Радость. печаль. хаос. мудрость. 1 страница

Свободно плавающая автобиография человека, который развивал гештальттерапию

Дорогой Фритц, ты пришел и сделал то, что хотел, и многие из нас полюбили тебя и путь, по которому ты идешь. Ты был там, о чем ты говорил, а это редко встречается среди людей. Твои слова было легко слушать, твой голос пробуждал мою спящую надежду, и сейчас я вспоминаю слезы, которые часто подступали к твоим глазам, когда вокруг было много любви. Иногда я видел тебя утомленным - было так немного тех, которые изнуряли тебя неловкими попытками прийти в себя.

Но все это в прошлом, и сейчас ты прожил годы. Теперь есть мы - целый ряд учеников твоей школы жизни, которые еще учатся у тебя. Так много раз я внезапно понимал вновь, что ты имел в виду, но будучи щепетильным, я не верил тебе, когда ты говорил, что не нуждаешься в ком-либо, но сейчас я вижу, что живущий в этом мире без желания чего-то всегда является правдивым учителем, и что желание Бога не является истинным путем. Я слышу, как ты фыркаешь над последней строкой. Ты учишь осознаванию ради осознава-ния. Некоторые из нас обращают много внимания на себя. Мы разбужены в чужом мире, чтобы увидеть себя отличными от остальных, дремлющих, которых не касается возбуждение этого преходящего зрелища. Часто в дни, похожие на сновидения, и отдельные ночи, я открываю знаки, что ты уже проходил здесь до меня. Узнавание твоих изумительно точных наставлений, данных иногда в прошлом Биг Сура, но присутствующих и сейчас здесь на палубе, где ты писал части "Помойного ведра", узнавание твоего руководства наполняет мое сердце признательностью за то, что однажды ты уже прикоснулся к моей жизни и научил меня тому, что я существую здесь и сейчас, с пером в руке посылаю любовную энер- гию моего мозга тебе, моему старому учителю, где бы ты ни был сейчас.

Всегда твой, Боб Холл.

Внутри и вне помойного ведра

Поместил я свое творение.

Быть ему свежим, быть ему избитым,

Унылым или восторженным.

Радость и печаль, которые я пережил,

Будут вновь пересмотрены;

Ощущающий здоровье и будучи сумасшедшим,

Принятым или отвергнутым.

Хлам и хаос, остановитесь!

Вместо дикого смятения

Создайте значимый Гештальт

На основе моей жизни.

Фредерик Перлз

Сейчас я собираюсь написать о себе. Точнее, если кто-нибудь когда-нибудь пишет, он пишет о себе - более или менее. Конечно, можно писать о так называемых объективных наблюдениях или о концепциях и теориях, но наблюдатель так или иначе является частью этих наблюдений. Или он отбирает то, что он наблюдает, или он следует требованию учителя. В каждом случае его участие должно быть сильно ограничено, но так или иначе еще оставаться.

Итак, я делаю это снова. Вещаю, никогда не говоря: "По-моему...".

Мое имя - Фредерик Соломон Перлз, в Америке - Фредерик С. Перлз, обычно называемый Фритц или Фритц Перлз, иногда доктор Фритц. Записывая это, я чувствую нечто легкое и неофициальное. Еще удивляюсь, кому я пишу это и, прежде всего, насколько честным буду я? О, я знаю, я не вынужден писать истинное признание, но мне хотелось бы быть честным ради себя. Чем я рискую?

Я становлюсь известной фигурой. От безвестного мальчика из еврейской семьи среднего класса к посредственному психоаналитику и далее - к сносному "творцу" нового метода лечения и выразителю жизненной философии, которая могла бы сделать кое-что для человечества.

Означает ли это, что я - альтруист или что я хочу служить человечеству? Тот факт, что я ставлю этот вопрос, показывает мои сомнения. Я верю, что то, что я делаю, я делаю для себя, моей заинтересованности в решении трудных задач и в еще большей степени для собственного тщеславия.

Я чувствую себя лучше всего, когда я могу быть "примадонной" и могу пускать пыль в глаза моим умением быстрого достижения контакта с сутью личности и ее бедами.

