VII. Раскольничья деятельность Филарета Денисенко

Однако, к сожалению, автокефалистская авантюра бывшего Первоиерарха Украинской Православной Церкви далеко не была исчерпана осуждением на Архиерейском Соборе в Москве пагубного для церковного мира курса митрополита Филарета . 7 апреля, в праздник Благовещения, вскоре после своего прибытия с Московского Собора в Киев, Филарет (Денисенко) за богослужением во Владимирском кафедральном соборе объявил о своем отказе сложить с себя обязанности Предстоятеля Украинской Церкви.

14 апреля 1992 года, митрополит Филарет на пресс-конференции в Укринформагенстве заявил, что Архиерейский Собор в Москве прошел с нарушением Устава об управлении Русской Православной Церкви и с нарушением регламента. Митрополит заявил, что «удар в борьбе против дарования Украинской Православной Церкви независимости был направлен на него», ибо он «главная пружина, которая толкает Церковь к полной канонической независимости». Филарет сказал, что его присяга была вынужденной, а потому неискренной. Сам он, по его словам, был оклеветан и посему отказывается уйти в отставку, намереваясь оставаться на посту предстоятеля УПЦ до конца жизни. Лицедейством выглядели слова Киевского митрополита о том, что он «уйти со своего поста не может, ибо отвечает за Украинскую Православную Церковь перед Богом» [121]. Митрополит Киевский изображал себя жертвой «имперских притязаний» Московского Патриархата, страдальцем за национальную идею, которая отныне стала мерилом всякого украинского политика. Заявление Блаженнейшего широко освещалось в прессе, на радио и по телевидению, что свидетельствовало о заинтересованности государственной власти в лице президента Кравчука в том новом витке автокефалистской кампании, который раскручивался Филаретом. По сути он шел на полный разрыв с Московским Патриархатом. «Мосты были сожжены», отступление невозможно. Однако, пути назад не было уже не только у Денисенко. Украинские иерархи также благодаря московскому Архиерейскому Собору полностью определились с выбором позиции. Поэтому, когда Филарет призвал их собраться в его печально знаменитой резиденции на улице Пушкина, 36 в Киеве, откликнулся и поддержал митрополита лишь единственный архиерей викарий Тернопольской епархии, епископ Почаевский Иаков (Панчук), наместник Почаевской Лавры [177, c.28]. За этот демарш Иакова, давно уже замеченного в симпатиях националистической идее и пытавшегося украинизировать Лавру, братия изгнала из обители. Даже те архиереи, которые на Соборе выступили активными поборниками независимости УПЦ, отказались поддержать Филарета (лишь спустя несколько месяцев к нему примкнул епископ Львовский Андрей).

Большинство верующих отнеслось к новой авантюре митрополита самым суровым образом. В большинстве храмов Украины прекратилось поминовение Предстоятеля УПЦ за богослужением [145]. Наиболее резко свое отрицательное отношение к автокефалии вообще и к личности Киевского митрополита в частности выразила Одесская епархия: в адрес Патриарха Алексия II было направлено обращение с просьбой принять в непосредственное патриаршее управление «Свято-Успенскую Патриаршую обитель, Одесскую Духовную Семинарию, Свято-Успенский кафедральный собор, а также всю полноту Одесско-Измаильской епархии» [121]. Столь бурная реакция одесских православных была также следствием того, что активным поборником автокефалистской идеи в епархии выступил архиепископ Лазарь (Швец), галицкий уроженец. Это закончилось для него жестким отпором со стороны собственной паствы и переводом на Симферопольско-Крымскую кафедру, где владыка уже не решался столь откровенно пропагандировать автокефалию.

Патриарх Алексий 17 апреля 1992 года направил с нарочным письмо митрополиту Филарету, в котором просил его сообщить соответствует ли действительности информация, распространенная через телевидение, радио и газеты об изменении его решения оставить пост предстоятеля УПЦ. Письменного ответа от Филарета не последовало, как не последовало и ответа на приглашение прибыть на заседание Священного Синода Русской Православной Церкви, которое должно было состояться 6-7 мая 1992 года [121; 145].

