Казус № 118. Дарение Тиции своим должникам

«Тиция, желая подарить своим должникам, Сеп-тицию и Мевию, кредитные обязательства по их дол-. гам, вручила Агерии их расписки, попросив ее, чтобы в случае ее смерти та вручила их этим должникам, а ес­ли она поправится, отдала бы ей обратно. После смерти Тиции ей наследовала ее дочь Мевия, но Агерия отдала документы вышеупомянутым Септицию и Ме­вию, как ее и просили. Возникает вопрос: можно ли в том случае, если Мевия предъявит требование о сумме, которую должны были по указанным документам, или о самих документах, отклонить ее иск посредством эксцепции?»

Юлиан, 60 dig. D. 39.6.18.2 Вопросы

Поручение, которое Тиция дает Агерии, состоит из двух вариантов:

1. Если бы она выздоровела, то ей должны были бы вернуть доку­менты. Речь идет в этом случае о передаче расписок на хранение.

2. Если она умрет, то Агерия должна была передать их должникам. Это был фидеикомисс об освобождении от долгов в пользу Септиция и Мевия.

Если наследница Мевия претендует на возвращение себе расписок или суммы долга, то Септиций и Мевий могут выставить возражение об умысле. Наиболее сомнительна эксцепция о заключенном соглашении, которая не появляется в тексте Юлиана17.

Казус № 118. Дарение Тиции своим должникам - student2.ru

Казусы по дарению

§264

Ответы

Юлиан:

Иск Мевии может быть отклонен посредст­вом эксцепции о злом умысле.

И посредством эксцепции о заключенном со­глашении.

Казус № 119. Дарение кредитного обязательства

«Если бы кредитор отдал Тицию документ о кре­дитном обязательстве против Сея, с тем чтобы оно было передано тому после его смерти или, если бы он выздоровел, было бы ему возвращено, а затем Тиции после смерти того, кто совершил дарение, вручил бы это Сею, то, если наследник кредитора требует долг (какое возражение может выставить Сей?)».

Юлиан, 60 dig. цит. Ульпиан, 23 Sab. D. 34.3.3.2

Вопросы

- Кредитор Сея вручает Тицию, уполномоченному, долговую рас­писку Сея, с тем чтобы:

a) если он выздоровеет, ее вернули ему;

b) если умрет, передали Сею.

- Кредитор умирает, и Тиции передает документ Сею.

- Если наследник истребует долг от Сея, вероятно, через кондик-ционный иск (condictio), тот может противостоять ему с помощью exceptio doli.

Ответ

Юлиан:

Сей имеет против наследника эксцещию о

злом умысле.

17 См.: Garcia Garrido. Response, cit.

Казус № 120. Дарение Сейи

«Сейя, уступив в качестве дарения свое имущест­во своему родственнику Тицию посредством соответ­ствующих передач, сохранила за собой узуфрукт и до­говорилась с Тицием, что если он умрет раньше нее, то (уступленная) номинальная собственность вернется к ней, но если затем умрет она, а у Тиция останутся потомки, то имущество будет принадлежать им. Та­ким образом, если наследники Луция Тиция предъявят

768 права на каждый объект этого имущества, не без эф­фекта может действовать возражение о злом умыс­ле. Более того, если (дарительница) предъявит иск доб­рой совести, встал вопрос, не должна ли она будет обещать возврат имущества детям Тиция на момент ее смерти. Возникли сомнения относительно требова­ния дарения, которое еще не приобрели дети (Тиция)».

Папиниан, 13 resp. D. 39.6.42 рг. Вопросы

-Сейя совершает первое дарение Тицию, своему родственнику, номинальной собственности на свое имущество, поскольку оставляет за собой узуфрукт.

- Соглашение, в силу которого если первым умирает Тиций, то но­минальная собственность возвращается к Сейе и если затем умирает она, а у Тиция есть потомки, то имущество переходит потомкам Тиция, можно рассматривать:

a) как условное дарение;

b) как дарение на случай смерти (mortis causa).

- Если потомки требуют имущество у Сейи, она может противо­поставить им exceptio doli.

