Отмена крепостного права в беларуси 7 страница

Экономический кризис 1900 — 1903 годов ускорил процесс концентрации производства и централизации капитала. В нача­ле XX века в Белоруссии появились новые акционерные общества.

Это спичечный синдикат, «Дрожже-винокуренной и сельскохозяй­ственной промышленности акционерное общество», синдикат владельцев кирпичных заводов, синдикат пивоваренных заводов и другие. Но уровень монополизации промышленности Белорус­сии был ниже, чем в индустриально развитых районах России.

Развитие промышленности и железнодорожной сети содей­ствовало росту городов. В 1897 году в городах Белоруссии прожи­вали 648 тысяч человек, или 9,8% всего населения. По темпам роста городского населения белорусские города отставали от го­родов Европейской России. Причиной тому было слабое разви­тие промышленности и искусственная концентрация в них еврей­ского населения. Но, несмотря на это, население городов росло. Минск, Пинск, Гродно, Могилев, Витебск, Гомель, Бобруйск стали крупными центрами фабрично-заводской промышленности.

В городах Белоруссии производилось 31% промышленной продукции. Преобладающее количество промышленных предпри­ятий находилось в местечках и помещичьих имениях. Это было вызвано спецификой промышленного производства. Особенно быстро росли местечки, где имелись промышленные предприя­тия. В конце ХIХ века в Белоруссии в местечках уже проживали 679 тысяч человек.

В городах и местечках Белоруссии преобладало еврейское население. Это обусловливалось многочисленными ограничитель­ными законами царизма по отношению к евреям (черта еврейс­кой оседлости, запрещение евреям заниматься сельским хозяй­ством и другое).

В начале XX века в Белоруссии уже сложился довольно мно­гочисленный класс наемных рабочих: в промышленности — 237 тысяч, на железных дорогах—25 тысяч, в строительстве, торгов­ле, сельском хозяйстве, речном и гужевом транспорте — около 200 тысяч. Общее количество постоянных наемных рабочих в Бе­лоруссии в начале XX века уже превышало 460 тысяч человек. По национальному составу рабочий класс был очень пестрым. Бело­русам в нем принадлежало 17%, русским —10%, полякам —10,2%, евреям — 60%. Ряды пролетариата пополнялись разорившимися ремесленниками, мещанами, обедневшими крестьянами.

Одновременно с формированием рабочего класса формиро­валась и промышленная буржуазия. Торгово-промышленная бур­жуазия в основном была представлена еврейскими купцами и промышленниками. Белорусская национальная буржуазия фор­мировалась на основе зажиточной прослойки сельского населе­ния и в конце ХIХ века насчитывала только 50 тысяч хозяйств. Согласно Всероссийской переписи населения, в 1897 году к мел­кой буржуазии относились 103 тысячи человек, к средней — 47 тысяч, к крупной — 33 тысячи.

Таким образом, в конце ХIХ — начале XX веков в Белоруссии наблюдался значительный промышленный подъем, концентрация производства и капитала, возникновение монополистических объединений. Вместе с развитием фабрично-заводской промышленности еще в довольно значительных объемах сохранялось мел­кое производство. Но основу народного хозяйства Белоруссии в это время еще составляло сельскохозяйственное производство. На долю сельского хозяйства припадало около 70% всей производи­мой продукции.

Основу сельскохозяйственного производства в Белоруссии в это время составляло помещичье хозяйство. В 1896 году в пяти белорусских губерниях помещики составляли 2,8% всего населе­ния. Но в их распоряжении находилось около половины всей земли. В Белоруссии преобладало крупное, латифундиальное земле­владение. Имения размером более 500 десятин на владельца составляли в 1905 году 5,4% всех владений, но на их долю припа­дало 77% помещичьей земельной собственности. Князю П.Витгенштейну, например, принадлежало около миллиона десятин, кня­зю А.Радзивиллу в Минской губернии — 150 тысяч десятин, графу К.Потоцкому — 121,6 тысяч десятин и так далее. В 1905 году ла­тифундиальное землевладение составляло 39,4% всей земельной площади. В то же время крестьяне, которые составляли преобла­дающее большинство населения (75,3%), имели в своем распоря­жении 39,6% всей земельной площади.

