ТЕМА 5. УКРАИНА В XIV – XVII ВВ. ЗАПОРОЖСКАЯ СЕЧЬ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII – XVIII В.

Запорожская Сечь

Выбор места для создания военно-политического центра казачества обусловливался как природными условиями, необходимостью его успешной обороны, так и привязкой к Днепру — главного пути морских походов против Турции и Крымского ханства. Первая Сечь была построена на острове Хортица, недалеко от Крарийской переправы (Кискача), служившей татарам при их нападениях на Украину. Жилые помещения разместили на скале, с юга и запада их защищал ров глубиной более 20 метров. Эта Сечь, названная Совутиной, существовала с середины XV до первой половины XVI века. Строительными работами здесь руководили гетманы В. Свентольдович и П. Лянцкоронский.

С 1554 до 1557г. на острове Малая Хортица площадью около 500 гектаров возникла Сечь, которой руководил князь Д. Вишневецкий (Байда). Она защищалась валами и редутами, высота которых даже через 400 лет составляла 12 метров.

На острове Большая Хортица длиной 12 и шириной 2,5 километра сохранились до нашего времени остатки Сечи П. Сагайдачного, О. Голуба и М. Жмайла (1617—1626).

Всего зафиксировано восемь Запорожских Сечей, в том числе пять — на территории Никопольского района нынешней Днепропетровской области.

С XV века основное пополнение для Запорожских Сечей шло из территории Киевщины, Сиверщины, Волыни, Галиции, в XVII столетии — из Подолии, Черкащины, Левобережной Украины.

Социально-политическое содержание доктрины основателей Запорожской Сечи состояло в следующем:

1)признание Польшей особого статуса казачества с предоставлением ему экономических и социальных льгот;

2)отказ польской шляхты и ополяченной украинской знати от колонизации киевского Поднепровья;

3)оборона украинских земель от турецко-татарской агрессии (с 1479 г. Крымское ханство стало вассалом Оттоманской Порты);

4)защита украинско-белорусского (в современном понимании этих этнических терминов) населения от католической экспансии, помощь братствам.

Несколько тысяч казаков жили на Сечи в куренях размером 40 на 12 метров. До конца XVI столетия они делались из хвороста, покрывались конскими шкурами, позже использовалось дерево. Имелись служебные помещения — амбары длиной до 24 метров для хранения различных припасов, оружия и боеприпасов; а также пекарни, церковь, дом для пожилых казаков.

Формально высшая власть принадлежала всеобщей казачьей раде, созывавшейся ежегодно в начале января для выборов гетмана (кошевого атамана) и других старшин. Первое свидетельство о такой раде датировано 1581г., когда гетманом оказался избранным авантюрист польского происхождения С. Зборовский. Он тут же приступил к формированию отряда для похода на Москву.

Несогласное с решением рады меньшинство принуждалось к покорности большинству не только угрозами, но иногда и избиениями, даже убийствами. Чтобы подчеркнуть зависимость кошевого атамана (гетмана) от власти толпы, его голову посыпали грязью. Демократизм в Запорожской Сечи — это классическая охлократия (власть толпы), опасная для укрепления идей государственности.

Казачьи обычаи были крайне суровыми, особенно в отношении уголовных преступлений. Кроме телесных наказаний, применения пыток, виновных в убийстве и воровстве вешали, закапывали живьем, забивали палками около позорного столба.

Порядки в Сечи олицетворяли свободу личности и террор агрессивного большинства, аскетизм и разгул, благородство и жестокость, активность своевольной толпы и изнеженную лень, европейскую осторожность и азиатскую беспечность. Только в первой четверти XVII столетия начался переход от казачьей вольницы к жестко регламентированной военно-политической структуре. К сожалению, не был реализован план И. Верещинского 1596г. о политической эмансипации казачества и создании своеобразного государственного организма с публичной властью «князя».