30 апреля в городе Житомире, благодаря инициативе архиепископа Житомирского и Овручского Иова (Тывонюка; ныне архиепископ Челябинский и Златоустовский), состоялось собрание архиереев, духовенства, монашествующих, представителей православных братств и мирян Украинской Церкви. Фактически это был собор УПЦ, на котором не было только одного Предстоятеля Украинской Церкви, деятельность которого стала предметом разбирательства [121]. Заявление митрополита Киевского было подвергнуто острой критике, а сам он обвинен в клевете на Архиерейский Собор и в клятвопреступлении. Собрание потребовало от митрополита Киевского его незамедлительной отставки [145].

В светской печати появилось сообщение о том, что Филарет наконец-то все же ответил Святейшему Патриарху Алексию письмом, в котором говорил, что признает его Первоиерархом и поминает за богослужениями, однако не советует принимать против него, Филарета, никаких действий, ибо это может вызвать взрыв антироссийских настроений на Украине [5]. Трудно объяснить подобное заявление, сделанное фактически уже после полного разрыва Денисенко с Москвой. Да и факт наличия подобного послания Филарета Патриарху Алексию II вызывает некоторое сомнение: по крайней мере, в официальной печати Московской Патриархии оно не упоминалось.

Раскольническая деятельность митрополита Филарета стала предметом обсуждения на расширенном заседании Священного Синода Русской Церкви в Москве 7 мая 1992 года. Синод решительно осудил заявления митрополита Филарета по поводу Архиерейского Собора как несоответствующие истине и вводящие в заблуждение паству. Члены Синода квалифицировали эти заявления как «хулу на соборный разум Церкви, действующий по водительству Святого Духа» [121]. Священный Синод постановил до 15 мая 1992 года предписать митрополиту Филарету созвать Архиерейский Собор УПЦ и подать на нем прошение об отставке с поста Предстоятеля Украинской Церкви и действительно уйти в отставку, как он о том торжественно обещал пред Крестом и Евангелием. Синод в связи с чрезвычайным положением, возникшим в УПЦ по вине ее Первоиерарха, запретил митрополиту Филарету вплоть до Архиерейского Собора УПЦ действовать в качестве Предстоятеля, а именно: созывать Синод, рукополагать архиереев, издавать указы и обращения, касающиеся Украинской Церкви. Исключением должен был стать лишь Собор, на котором Филарет должен был бы подать в отставку и взамен его был бы избран новый Предстоятель УПЦ. Решением Синода все прещения и наказания, наложенные или могущие быть наложенными на архиереев, клириков и мирян митрополитом в связи с поддержкой ими постановлений Архиерейского Собора Русской Церкви 31 марта5 апреля 1992 года, объявлялись незаконными и недействительными. В случае же неисполнения постановлений Собора и данного решения Синода митрополит Филарет должен был быть предан суду Архиерейского Собора Русской Церкви [121]. Обо всех этих мерах украинская паства была извещена особым Посланием Патриарха и Священного Синода, в котором специально подчеркивалось, что принятие решений, пресекающих антиканонические действия митрополита Филарета, находится в строгом соответствии с соборными определениями и никоим образом не является покушением на самостоятельность в управлении Украинской Церкви, дарованную ей Архиерейским Собором Русской Церкви в октябре 1990 года [145].

По результатам расширенного заседания Священного Синода 7 мая 1992 года была проведена пресс-конференция для представителей средств массовой информации. Святейший Патриарх Алексий сообщил на ней об итогах Архиерейского Собора Русской Церкви и обрисовал тяжелую ситуацию, сложившуюся на Украине в результате антиканонической деятельности митрополита Филарета (Денисенко). Предстоятель Русской Церкви отметил, что Филарет уже не поминается в большинстве православных храмов Украины как Первоиерарх Украинской Церкви. «Из целого ряда епархий, сказал Патриарх, приходят просьбы предоставить монастырям, духовным учебным заведениям, а иногда и целым епархиям статус ставропигии и принять их в непосредственное патриаршее управление» [154]. Продолжая знакомить журналистов с итогами Архиерейского Собора и религиозной ситуацией на Украине, митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл отметил, что до 95% верующих и клира в большинстве украинских епархий выступают категорически против дарования канонической автокефалии Украинской Православной Церкви и выхода ее из юрисдикции Московского Патриархата [154].