С развитием капитализма, ростом населения и увеличением количества хозяйств уменьшалась обеспеченность крестьян зем­лей. В 1905 году в среднем на один крестьянский двор приходи­лось 10,2 десятины. При тогдашней агрокультуре и существую­щих налогах такой надел не мог обеспечить содержание крестьянской семьи. Это вынуждало крестьян на кабальных ус­ловиях арендовать помещичьи земли и брать под высокие про­центы кредиты. В начале XX века крестьяне Белоруссии арендо­вали 1/10 часть пахотной земли и 1/4 часть сенокосов и пастбищ. Арендовали землю у помещиков также безземельная и малозе­мельная шляхта, мещане и даже евреи через подставных лиц, подкупая местную администрацию. В середине 90-х годов XIX века в аренде находилось 42,3% помещичьих земель.

Развитие капитализма в сельском хозяйстве в этот период проходило в сложных, противоречивых социально-экономических условиях. Значительная часть помещиков, не приспособившись к рынку, разорились и вынуждены были продать свои имения. Их купили купцы, зажиточные крестьяне и мещане. С 1877 по 1905 годы помещики в Белоруссии потеряли 10,8% земли. На этой ос­нове шел процесс превращения сословного землевладения в бес­сословное. Но переход земли от помещиков к другим сословиям в Белоруссии затруднялся правительственной политикой—запре­щением евреям иметь землю и крестьянам-католикам покупать более 60 десятин на одного человека. В результате бессословное частное землевладение в Белоруссии в начале XX века составля­ло только 16,5% от общей земельной площади.

Вместе с тем, высокий уровень товарно-денежных отноше­ний в помещичьем хозяйстве содействовал усилению техничес­кого прогресса в земледелии. В помещичьих имениях все шире использовались улучшенные сельскохозяйственные орудия и машины, минеральные удобрения, новейшие достижения агро­биологической науки. В конце ХIХ века помещичьи хозяйства бе­лорусских губерний занимали второе место в России по исполь­зованию сельскохозяйственных машин. Эти процессы были характерны и для хозяйств зажиточных крестьян и даже серед­няков.

В конце ХIХ — начале XX веков происходил процесс совер­шенствования специализации сельскохозяйственного производ­ства, вызванного аграрным кризисом 70 — 80-х годов. Помещи­чьи хозяйства свертывали производство зерновых культур и наращивали производство животноводческой продукции. В свя­зи с этим только количество коров в Белоруссии с 1871 по 1898 годы возросло в 2,3 раза, а надои молока — в 6,3 раза. Из молока производили масло и сыр. Они поставлялись как на внутренний, так и на внешний рынок.

другим важным направлением специализации сельского хо­зяйства в Белоруссии в это время было винокурение. В 1905 году в пяти белорусских губерниях насчитывалось 536 винокуренных заводов. Сырьем для производства спирта был картофель.

Специализация сельского хозяйства на молочном животно­водстве и винокурении привели к изменению структуры посев­ных площадей. Удельный вес картофеля возрос в 1905 году до 16,5%. Высокими темпами развивалось травосеяние, расширялись площади других кормовых культур. Увеличивались также посевы льна. Основными районами выращивания льна были Витебская и Виленская губернии, северные уезды Могилевской и северо-вос­точные Минской.

В Гродненской и Минской губерниях продолжало играть боль­шую роль тонкорунное овцеводство. Многие помещичьи хозяй­ства получали большие доходы и от продажи леса. Помещикам принадлежало 75,3 % всех лесных угодий Белоруссии, и они явля­лись основными поставщиками леса как на внутренний, так и на внешний рынок.

Развитие капиталистических отношений содействовало даль­нейшему обеднению основной массы крестьянства. Это способ­ствовало росту применения наемного труда. Но сельское хозяй­ство не могло поглотить избыток рабочих рук, накапливающихся в деревне. С 1890 по 1900 годы количество избыточных рабочих рук в 5 белорусских губерниях выросло на 912 тысяч человек и составило более 2 млн. человек. Не могла их поглотить и местная промышленность. Это вынуждало белорусских крестьян искать заработки в других районах России или за ее пределами.

