Тождественность брахмы, вишну и махешвары

Риши сказали:

То, что поведал Джанардана о тождественности трех богов

Шамбху, то и мы услышать желаем, о лучший из брахманов. (1)

Каким образом объяснил это единство Имеющий Гаруду на знамени,

О том расскажи, о Индра среди брахманов, велико любопытство наше. (2)

Маркандея сказал:

Внемлите же, о мудрецы, о самой святой великой тайне

Тождественности трех богов и их явлении в образе единства. (3)

Говинда, будучи спрошен Харой, обратившись к нему с почтением,

Поведал, о лучшие из мудрецов, объяснение отсутствия различий. (4)

Шри-Бхагаван сказал:

Все это было покрыто тьмою, лишенное вселенной,

Непознаваемое, невидимое, как будто спящее. (5)

Не было различия между днем и ночью, ни акаши, ни земли,

Ни света, на воды, ни ветра и ничего другого[xcvi]. (6)

Был единый Парабрахман, тонкий, непреходящий, находящийся выше чувств,

Непроявленный, имеющий природу знания, лишенный двойственности[xcvii]. (7)

Пракрити и пуруша, вечные, пребывали повсюду[xcviii],

И наличествовало также Время, о Владыка бхутов, единственная причина мира[xcix]. (8)

То, что есть Парабрахман, из его природы, о Хара,

[Являются] три этих образа у этого владыки мира. (9)

Есть иная форма, называемая Время, не имеющая начала, причина продолжительности,

И она из-за упадхи отождествляется со всеми существами[c]. (10)

Затем тот [Брахман] своим светом сам себя озаряет,

Прежде ради творения взволновав пракрити[ci]. (11)

Из взбудораженной пракрити махат-таттва появляется,

А из махат-таттвы затем аханкара трехсоставная. (12)

После появления аханкары из танматры звука Вишну сотворил беспредельную и лишенную формы акашу. (13)

Затем Махешвара, из танматры вкуса создав воду,

Лишенную опоры, удерживает ее собственной волшебною силой. (14)

После этого покоющуюся благодаря равновесию трех гун [пракрити] Господь

Всевышний Владыка снова взбудораживает ради творения. (15)

Та пракрити семя, наделенное по частям тремя качествами,

В воды погружала - семя мира. (16)

Оно, растущее, постепенно превратилось в огромное золотое яйцо,

И приняло все воды в свое лоно то яйцо. (17)

В то время как воды пребывали в утробе золотого яйца, Вишну

Вместе с тобой при помощи волшебной силы поддерживал то яйцо Брахмы несравненное. (18)

Водою, пламенем, ветром и воздухом

Снаружи со всех сторон было покрыто то яйцо. (19)

Объему семи океанов, а также рек и прочего

Равнялась вода, содержащаяся в яйце Брахмы, остальная же излилась наружу. (20)

Затем сам Вишну, принявший облик Брахмы,

Прожив [один] божественный год в том яйце, разломил его. (21)

Из него возникла Меру, о Махешвара,

Из скорлупы горы возникли, и океаны из вод. (22)

Посередине его из танматры запаха земля появилась,

Наделенная тремя гунами Ишварой и пракрити. (23)

Перед возникновением гор появившаяся земля

Благодаря соединению с частью яйца Брахмы стала твердой[cii]. (24)

В ней пребывал сам Брахма, наставник всех существ.

Когда Брахма, находящийся посередине яйца Брахмы, проявленным не был,

Тогда из танматры формы огонь появился. (25)

Ветер из танматры осязания, побуждаемый пракрити,

Возник, ставший праной всех существ. (26)

Не имеющие предела вода, пламя, ветер и акаша

Вне и внутри того яйца заполнили, [все] обращенное в его утробу. (27)

Затем тело Брахмы на три части разделил Махешвара

И по воле прадханы в Шамбху те три части были наделены тремя качествами. (28)

Из его верхней части возник четырехликий и четырехрукий,

С телом светлым, как нить лотоса, Брахма, о Махешвара. (29)

Из его средней части с телом голубого цвета, с одним лицом и четырьмя руками,

Держащими раковину, диск, палицу и лотос, [изошел] Вишну. (30)