Однако для меня должна существовать и другая сторона. Всякий раз, когда что-нибудь действительно происходит, я бываю глубоко тронут, и всякий раз, когда я глубоко поглощен общением с больным, я полностью забываю о зрителях и их возможном удивлении, и тогда я весь там.

Я могу делать это. Я могу забывать себя полностью. В 1917 году например, мы лежали в казармах близ железнодорожной станции. Когда эту станцию бомбили и два поезда со снарядами пострадали, я вышел без страха или мысли о собственной шкуре и среди разрывающихся снарядов помогал раненым.

Но вот я делаю это вновь. Хвастаюсь. Пускаю пыль в глаза. Может быть, я преувеличиваю или придумываю это? Где границы жизни, фантазии? Ницше обозначал это так: "Память и' Гордость боролись. Память сказала: "Это было подобно тому". - Гордость сказала: "Этого не могло быть". - И Память уступила".

Я "прощупываю" оборону. Капитан моего батальона был антисемитом. Ранее он отказывал мне в железном кресте, но на этот раз он вынужден был представить рекомендацию, и я получил мой крест.

Что я делаю? Начинаю игру в самоистязание? Опять пускаю пыль в глаза. Посмотрите, каким скрупулезно честным я пытаюсь быть!

Эрнст Джонс однажды назвал меня эксгибиционистом. Незлобно. Он был добрым и любил меня. Правда, у меня были некоторые эксгибиционистские наклонности (и даже сексуальные), но проявляющиеся интересы всегда были более значительными. Более того, я не верю, что мою потребность пускать пыль в глаза можно просто объяснить сексуальным извращением.

Я уверен, что, несмотря на все мое хвастовство, я не думаю о себе много.

Мое среднее имя Соломон. Мудрый царь Соломон провозгласил: "Все суета сует".

Я даже не могу похвастать, что я слишком суетен. Однако я уверен, что желание пускать пыль в глаза, в основном, есть сверхкомпенсация. Не только компенсировать мою неуверенность, но сверхкомпенсировать, загипнотизировать вас в вере, что я есть нечто, действительно, исключительное. И не сомневайтесь в этом!

Долгие годы мы с женой играли в такие игры: "Неправда ли, ты поражен мною?", "Можешь ли ты сделать лучше?", пока я не понял, что я всегда оказываюсь побежденным и что, по-видимому, не смогу победить. В то время я все еще был предубежден в широко распространенной человеческой глупости, что это важно и даже необходимо - победить.

Все это в итоге свелось к феномену самоуважения и самоотражения. Как и каждый психологический феномен, самоуважение познается через противоположность. Высокие чувства самоуважения, гордость, слава, ощущение себя на десять футов выше противостоят низким: ощущению себя одиноким, никчемным, жалким, маленьким. Герой противостоит ничтожеству.

Я еще должен прочесть большую часть работ Фрейда. Меня удивляет факт, что при всей своей увлеченности сексом он не увидел взаимосвязи самоуважения с теорией либидо. Аналогичным образом Салливан, который специализировался на системе самоуважения, очевидно, упустил эту связь.

Сходство функционирования этой системы с эрекцией и спадом напряжения гениталий кажется мне очевидным. Эрекция всей личности, охваченной гордостью, контрастирует с жалким положением того, кто чувствует себя слабее. Прикосновение старой девы вошло в поговорку. Стыд заливает краской лицо и обескровливает гениталии. По-немецки гениталии называются "части стыда".

Исходя из терминологии Фрейда, мы могли бы назвать либидинозное поведение системы самоуважения вытеснением. В то же время мы можем получить первое, несколько скудное понимание психологических взаимоотношений.

Очевидно, эрекция является, прежде всего, физиологической функцией, в то время как самоуважение - предмет "разума": эта функция (ошибочно выступающая как область случайного), которую я называю фантазией или воображением, создает образы.

Это ведет нас прямо в царство экзистенциальной философии. Я полагаю, уяснение экзистенциального вопроса в значительной мере прольет свет на предмет суетности, противостоящей аутентичному (подлинному) существованию, возможно, даже покажет путь преодоления раскола между нашей социальной и биологической сущностью.