Между тем, все призывы к митрополиту Филарету внять голосу соборного разума и прекратить свою антиканоническую деятельность, подав в отставку, не возымели действия. Первоиерарх УПЦ своим поведением окончательно убеждал в том, что его автокефалистским устремлением руководили исключительно соображения личной корысти и честолюбия, но никак не забота об Украинской Церкви, которую он попрал и предал. Став неожиданно адептом национальной идеи, чего прежде за этим уроженцем русскоязычной Донецкой области [131]. никто не замечал, Филарет, с трудом освоивший «державну мову», повсюду, где только мог, вещал на плохом украинском языке о своем жертвенном подвиге во имя «национальной церкви». Интересно, что национал-демократическая пресса еще совсем недавно шельмовавшая Киевского митрополита и смаковавшая подробности его личной жизни, объявляя его типичным представителем «имперской» Русской Церкви, предателем своего народа и т.д., теперь круто изменила тон своих высказываний. Стоило Денисенко занять, пусть и из эгоистических соображений, сепаратистскую позицию, как всякая кампания дискредитации митрополита прекратилась, как по команде. Более того, постепенно многие националистические политики начинают выражать свою солидарность с Денисенко. Особенно в этом направлении отличалось окружение президента Кравчука, чья столь же неожиданная перестройка из коммуниста в националиста весьма напоминала эволюцию, проделанную его личным другом Филаретом.

В этом отношении весьма показательно обращение, которое группа из 25 депутатов-демократов украинского парламента во главе с Олесем Шевченко 20 февраля 1992 года направила Патриарху Московскому и всея Руси Алексию, и которое позже фигурировало на Архиерейском Соборе 31 марта 5 апреля 1992 года. В нем, в частности, говорилось: «...митрополит Филарет правдами и неправдами ищет путей (быстро изменив свои лозунги), чтобы заручиться поддержкой нового правительства и сохранить свою порочную систему управления церковью. Не секрет, а достояние гласности, что именно митрополит Филарет (Денисенко) тесно связал свою тридцатилетнюю деятельность со службами КГБ, дабы угодить власти КПСС, послужить безбожному правительству не в интересах церкви, а ради карьеры и возможности удерживать церковь на Украине в руках единовластной диктатуры. Все это отвращает от церкви людей, сводит на нет проповеднический миссионерский труд честного священства, углубляет вражду между конфессиями и способствует расколам» (перевод с украинского мой В.П.) [5]. Вероятно, это послание депутатов Патриарху было следствием недоверия новоявленному патриоту, но уже после Архиерейского Собора 31 марта 5 апреля 1992 года те же самые депутаты принимают по отношению к митрополиту совершенно иной тон, убедившись в его окончательном переходе в стан поборников «самостийности».

Митрополит Киевский был глух ко всем призывам покаяться. Собора Украинской Церкви, на котором он бы ушел в отставку и обеспечил избрание нового Предстоятеля УПЦ, он так и не созвал. В связи с этим, Священный Синод Русской Православной Церкви, заседавший 21 мая 1992 года (в информации ЖМП это заседание ошибочно датировано 28 мая) и имевший суждение о положении в Украинской Церкви, поручил старейшему по хиротонии иерарху Украинской Церкви митрополиту Харьковскому и Богодуховскому Никодиму (Руснаку) незамедлительно созвать и провести в период до праздника Святой Троицы Архиерейский Собор УПЦ для избрания ее нового Предстоятеля. При этом Священный Синод рекомендовал провести выборы тайным голосованием не менее, чем из трех выдвинутых Архиерейским Собором УПЦ кандидатов. Мера эта была отнюдь не лишней в свете того печального опыта авторитарного стиля управления УПЦ, который имел место при митрополите Филарете. Кроме того, на том же заседании Священного Синода было определено, что до выборов нового Предстоятеля УПЦ управлять ею будет митрополит Харьковский Никодим, как старейший среди украинских архиереев [122]. В ответ на это митрополит Филарет 25 мая отправил на имя Святейшего Патриарха Алексия сообщение о том, что он считает решения расширенного Синода «необоснованными и недееспособными» [118].

Предстоятель Руской Церкви 26 мая вновь направил Филарету телеграмму, в которой он еще раз взывал к совести архиерея: «Для блага нашей общей Матери-Церкви, в подлинных интересах Украинской Православной Церкви взываю к Вам, Владыко, примите со смирением решение Священного Синода, полностью отвечающее духу и постановлениям Архиерейского Собора, согласие с которыми Вы засвидетельствовали перед лицом всего епископата нашей Церкви. Это решение не входит в противоречие с ранее принятыми соборными решениями и не ограничивает независимость Украинской Православной Церкви в ее управлении. Не наносите новые раны исстрадавшемуся телу церковному» [118].