А из его нижней части [появился на свет] с пятью лицами и четырьмя руками,

С телом, светлым, как кристалл, Имеющий полумесяц на лбу. (31)

Затем в тело Брахмы он вложил силу творения,

И он сам стал творцом в образе Брахмы, поддерживающий мир. (32)

Силу поддержания, собственную майю, именуемую пракрити, вложил

Махеша в тело Вишну, и собственную силу знания также. (33)

Хранителем мира я, Вишну, стал, о Махешвара,

И благодаря обладанию всеми силами я всегда являюсь в этом облике. (34)

Силу разрушения в тело Шамбху он вложил. (35)

Разрушителем стал Шамбху, и он же, Всевышний Влыдыка,

В трех телах сам блистает. (36)

Высший свет в образе знания, безначальный, есть Бхагаван могущественный,

Из-за осуществляемых им обязанностей по творению, поддержанию и разрушению (37)

Отдельно Брахмой, Вишну и Шивой начинает именоваться.

И поэтому ты, Творец и я неотделимы [друг от друга],

Но тела, формы и сознание у нас разные. (38)

Маркандея сказал:

Выслушав слова Вишну, обладающего неизмеримым блеском,

С лицом, светящимся радостью, снова молвил он Джанардане. (39)

Владыка сказал:

Есть только один Махеша, имеющий природу света, незапятнанный,

А что есть майя, что есть время и что именуется пракрити[ciii]? (40)

Что есть пуруши, неотличимые [от Брахмана], если же они отличимы, то как может быть единство[civ]?

Это мне расскажи, о Говинда, о мощи его должным образом. (41)

Шри-Бхагаван сказал:

Ты же видишь, погруженный в созерцание, высшего Ишвару

В себе, свою собственную природу, в образе моего света, вечную. (42)

Майю, пракрити, время и пурушу[cv] сам, о Господь,

Познаешь ты в созерцании, поэтому погрузись в созерцание. (43)

Шри-Бхагаван сказал:

Оттого что ты введен в заблуждение моей волшебной силой,

Ты, забыв свет высший, увлечен женщиной. (44)

И сейчас, будучи исполнен гнева, забыв об Атмане в себе,

Меня спрашиваешь о пракрити и прочем, о Предводитель праматхов! (45)

Маркандея сказал:

Тогда там Махадева, выслушав решительные слова Вишну

На глазах у мудрецов, исполненный йоги, погрузился в созерцание. (46)

Сев в [позу] баддха-парьянка с закрытыми глазами

Атман в себе стал созерцать Махешвара. (47)

И в то время как он созерцал Высшее, его тело засияло

Таким ярким светом, что мудрецы не могли на него смотреть. (48)

В тот момент, когда Шамбху предался созерцанию, он Вишнумайей

Был оставлен и стал ярко блистать светом подвижничества. (49)

[Те] ганы, которые находились на службе у Шанкары,

Те не могли на него смотреть, как на Солнце. (50)

Тогда сам Вишну в погруженного в самадхи

Вошел в тело Дхурджати в образе света. (51)

Войдя в его утробу, какой была последовательность творения прежде,

Такую явил сам Нарьяна вечный. (52)

Ни грубый, ни тонкий, в котором не воспринимаются различия,

Вечное блаженство и лишенный блаженства, единственный, чистый, недоступный чувствами, (53)

Незримый и зрящий все, не имеющий качеств, высшее положение,

Параматман, блаженство, причину причин мира, (54)

Прежде видел Шамбху как свою собственную природу,

С сосредоточенным умом, лишенный знания о внешнем. (55)

Его образ – пракрити, ради творения ставшую разделенной,

Видел он отдельной от него, хоть и составляющую [с ним] одно целое, (56)

И пуруши увидел он, подобные искрам,

Разлетающимся от огня, о лучшие из дваждырожденных. (57)

То постоянно блистает в образе Времени,

Вследствие ограниченности миром, выступая как причина творения, поддержания и разрушения. (58)

Пракрити, пурушу и Время постоянно

Блистающими нераздельно, и ради творения ставших раздельными, (59)

Существующими отдельно и неотличными [друг от друга] увидел Имеющий Луну на лбу.