-Если требование прав собственности на имущество предъявляет Сейя через фидуциарный иск (actio fiduciae), вопрос заключался в том, не должна ли она обещать возврат имущества детям Тиция после ее смерти.

Ответ

Папиниан:

Однако если вводится стипуляция, разве пер­вое дарение, которое осуществляется через перенос собственности, может сохраниться в силу того, о чем договорились в первый мо­мент, и не является новым дарением то, что обещается? Таким образом, разве имело ме­сто условное дарение или то, основанием для которого служит волеизъявление на случай смерти? Но нельзя отрицать, что оно совер­шилось на случай смерти. Из этого следует, что, поскольку аннулировано первое дарение ввиду того, что Сейя пережила Тиция, счита­ется, что можно потребовать исполнения второго дарения. При всем том после смерти Сейи, если дети Тиция получат по ее воле га-

рантию возврата, они должны будут отве­чать в пределах (Фальциевой четверти), по­скольку получили от нее (на случай смерти).

§ 265. Режим постклассического и Юстинианова права

Благодаря реформе императора Константина дарение превращается '" из основания для приобретения в типичную сделку, которая восприни­мает юридическую структуру договора, включающего в себя перенос прав собственности18.

Константин (Frag. Vat. 249) устанавливает три обязательных требо-| вания к форме: письменный акт, публичное вручение и регистрация в [государственных архивах: всех их объединяет общий элемент публич­ности".

На развитие института дарения на Западе оказывают влияние вуль­гаризаторские обычаи и тенденции, в том числе практика использования дарения вместо завещания, чтобы распорядиться собственным имуще­ством20.

На новые тенденции, благоприятные для института дарения, воз­действуют идеи христианства, поощряющие дух щедрости и бескоры­стия, и дары в пользу Церкви и благотворительных учреждений21.

Юстиниан различает дарения на суммы выше и ниже 500 солидов. Только для первого типа необходима письменная фиксация и регистра­ция в государственных архивах. Не требуется traditio, которая в класси­ческом смысле понимается как акт исполнения дарения. Дарение опира­ется теперь исключительно на волю или настроение дарителя (voluntas или animus donandi)22.

С IV в. н.э. допускается отмена дарения из-за неблагодарности полу­чающего дар, если это потомок дарителя. Юстиниан (CI. 8.55(56). 10) рас­пространяет действие этой нормы на все виды дарений и выделяет че­тыре формы неблагодарности: тяжкие оскорбления, покушение на жизнь, невыполнение условия и вина за ущерб имуществу.

Классические концепции совершенного дарения, ограничений даре­ния и искового возражения приобретают в Юстиниановом праве иное толкование. Совершенным дарением является то, которое соблюдает все

Ср.: Archi. La donazione, cit. P. 225 e sgg.

CM. : Ibid. P. 223 e sgg. Этот ученый считает, что императорское законодательство не обращает внимания на сущностные проблемы этого института, довольствуясь просто формальными актами, в которых была заинтересована бюрократия (Р. 252).

См.: Archi. La donazione, cit. P. 251 e sgg.

См.: Murga. Los negocios «pietatis causa» en las constituciones imperiales postclasicas // AHDE. 1967. P. 245 e sgg.

См.: Biondi. Successione testamentaria, cit. P. 680 e sgg.; Archi. La donazione, cit. P. 272 e sgg.

770 формальности, установленные законом; пока они не выполнены, дарение может быть отменено. Предел дарения также ставится законом при опре­делении некоторых формальностей. Возражение носит общий и законный характер с тем, чтобы истец воспользовался разрешенной защитой23.

§ 266. Модальное дарение

Данный вид дарения налагает на получателя дара в виде нагрузки (modus) обязанность предоставить определенную услугу в пользу дари­теля или третьего лица24. Это условие (modus) не является ответным предоставлением, поскольку сущность дарения заключается в проявле­нии щедрости через этот акт. Если оно не превращается в обязательство, которое оформляется через фидуциарную манципацию или стипуля-цию, то эта нагрузка или условие не дают повода ни для какого иска или судебной меры. Дарителю могли предоставить кондикционный иск (condictio), чтобы вернуть дарение, если получивший его не выполнил условие, поскольку тогда считали, что в этом случае имела место пере­дача в силу основания (datio ob causam)25.