Покаяния не последовало. Напротив, в тот же день Филарет собрал в Киеве своих сторонников, громко назвав это антиканоническое сборище «Всеукраинской конференцией по защите канонических прав Украинской Православной Церкви». Ни одного архиерея УПЦ в ее составе не было (хотя вскоре Филарет вместе с Иаковом Почаевским начал проводить кощунственные «епископские хиротонии» своих приспешников). «Конференция» отвергла решения Священного Синода от 7 и 21 мая 1992 года, а деятельность канонического епископата, не последовавшего по гибельному пути филаретовского раскола, была названа участниками «конференции» «предательством Церкви и православного народа Украины» [118].

Во исполнение определения Священного Синода от 21 мая Архиерейский Собор УПЦ собрался 27 мая, как и было предписано, под председательством митрополита Никодима. Ввиду того, что Филарет, поддерживаемый правительством и «Рухом», мог воспрепятствовать проведению Собора, использовав все имеющиеся в его распоряжении средства от властных структур до формирований националистических боевиков, Собор проходил в Харькове. Причем, по свидетельству архиереев-участников Собора, президентом Кравчуком была предпринята попытка сорвать деятельность Архиерейского Собора: президент лично звонил руководству Харькова и области, требуя от властей воспрепятствовать выборам нового Предстоятеля УПЦ. Собор сместил Филарета Денисенко с Киевской кафедры и поста Первоиерарха УПЦ и зачислил его заштат с запрещением в священнослужении. Предстоятелем Украинской Церкви епископат большинством голосов (16 из 18 присутствующих на Соборе) избрал архиерея Русской Православной Церкви митрополита Ростовского и Новочеркасского Владимира (в миру Виктор Маркианович Сабодан) [122], который был по происхождению украинцем, уроженцем Хмельницкой области [110]. В соответствии с пунктом 3 Определения об Украинской Православной Церкви, принятого Архиерейским Собором Русской Православной Церкви 27-28 октября 1990 года, Патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил митрополита Владимира на Первосвятительское служение в Украинской Церкви [122].

На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви, которое состоялось 28 мая 1992 года, было выражено согласие с решением Архиерейского Собора УПЦ о смещении митрополита Филарета и избрании митрополита Владимира (Сабодана) Предстоятелем Украинской Церкви. Кроме того, определением Синода для рассмотрения дела митрополита Филарета, бывшего Киевского и всея Украины, на 11 июня 1992 года было назначено провести в Москве Архиерейский Собор Русской Церкви [122].

Определение Архиерейского Собора УПЦ об избрании митрополита Владимира Предстоятелем Украинской Церкви было с одобрением воспринято большинством Поместных Православных Церквей и их Предстоятелями, которые прислали вскоре после получения информации о Соборе телеграммы в адрес Святейшего Патриарха Алексия с выражением поддержки решений Харьковского Собора и признания митрополита Владимира единственным законным Первоиерархом УПЦ [126]. Несколько тревожным, однако, было молчание патриарха Константинопольского Варфоломея. Тем не менее, вскоре и от него было получено извещение о признании единственным законнным Предстоятелем Украинской Церкви митрополита Владимира (Сабодана).

Во исполнение определения Священнного Синода об Архиерейском Соборе, который рассмотрел бы деятельность митрополита Филарета, епископат Русской Православной Церкви собрался 11 июня 1992 года в Москве. Накануне Собора украинскими архиереями было сделано Заявление, в котором давалась обстоятельная характеристика антиканонических действий митрополита Филарета. В вину бывшему Предстоятелю УПЦ украинские епископы ставили жестокое и высокомерное отношение к подведомственнному духовенству и собратьям-архиереям. Это квалифицировалось как грубое физическое и духовное насилие, за которое клирик согласно 27 правилу святых апостолов подлежит извержению из сана. Обвинялся митрополит и в соблазне, который он вносит в среду верующих своим поведением, давая повод для поношения и хулы на Церковь со стороны внешнего мира. Подобные действия также подлежат каноническому наказанию в соответствии с 3-м правилом Первого Вселенского Собора и 5-м правилом Пято-Шестого (Трулльского) Собора [67]. Оба правила под страхом извержения из сана воспрещают целибатным клирикам или монашествующим иметь при себе в доме женщин (за исключением матери или родной сестры), дабы не вызывать соблазна и нареканий со стороны паствы.