Один Брахман, нет другого, и более не существует ничего. (60)

В образе прадханы и Времени блистает он,

А также в образе пуруши ради бренного мира существует. (61)

Для наслаждения живых существ постоянно в теле [каждого] присутствующая

Пракрити есть майя, и она вводит в заблуждение Шанкару, (62)

Хари, Виринчи и другие живые существа.

Итак, пракрити, зачаровывающая живое существо, зовется майей[cvi]. (63)

Она в образе женщины становится Лакшми, возлюбленной Хари,

Она – Савитри, Рати, Сандхья, Сати и Вирини. (64)

Пребывающая в образе буддхи, Богиня зовется Чандикой –

Это узрел сам вставший на стезю созерцания Хара. (65)

Начиная с появления махата порядок творения сам

Показав, Хари время, пракрити и пурушу

А также другое представил взору, являющееся его воплощением, о лучшие из дваждырожденных. (66)

Так в Калика-пуране заканчивается двенадцатая глава, называющаяся «Тождественность Брахмы, Вишну и Махешвары».

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ШИВА МЕНЯЕТ ГНЕВ НА МИЛОСТЬ

Маркандея сказал:

Затем он показал Шамбху местонахождение яйца Брахмы,

И яйцо это, находящееся посередине массы вод, стало увеличиваться, как прежде. (1)

Посередине него владыку мира Брахму, цвета внутренней стороны лотоса

В образе света, ради освещения и творения достигшего состояния обособленности, (2)

Он увидел в воплощенном состоянии, пребывающего внутри яйца Брахмы,

Четырехрукого, сияющего светом, восседающего на лотосе. (3)

Там же он наблюдал тело Брахмы разделившимся на три части:

Верхнюю, среднюю и нижнюю, из которых произошли Брахма, Вишну и Шива. (4)

Он был свидетелем того, как из верхней части возник Брахма,

Из средней – Вишну и из нижней – Шамбху. (5)

[Как] одно тело становится тремя постоянно,

Видел Хара внутри себя, а также весь этот мир. (6)

Иногда тело Вишну растворялось в теле Брахмы,

[Тело] Брахмы – в [теле] Вишну и [тело] Вишну в [теле] Шамбху. (7)

[Тело] Шамбху в [теле] Вишну, и [тело] Брахмы в [теле] Шамбху

Достигающим растворения и единства Шамбху [наблюдал] постоянно. (8)

Вамадева видел обособленным и необособленным,

В Параматмане достигшим растворения то тело свое. (9)

Посередине этого он увидел землю, распростертую средь вод,

С рядами огромных гор, [возвышающихся] здесь и там. (10)

Также он увидел Брахму, небожителя, занятого творением с самого начала,

Вишну, восседающего на Гаруде, и себя, отличного [от других], (11)

Прародителя Дакшу и собственных ганов,

Маричи и [других] десять [мудрецов], а также Вирини и Сати, (12)

Сандхью, Рати, Кандарпу, шрингару, Васанту,

Жесту, чувства, маров, мудрецов, богов и сонм марутов, (13)

Облака, Луну, Солнце, деревья, лианы и травы,

Сиддхов, видьядхаров, якшей, ракшасов и киннаров, (14)

Людей, змей, акул, рыб, черепах,

Метеоры и кометы, червей и насекомых, в том числе летающих. (15)

Он увидел женщин, совершающих соитие,

[Людей], родившихся и находящихся в утробе матери и тех, чей смертный час уже пробил. (16)

Одних [людей] радующимися и смеющимися, других занятыми беседой,

А третьих бегущими увидел Шамбху, великий владыка. (17)

На покрытых дивными украшениями, [убранных] венками и умащенных сандаловой мазью

Бросал Шамбху взоры, на занятых игрой. (18)

Восхваляющих и воспевающих Шамбху, Вишну и Творца

Видел он, мудрецов, богатых подвижничеством[cvii], (19)

[Одних], вершающих подвижничество на берегу реки в лесу подвижничества,

[Других], занятых постоянно изучением и чтением Вед. (20)

А также семь океанов, рек и божественных озер,

И самого себя, восседающего на горе. (21)

Майя в образе Лакшми зачаровала Хари,

А приняв форму Сати, сбивала с толку его самого – это [увидел] Шанкара. (22)

Он сам наслаждался вместе с Сати на Кайласе, горе Меру

И Мандаре в саду богов, наполненном расой шрингара. (23)