В Юстиниановом праве модальное дарение формируется как безы­мянный контракт, защищенный общим иском посредством предписан­ных слов (actio praescriptis verbis) или кондикционным иском, чтобы добиться его отмены26. Если условие установлено в пользу третьего ли­ца, то оно располагает иском по аналогии (actio utilis. - CI. 8.53(54).3.1).

§ 267. Дарение на случай смерти (mortis causa)

«Дарением на случай смерти является такое да­рение, когда даритель предпочитает, чтобы даром владел скорее он сам, а не одаряемый, и чтобы дар пе­решел к одаряемому, а не к своему наследнику».

Марциан, 9 inst. D. 39.6.1 pr.

Таким образом, это дарение делалось, имея в виду близкую или будущую смерть27. Этот вид дарения, известный с архаической эпохи,

23 См.: Biondi. Successione testamentaria, cit. P. 697 e sgg.

24 Этот термин (modus) используется составителями Кодекса Юстиниана: CI. 6.45; 8.54(55) и D. 35.1. См.: Biondi. Successione testamentaria, cit. P. 714 e sgg.; Wesembergl/ Studi Aran-gioRuiz. I. P. 415.

25 Ульпиан, 31 Sab. D. 23.3.9 pr.

26 Frag. Vat. 286; CI. 8.54(55). 1; 8.53(54).9; 22.1; 4.64.4.

27 D. 39.6: «О дарениях и (другой полученной выгоде) на случай смерти». CI. 8.56(57). См.. Amelotti. La donatio mortis causa in diritto romano. Milano, 1953; Simonius. Die donatio mortis causa im klassischen rom. Recht. Basilea, 1958; Di Paula. Donatio mortis causa. 2 ed. Catania,

770 практически заменял завещание и помогал избегать некоторых его не­удобств. Через дарение можно было осуществить предоставление вещей из имущества по отдельности. Манципация семейного имущества

I (mancipatio familiae) сначала, до того как превратилась в завещание, ви-

|димо, представляла собой дарение на случай смерти (mortis causa)28.

Юристы выделяют несколько разновидностей дарения29. Особо от-

'мечают две основные (Павел, 6 ad leg. lul. et Pap. D. 39.6.35.4):

1. Одна - когда, не думая о непосредственной угрозе смерти, дари­тель, сам живой и здоровый, размышляет о смерти как о неизбежном факте человеческой природы.

2. Другая - когда наличествует страх смерти ввиду неминуемой или будущей опасности.

В обоих вариантах может иметь место дарение, либо условное, с вручением дара после смерти дарителя, либо немедленное, с требованием возвратить подаренное, если даритель избежит опасности. Поэтому даре­ние на случай смерти (mortis causa) отличается от «подлинного и оконча­тельного дарения, которое предоставляется таким образом, что оно не может быть отменено ни в каком случае» (Павел, D. 39.6.35.2)30.

Если дарение осуществлялось через traditio, можно было добавить отлагательное условие о том, что должен умереть даритель или пережить его получатель дара31. Когда речь шла о таких актах, как манципация (mancipatio), которые не допускают ни сроков, ни условий, необходимо

771 1969; Studi Di Francisci. IV. P. 159 ets. О mortis causa capiones см.: Arias Bonet IIAHDE. 1950. P. 781 etsuiv.

28 Ср.: Biondi. Successione testamentaria e Donazioni. P. 707.

29 Ульпиан, 32 Sab. D. 39.6.2: «Юлиан в 17-й книге "Дигест " говорит, что существует три вида дарения на случай смерти: один, когда дарение осуществляется без страха перед не­посредственно нависшей опасностью гибели, а только в силу размышлений о смерти; вто­рой вид дарения на случай смерти, как он говорит, тот, при котором дарят под страхом непосредственно нависшей смерти с тем, чтобы дар немедленно перешел к получателю; третий вид дарения, как он говорит, тот, к которому дарителя подвигнул страх смерти, но не для того, чтобы дар перешел к получателю немедленно, а только после смерти».