Невыполнение обещания созвать в Киеве Архиерейский Собор и подать на нем в отставку, данного бывшим Блаженнейшим митрополитом, при Кресте и Евангелии, было приравнено украинскими епископами к клятвопреступлению. За подобные действия 25-е правило святых апостолов предусматривает извержение из сана. Под действие 6-го правила Второго Вселенского Собора подпадают публичные выступленния митрополита Филарета через средства массовой информации, направленные на дискредитацию и извращение решений Архиерейского Собора Русской Церкви, проходившего 31 марта 5 апреля 1992 года. Они были расценены епископами как клевета и хула на соборный разум Церкви [67].

В Заявлении также говорилось, что «митрополит Филарет, проигнорировав решения Архиерейского Собора Украинской Православной Церкви от 27 мая 1992 года и потеряв совесть пастыря, святотатственно усвоил себе не принадлежащее право на священннодействия в качестве архиерея. В частности, он неоднократно совершал Божественную литургию и рукополагал диаконов, пресвитеров и даже епископов, не имея на то никакого полномочия со стороны Священного Синода» [67]. За даннные действия бывший первоиерарх УПЦ подлежал «анафеме пред всем народом» согласно 88-му правилу святого Василия Великого. Ссылались при этом украинские архиереи также и на 28-е правило святых апостолов, хотя справедливости ради следует отметить, что оно предписывает подвергать отлучению от Церкви изверженных из сана клириков [87, c.16], дерзнувших священнодействовать Филарет же был только запрещен в служении, но в то время еще не лишен сана.

Поведение Филарета епископы справедливо расценивали как учинение раскола в Церкви, что наказывается лишением сана на основании 15-го правила Двукратного Собора. Украинские архиереи, в том числе даже и те, которые еще недавно были единомысленны с Киевским митрополитом на Московском Архиерейском Соборе, на основании изложенных аргументов настоятельно просили Архиерейский Собор «принять в отношении митрополита Филарета, как сознательного нарушителя церковного благочестия и каноничееского порядка, строгие меры взыскания, как того требуют священные каноны...» [67].

Собор, созванный для суждения об антиканонической деятельности бывшего предстоятеля УПЦ и ее последствиях, как и предполагалось, состоялся 11 июня в московском Свято-Даниловом монастыре. Троекратно приглашаемый на Собор митрополит Филарет так и не прибыл [118]. В работе Собора не приняли участие по различным причинам 14 архиереев, в том числе и 5 украинских. Трое из них по уважительным причинам, а митрополит Филарет (Денисенко) и епископ Почаевский Иаков (Панчук) объявили, что не подчиняются Собору. Это подтвердило их окончательный разрыв с Церковью и уход в раскол [10].

На суд Архиерейского Собора было представлено Заявление украинского епископата. Собор принял его в качестве иска и постановил, что судебную власть по делу митрополита Филарета применит полнота Архиерейского Собора на настоящем его заседании. Состоявшееся после этого судебное разбирательство засвидетельствовало признание отцами Собора обвинений, изложенных в Заявлении, соответствующими истине. Архиереи Украинской Церкви и епископы, ранее проходившие служение в УПЦ, своими свидетельскими показаниями подтвердили достоверность всех пунктов обвинения, выдвинутых против Денисенко в Заявлении. Были засвидетельствованы следующие преступления бывшего предстоятеля УПЦ:

авторитарные методы управления Украинской Церковью и Киевской епархией, игнорирование соборного голоса Церкви, проявления жестокости и высокомерия в отношениях с собратиями по архипастырскому служению, клириками и мирянами, отсутствие сострадания и христианской любви;

образ жизни, не соответствующий требованиям канонов и бросающий тень на Церковь;

клятвопреступление, выразившееся в нарушении слова, данного перед Крестом и Евангелием;

сознательное извращение подлинных решений Архиерейского Собора, хула и клевета на Собор и, тем самым, на Православную Церковь;

совершение священнодействий, в том числе диаконских, пресвитерских и епископских хиротоний, в состоянии канонического запрещения;

единоличное присвоение себе соборной власти, выразившееся в угрозе наложения прещения на архиереев, которые, действуя в соответствии с канонами и Уставом Украинской Православной Церкви, приняли на Архиерейском Соборе в Харькове 27 мая 1992 года решение о смещении его с поста Митрополита Киевского и всея Украины с запрещением в служении;

учинение раскола в Церкви незаконныым рукоположением новых епископов и назначением их на кафедры, занятые каноническими архиереями, и иными преступными действиями [173].

