Продолжение практики выхода из тела

Далее я постараюсь вспомнить все свои наиболее интересные выходы из тела. Я не вёл записи с самого начала и поэтому сейчас не помню точно, в какое время они случались, но всё же постараюсь описать их в максимально верном хронологическом порядке.

Я перешёл в одиннадцатый класс. В школе меня по-прежнему не уважали, но мне на это стало наплевать. Скоро я её закончу и расстанусь со всеми раз и, возможно, навсегда.

Меня больше заботила не школа, а вопрос: «Почему первый раз получилось так легко выйти из тела, а теперь я этого не могу?» Я считал, что если хотя бы раз совершил «выход», то теперь астральное тело уже знает, как это делается, и всё должно проходить легко и гладко. Делать второй раз подобную работу всегда легче.

Позднее, размышляя, я выяснил, что дало в то время столь хорошие и быстрые результаты. Это моё полное безразличие к жизни и большая накопленная внутренняя энергия. Замкнутость в себе и постоянная концентрация на внутреннем мире — вот что позволило скопить необходимое количество энергии.

Теперь, когда появился хоть какой-то смысл жизни, астральное тело не хотело отделяться. Видимо, отделение, хоть и бессознательно, ассоциируется со смертью, а внутреннее «я» умирать не хочет. Так я построил предположение, почему не получаются повторные отделения. Как я ни старался, ничего не получалось. Я не могу силой воли вызвать желание умереть. Я не хочу умирать.

Тогда я посчитал, что меня наказали за то, что я рассказал о своём «выходе». И внутренне дал обещание больше никому ничего не рассказывать. Сразу после принятия такого решения у меня продолжилась практика «выходов», о которых я потом никому ничего не говорил.

Конечно, бывали моменты, когда я не мог удержать желание рассказать... и когда всё же рассказывал о «выходах», то сразу замечал, что заболевал или что-нибудь случалось нехорошее. Для меня эти факты говорили сами за себя.

В следующий раз, когда я «вышёл», то решил отлететь подальше от тела, чтобы случайно не вернуться обратно от короткой мысли о физическом теле.

Ощутив, что парю, я полетел вперёд. Я ничего не видел, но ощущал большую скорость перемещения. Мельком я видел отдельные картинки: пирамиду, затем небоскрёб крупного города, — я летел выше его.

Я понял, что слишком разогнался, и решил сбавить скорость, чтобы потом остановиться. Остановился, осмотрелся и осознал, что нахожусь на хорошо освещённой сцене цирка или чего-то подобного. Зрителей видно не было. Сцена была не круглой, а как в театре. На ней танцевали женщины, одетые в синие блестящие купальники. Мне понравилось их выступление, но я подумал, что меня могут заметить, ведь я нахожусь прямо на сцене. Хоть я и предполагал, что невидим, но не знал наверняка, как выгляжу. Чтобы не рисковать и не быть замеченным, я отлетел в сторону и оказался на улице. Ко мне подошёл бычок и стал обнюхивать. Я подумал, что он меня видит или, по крайней мере, чувствует моё присутствие. Тогда я решил отлететь в сторону от него. Полетел дальше и проснулся, как всегда, в своей постели.

Меня сразу наполнил энтузиазм. Мгновенно восстановилась моя стопроцентная уверенность в реальности «выхода». В голове пролетела мысль: «Как я раньше мог вообще сомневаться в реальности выхода из тела?» Между отделением от тела и простым сном — огромная разница, их спутать просто невозможно. Реальные ощущения, полный процесс мышления — это же вовсе не сон!

Но снова дальнейшие «выходы» не получались ежедневно, как я того хотел. Просто я ожидал случайной мысли во сне, что это сон. Как только пролетала такая мысль, я бросал смотреть сон и делал попытку взлететь. Причём и здесь не всегда успешно. Зачастую, пытаясь взлететь, я начинал волноваться, напрягать мышцы или активно думать, что выводило меня из состояния дрёмы, и я полностью просыпался.

Я пытался практиковать отделение от тела из состояния полного бодрствования. Лёжа в постели, расслаблялся и пытался восстановить состояние отделения, но ничего у меня не получалось, поэтому подобные опыты я прекратил. Видимо, я не мог умственно успокоиться и физически расслабиться до такой степени, как в глубоком сне.