Как биологические индивидумы, мы являемся животными, как социальные существа - мы играем роли и игры. Как животные, мы убиваем, чтобы выжить, как социальные существа, мы убиваем ради славы, алчности, мщения. Как биологические существа, мы ведем жизнь, связанную с природой и погруженную в нее, как социальные существа, мы проводим жизнь "как если бы" (Вайхингер "Философия "как если бы""), в которой присутствует изрядная путаница реальности, фантазии и притворства.

Для современного человека эта проблема выливается в различие и часто - в несовместимость между самоактуализацией и актуализацией образа себя.

В 1926 году я был ассистентом профессора Курта Гольдштейна в институте для солдат с мозговыми травмами. Со временем я расскажу больше о нем. По этому пункту я только хочу упомянуть, что он использовал термин самоактуализация, который я не понимал. Когда я услышал то же выражение 25 лет спустя от Маслоу, я все еще недостаточно понимал его, разве что выражая себя искренне, некто в то же самое время мог бы делать что-то намеренно. И это было бы равносильно программе, концепции. Потребовалось еще больше лет, чтобы понять природу самоактуализации в понимании Гертруды Стайн, исходя из ее работы "Роза есть роза".

Актуализация самопредставления была, например, у Фрейда под названием Идеального Эго. Однако Фрейд, как жонглер, взаимозамёнял термины Супер-Эго и Идеальное Эго. Это абсолютно различные явления. Супер-Эго является морализующей, контролирующей функцией, которую можно назвать идеальной только при наличии Эго, на 100% подчиненного желаемому. Фрейд не уяснил это даже для себя. Он оказался в тупике. Люди, говорящие на английском языке, встретятся с другой трудностью, следуя за аргументацией Фрейда. По-немецки Эго идентично с "Я". В английском языке Эго приближается по значению к системе самоуважения. Мы можем перевести "Я хочу признания" как "Мое Эго нуждается в признании", но не "Я хочу хлеба" как "Мое Эго хочет хлеба". Для наших ушей это звучит абсурдно.

Самоактуализация - это современный термин. Он был прославлен и искажен хиппи, актерами и, к сожалению, многими гуманистическими психологами. Он был выдвинут и как программа, и как достижение. Это результат материализации, потребность создавать вещь вне процесса. В таком случае термин означает обожествление и прославление места, ибо "сам" выявляет только "где" происходит, тогда как "с а м" противопоставляет себя другому и приобретает смысл только через это противопоставление.

Сам, как индикатор, "Я делаю сам" - только показывает, что никто другой не делает это, и должно писаться с маленькой "с". Как только оно обожествляется до Сам с большой "С", оно воспринимается как место части, крайне специфической части, целого организма. Некоторое приближение к старомодной душе или философской сущности, как "причине" этого организма.

Противоположности являются возможностью и актуализацией. Зерно пшеницы имеет возможность стать растением пшеницы, и пшеница - растение есть его актуализация. Итак, самоактуализация означает, что пшеничное зерно актуализирует себя как пшеница - растение и никогда - как рожь.

Я должен прерваться здесь. Если эта писанина когда-нибудь будет опубликована, редактор, возможно, выбросит следующий хлам или внесет его в соответствующий контекст.

Что касается меня, то одна из двух моих проблем идет под заголовком "Пускание пыли в глаза".

Другая - проблема курения и отравления себя - может подождать. Что касается первой, то часто ощущение текущего существования связана с "пусканием пыли в глаза". Как это связано, я надеюсь обнаружить в процессе этого писания. Я часто требую одобрения, признания и удивления собой во время беседы.

По правде говоря, я часто устремляюсь вперед или пространно изъясняюсь о предмете не для того, чтобы показаться великолепным и блистательным, но чтобы похвастать своим признанием или, что я считаю тем же самым, завоеваниями гештальттерапии.

Скука также часто движет мной (см. непризнание ответственности за м о ю продукцию м о е й скуки!), когда я становлюсь неприятен людям или очерняю жизнь, или начинаю флирт и сексуальные игры.

Это потребует дополнительного обсуждения в другом контексте. Некий хвастун родом из этих мест. Американцы написали в статье об Изалене: "И все девушки согласны с тем, что никто не целует так, как Фритц Перлз".