Таким образом, у казачества выработалась противоречивая система власти и подчинения, которую некоторые историки назвали агрессивной безэлитной демократией. Являясь вечной оппозицией государственности, казачество игнорировало важность иерархической структуры, их вожди поэтому часто превращались в заложников, которых выдавали победителям в случае поражения или карали смертью за ошибочные решения, повлекшие тяжелые последствия. Знаток истории казачества Г. де Боплан отмечал, что за 17 лет ни один гетман не избежал такой трагической участи.

Не считая себя подданными ни Великого княжества Литовского, ни Польши (Речи Посполитой), нереестровые казаки постоянными нападениями на соседние государства вызывали дипломатические конфликты и ответные удары. Именно по этой причине польский сейм в 1593г объявил их врагами отечества, а с 1597 до 1601г. формально запрещал казачество. В то же время польские власти не останавливались перед использованием казачьих отрядов в войнах с Московским государством и Турцией. Например, в феврале 1609 году по приказу короля 7 тысяч запорожцев совершили рейд по территории России, а осенью от 30 до 40 тысяч казаков под руководством атамана Олевченко прибыли под Смоленск, чтобы в дальнейшем занять такие города, как Путивль, Козельск, Вязьму, Брянск, Дорогобуж, Мещерск и другие. Во время польско-русской войны 1613—1614 годов запорожские отряды доходили почти до Архангельска и Холмогор, где объединились с английскими, ирландскими и шведскими войсками. В походе Самозванца на Москву в сентябре 1604 — мае 1605 года в его отрядах насчитывалось примерно 11 тысяч украинских казаков, до 1400 донцов, не более тысячи польских гусар.

За более чем 300–летнюю историю существования Запорожской Сечи казачество так и не выработало частную собственность на землю, поэтому часть угодий предоставлялась пользователям пожизненно, а большая часть распределялась ежегодно по жребию. Право на земельные участки фиксировалось согласно праву первого занятия данной территории, и оно признавалось как в Речи Посполитой, так позднее и царскими властями.

Но с середины XVII века в международном плане Запорожская Сечь не признавалась в качестве собственника своих земель, так как они принадлежали государствам–протекторам.

Необходимо отметить, что в течение XVI—XVII столетий запорожцы фактически держали в своих руках (или посредничали) торговлю Великого княжества Литовского, Польши и юга Московского княжества с Османской империей, татарами и турецким вилайетом в Крыму (прибрежная зона полуострова). В Турцию экспортировали ткани из России, пушнину, кожи, рыбу, масло, табак, а ввозили вина, бакалейные товары, оливковое масло, шелковые и хлопчатобумажные ткани, оружие, свинец, лошадиную упряжь. Согласно получаемым у запорожцев разрешениям, украинские чумаки брали соль в Крыму, причем ярлыки на ее добычу принадлежали именно Сечи. В Кинбурнских озерах казаки добывали свою соль, продавая ее затем жителям украинских и польских городов.

Для московских купцов запорожцы доставляли в Киев воск, мед, рыбу, скот, кожи; с донскими казаками они вели торговлю через земли Слобожанщины. Для покупки лошадей на Запорожье прибывали даже негоцианты из Пруссии.

Практически все казаки варили пиво, брагу, мед, продавали спиртные напитки. На территории Сечи и в паланках было много шинков, но их количество известно только за 1740 год — 370 заведений.

Запорожское войско формировалось по принципу добровольчества, а новобранцев на протяжении нескольких лет обучали более опытные казаки. Сла–вилась казачья пехота, а первые конные отряды появились у запорожцев только после 1576 года, когда Стефан Баторий передал в Сечь две тысячи лошадей. В то время как в Западной Европе и Польше в последней четверти XVI столетия исчезло рыцарство и появилась кавалерия, украинские земли оказались вне этого процесса. Поэтому запорожская конница, как, впрочем, и кавалерия реестровцев, оставалась слабой и малочисленной, хотя практически все казаки умели управлять лошадью. Именно отсутствие сильных кавалерийских частей предопределило поражения казацко-крестьянских выступлений против польско-литовских властей на протяжении 1591—1638 гг.

