Окончательное углубление Погостского котла 13 апреля 1942 года

С 9 марта советская 54-я армия со своими двенадцатью дивизиями и 200 танками Т-34 медленно смогла расширить свой прорыв на 15 км, продвинуться на 20 км в глубину на юг в направлении на Любань. Однако прорыв до сих пор остался без успеха, поскольку захваченное противником пространство (болота и леса без дорог с твердым покрытием), не имело для хода дальнейшей борьбы особого значения. Положение стало опасным только тогда, когда ему удалось продвинуться в западном направлении в районе Кондуя, захватить острова в Ковригинском болоте и окружить опопрный пункт Виняголово. С помощью массированной атаки, поддержанной танками, проведенной 7 апреля из района Кондуя, противнику удалось продвинуться вперед до леса западнее Виняголово и на северо-запад до дороги на Костово. В последующие дни бои шли с переменным успехом. Здесь сражались части 96 ПД, которой 10 апреля был придан батальон 85-го горно-егерского полка 5-й горной дивизии. Южнее ее, в районе излучины Тигоды северо-восточнее Любани до предмостной позиции у Молоди, участок занимала 225 ПД генерала Бассе, которая была усилена полком, составленным из частей различных дивизий и которая находилась на южном краю возникшего Погостского котла, где противник ближе всего подошел к Любани и занимала здесь отсечную позицию. Группа Бассе входила в состав I АК, а примыкающие к ней с севера 269 и 96 ПД принадлежали уже ХХУШ АК.

16.4 П-й дивизион артполка полицейской дивизии был снят с восточного края котла у Залесье-Малая Бронница и отправлен маршем через Вороний Остров-Трубников Бор в Любань. Тогда все говорили только о погрузке и поездке «домой в Райх» на отдых. Разумеется, с отпуском…

Но разочарование было велико, когда в Любани вместо погрузки его завернули обратно. Обратно он шел до Померанья, потом на северо-восток в направлении на Молоди, расположенном на южном краю Погостского котла. Из огня, да в полымя! Дорог, как таковых, не было, только грязь по колено, а под ней часто и лед. Как истощенные лошади пройдут по таким дорогам – было очень не ясно. Снова и снова ездовые и артиллеристы впрягались в постромки. Когда дивизион прибыл, наконец, на место, орудия пришлось устанавливать на деревянные помосты, палатки – на жерди. Вместо блиндажей пришлось строить свайные избушки».

Дивизиону было поручено взаимодействовать на новом месте с усиленным полком Круга, который здесь с середины марта входил в состав группы генерала Бассе (штаб 225 ПД). После того как штаб этого полка 22.4 был выведен, на его место заступил штаб 287-го полка 96 ПД под командованием оберст-лейтенанта доктора Мюльбе. Из последнего приказа штаба 287-го полка за № 30 можно узнать, что полк Круга действовал «начиная с перехвата удара неприятеля через Тигоду» и «батальоны смогли отбить район западнее Тигоды, в том числе частично в тяжелых ночных боях». Командир выражал благодарность танкистам и артиллерии, которые «были в постоянной готовности поддержать батальоны в атаке и обороне». В последние дни это особенно относилось к дивизиону Бока.

В указанном последнем приказе в хвалебном тоне упоминался также П-й батальон 270-го полка (93 ПД) под командованием ротмистра Херманна, который особенно отличился захватив Дидвино. Вместе с «батальоном Херманна» в приказе отмечен также Эрхард Майер, тогдашний командир 5-й батареи. Командиром 6-й батареи был гауптманн Шюнеманн, который после окончания боев на Волхове принял командование 12-й батареей, которая дольше всех оставалась на участке у Пулкова (в составе боевой группы Екельна). Офицером связи П-го дивизиона и командиром штабной батареи был обер-лейтенант Айгнер, адъютантом – обер-лейтенант де ла Шо.