Позже я обнаружил более конструктивный отрыв от скуки: садиться и писать. Без ощущения скуки я, возможно, не сидел бы здесь и не наносил бы предложения на бумагу.

Это выглядит как отказ от определенных исследований, сделанных мной в психиатрической больнице: что скука - есть следствие блокирования истинных интересов.

Буду ли я сейчас делать вывод, что самовосхваление есть истинный интерес, для которого я живу, что я раболепствую и работаю на службе образа великого Фрит-ца Перлза? Я актуализирую не себя, но свое представление о себе? Это вдруг прозвучало так справедливо для меня и слишком "должно быть". Актуализация самоопределения - грех. Обращусь ли я в пуританина?

Итак, назад к "жертве" самоактуализации- и реальности самоактуализации.

Давайте доведем пример с пшеничными и ржаными зернами до абсурда.

Очевидно, что возможности орла будут актуализированы при полете в небе, нападении на более мелких животных в качестве пищи и строительстве гнезд. Очевидно, что возможности слона будут актуализированы в размере, силе и неуклюжести. Нет орла, желающего стать слоном, нет слона, желающего стать орлом. Они "принимают" себя, они принимают свою "самость". Нет, они даже не принимают себя, так как это может означать возможность неприятия. Они принимают себя как что-то само собой разумеющееся, это может подразумевать возможность другости. Они есть то, что они есть.

Как нелепо было бы, если бы они, как люди, имели фантазии, неудовлетворенности, самообман! Как нелепо было бы, если бы слон, устав бродить по земле, захотел летать, есть кроликов и откладывать яйца, и орел захотел бы иметь силу и толстую кожу на груди.

Оставим это человеку: пытаться быть тем, чем он не является, иметь идеалы, которые не могут быть достигнуты, стремиться к совершенству, чтобы спастись от критики, открывать дорогу к бесконечной умственной пытке.

Пропасть между некоей возможностью и ее актуализацией, с одной стороны, и извращением этой аутентичности, с другой, становится очевидной.

"Если бытизм" поднимает свою безобразную голову. Мы уничтожили "бы", не признали "бы", преследовали "бы", отрицали "бы" многие особенности и источники истинности; и добавили "бы", притворялись "бы", развивали "бы" роли, не поддерживаемые реальностью и приводящие к фальшивому поведению различной степени. Вместо цельности реальной личности мы имеем фрагментацию, конфликты, бесчувственное отчаяние бумажных людей. Гомеостаз, тонкий механизм саморегуляции и самоконтроля организма, замещенный извне приложенным безумным контролем разрушения жизненной ценности человека и всего человеческого рода. Психосоматические симптомы, отчаяние, усталость и компульсивное поведение заменяют радость бытия.

Глубочайший раскол, давно укоренившийся в нашей культуре, как нечто само собой разумеющееся, представляет собой дихотомию души и тела; предрассудок, что есть такое разделение, связан с двумя различными видами материи - духовной и физической.

Нескончаемый ряд философов утверждает, что идея (дух, разум) порождает тело (например, Гегель), или материалистически, этот феномен или эпифеномен является результатом или супер структур ой физической материи (например, Маркс).

Ничего подобного. Мы являемся организмами, мы (т. е. некое мистическое Я ) не имеем организма. Мы являемся здоровым единством, но мы можем абстрагировать множество сторон этой цельности. Абстрагировать, но не вычитать, не отделять. Мы можем абстрагировать в соответствии с нашим интересом поведение этого организма или его социальную функцию, или его физиологию, или анатомию, или то и это, но мы должны быть настороже и не принимать абстракцию за "часть" целого организма. Ранее я уже писал о взаимоотношении интереса и абстракции, аспектов и появления образов. Мы можем иметь смесь из абстракций, мы можем бесконечно приближать знание о человеке или вещи, но мы никогда не сможем иметь полного знания - вещи в себе (говоря языком Канта).

Я стал чрезмерно философствовать? В конце концов нам крайне необходима новая ориентация, новая перспектива. Потребность в ориентации есть функция организма. У нас есть глаза, уши и т. д., чтобы ориентироваться в мире, у нас есть проприоцептивные нервы, чтобы знать, что происходит под кожей.