Было проведено голосование, в результате которого Собор постановил:

«1. Извергнуть митрополита Филарета (Денисенко) из сущего сана, лишив его всех степеней священства и всех прав, связанных с пребыванием в клире.

2. Считать все рукоположения в сан диакона, пресвитера и епископа, совершенные митрополитом Филаретом в запрещенном состоянии с 27 мая с.г., а также все прещения, наложенные им на клириков и мирян с 6 мая с.г., незаконнными и недействительными.

3. Извергнуть из сана епископа Почаевского Иакова (Панчука) за соучастие в антиканонических действиях бывшего митрополита Киевского Филарета, лишив его всех степеней священства.

4. Решения Архиерейского Собора Русской Православной Церкви о извержении митрополита Филарета (Денисенко) и епископа Иакова (Панчука) из сущего сана и о лишении их всех степеней священства довести до сведения Предстоятелей всех Поместных Православных Церквей» [173].

Архиерейский Собор обратился с Посланием к пастырям и верным чадам Украинской Православной Церкви, в котором констатировалось, что в Украинском Православии возник новый раскол. До ведома верующих УПЦ доводились решения Собора. Особо отмечалось в Послании, что извержение из сана Филарета (Денисенко) и Иакова (Панчука) никоим образом не связано с принципиальным отношением к проблеме автокефалии Украинской Церкви, которая станет предметом рассмотрения на Поместном Соборе. Собор отметил, что преступники Филарет и Иаков пытаются скрыть свою вину, изображая себя «мучениками» и «жертвами» за автокефальную идею. Участники Собора подтвердили свое стремление решить вопрос об автокефалии на основе свободного волеизъявления верующих. Наличие архиереев, выступающих за предоставление УПЦ канонической автокефалии, среди осудивших Филарета и Иакова епископов было подтверждением того, что преступные лица понесли наказание отнюдь не за свои убеждения, а за направленные против Церкви действия [143].

В Послании также предупреждались православные Украины о том, что «все миряне, которые отныне будут вступать в церковное общение с бывшими митрополитом Филаретом (Денисенко) и епископом Иаковом (Панчуком), подвергают себя отлучению от Церкви, а клирики извержению из сана» в соответствии с 4-м правилом Антиохийского Собора и 2-м правилом святых апостолов [143].

Запрещение в служении и последующее извержение Филарета из сана очень скоро вызвало необычную реакцию: бывший Житомирский епископ Иоанн (Василий Николаевич Боднарчук), ранее лишенный сана за учинение раскола, принес покаяние и подал прошение о возвращении в лоно Церкви [118]. Собор определил передать дело Боднарчука на рассмотрение Священного Синода. Впоследствии, однако, он отказался от своих намерений и оставался в расколе вплоть до своей гибели осенью 1994 года. Краткий покаянный порыв Боднарчука, уронивший бесповоротно и без того низкий в раскольничьей среде авторитет этого «митрополита», тем не менее, свидетельствовал о том, что среди причин его ухода в раскол деятельность бывшего Экзарха Украины также сыграла не последнюю роль.

Лишившись поддержки епископата, а теперь и священного сана, Филарет сделал ставку на националистические силы: прежде всего, на боевиков из молодежной неофашистской организации УНА-УНСО (Украинская Национальная Ассамблея Украинская Национальная Самооборона). Именно они вместе с милицией преградили делегации УПЦ доступ в митрополичью резиденцию на Пушкинской, когда представители канонической Украинской Церкви пришли принять дела у низложенного Филарета [5]. То же самое повторилось у входа в кафедральный Владимирский собор, когда туда прибыл новоизбранный Предстоятель УПЦ митрополит Киевский и всея Украины Владимир, восторженно встреченный десятками тысяч православных киевлян на вокзале и триумфально провожаемый ими до кафедрального храма Киевских митрополитов. Молодчики из УНА-УНСО перекрыли подступы к Владимирскому собору и забаррикадировались изнутри. Чтобы избежать кровопролития, митрополит Владимир призвал православных не сталкиваться с враждебной толпой и отправился в Киево-Печерскую Лавру [5], которая отныне стала кафедрой канонических митрополитов Киевских, издавна бывших ее священноархимандритами и в дореволюционные годы имевших свою резиденцию в ее стенах. Православные лишились своей святыни Владимирского собора. Расписанный Виктором Васнецовым и Михаилом Нестеровым собор хранит величайшие реликвии православного мира святые мощи великомученицы Варвары и священномученика Макария, митрополита Киевского. К скорби православных теперь рядом с киевскими святынями стали совершаться кощунственные «богослужения» расстриженного митрополита Филарета.

