Образы “Материнской тантры

В учениях Великого Совершенства (Дзогчен) суть всегда заключается в том, осознаём ли мы свою истинную природу и понимаем ли, что отражения этой природы проявляются в виде переживаний. Сновидение есть отражения нашего же ума. Мы так же легко убеждаемся в этом, пробудившись ото сна, как будды, обретая просветление, узнают, что в сансаре все существа и предметы — лишь иллюзия. А чтобы осознать как иллюзорную природу сновидения во время сна, так и иллюзорную природу яви, необходима практика. Имея некоторое понимание того, как возникают сновидения, легче понять, что имеется в виду под понятиями “иллюзорность” и “отсутствие независимого существования”, а также — что немаловажно — приложить это понимание к собственному переживанию. Процесс, результатом которого становится переживание, одинаков и в сновидении, и наяву. Весь мир — сновидение, так же как и учитель, и учение, и результат нашей практики, и это сновидение не прерывается ни на миг, пока мы не обретаем освобождение в чистом состоянии ригпа. А до той поры мы продолжаем видеть сон о себе и своей жизни, как в измерении сновидений, так и в материальном измерении.

Если мы не умеем работать с мыслью, это значит, что мысли повелевают нами. Если же мы умеем работать с мыслью, это значит, что на нее распространяется осознавание и ее используют во благо или она освобождается в свою истинную сущность, пустоту. Именно так мысль становится частью пути. Точно так же для продвижения по пути можно использовать заблуждение, страдание или любое другое переживание. Но для этого необходимо понимать: сущность всего, что бы ни возникало, есть пустота. Если мы понимаем это, каждый миг нашей жизни свободен и все переживания являются духовной практикой: любой звук — мантра, любой образ — чистая пустота, а любое страдание — учение. Именно это означает выражение “превратить в путь”.

Когда мы непосредственно постигаем, что гнев не имеет объективной основы и является лишь таким же отражением ума, как и сновидение, узел гнева ослабевает и больше не связывает нас. Если мы понимаем: то, чего мы боялись, ошибочно принимая за змею, — всего лишь веревка, власть этого образа над нами исчезает. Понимание того, что все образы есть светоносная энергия пустоты, приводит нас к признанию нераздельности ума и переживания.

Есть тибетское слово лхундруб, которое переводится как “спонтанное совершенство”. Это значит, что никто ничего не создает. Все таково, как оно есть: само собой возникает из основы как совершенное проявление пустоты и ясности. Кристалл не создает свет: он просто отбрасывает лучи — таково его естество. Зеркало отражает все лица, не выбирая: отражать все — его природа. Поняв, что все проявляющееся, в том числе самоощущение и чувство собственного относительного “я”, — лишь проекция ума, мы освобождаемся. Не иметь такого понимания — все равно что принимать мираж за явь, а эхо за самостоятельный звук. Тогда чувство разобщенности усиливается, и мы попадаем в ловушку иллюзорной двойственности.

В “Материнской тантре”, а это один из важнейших бонских текстов, содержатся примеры, сравнения и метафоры, над которыми можно поразмышлять, чтобы лучше понять иллюзорную природу и сновидения, и яви.

Отражение. Сновидение — проекция нашего собственного ума. Оно неотделимо от ума, как солнечный луч неотделим от света солнца, сияющего в небе. Не зная этого, мы относимся к сновидению так, будто оно реально, — так лев рычит на свое отражение в воде. В сновидении небо — это наш ум, гора — тоже наш ум, цветы, шоколад, который мы едим, люди, которые нас окружают, — все это наш собственный ум, чьи отражения мы наблюдаем.

Молния. В ночном небе сверкает молния, внезапно озаряя горы. Каждая вершина выглядит отдельным объектом, но в действительности мы наблюдаем одну вспышку молнии, отражение которой воспринимают наши глаза. Так и кажущиеся отдельными объекты сновидения в действительности есть единый свет нашего ума, свет ригпа.

Радуга. Сновидение может быть красивым и манящим, как радуга. Но она невещественна — это игра света, зависящая от позиции наблюдателя. Гоняясь за ней, мы никогда ее не настигнем: она — ничто. Сновидение, как и радуга, есть сочетание условий, из которых возникает иллюзия.

Луна. Сновидение — словно луна, которая отражается во множестве разных водоемов: в пруду, в колодце, в море, — во множестве городских окон и во множестве кристаллов хрусталя. Луна не умножается, она всего одна — так и множество объектов сновидения обладают одной сущностью.

Магия. Факир может превратить камень в слона, потом в змею, потом в тигра. Но все эти разные предметы иллюзорны, как и предметы во сне, которые созданы светом ума.

Мираж. Вследствие вторичных причин мы можем увидеть в пустыне мираж — призрачный город или озеро, но, приблизившись, ничего не обнаружим. Если рассмотреть объекты сновидения, то окажется, что они, как и мираж, невещественны и иллюзорны, словно игра света.

Эхо. Издав громкий звук там, где бывает эхо, мы услышим в ответ громкий звук, издав тихий, услышим тихий, а издав странный крик, услышим странный крик. Звук, который доносится в ответ, — это тот самый звук, который мы издали. Так и содержание сновидения, которое кажется независимым от нас, на самом деле лишь отраженное содержание нашего же ума, которое возвращается к нам. В этих примерах подчеркивается отсутствие самостоятельного существования и единство переживания и переживающего. В учениях Сутры это называют пустотой, в Тантре — иллюзией, а в Дзогчене — единым тигле. “Я” и объект восприятия — не две отдельные вещи. Внешний и внутренний мир — наше собственное проявление. Все мы видим один и тот же мир, поскольку у всех нас одна и та же коллективная карма. То, как мы воспринимаем переживаемые явления, определяет, какие переживания мы испытываем и как мы на них реагируем. Мы убеждены в том, что видим объекты, обладающие самостоятельным бытием, представляющие собой отдельные существа и предметы. Если мы верим, что нечто действительно существует, то так оно и получается! И оно способно воздействовать на нас. Мы сами творим мир, на который реагируем.

Когда наша жизнь заканчивается, распадается мир, который сотворили мы, а не тот, в котором живут другие люди. То, что мы воспринимаем, и то, как мы все видим, прекращает жить вместе с нами. Если мы растворим свой оперирующий понятиями ум, спонтанно проявится чистота, лежащая в его основе. Если у нас есть прямое знание того, что и наше “я”, и окружающий мир лишены самостоятельного существования, тогда все, что возникает в переживаниях, не имеет над нами власти. Если лев ошибочно принимает собственное отражение в воде за нечто реально существующее, он пугается и рычит, если же он понимает иллюзорную природу отражения, то не проявляет никакого страха. Не обладая истинным пониманием, мы реагируем на иллюзорные проекции собственного ума влечением или неприязнью и тем самым создаем карму. Если же мы понимаем, что истинная природа — пустота, мы свободны.

Наши рекомендации