Философствовать, значит переориентироваться в мире. Вера - есть философия, которая принимает без доказательств какую-то структуру. Философствование - крайний пример наших интеллектуальных игр. Оно принадлежит, по существу, классу подготовительных игр.

Существуют, возможно, другие игры, но я вижу два вида, которые во многом определяют наши ориентацию и действия. Игры сравнения и подготовки.

Абстракции - это функции организма, но раз мы оторвали абстракции от их почвы, изолировали их, превратили в символы и факты, то они стали материалом для игр. Возьмите словесные головоломки или кроссворды как образцы того, как далеко мы можем перенести абстракции от их изначального контекста.

Величайшая книга об играх, которая мне известна, это - "Игра в бисер" Германа Гессе. Она много дала мне, чтобы видеть Баха, играющего звуками, образующего хитросплетения тем, доводящего до экстаза.

Я не могу согласиться с утверждением, что игра плоха, а серьезность похвальна. Скерцо Мастера несерьезны, даже если он искренен. Лисята и щенки играют. Но могут ли они научиться охотится и жить без таких игр? Я смущен.

Я хочу играть свою подготовительную игру.

Такому сверхчувствительному к несообразностям, как я,

Неаккуратному, как я, в привычках - мои комнаты и

одежда-

Необходим порядок в мыслях,

Связывающих куски и кусочки в целое.

Гештальт и хаос борются.

Что тут еще понимать?

Давайте начнем с секса. Многие игры, в которые мужчина

и женщина

И родители с детьми играют,

От нежного прикосновения до насилования и убийства

Многих тысяч видов и оттенков,

Извращенные или в нормальном состоянии, мучительные

И очаровательные игры.

Конец выходит предельно ясным:

Оргазм является финальным актом.

Нет больше контроля,

Устанавливается ритм. Бездумная природа обрела свой путь:

Наслаждение без игр.

Капитуляция согласию.

Глубокое удаление от мира

И приближение к здоровому гештальту.

Две стадии вовлечены, так многое становится ясным.

Одна занимается любовью разными способами

И притесняет другую.

Одна является в блеске величия,

Возвышенная и возвышаемая,

Другая означает то, посредством чего,

Как говорит Дьюи,

Тождество силы, которая взрывает,

Как животное показывает окончательный выигрыш.

Окончательный выигрыш есть блаженное спокойствие.

"Ничто" Нирваны стоит, но недолго.

Гештальт закрывается, и удовлетворение ускользает

Через поры кожи и души.

Но жизнь продолжается. Другая потребность, другая игра

Появляются из изобильной пустоты.

Аппетит, задача, незаживающая рана,

Полностью отброшенные сексом в сторону,

Требуют внимания, кричат.

Проснись и действуй,

Ибо жизнь продолжается бесконечным потоком

Незавершенного Гештальта.

Жизнь продолжается, поэтому продолжается эта книга.

Несколько дней я ничего не писал.

Показал предыдущие страницы некоторым друзьям,

Ибо я был рад, что без пустоты

Я вдруг написал в ритме,

Чувствительно превосходя сухое описание,

Как будто овладевая новым стилем.

От упоминания музыки до пребывания в ритме,

Играющий словами

Образ, выражающий себя,

Общий гештальт проектируется на бумаге.

Я собирался писать о себе.

Я - мой работник.

Тайна твоей жизни неизвестна мне,

За исключением откровения. Нет моста от человека к человеку.

Я угадываю, воображаю, вчувствываюсь,

Что бы это могло означать.

Ты чужой мне и чужим останешься.

За исключением некоторого сходства, где ты и я

В тождестве переходим один в другого.

Или, лучше, где ты касаешься меня,

И я касаюсь тебя,

Когда чуждость ощущается знакомой.

Большую часть времени мы играем в игры

И вращаемся вокруг да около, избегая

Прикосновений-столкновений.

Я играю еще аутентично ритмом слов,

Борясь с отступлениями от основной темы.

Которую я хочу обсудить.

Я также хочу научиться

Писать в стихах.

Но стихами, которые рифмуются,

Но ритмической мудростью.