Тяжелым было и положение рабочего класса. Владельцы про­мышленных предприятий стремились компенсировать низкую производительность труда увеличением рабочего дня. Среднего­довая заработная плата рабочего в Белоруссии была на 31 % ниже, чем в России в целом. Закон, ограничивающий продолжительность рабочего дня до 11,5 часов, бойкотировался фабрикантами, а в

ремесленных мастерских рабочий день достигал 14 — 15 часов. Все это вело к усилению рабочего движения. За 1898 —1900 годы количество выступлений рабочих по сравнению с 1895 — 1897 годами возросло в 2,3 раза.

Усиление рабочего движения и влияние на него социал-де­мократов вызвало серьезную озабоченность царизма. В его поли­тике начали проявляться даже некоторые колебания. Это нашло отражение в так называемой «зубатовщине». Сущность этой по­литики, инициатором который был начальник Московского охран­ного отделения полковник С.В.Зубатов, заключалась в том, чтобы вбить клин между социал-демократией и рабочим движением. Зубатов предложил правительству взять на себя заботу об удовлетворении элементарных экономических и культурных тре­бований рабочих с тем, чтобы ликвидировать почву для антипра­вительственной агитации, изолировать и ликвидировать социал-демократические организации. Он надеялся предотвратить таким образом переход пролетариата к политической борьбе с самодер­жавием.

Зубатовцы организовывали воскресные совещания, на кото­рых читались лекции и проводились диспуты на темы из жизни рабочих. В мае 1901 года в Минске зубатовцы поддержали забас­товку рабочих слесарных мастерских и с помощью жандармско­го полковника Васильева вынудили хозяев ввести предусмотрен­ный законом 12-часовой рабочий день с 2-часовым перерывом. Эта победа подняла авторитет зубатовцев среди ремесленных ра­бочих Минска. В июле 1901 года они создали «Еврейскую независимую рабочую партию» (ЕНРП). Она пропагандировала необходимость послушания властям и полное невмешательство рабочих в политику, повышение «по мере возможности» эконо­мического и культурного уровня еврейского пролетариата путем создания касс взаимопомощи, просветительских клубов, широких экономических организаций и так далее. Отделения ЕНРП вско­ре появились и в других городах Белоруссии.

Пользуясь поддержкой департамента полиции, ЕНРП орга­низовывала стачки, легальные общегородские и цеховые культур­но-просветительные вечера рабочих, чтения лекций, на которые собирались до 1,5 тысяч человек. На них велась полемика с бун­довцами. В результате к концу 1901 года из Минской организа­ции Бунда перешло в ЕНРП 15 из 20 профессиональных союзов ремесленных рабочих, и она почти распалась.

Компанию по разоблачению провокаторской сущности зуба­товщины начал Бунд. К нему присоединились газета «Искра» и некоторые организации РСДРП, эсеров и других революционных партий. Против зубатовцев выступили и предприниматели. В пра­вительственные учреждения посыпались жалобы на незаконность их деятельности, нарушение прав собственности и так далее. Пра­вительство вынуждено было отказаться от услуг Зубатова. Лишен­ная поддержки полиции, дискредитированная агитаторами-рево­люционерами, ЕНРП также потеряла влияние среди рабочих и летом 1903 года самораспустилась. Правда, «полицейский социа­лизм» в 1903 —1904 годах возродился в Петербурге в форме «га­поновщины», оказывал влияние на рабочих столицы и стал одной из причин трагических событий Кровавого воскресенья 9 января 1905 года.

Для борьбы с революционным движением в западных губер­ниях, в частности с Бундом, царское правительство по инициати­ве Зубатова пробовало использовать и сионистские организации, которые начали возникать на территории Белоруссии в конце ХГХ — начале XX веков.

Идейные корни сионизма берут начало из библейских догм о «богоизбранности еврейского народа», сущность его сводится к утверждению существования «всемирной еврейской нации» и необходимости создания еврейского национального государства, которое должно избавить евреев от «вечного» антисемитизма.