Так же как Сати, оставив тело, родилась как дочь Химаванта,

И как Картикея, появившись на свет, убил [асура] по имени Тарака –

Все это подробно наблюдал Быкознаменный. (24-25)

[Как Вишну] в облике Нарасимхи убил Хираньякашипу,

Как [им] был умерщвлен Каланеми и сражен Хираньякша[cviii], (26)

Как Вишну вступал в сражение с сонмами данавов

И они были поражаемы [им] – все это предстало взору Хары. (27)

Все многообразие мироздания: Брахму и прочих [богов], созвездия, планеты и людей,

Сиддхов и видьядхаров наблюдая по отдельности, (28)

Себя, уничтожающего их, видел повелитель Шамбху.

А после окончания разрушения он увидел Брахму, Вишну и Махешвару, (29)

А вся вселенная опустела, [ранее] полная движущегося и неподвижного. (30)

В этом полностью пустом мире Брахма, войдя в тело Вишну,

Растворился [в нем], и Шамбху вошел в его тело также. (31)

Лишь одного Вишну в непроявленной форме узрел он

И никого другого, кроме Вишну, не увидел Хара. (32)

Затем он наблюдал, как Вишну в сиянии погружается в Параматман,

Имеющий природу истины и света, вечный. (33)

Затем исполненный знания и блаженства Брахман высший,

Единственный, постигаемый через знание, видел он, и больше ничего другого. (34)

Единство и различия мира в Параматмане

В своем теле наблюдал он, [а также] творение, поддержание и конец [мира]. (35)

На самосветящийся Параматман, [пребывающий] в покое, вечный, не доступный чувственному восприятию,

Единственный, без другого, Брахман взирал он, и ни на что другое. (36)

Кто Вишну, кто Хара, кто Брахма и что это за мир, -

Этих различий не мог провести Шамбху в Параматмане. (37)

И в это время у него на глазах из его тела наружу

Изошла майя и вошла в Быкознаменного. (38)

Джанардана, тождественность и различия показывая

Шамбху, из его тела изошел поспешно. (39)

Затем у Хары, вышедшего из самадхи, поколебавшегося,

Ум устремился к Сати, сбитого с толку майей. (40)

Затем Хара вновь на прелестное лицо Дакшаяни,

Подобное распустившемуся лотосу, стал бросать взоры, о лучшие из дваждырожденных. (41)

Дакшу, Маричи, своих ганов, Восседающего на лотосе

И Вишну видя вместе там, Шанкара был изумлен. (42)

Наполненному удивлением Махадеве Быкознаменному,

Чье лицо расцвело улыбкой, Харе обратил речь Джанардана. (43)

Шри-Бхагаван сказал:

Что спрашивал ты о единстве и различии, Шанкара,

Трех богов, то ты постигнуть должен. (44)

Пракрити, пуруша, время, майя в самом себе

Постигнуты тобой, о Махадева, каковы они и что они есть. (45)

Единственный Брахман всегда умиротворен, постоянен, [он] – высший и великий,

Так как же ты мог познать различия в нем и видеть, каков он? (46)

Маркандея сказал:

Так спрошенный Бхагаваном [Вишну], Бхагаван Быкознаменный

Ответил Хари правдивыми словами, о лучший из дваждырожденных. (47)

Владыка сказал:

Единый, благой, [пребывающий] в покое, беспредельный, непоколебимый Брахман существует, и нет другого, подобного ему,

От него неотлична целая вселенная, о Хари, время и прочие его проявления суть причина творения. (48)

Он – источник всех существ естественный, мы же части его бытия,

Три формы его, являющиеся по отдельности для творения, поддержания и разрушения. (49)

Ни я, ни ты, ни Хираньягарбха, ни время, ни пракрити и ничто другое

Шри-Бхагаван сказал:

Итак, ты познал и рек истину, о Быкознаменный,

Мы, Брахма, Вишну и Держатель Пинаки возникли из его части. (51)

Поэтому ты не должен умерщвлять Виринчи, если тобою было

Единство постигнуто Брахмы, Вишну и Держателя Пинаки, о Шамбху. (52)

Маркандея сказал:

Выслушав слова Вишну, обладающего неизмеримым пылом,

Не стал лишать жизни Махадева Творца, принимая во внимание единство [трех богов]. (53)

Итак, вам поведано то, что Вишну говорил о тождественности

Шамбху, и об этом я скажу еще, о дваждырожденные. (54)

Так в тринадцатой главе Калика-пураны заканчивается тринадцатая глава, называющаяся «Шива сменяет гнев на милость».