Которая течет волнами

И вверх и вниз,

Которая течет, как вода,

Мягко журча.

Проза - только говорит, что хочет прийти

На ум и сердце.

Ни сухой науки.

Ни поэзии.

Гештальт выходит из земли.

Жизнь живет сама по себе.

Нет пластической смерти.

Но слова социальны, не так ли?

Так бормотанье переходит от жизни

К словам, которые играют в игры.

Только игра с самыми строгими правилами

Поддерживает меня и улучшает мастерство.

Нет побеждающим играм, высмеивающим поражение,

Которые являются слишком честными и близки к смерти!

Радость вновь открытых путей, узнавание новых

способов,

Чтобы жить.

Изобретая то, чего не было раньше, Или слов, не произносимых до сих пор. "Фритц, передохни. Ты сделал достаточно. Ты нашел свой Дзен, Дао и Истину.

Ты сделал это ясным и для других тоже - Непрекращающийся рост честной борьбы. Чего же ты хочешь? Разве недостаточно?'".

Нет жажды получить больше, но есть мирный отдых, Отдых, который не сидит, как замерзшие щенки. Отдых, который выходит наружу, Снаружи внутрь, очень ритмично. Маятник, похожий на время, Сердце, которое льется, сокращается и идет. Контакт, уход, мир и я В дополняющей гармонии. "Приди, проповедуй, что хочешь. Ты говоришь о себе, а не о мире. Ибо есть зеркала, где ты предполагаешь, Ты глядишь сквозь оконный свет и тьму, Ты видишь себя, ты не видишь нас. Проецируй себя, избавься от себя. Истощенное Я, обратись к себе. Стань проекцией, играй серьезно. Роли других - твои. Приди, возьми и стань лучше. Прими то, от чего отрекся. "Если ты ненавидишь что-то.

То это - ты сам, хоть это и тяжело осознавать. Ибо ты - это я и есть ты. Ты ненавидишь в себе то, что презираешь. Ты ненавидишь себя и думаешь, что это - я. Проекции - это самая проклятая вещь. Они совокупляются с тобой и ослепляют тебя. Выводят из себя, воздвигая преграды, чтобы Оправдать твои предрассудки. Вернись к себе. Посмотри открыто.

Посмотри, что существует реально, а не в твоих мыслях". Но что реально? Кто знает?

Сейчас я - воображала, который слишком в себе уверен! Проявились все симптомы тупика: Смущение, паника, нытье, что

"Кто-то" не может решить, "что-то" не движется.

Я, обещая принести пользу, оправдываю себя.

Я хочу двигаться, но завяз в грязи,

Не могу вытащить ботинки, чтобы идти вперед.

Слишком многим нравится ритмический поток,

Чтобы позволить учителю двигаться вперед.

И разделить явления, которые

Неизвестны и нуждаются в освещении,

Чтобы уяснить то, что неизвестно.

Что мы знаем об играх?

Что им противопоставить?

Король Лир на сцене, у которого нет королевства,

Как только он покидает шекспировские подмостки,

Бумажный престол,

Возможно, он - напившиийся бездельник

Без копейки и дома.

Но, кроме того, король на сцене еще и одинок

Без королевства и дома.

Так что такое реальность? А что игра?

Спроси Пиранделло, спроси Жане.

Они знают смутную грань

Игры и правды.

Это может быть так, это может быть этак.

А может быть и то и другое.

Ибо игра имеет двойную цель:

Расти и любить случай.

Или: радость роста

Означает застой,

Который приходит из тождества и взрыва,

Направленного внутрь.

Клише, шаблоны, которые не меняются.

Они безопасны и спокойны, как смерть.

Так похожи во многом,

Что видел уже Фрейд.

Фрейд также увидел величайшую вещь:

Что мышление - это повторение, репетиция.

Но что мы репетируем?

Игру, действие? Какое представление?

Без репетиции мы рискуем.

Мы спонтанны, Импульсивны,

Готовы действовать неосторожно По отношению к опасностям, Настоящим или воображаемым. Без репетирования. Я, мы выскакиваем, Не зная, жара или холод. К черту следствия! Как герой,

С шорами на глазах для выживания. Но мы - разные.