А накануне приезда нового Первоиерарха УПЦ этими же боевиками из ультра-националистической УНА-УНСО было совершено разбойничье нападение на Лавру. 200 молодчиков под руководством одного из своих галицийских «фюреров» Дмитра Корчинского попытались совместно с подразделениями милиции штурмом овладеть монастырем. Безоружные монахи и православный народ, собравшийся в обители по зову лаврского колокола, отбили натиск. Было множество раненых. Важно отметить, что вопреки негласному приказу властей о поддержке филаретовцев не все структуры МВД были на стороне беззаконника Денисенко: оборонять Лавру от националистов и милиции помогали бойцы ОМОНовского подразделения «Беркут» [5].

Филарет при поддержке президента Кравчука сохранил за собой Владимирский собор в Киеве, митрополичью резиденцию на Пушкинской и полный контроль за денежными средствами УПЦ [5]. Называлась сумма в 4 миллиарда карбованцев по курсу 1992 года [7; 177, c.28], а по другим данным даже до 11 миллиардов, причем есть предположения о том, что Кравчуком на счета УПЦ благодаря Филарету были тайно перечислены и деньги компартии Украины [3]. Однако, при полной изоляции, в которой оказался бывший Первоиерарх УПЦ, единственным путем для него стало объединение с УАПЦ, осуществленное им, следует отметить, с великим искусством. Поиск выхода из тупиковой политической ситуации, в которой оказался бывший митрополит Киевский, был представлен Денисенко как вожделенное, исторически необходимое «объединение двух церквей». Президент и часть национал-демократов не только поддержали это его предприятие, но и способствовали его успешному осуществлению. Так, первоначально Л.М.Кравчук и председатель Совета по делам религий А.Зинченко объявили незаконным Харьковский Архиерейский Собор УПЦ и все его определения [177, c.28]. Это было уже откровенным и неприкрытом вмешательством властей в дела Украинской Церкви на стороне расстриженного Филарета. Более того, Президиум Украинского парламента принял беспрецедентное заявление, в котором Харьковский Собор светские власти объявляли неканоническим и незаконным [5]. Заявление это принималось по инициативе народного депутата Д.Павлычко, поэта, некогда воспевавшего КПСС, а теперь вдруг ставшего ревнителем национальной идеи. Интересно, что сам Павлычко, как и многие другие депутаты, ставшие на защиту расстриги Филарета, являлся галицким униатом. Причем, именно эти люди не так давно стояли во главе шумной кампании по обличению Филарета. Тогда он для них олицетворял Московский Патриархат, а потому не скупились народные избранники на эпитеты, обличая Киевского митрополита. Все в одночасье изменилось после его ухода в раскол. Полностью исчез недавний обличительный пафос, на смену которому пришли панегирики Филарету как патриоту Украины. Более верных адептов, чем его вчерашние очернители, Денисенко отныне трудно было найти. Сам же президент Кравчук так высказывал в прессе свое суждение о причинах «незаконности» соборных определений: Собор собрался без ведома президента и к тому же не в Киеве [5].

Для того, чтобы снять напряжение в отношениях с государственной властью и избежать лишних обвинений в незаконности православные во главе с новым митрополитом Киевским Владимиром решили собрать Собор Украинской Православной Церкви в стенах Киево-Печерской Лавры. Назначен он был на 27 июня 1992 года. Собор должен был еще раз подтвердить решения Харьковского архиерейского Собора УПЦ. Поэтому государственная власть Украины в купе с расстригой Денисенко и «епископами» УАПЦ Антонием Масендичем и Володимиром Романюком организовала доселе невиданную аферу с якобы имевшим место «объединением» УПЦ и УАПЦ в одну общую конфессию «Украинская Православная Церковь Киевский Патриархат» (иначе «Украинская Православная Церковь Киевского Патриархата» или просто УПЦ КП). В народе аббревиатуру сразу же метко расшифровали как «УПЦ коммунистической партии», закономерно видя в ней порождение Кравчука и перекрасившейся под националистов украинской партноменклатуры [164]. Создание УПЦ КП автоматически как бы ликвидировало и, по замыслу организаторов авантюры, ставило вне закона УПЦ и УАПЦ, которые с момента «объединения» юридически прекращали в глазах властей свое бытие.