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ЛЮБОВНЫЕ ИГРЫ ХАРЫ И САТИ

Маркандея сказал:

Когда тучи начали греметь, Махадева, Супруг Сати,

Простившись с Вишну и прочими [богами], отправился в горы Гималаи. (1)

Усадив на спину быка радостную Сати,

Отправился он на прекрасные склоны Гималаев, покрытые рощами. (2)

И она подле Шанкары, [обнажающая в улыбке] прекрасные зубы, очаровательно улыбающаяся,

Заблистала, восседавшая на быке, точно темное облако на краю Луны. (3)

Брахма и иные [боги], Маричи и прочие мыслью порожденные,

А также Дакша – все ликовали, боги и асуры. (4)

Одни дули в раковины, другие танцевали, отмеченные благоприятными знаками,

Третьи смеялись – и [все] следовали за Быкознаменным. (5)

Хотя и попрощавшиеся с Шамбху, Брахма и прочие

Следовали некоторое время за Харой, исполненные великого восторга. (6)

Затем, [окончательно] расставшись с Шамбху, Брахма и прочие мыслью порожденные

Удалились в свои обители на быстроходных колесницах. (7)

Боги, сиддхи, сонмы апсар,

Якши, видьядхары, которые туда пожаловали, (8)

Те, распростившись с Харой, поспешили возвратиться в собственные чертоги,

Исполненные радости оттого, что Быкознаменный женился. (9)

После этого Хара вместе со своими ганами, достигнув обители, восхищающей [чувства],

На Кайласе, помог спуститься возлюбленной с быка. (10)

Заполучив Дакшаяни, Вирупакша ганов

Своих отпустил во главе с Нанди из горной пещеры. (11)

Шамбху молвил им всем, возглавляемым Нанди, очевидную истину:

«Когда я вспомню о вас, то благодарю вспоминанию с навостренными ушами

Вы явитесь тогда ко мне. (12)

После того как Вамадева сказал это, Нанди и другие

В долину Махакауши отправились в горах Гималаях. (13)

Когда они удалились, Владыка, сбитый с толку,

Вместе с Дакшаяни долгое время день и ночь наслаждался в уединенном месте. (14)

Иногда, собрав лесные цветы, прекрасный

Венок он сплетал и возлагал на шею Сати. (15)

В другое время, когда Сати смотрела на свое лицо в зеркало,

Подойдя сзади, Хари глядел на свое лицо сам. (16)

Иногда он находил радость в том, что ее волосы

Связывал и распускал постоянно, а также расчесывал. (17)

Ее стопы блестящей красной краской

Окрашивал, красные от природы, объятый страстью Быкознаменный. (18)

То, что другим можно говорить громко,

То на ухо шептал ей Хара, чтобы коснуться ее лица. (19)

Отойдя недалеко и подкравшись

Сзади, он закрывал ей [своими ладонями] глаза. (20)

Благодаря своей волшебной силе Быкознаменный исчезал

И, [будучи невидимым], обнимал ее, взволнованную и испуганную. (21)

Две ее груди напоминали бутоны золотого лотоса,

Он же, умащая их мускусом, делал их подобными черным пчелам. (22)

Неожиданно сняв жемчужное ожерелье с ее грудей, Хара

Возлагал его обратно, рукою касаясь [грудей]. (23)

Браслеты ангада снимая вновь и вновь

С их мест, он надевал их обратно. (24)

«Приближается скопление темных облаков, такого же цвета, [что и твоя кожа, а следовательно], оно твой друг», -

[Так он говорил Сати], и когда она вскакивала, чтобы посмотреть, он хватал ее за груди. (25)

Время от времени Хара, ставший безумным под влиянием Маданы,

Шутил с возлюбленной своего сердца. (26)

Собрав цветы лотосов и лесные цветы, Шанкара

Покрывал все ее тело этими цветами. (27)

В дивных горных пещерах вместе с ней, женою своею,

Ликующий Хара наслаждался, а также средь лесных чащ. (28)