Боясь риска, мы должны убедиться, Что ничего не случится, что могло бы повредить Спокойствию с 9 до 4-х,

Страховой сумме, оплате чеков, привычным взаимоотношениям.

Мы оттренировали социальные роли Для обучения в колледже и получения степеней, Корректного поведения для достижения успеха. Итак, осторожно поднимаясь по лестнице успеха к вершине Мы играем самый большой ум на земле, Злоупотребляем силой для садистских целей, Накапливаем деньги, которые нам не нужны. Язва желудка возбуждает аппетит, Ухмылка заменяет смех.

Связи - лучше, чем дружба, которая направляет Нашу активность, тщетно пытаясь исправить Наши души в Воскресной церкви и Новогодними пожеланиями. Есть и другая сторона:

Хороший мальчик является злобным ребенком, Чья непорочность насильственна. Слабый мальчик стреляет из-за угла По полезным способностям вторгающегося паразита. Мечты юности становятся подобными ночному кошмару, Отравляющему существование. Что действительно мы делаем? Как страшна игра, являющаяся результатом Того, что дарило обещание? Я допускаю, что сперматозоид, Который выиграл забег у миллиона себе подобных, Не может быть выбран. Яйцо может выбрать себе самку.

(механизмы не приложимы к жизни).

Жизнь осознает свои потребности,

Свои самоподдерживающие чувства.

Каждая клетка выбирает,

Ассимилирует питательные вещества из плазмы.

Она использует вещество, из которого можно сделать

Желчь, гормоны или мысли.

Она имеет мозг, она знает свою работу.

У нее есть социальная совесть.

Ее собственное выживание находится в гармонии

С целым организмом и служит ему.

Нет более эгоистичной, чем раковая клетка,

Которая отнимает то, что другим клеткам

Необходимо для их жизнедеятельности.

Криминал микрожизни.

Клетки знают гораздо больше,

Чем мы можем выдумать высокомудрыми расчетами.

Осознанность ощущения, что мы уже потеряли,

Еще жива, если мы позволим ей быть.

Яйцо таким образом может не принять

Наиболее жаждущего поклонника.

Женитьба осуществлена.

Одна клетка начинает делиться, профилировать.

Потенциальный человек, самоактуализирующийся

Как начинающий человек,

Получает поддержку - да, полную поддержку

Прямо в материнской утробе.

Пища, тепло, кислород,

Имеются строительные кирпичи.

Чтобы создавать замыслы, предопределенные генами.

Он плавает, слушает, пинается,

Отвоевывая жизненное пространство,

Чтобы мобилизовать свои мускулы.

Безболезненное рождение, колоссальное изменение.

Без крова, тепла, кислорода.

Это заставляет дышать сразу,

Так как жизнь - это дыхание.

Появляется первая потребность - поддерживать себя...

Ты хочешь жить, так дыши...

"Голубое дитя", так называется это состояние, Которое копируется много позже. Ибо смерть

Наступит, если ты не рискнешь.

Испытать самоподдерживающее дыхание,

Кричи от боли, ибо крик есть дыхание,

Чтобы преодолеть свой тупик...

И пост продолжается. Больше

самоподдержки, самоподдержки,

Которая заменит помощь извне.

Поддержка извне отвергается...

Ты учишься ходить, тебя уже не носят,

Ты играешь звуками, потом слова

Соединяются, выражая тебя...

Ты набрасываешься на ящик с мороженым, если не кормлен,

Ты выбираешь друзей, если любовь отступает...

Ты зарабатываешь на хлеб, ты формируешь собственные

идеи

И занимаешь свое место среди равных.

Сейчас ты вырос

Ответственным, чтобы существовать,

Не являясь обузой для других людей.

Тот неврастеник, кто требует

Поддержки извне.

Я называю невротиком любого,

Кто использует свои возможности.

Чтобы манипулировать другими,

Вместо того, чтобы совершенствовать себя.

Он контролирует, вызывает силу сумасшествия

И мобилизует родных и друзей

Там, где он не в состоянии

Использовать свои ресурсы.

Он поступает так потому, что не может выдержать

Такие напряжения и фрустрацию,

Наши рекомендации