Нейропсихологическое исследование

Нейропсихологическое исследование — это, прежде всего, исследование

психологическое.

Системный подход требует особой оценки событий или внешних воз­действий, которые обычно оцениваются как причина поведенческих актов. В лабораторных исследованиях в качестве таковых обычно берутся некоторые отдельные элементы реальной ситуации (например, отобранные стимулы). Между тем, даже в самом тщательном эксперименте очень трудно исключить из этой ситуации все остальное, оставив только данный элемент как един­ственное воздействие. Более того, даже если удается как-то элиминировать (или сбалансировать) все внешние воздействия, кроме одного — изучаемого, то и в этом случае далеко не всегда можно быть уверенным в том, что имен­но он-то и является причиной полученного следствия (Б. Ф. Ломов). При нейропсихологическом обследовании также приходится иметь дело с не все­гда контролируемой системой воздействий.

В современной психологии существует большое число признаков, слу­жащих основанием для классификации психодиагностических процедур и приемов: характер стимульного материала, степень его формализации, вер­бальная или образная направленность, подконтрольность сознательному уп­равлению результатами и др.

Применительно к собственно задачам нейропсихологии, ценность тех или иных классов исследовательских приемов существенно смещается уже из-за того, что часть из них (обычно опросники и проективные методики) оказы­вается непригодной в силу предмета своего исследования, например, уровня личности или характера, которые, если даже и рассматриваются под углом зрения высшей нервной деятельности, никогда не соотносятся с конкретны­ми мозговыми структурами. С другой стороны, целый ряд психофизиологи­ческих проб, направленных на исследование сенсорных процессов и аппара­турных методов оценки состояния мозга, способных зарегистрировать его мор­фологические и функциональные дефекты, будучи интерпретированными в психологических терминах, оказываются чрезвычайно полезным в практике его системного исследования.

Другим аспектом классификации нейропсихологических методов явля­ется их условное деление на диагностические и экспериментальные.

Диагноз (вообще) — это заключение о сущности чего-либо, выраженное термином, свойственным данной науке. В узком плане— это отнесение сово­купности признаков к какому-то классу.

В общемедицинском отношении диагноз означает отнесение группы сим­птомов и синдромов, имеющихся у человека, к определенной нозологиче­ской категории, то есть подведение частных признаков под более общее оп­ределение, раскрывающее сущность болезни. Психологический диагноз, даже в клинической психологии, уже начинает определяться иначе — как возмож­ное причинное объяснение текущего психического состояния индивида, а также прогноз его будущего поведения (в том числе и в норме). Диагностика в нейропсихологическом значении переносит акцент с причинно-следствен­ных отношений, возникших в сфере психики, или социально-психологических факторов, на объяснительные механизмы, лежащие в плоскости мозга, его функционирования и «заинтересованности» в психических расстройствах тех или иных его функциональных систем. Диагноз, являясь исходно медицин­ским понятием, всегда в скрытом виде несет на себе отпечаток объяснения име­ющегося неблагополучия, а при расширительном толковании — специфики.

Очевидно, что не все измерительные процедуры, методы и пробы спо­собны даже при их комбинированном использовании вывести исследователя на так называемый топический диагноз — формулировку расстройства, свя­зывающую его с конкретной зоной мозга. Большая их часть лишь весьма обще характеризует состояние какой-то психической функции, подразуме­вая, что, возможно, ее дефицит, слабость или недоразвитость имеют отноше­ние к нарушенной работе мозговых структур. Эта довольно большая группа методов, широко используемых в научных целях, традиционно относится к экспериментальным, дополняющим и уточняющим структуру дефекта.

Клинический подход опирается на богатейший опыт работы с лицами, имевшими локальные повреждения мозга, на синдромальный анализ (анализ нейропсихологических синдромов с целью обнаружения общего основания — фактора, объясняющего происхождение различных симптомов (А. Р.Лурия, Е. Д. Хомская)) и теорию системной динамической локализации функций. В его рамках разработано большое число методов исследования психических процессов, показатели которых с высокой степенью вероятности увязывают­ся с конкретными функциональными системами мозга, то есть позволяют обнаружить «территорию» очага поражения. Эта группа приемов, наиболь­шей известностью из которых пользуются методики, собранные в так назы­ваемую «луриевскую батарею» и тяготеющие к ней, и является диагностиче­ски валидной. Четкой границы между экспериментальными и клинико-диа-гностическими методами исследования нет, поскольку по мере накопления научной информации какие-то из них могут «мигрировать» из одного класса в другой.

Другой аспект классификации нейропсихологических методов исследо­вания, вызывающий дискуссии, связан с применением в диагностической практике приемов, позволяющих или качественные или количественные тол­кования. Из общей психодиагностики известно, что методы психологическо­го исследования в принципе могут быть разделены на две большие группы — идеографические и номотетические. Если первые описывают человека как неповторимое, уникальное существо с только ему свойственным набором качеств (как в художественной литературе, истории болезни или школьной характеристике), то вторые, в силу провозглашаемой универсальности алфа­вита качеств, позволяют отдифференцировать одного человека от другого преимущественно не набором характеристик, а степенью выраженности каж­дой из них, что подразумевает и доступность их измерения, количественной градации (этот подход типичен для науки, оперирующей статистическими закономерностями). Исторически отечественной нейропсихологии, находящейся под сильным влиянием взглядов Л. С. Выготского и А. Р. Лурия, был свойственен первый вариант подхода, при котором во главу угла справедливо ставился тщатель­ный качественный анализ изучаемой психической функции в ее взаимосвязи со всеми остальными и в контексте возрастной специфики работы мозга. Например, С. Я. Рубинштейн в связи с этим приводит такое высказывание Л. С. Выготского: «Чрезмерная боязнь так называемых субъективных момен­тов в толковании и попытка получить результаты наших исследовании чисто механическим, арифметическим путем... ложны. Без субъективной обработ­ки, то есть без мышления, без интерпретации, расшифровки результатов, обсуждения данных нет научного исследования».

Результатом подобного анализа должен стать переход от фиксации нали­чия симптомов (признаков) и синдромов (закономерных и устойчиво повто­ряющихся сочетаний симптомов) к уже упоминавшемуся выше нейропсихо-логическому фактору — условному обозначению общего смысла физиологи­ческой работы и психического функционирования какой-то зоны мозга.

Дисфункция мозговых систем не всегда совпадает с локализацией очага поражения. Поэтому в целом вопросы о надежности получаемых в нейро-психологическом эксперименте данных проблематичны и, по-видимому, мо­гут решаться, главным образом, путем сравнительного анализа результатов группы разнородных проб и обнаружением в них общих черт признаков, укладывающихся в единый синдром (А. Р. Лурия, Е. Д. Хомская).

Наши рекомендации