Тем временем наступил знаменательный момент в моей жизни. Я сдал экзамены и наконец-то закончил школу, но на этом останавливаться не хотел. Меня неудержимо тянуло продолжить своё обучение. И вот мы с родителями приехали в Краснодар.

Некоторое время мы ходили по разным учебным заведениям и выбирали. Я решил, что где понравится, там и буду учиться. Хотя толком и не знал, чего хочу.

Мне нравилась работа на компьютере, но можно было пойти учиться и на что-нибудь другое — например, ещё мне нравилась психология. В таких поисках мы обошли несколько учебных заведений разной специализации.

Затем забрели в неприметный, слегка ободранный колледж. Я сразу понял, это «моё» место. Мне показалось всё настолько знакомым и настолько моим, что я сразу решил: «Буду учиться здесь!».

Там не было показательной внешней красоты, зато обитала внутренняя красота знания и высокий уровень преподавания. Так я поступил в колледж электронного приборостроения, на специальность «Автоматизированные системы обработки информации и управления».

Но что ещё более удивительно, когда я познакомился со своей группой, мне показалось, что каждого из них я уже встречал ранее; казалось, что вот-вот — и я даже смогу вспомнить их имена. Когда все мы немного подружились, то выяснилось, что у подавляющего большинства также было такое чувство при первой встрече, да и вообще оно не покидало нас в первое время учёбы.

Я поступал учиться на коммерческой основе, а потому без проблем сдал вступительные экзамены.

Теперь мне предстояло жить и учиться в Краснодаре, — в другой среде и в другом коллективе.

Пока я сдавал экзамены, родители успели найти мне новое место жительства. В общежитии колледжа не было достаточно свободных мест и туда было сложно попасть. В общежитие меня, собственно, и не тянуло. Я стал жить в частном доме.

Хозяйка, баба Маша, имела два небольших домика. В одном из них жила она сама, а другой сдавала для студентов. Дом старенький, поштукатуренный внутри и снаружи, имел три комнаты. Жилая комната, кухня и комната, оборудованная под ванную.

Я стал жить в компании с двумя хорошими ребятами — Колей и Сергеем. Спали мы в одной комнате, учились в одном и том же колледже и вместе ходили на занятия. Сергей поступил учиться на год раньше, и был на один курс старше меня. К моему большому сожалению, он учился на другой специальности и потому мог помогать мне только по смежным предметам, которых было слишком мало. Коля же поступил одновременно со мной, но на базе девяти классов, то есть на первый курс. (Я поступал после одиннадцатого класса, сразу на второй курс.) И потому мне приходилось обходиться своими знаниями, но это и к лучшему.

Хозяйка, хоть и жила отдельно, но постоянно общалась с нами и готовила для нас еду, за что я ей был благодарен. Несмотря на то, что получалось у неё не очень вкусно, это был о лучше, чем стряпать самому, теряя при этом массу полезного времени. Я поддерживал хорошие отношения с хозяйкой дома и с ребятами, с которыми отлично ладил.

Группа, в которой я учился, оказалась сплоченной и дружной. Никто никого не обижал и все помогали друг другу в учёбе, что меня сильно удивляло (ведь в школе всё было по-другому). Мир оказался не таким уж плохим, каким представлялся мне в последнее время. Потихоньку я начал восстанавливать утерянную общительность, начал «размыкаться». Меня оторвали от дома, от телевизора, от компьютера; мне стало необходимо живое общение, и начали появляться приятели и друзья.

Мне очень нравилось учиться. Изучаемые предметы казались интересными и увлекательными. И только теперь я понял, чему меня действительно научила школа. Она научила меня выдержке и терпению. Мои враги помогли закалить и укрепить характер. Теперь на школьных обидчиков и врагов у меня не осталось ни злобы, ни обиды, я был просто благодарен за оказанный жизненный урок, иначе его никак не назовёшь. Я почувствовал прогресс, происходящий в моём внутреннем мире.

Поначалу другой город, другая обстановка, новые друзья, масса ощущений, событий выбили меня из русла внутреннего спокойствия. Первое время это мешало моим «выходам», но постепенно человек ко всему привыкает. Здесь не было многих отвлекающих моментов: телевизора, компьютера, обязанностей по дому, постоянного присутствия родителей, что способствовало внутренней концентрации, накоплению энергии. И, буквально через полгода, у меня началась новая волна полноценных «выходов».

Наши рекомендации