Гуляя, сидя, стоя, занимаясь [каким-либо] делом,

Без нее даже мгновения радости не испытывал Быкознаменный. (29)

Предаваясь забавам долгое время в пещере горы Кайласы,

В долину Махакауши вступил он в Гималайских горах. (30)

Как только в горы Гималаи вступил Быкознаменный,

Кама также с другом и Рати прибыл [туда]. (31)

После того как Кама явился, Васанта вблизи от Шанкары

Распростер свои богатства в [кронах] деревьев, на водах и на земле. (32)

Все деревья зацвели прекрасными [цветами], и лианы также,

На водах распустились лотосы, которые [покрыли] пчелы. (33)

Как только Сурати явился туда, подули ветерки с Малайских гор,

И благоуханным ароматом цветов были сбиты с толку женщины. (34)

Повергая в смущение даже сердца мудрецов, как из пахты масло. (35)

Вечером подобно Луне цветы палаши блистали,

Подобно оружию Камы, для радости были они. (36)

Покрывали воды цветы лотосов, всех людей

Предназначенные прельщать, подобно богине вод, [явившей] лицо прекрасное. (37)

Деревья нагакешары с цветами золотого цвета

Росли, подобно знаменам Маданы, дивные, вблизи от Шанкары. (38)

Деревья чампаки, чьи золотые цветы

Расцвели, обильно цветущие, блистали. (39)

Из-за распустившихся цветов паталы все стороны [казались] частями паталы,

Так цвели деревья, называемые патала. (40)

Благоухание лиан гвоздичных деревьев наполнило дуновение ветра,

И оно повергало в смятение сердца страстных людей. (41)

Наполненные ароматом весенних цветов рощи блистали,

И также [ароматом] страсти, чарующие, и пчелы были привлечены этим благоуханием. (42)

Ветви манго, блистающие подобно чарующему пламени,

Были как бы покрыты множеством стрел Маданы. (43)

Кристально чистые воды искрились, покрытые цветущими лотосами,

Подобно свету, что озаряет сердца мудрецов. (44)

Снега от лучей Солнца растаяли,

Подобно тому как [тает] самость в сердцах людей, искусных в осуществлении знания. (45)

Без боязни стали непрерывно куковать кокили,

И их [кукование] напоминало звук тетивы цветочного лука [Камы, чьи стрелы]-цветы поражали живые существа. (46)

Жужжали пчелы, покрывшие цветы в рощах,

И [их жужжание] было похоже на рев тигра Смары, намеривающего пожрать игривые жесты влюбленных женщин. (47)

Луна, ранее скрытая туманом, все доли целиком

Постепенно являла[cix], дабы очаровать людей и распространить дух благости на земле. (48)

С Луной спокойными и ясными стали

Ночи, как прекрасные женщины в компании их возлюбленных. (49)

В это время Махадева вместе с Сати в Гималаях

Наслаждался долгое время, счастливый, в рощах и пещерах. (50)

Равным образом с ним вкушала наслаждение прекрасная Дакшаяни,

Так что Хара даже миг не мог оставаться без нее в покое. (51)

Во время любовных услад богиня Сати, возлюбленная его сердца,

Как бы входила в тело Хары и побуждала его пить нектар [наслаждения]. (52)

Все ее тело украшая гирляндами из цветов,

Сплетенными своими руками, забавлялся Хара. (53)

Болтовнею, взглядами, улыбками и беседами Хара,

Владыка гор, входил в ее [сердце], как обуздавший себя [обретает] постижение Атмана. (54)

Хара, чье тело было крепко благодаря питью нектара ее лица-Луны,

Никогда не чувствовал усталости в теле. (55)

Ароматом от ее лица-лотоса, ее красотою и шутками

Удерживаемый, подобно огромному слону, привязанному волокнистой веревкой, он не мог заняться ничем другим. (56)

Так в рощах и пещерах на склонах Гималайских гор постоянно предавался любовным утехам с дочерью Дакши Махеша.

И пока он забавлялся так, по счету богов прошло десять, девять и еще пять лет[cx], о Индры средь мудрецов. (57)

Так в Калика-пуране заканчивается четырнадцатая глава, называющаяся «Любовные игры Хары и Сати».

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Наши рекомендации