Большую роль в содании и пропаганде идеологии сионизма играл австрийский журналист Теодор Герцль. Его книга«Еврейс­кое государство», изданная в 1886 году, стала политическим ма­нифестом сионизма. Им же в 1897 году в Базеле был организован и первый конгресс сионистов, который положил начало Всемир­ной сионистской организации (ВСО). Принятая на этом конгрес­се программа предусматривала создание для еврейского народа правоохранного прибежища в Палестине, для чего было призна­но необходимым содействовать заселению его еврейскими зем­ледельцами и ремесленниками, организовать местные и общие союзы всего еврейского народа согласно законам различных стран, развивать национальное самосознание евреев и предпри­нимать все меры, чтобы получить согласие государств для дости­жения целей сионизма.

В соответствии с этой программой Герцль выдвинул лозунг неучастия евреев в революционном движении тех стран, где они живут, поскольку это движение не может принести никакой пользы евреям, а только настроит правящие круги этих стран против них.

Всемирная сионистская организация с самого начала своего существования развернула широкую агитационную деятельность, в том числе и на территории Белоруссии. Велась агитация за пе­реселение евреев в Палестину, за сбор средств (шекелей) на вы­куп ее у Турции и хозяйственное освоение, культивировался сре­ди еврейских трудящихся национально-религиозный фанатизм и недоверие к другим народам.

Количество сионистских организаций в Белоруссии быстро росло. Уже в 1898 году в Минской, Могилевской и Витебской гу­берниях их насчитывалось 54, в 1902 году — 92. Царские власти не препятствовали их деятельности. Наоборот, в 1902 году они разрешили провести в Минске Всероссийский сионистский съезд.

Расширение влияния сионизма на полупролетарские слои привело к появлению в сионистском движении радикальных те­чений, в том числе «поалейсион» — рабочих сионистов, которые признавали необходимость участия еврейских рабочих в освобо­дительной борьбе, что привело к запрещению в 1903 году сиони­стского движения в России. Но эти меры не могли уже остановить сионистское движение.

Что же происходило в это время в рядах социал-демократии? В результате арестов, имевших место в марте и июле 1898 года, РСДРП потеряла свой ЦК и свой печатный орган — «Рабочую га­зету». При отсутствии программы и устава она вновь распалась на ряд отдельных самостоятельных организаций и комитетов. В конце 90-х годов почти все они вели борьбу только за улучшение экономического положения и повышение культурного уровня ра­бочего класса. Такое направление в социал-демократическом дви­жении получило название «экономизма». Поддерживал его и Бунд, который входил в состав РСДРП на правах автономной организа­ции. Ему удалось в этих обстоятельствах значительно укрепить свои позиции. Бундовские комитеты и группы были созданы во всех уездных городах и многих местечках Белоруссии. В 1901 году IV съезд Бунда, в противовес решениям I съезда РСДРП, провозг­ласил себя единственной национальной партией еврейского про­летариата в России и выдвинул требование об организационном переустройстве РСДРП на федеративных началах.

Борьбу с экономизмом и сепаратизмом Бунда в РСДРП воз­главили Г.В.Плеханов и В.И.Ленин. С конца 1900 года центром сплочения российской революционной социал-демократии стала газета «Искра», которая издавалась под их руководством. Она стремилась завоевать ведущую роль в РСДРП и в рабочем движе­нии страны. «Искра» вела борьбу со всеми партиями и организа­циями, которые, на ее взгляд, не стояли на позициях революци­онного марксизма или отступали от них. Лидеры Бунда относились к «Искре» настороженно, а часто и враждебно, мешали ее рас­пространению в Литве и Белоруссии. И, тем не менее, редакция газеты имела некоторые связи, поддерживала отношения с 25 городами и местечками Белоруссии. Критика в «Искре» «эконо­мизма» и «полицейского социализма» содействовала переходу бундовских комитетов к политической борьбе. Выступала «Искра» и против решений IV съезда Бунда. Они характеризовались как проявления национализма и сепаратизма.

