впервые.

Почему они так и не стали стрелять?

Им глубоко наплевать на дела Совета, на этот корабль, – пробормотал Кленов, залезая щупом экспресс-тестера в логический блок команд центрального управляющего компьютера.

Ты готов? – спросил он, не поднимая головы от развернутых в обе стороны стоек, раскрывавших внутренности компьютера.

К чему?

К вводу маршрутных карт, черт побери!

Ну, с этим успеется. Пока ты наберешь скорость, я успею освоиться с навигационной техникой.

Так осваивайся побыстрее и не забывай, что здесь есть второй корабль. В конце концов, они могут опомниться… Теперь можно попробовать, – пробормотал Кленов.

Ручной пуск. Компьютер отключен почти полностью, работает только исполнительный блок. Позже, когда мы выйдем из зоны радиоконтакта, я включу его вновь. Начинаем. Стартовые – ноль.

Он подал команду, и над полем космодрома прокатились раскаты глухого грома, из дюзовых жерл вырвалось пламя. Вначале оно было красноватым и почти незаметным в свете дня, но вскоре стало наливаться голубизной, удлиняться. В землю ударили два голубых кинжала, приподнявших на своих клинках вибрирующую громаду корабля.

Наши рекомендации