Выражение «среди живых» (inter vivos), которое противопоставляется выражению «на случай смерти» (mortis causa), присутствует в Юстиниановых, или интерполированных текстах: /. Inst. 2.7.2; D. 5.2.25 pr.

31 Ульпиан, 16 ed. D. 39.6.29: «Если была подарена вещь на случай смерти, а даритель выздоровел, встает вопрос о том, имеет ли он вещный иск. Если дарение осуществилось таким образом, что если бы даритель умер, то получатель приобрел бы дар, несомненно, что даритель может предъявить виндикационный иск о праве собственности, а в случае смерти дарителя и получатель дара тоже. Но если дарение осуществилось таким обра­зом, что получатель приобрел дар немедленно, но отдал бы обратно, если бы даритель поправился либо вернулся с войны или из путешествия, то может считаться, что вещ­ный иск дается дарителю в том случае, если произошло что-либо из этого, в других же случаях он принадлежит получателю дара. Хотя в случае, если получатель умрет рань­ше, дарителю дается вещный иск».

§267

Дарения

было заключить фидуциарное соглашение (pactum fiduciae) или стипуля-цию (stipulatio), чтобы даритель получил обратно то, что отдал. В первом случае отмена дарения происходит посредством фидуциарного иска (actio fiduciae)32. Посредством кондикционного иска в силу основания (condictio ob causam) также можно было возвратить подаренное на случай смерти, если бы даритель остался жив. Условие «на случай смерти» позволяло осуществлять дарения между супругами, поскольку в силу имеющегося запрета дарения не могли иметь эффекта при их жизни33.

Дарение на случай смерти (mortis causa) сохраняется и после того, как его функции стали осуществляться легатом, благодаря чему дарение могло быть осуществлено в качестве отдельного установления, не тре­бующего завещания. Его функции утрачивают свое значение после того, как фидеикомисс получает юридическое признание, но дарение mortis causa по-прежнему сохраняет вещный эффект, в то время как фидеико­мисс имеет только обязательственный эффект34.

В классическом праве происходит процесс сближения дарения на случай смерти (mortis causa) с легатом, которое завершается в Юсти-ниановом праве. К дарениям применяются сокращения по законам Фу­рия и Вокония и закону Фальцидия, а также нормы, установленные за­конами Августа о выморочном имуществе и неправоспособности. Даре­ние считается совершенным только на момент смерти дарителя и может быть отозвано, пока он жив35.

Юстиниан (CI. 8.56(57).4) приравнивает дарения к легатам, объя­вив, что они имеют тот же эффект, что и последние проявления щедро­сти, и постановив, что они объединяются с легатами. Тем не менее в Институциях (2.7.1) он говорит об их уподоблении легатам «почти во всем», признавая тем самым, что сохраняются некоторые различия. Да­рение подчиняется формам завещания, но при этом сохраняется его свойство иметь немедленный эффект с возможностью отмены.

32 Папиниан, 13 resp. D. 39.6.42 рг.: интерполяция. См. выше, казус № 120 «Дарение Сейи». Отмена могла осуществиться только через обязательство, но не допускается вещная отме­на. Диоклетиан (Frag. Vat. 253): «Нельзя перенести право собственности на время (ad tempus)». Юстиниан (CI. 8.54.2) ввел вещный эффект для отменительного условия и раз­решил перенесение прав собственности на определенный или неопределенный срок.

33 Ульпиан, 32 Sab. D. 24.1.9.2: «Допускаются дарения между супругами на случай смер­ти»; 11 рг.—1.

34 Ср.: Biondi. Successione testamentaria, cit. P. 710 e sgg.; Idem. Instituzioni, cit. P. 740.

35 Ульпиан, 76 ed. D. 39.6.32: «Дарение, которое делается на случай смерти, не представ­ляется совершенным (и неотменяемым) до тех пор, пока не наступит смерть (преду­смотренная в качестве основания)».

Наши рекомендации