На II съезде РСДРП, который проходил в июле 1903 года, по­беду одержали искровцы. С антиискровских позиций на съезде выступили только несколько «экономистов» и делегация Бунда. Съезд принял разработанную редакцией «Искры» программу партии, в которой ее конечной целью провозглашалось завоева­ние диктатуры пролетариата и построение социализма. А ближай­шей — свержение самодержавия и установление демократичес­кой республики. За эту программу голосовали и бундовцы. Но в связи с отклонением подавляющим большинством делегатов тре­бования об организационном переустройстве РСДРП на принци­пах федерации делегация Бунда заявила о выходе из партии и покинула съезд.

Борьба на съезде завершилась расколом искровцев по организационному вопросу на большевиков и меньшевиков. Боль­шевики во главе с Лениным выступали за создание строго закон­спирированной и централизованной партии с безусловным под­чинением нижестоящих организаций центру. Меньшевики, к которым в скором времени после съезда присоединился Г.В.Пле­ханов, отвергли ленинские организационные принципы, связы­вая с ними возможность установления в партии диктатуры цент­ра и культа вождя. После съезда между большевиками и меньшевиками развернулась бескомпромиссная борьба за руко­водящую роль в партии. Ленин был вынужден выйти из высших органов РСДРП. Но к концу 1904 года ему удалось создать боль­шевистские организационные центры, в том числе газету «Впе­ред», которые повели борьбу за созыв III съезда РСДРП.

В связи в выходом Бунда из РСДРП сторонники «Искры» с помощью ЦК развернули активную деятельность по созданию на Беларуси местных организаций своей партии. Несмотря на со­противления Бунда, в конце 1903 и в 1904 году они появились в Минске, Мозыре, Полоцке, Орше, Горках, Копыле и других насе­ленных пунктах. Возглавили их Полесский и Северо-Западный Комитеты РСДРП, созданные ЦК партии в январе — марте 1904 года. Во внутрипартийной борьбе они еще довольно долго зани­мали нечеткую, примиренческую позицию и только в начале 1905 года высказались за созыв III съезда РСДРП, это значит, поддер­жали большевиков.

Становление революционной социал-демократии проходило также в ожесточенной борьбе с народнической идеологией. После разгрома «Народной воли» народничество распалось на три тече­ния. Одна его часть стала все больше и больше ориентироваться на гегемонию буржуазии в русской революции и перешла в ряды ли­беральной буржуазной интеллигенции, другая, которая позже со­ставила ядро будущей партии социалистов-революционеров (эсе­ров) осталась на позициях радикальной мелкой буржуазии и колебалась между буржуазией и пролетариатом и, наконец, третья часть начала склоняться к марксизму, ориентируясь на развиваю­щийся и растущий класс наемных рабочих — пролетариат.

Вначале наиболее многочисленной и влиятельной группой были либеральные, или, как их еще называли, легальные народ­ники. В их рядах выросла программа, рассчитанная на то, чтобы «заштопать», «улучшить» положение крестьянства при сохране­нии основ существующего строя. Либеральные народники уже не мечтали о крестьянской революции, а только просили царизм все хорошо устроить. Серьезный удар по либеральным народникам нанесли книги В.И.Ленина «Кто такие «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов» и «Развитие капитализма в России». В них В.И.Ленин четко определил разницу между рево­люционными и либеральными народниками, вскрыл политичес­кие и социальные корни. Работы В .И. Ленина завершили идейный разгром народничества, но оно еще не прекратило своего суще­ствования.

Общее оживление общественно-политической жизни накану­не первой русской революции вызвало активизацию нелегальных народнических групп и кружков, возникших на обломках «Народ­ной воли» в 90-х годах ХIХ века и прежде всего таких из них, как «Группа старых народовольцев», «Группа молодых народоволь­цев», «Заграничный союз социалистов и революционеров» и других. К этому времени относятся и попытки их объединения в левонародническую партию социалистов-революционеров. Наи­большую роль в создании партии и формировании ее программы сыграли «Рабочая партия политического освобождения России», «Южная партия социалистов-революционеров» и «Аграрно-социалистическая лига».

«Рабочая партия политического освобождения России» воз­никла в Минске в 1899 году и имела свои группы в Петербурге, Екатеринославе, Белостоке, Житомире, Двинске и Бердичеве. Во главе ее стоял минский врач Г.А.Гершуни, ярый проповедник так­тики индивидуального террора. В 1900 году она была разгромле­на полицией, а ее уцелевшие группы влились затем в партию эсе­ров. Руководитель партии Г.А.Гершуни стал руководителем боевой организации ПС-Р, осуществлявшей террористические акты.