О том, как происходило пресловутое «объединение», и кто были его главные режиссеры, некоторое представление можно составить на основании воспоминаний одного из главнейших участников создания новой «национальной» конфессии бывшего «митрополита Переяславского и Сичеславского» УАПЦ Антония (Масендича). Позднее он принес покаяние в своей раскольнической деятельности и после законной архиерейской хиротонии вошел в состав епископата Русской Православной Церкви [100; 153, с.103] и рассказал о том, как проходила афера, в результате которой возникла УПЦ КП.

Филарет и другие творцы раскольничьего «союза» воспользовались преклонными годами лжепатриарха Мстислава Скрипника, которому исполнилось к тому времени уже 95 лет и который практически не мог уже контролировать ситуацию на Украине. За его спиной 25-26 июня 1992 года и возник с подачи президентской власти и при содействии депутатов-националистов стойкий альянс между Филаретом и управляющим делами УАПЦ (то есть наместником Мстислава в Киеве) Антонием (Масендичем).

Владыка Антоний вспоминает, что обрадовался, когда впервые услышал о результатах Московского Архиерейского Собора и обещании Филарета подать в отставку. Это, по мнению управляющего делами УАПЦ, открывало дорогу к объединению с УПЦ, так как препятствием все раскольники считали личность Филарета. Удивительно, что буквально через несколько дней все тот же одиознейший Денисенко стал теперь уже, напротив, причиной и автором пресловутого «объединения», к которому якобы стремились раскольники. Вероятно, информаторов у УАПЦ было достаточно, так как, по словам епископа Антония, автокефалисты еще до того, как состоялся Харьковский Собор, не сомневались в том, что возглавит УПЦ именно митрополит Владимир (Сабодан). Епископ Антоний сообщает, что позвонил в Совет по делам религий и спросил, можно ли поздравлять владыку Владимира с избранием Предстоятелем УПЦ [7]. Удивляет, что на подобные темы фактический лидер раскольников беседовал с государственными чиновниками, что подтверждает активное вмешательство госаппарата Украины в церковную сферу. В Совете Антонию порекомендовали воздержаться от поздравлений. Здесь надеялись принудить УПЦ действовать в нужном для правительства направлении сохранения руководящей роли Филарета.

Владыка Антоний рассказал о том, что с Филаретом (еще до его извержения из сана Архиерейским Собором Русской Церкви 11 июня) встречался «викарный епископ» УАПЦ Володимир Романюк. Целью их встреч был, как говорит епископ Антоний, вопрос о «сближении позиций» УАПЦ и «Украинской Православной Церкви» Филарета [7]. То есть зондировалась почва на предмет объединения раскольников в одну конфессию. В это время в Киеве автокефалисты из УАПЦ устроили «собор» по случаю второй годовщины «Киевского Патриархата», на который, правда, главный герой лжепатриарх Мстислав так и не приехал. Этот «собор» дал Антонию исключительные полномочия принимать в отсутствие «патриарха» наиболее важные решения самостоятельно, хотя и после предварительной телефонной консультации с пребывающим в Америке Скрипником [7]. Весьма кстати, как оказалось, были дарованы «митрополиту Сичеславскому» диктаторские полномочия в УАПЦ, тем более, что ни для кого не было секретом: Мстислав терпеть не мог Денисенко и скорее всего отказался бы иметь с ним дело в случае личных переговоров об «объединении». Возможно, в это же самое время имели место и другие попытки переговоров с Денисенко на более высоком уровне, а не только те, которые вел «всего лишь викарный епископ», как называет Романюка сам Антоний (Масендич) [5; 7].

Ничего не известно о содержании беседы Антония (Масендича) с Филаретом, состоявшейся по просьбе последнего вскоре после того, как представители православного духовенства канонической Церкви приходили в его резиденцию принять дела митрополии. Эта попытка призвать Филарета к порядку тогда закончилось столкновением с УНА-УНСО и избиением клириков. В числе пострадавших был и восстановленный в сане после низложения Филарета епископ Ионафан (ныне архиепископ Сумской и Ахтырский, управляющий делами УПЦ). Но

Наши рекомендации