22.4, в день, когда командиром полка стал оберст-лейтенант доктор Мюльбе, доктор Пихлер сообщил, что везде паводок, а по Тигоде идет лед. «Из маленького ручейка глубиной полметра он превратился в ревущий поток глубиной 4 метра. Мост в нашем тылу захлестывала вода, но он еще держался. На всякий случай саперы построили в нижнем течении реки два парома. Если ливни продержаться дольше, то мы здесь все потонем. Дороги стали настолько непроезжими, что даже невозможно применять танки, нельзя провезти и противотанковые орудия. Вся техника застряла посреди дорог. Раненых приходится отправлять в тыл, переправляя их через Тигоду на надувных лодках.

27.4. Операции ударных и дозорных групп в последние дни были безрезультатны, они давали нам только убитых и раненых. Мост через Тигоду все еще стоит. Теперь его усилили, чтобы он смог выдержать танки, как только земля позволит им проходить. К этому времени все сообщение осуществляется с помощью паромов…».

Когда доктор Пихлер 30.4 был сменен, чтобы отправиться опять в свой саперный батальон, он пошел через Чудово. Здесь у него сложилось впечатление, что город «представляет собой кучу мусора и пожарищ, везде снарядные и бомбовые воронки. Все дивизии участка фронта совершенно перемешались, так как части бросались в бой на затыкание брешей и дыр и образовывали боевые группы».

В качестве такого примера может служить усиленный полк доктора Мюльбе, которому был придан и П-й дивизион артполка полицейской дивизии СС. Кроме штаба 287-го ПП и части штабной роты 287-го ПП, полк состоял из:

I./506 (291 ПД)

II./506 (291 ПД)

II./270 (93 ПД)

III./85-го горно-егерского полка (5-я горная дивизия).

Артиллерийская группа Бока (полицейская дивизия СС)

193-й батальон истребителей танков (93 ПД).

Подчиненный вначале 225 ПД усиленный полк сменил подчинение 1 мая. В соответствии с приказом он был передан в 93 ПД (Тильманна), в которой 8 мая усиленный 270-й полк был подчинен штабу этой дивизии. Старый командир полка прощался с подчиненными ему частями в следующем приказе по полку:

Копия.

Усиленный полк доктора Мюльбе.

Отдел Iа. Полковой КП, 8 мая 1942 г.

Приказ по полку № 43.

Сегодня я сдаю командование усиленным полком, чтобы вместе с полковым штабом вернуться в свою дивизию.

В течение 16 суток, во время которых я имел честь командовать полком, я познакомился и смог оценить офицеров, унтер-офицеров и солдат, совместная служба с которыми доставила мне большую радость.

Я особенно горд тем, что в течение нескольких дней вследствие активизации активности и удальства подчиненных мне частей удалось значительно ослабить силы русских на вверенном мне участке и ликвидировать их прорыв. Кроме многих разбитых боевых позиций захвачено в качестве трофеев значительное число оружия, различных боеприпасов и другого снаряжения, уничтожено 200 русских, 144 взято в плен и перебежало к нам.

В этом большом успехе приняли то или иное участие все подчиненные мне части. Но особенно я хотел бы выделить действия II./270 батальона и III./85-го горно-егерского полка.

Особую благодарность заслуживает артиллерийская группа Бока, 95-й батальон горных саперов и 193-й батальон истребителей танков, которые очень хорошо со всеми своими возможностями поддерживали действующие батальоны.

Все подчиненные мне части полностью выполнили свой долг во славу нашего Фатерланда!

Желаю всем командирам, офицерам, унтер-офицерам и солдатам дальнейшего успеха – большой солдатской удачи и счастливого возвращения после победоносного мира!

Подписал доктор Мюльбе,

оберст-лейтенант и командир полка.

F.d.R.d.A.

Дуречек

вахтмистр.

Копия верна: подпис. Майер, гауптманн, командир батареи.

Наши рекомендации