Широко известны морские походы запорожцев, происходившие, как правило, в июле. На гребных судах, именуемых чайками и вмещавших по 50—70 казаков, несколько пушек–фальконетов, каждая весом 96 килограммов, они достигали Кафы, Варны, Стамбула и других городов на побережье Черного моря. Сначала чайки сооружались из стволов липы или вербы (позднее — из досок), имели длину 15—20 метров, высоту и ширину по 4 метра, несли 10—15 пар весел. В конце XVII века на одну чайку шло, кроме дерева, до 210 килограммов железа, две бочки смолы, 50 килограммов клочья и 140 метров полотна на паруса.

Как известно, с конца XV столетия крымские татары, несмотря на получаемую от Польши ежегодную дань в 15 тысяч злотых (с 1511 года), систематически проникали на земли Украины, увозя пленников и добычу. Казачество же в меру своих сил и возможностей противостояло таким набегам, совершало ответные нападения на Крымское ханство и его протектора — Оттоманскую Порту. И все же отношения казачества и крымских татар не ограничивались враждой, имели место и союзы, взаимная помощь, никогда не прекращалась торговля. Сло–жившаяся в исторической науке тенденция видеть их контакты исключительно в негативном плане имеет давние традиции. Антиисламские мотивы, которые в XV—XVI веках живили европейскую поэзию, публицистику, хроники и летописи (только в XVI столетии опубликовано 2500 названий антимусульманских книг), объяснялись в большей степени религиозным противоборством христианства и мусульманства, нежели реальностью.

К середине XVII века национальный состав казачества Украины сложился примерно таким (в процентах): украинцев, белорусов, русских — 34,2, азиатов — 27,4, представителей средиземноморских народов — 21, армяноидов — 17,4.

Для населения Украины Запорожская Сечь, в целом казачество стало олицетворением свободы и равенства, защитником православной веры, бастионом против внешних и внутренних врагов, «политическим народом».

Люблинская уния

В конце XV – в первой половине XVI в. польские феодалы стремились создать прочную унию Польши и Литвы. Их поддержали влиятельные литовские, белорусские и украинские феодалы и добились соответствующего государственного акта. На совместном польско–литовском сейме в Люблине была провозглашена уния (1569) , по условиям которой ВКЛ объединялось с Польским королевством в федеративное государство – Речь Посполитую. Под властью Литвы оставались белорусские земли, а к Польше присоединялись Киевщина, Волынь, Брацлавщина, Полтавщина (Галичина и Подолия уже были ранее захвачены польскими феодалами).

Украина разделялась на Волынское, Брацлавское и Киевское воеводства. Были снесены таможенные заставы на пограничной линии, которая отделяла эти территории. В земледелии утверждалась трехпольная система. На вновь присоединённые земли начала распространяться фольварочно–барщинная система ведения хозяйства. Увеличение спроса на товарное сырьё приводило к эксплуатации природных богатств. Позже образовалось ещё Подольское и Черниговское воеводства. Западноукраинские земли входили в Русское и Белзское воеводства. Вне границ Речи Посполитой оставались: Закарпатская Украина – в составе Венгрии, Северная Буковина – под властью Молдавии, Чернигово–Северщина – в составе России. Последнюю власть Короны считала польской. Воеводы, которые назначались королём Речи Посполитой из числа польских магнатов, получили неограниченную власть над населением. Польские феодалы использовали поветовые и воеводские магнатско–шляхетские сеймики как орудие господства. С ними вступили в союз местные украинские феодалы, чтобы получать и себе выгоду от угнетения народа.

Люблинский акт ликвидировал запрет на получение жителями Польши земель в Центральной Украине. Этим была вызвана колонизационная волна крестьян, мелкой польской и галицкой шляхты.

Земли Киевщины и Брацлавщины были малонаселенны и предоставлены вольному захвату, коронная власть раздала их магнатам, располагающим достаточными средствами, чтобы организовать здесь оборону и возродить хозяйство. Богатства Украины привлекали польских феодалов, а Люблинская уния положила начало магнатско–шляхетскому колонизационному движению.

Наши рекомендации