Евразийская сеть – симметричный ответ

Единственным теоретически стройным ответом со стороны России, если она, конечно, намерена сопротивляться и отстаивать свою суверенность, т.е. готова принять вызов сетевой войны и участвовать в ней, была бы разработка симметричной сетевой стратегии. С параллельным и стремительным апгрейдом отдельных сторон государства – управления, спецслужб, академической науки, технопарков и информационной сферы – в сторону ускоренной постмодернизации. Определённая часть российской государственности должна быть волюнтаристически и в авральном порядке очищена от сегментов американской сети, переведена в экстраординарный режим работы, наделена чрезвычайными полномочиями и брошена на создание адекватной сетевой структуры, способной хотя бы частично противодействовать американскому вызову. Это потребует создания специальной группы, куда должны войти отдельные высокопоставленные чиновники, лучшие пассионарные кадры различных спецслужб, интеллектуалы, ученые, инженеры, политологи, корпус патриотически настроенных журналистов и деятелей культуры. Задачей этой группы должна стать разработка модели евразийской сети, вобравшей в себя основные элементы американского постмодерна и информационного подхода, но направленной симметрично против вектора её воздействия. Это значит, что необходимо произвести срочную и чрезвычайную «постмодернизацию» российских ВС, спецслужб, политических институтов, информационных систем, коммуникаций и т.д., разработать систему собственных ОБЭ, которые применили бы сетевые технологии против тех, кто их создал и стремится сегодня использовать в своих целях.

Это невероятно трудная задача, но, не поставив её, Россия обречена на поражение от сетевых технологий, с которыми она в нынешнем своём состоянии по определению не справится. В соответствии с сетевой стратегией здесь будет использована совокупность таких разнородных факторов, действующих синергетически, что даже отследить их взаимосвязь и конечную цель ни одна инстанция управления будет не в состоянии. Сетевую войну можно выиграть только сетевыми средствами, адаптировав к собственным условиям и целям эффективные и стремительно развивающиеся технологии.

Вышеуказанные принципы были принципами построения современной глобальной атлантистской сети. Единственная сеть, которая существует на данный момент – это глобалистская, атлантическая сеть и её подсети, выполняющие те или иные вспомогательные функции. Например, террористическая сеть, несмотря на её глобальные претензии, является лишь подсетью всемирной атлантистской сети. У мировой террористической сети отсутствует субъектность, и по всем параметрам осуществления своих действий она идеально укладывается в модель глобалистской сети. Как только американцам для тех или иных действий нужен предлог, этот предлогобеспечивается «мировым терроризмом».

Нашей суперзадачей является создание собственной евразийской сети, и создать её нужно таким образом, чтобы она не была подсетью атлантистской сети. Но мы не можем говорить, что она будет в изоляции – создать сеть в изоляции вообще невозможно. Очень важно понять, по каким принципам против нас ведутся сетевые войны. Только поняв это, мы сможем выработать симметричную модель.

Атипичная структура сети снижает представление о ресурсах, постепенно они становятся всеобщими, распространяются всё шире и шире, но с другой стороны код их использования хранится в строгом секрете. Наша задача – расшифровать этот код, и пользоваться ресурсами, которые уже есть в сети. Проще говоря, для того, чтобы быть хакером, не надо быть владельцем огромных сетевых компаний – проще найти брешь в операционном программном обеспечении и с её помощью дестабилизировать систему гигантских сетей.

Принцип евразийской сети – это ведение партизанских действий в сети, в структуре противника, это поиск её слабых мест. Они есть, и в какой-то степени глобальная атлантистская сеть оперирует с тем фундаментом, который принадлежит Евразии.

Тематика и суть постмодерна должна быть глубоко усвоена теми, кто вступил в борьбу с атлантистской сетью, без понимания этого многого добиться невозможно. Только тот, кто понимает, что такое постмодерн, и чем он отличается от модерна и премодерна, способен выжить и сохранить свою субьектность в современном мире.

Евразийское командное намерение – постоянная и переменная руководства евразийских сетей, в том числе, за пределами Евразии, на территории противника, поэтому очень важно разбираться в философских построениях трёх парадигм. Переменная часть (новые импульсы), надо тоже понимать и постоянно расшифровывать, поэтому управление евразийской сетью должно быть тоже сетевым. Необходимо, чтобы воля участников евразийских сетей слилась с волей государства, чтобы стать единым целым Евразийского процесса. Поэтому речь идёт о том, что командное намерение – это вещь, которую нужно учится правильно понимать. Смысл жизни наполнится сетевым смыслом, мы начнём понимать, почему с нами происходят негативные или позитивные вещи, поскольку в сетевом пространстве всё взаимосвязано.

Всеобщая евразийская осведомлённость – это свойство нашей евразийской сети, она выражается в широком распространение командного намерения на все уровни сети.

Глубокое сенсорное проникновение в евразийской сети означает, что те, кто подключён, должны участвовать в циркуляции информации, каждый участник должен сосредотачиваться на её обработке, получении и распределении. Надо уметь выбирать вещи важные, в том числе и из того, что кажется неважным.

Государство пока слишком неповоротливо и не может заниматься созданием евразийской сети, т.к. уровень его понимания слишком низок, – Россия сознаёт себя ещё в досетевой реальности. Мы должны быть такими же сетевиками, как хакеры по отношению к программистам.

Только тот, кто понимает, что такое постмодерн, и чем он отличается от модерна и премодерна, способен выжить и сохранить свою субьектность в современном мире. Как сказал Рене Генон, существуют три этапа космической деградации: в начале яйцо мира открывается сверху, тогда возникает некое духовное проникновение лучей в наш мир, – это премодерн. Потом яйцо мира закрывается сверху, и человечество остаётся предоставленным самому себе, как будто человек и материальный мир – это всё что мы имеем – это и есть эпоха модерна. А когда яйцо мира открывается снизу – это означает наступление эпохи постмодерна. Эпоха постмодерна – это эпоха великой пародии, когда многие вещи берутся из прошлого, но при этом лишаются своего прямого содержания.

Сейчас на повестке дня существование России. Сетевая война, ОБЭ будут направлены на свержение Путина и укрепление атлантистского влияния на процессы в РФ. Мы сможем отстоять Россию, укрепить и сохранить Евразию как полюс многополярного мира, только сознательно и подготовленно вступив в сетевую войну (которая и так ведётся против нас) и одержав в ней победу.

Выносы:

Клубень (ризома) даёт стебли и вверх, и вниз. Но всякий раз, когда мы хотим выполоть это растение, мы выпалываем только какой-то фрагмент.

Талантливый сетевик – networker – это нечто иное, чем талантливый физик. Будучи не способным погрузиться в глубинное познание, при этом он способен к компилированию. Он с лёгкостью отделяет в потоке информации сущностное от второстепенного.

Теория сетевых войн утверждает, что современные конфликты развертываются в четырех смежных областях человеческого функционирования: в физической, информационной, когнитивной (рассудочной) и социальной. Решающий эффект достигается однонаправленным действием всех этих элементов

США не могли победить СССР ни в военном столкновении, ни в прямой идеологической борьбе, ни путём лобового противоборства спецслужб. Тогда был задействован главный принцип сетевых стратегий: неформальное проникновение, поиск слабых, неопределённых, энтропических составляющих советской иерархии.

Заговор – это просто устарелое "архаическое" название для обозначения того явления, которое сегодня открыто принято называть сетевой войной.

Наши рекомендации