В конце 1900 года за границей начались переговоры основ­ных народнических организаций, существующих в это время в России и в эмиграции, в результате которых в январе 1902 года было объявлено о создании партии социалистов-революционеров. Ее официальным органом была признана газета «Революцион­ная Россия». Но партия не спешила оформить свои теоретичес­кие взгляды и программные требования. Первый съезд, принявший официальную программу, произойдет в декабре 1905 — январе 1906 годов, а до этого времени ее заменяли статьи, публи­ковавшиеся в партийных газетах.

Каких же взглядов придерживались эсеры в это время? Под влиянием марксизма эсеры уже не верили слепо в «социалисти­ческие инстинкты» крестьянства и не считали его ведущей силой социалистической революции. Они признавали ведущую роль в революционном движении рабочего класса. В документах эсеров­ских групп 1900 — 1904 годов не шла речь и о передаче земли общинам, и вообще община на первый план не выпячивалась. Толь­ко некоторые группы выступали за дополнительную прирезку земли к крестьянским наделам. «Южная партия социалистов-ре­волюционеров» признавала необходимость национализации всей земли и раздачи ее крестьянам. Но это было только вначале. Ког­да же крестьянское движение активизировалось, эсеровские груп­пы вновь провозгласили крестьянство наиболее восприимчивы­ми к революционной пропаганде и стали противопоставлять Россию Западу, предлагая сосредоточить главное внимание на рас­пространении среди крестьян аграрно-социалистических идей. Революционные выступления крестьянства породили у них новые иллюзии.

В1902 —1904 годах эсеровские организации возникли в Мин­ске, Витебске, Гомеле и других городах Белоруссии. В 1904 году они объединились в Северо-Западную областную организацию ПС-Р.

Из групп Польской социалистической партии, которые дей­ствовали на территории Литвы и Западной Белоруссии, в сентяб­ре 1902 года образовалась «ППС на Литве». Она выдвинула лозунги борьбы за независимость Литвы и Белоруссии и установ­ление социалистического строя.

«ППС на Литве» действовала среди населения всех местных национальностей, издавала агитационную литературу на польском, белорусском, русском и еврейском языках. Принадле­жала к типу народнических партий. Вместе с тем идеология партии в значительной мере опиралась на марксизм. Наиболее влиятельные организации «ППС на Литве» в 1902 — 1904 годах существовали в Вильно, Гродно и Бресте.

В начале XX века в Белоруссии действовали также группы социал-демократии Королевства Польского и Литвы (СДКПиЛ). Она была создана в 1900 году в Минске. Во главе ее стояли Ф.Дзер­жинский и С.Трусевич. Партия стремилась к тесному союзу с российским революционным движением, стояла на интернацио­налистических позициях, боролась с сепаратизмом ППС, взаимо­действовала с Бундом.

В 1902 году на основе национально-культурных кружков уче­нической молодежи возникла первая белорусская национально-революционная партия — Белорусская революционная Громада. В декабре 1903 года в Вильно состоялся первый съезд БРГ, на ко­тором партия получила название Белорусской социалистической Громады (БСГ). Ее создателями и руководителями были братья Иван и Антон Луцкевичи, К.Кастровицкий (К.Каганец), В.Иванов­ский, В.Ластовский, А.Власов, Ф.Умястовский, А.Пашкевич (Тет­ка), А.Бурбис и другие. Почти все они происходили их мелкопо­местной шляхты, а фактически принадлежали к разночинной интеллигенции.

Программа БСГ, принятая на первом съезде, содержала ос­новные социал-демократические требования: ликвидацию капи­талистического строя, переход в общественную собственность земли, средств производства и коммуникаций, 8-часового рабо­чего дня, равной оплаты при равном труде, государственного стра­хования от несчастных случаев, краевой автономии Белоруссии и другие.

В 1903 — 1904 годах и позже БСГ тесно взаимодействовала с идейно близкими ей Польской социалистической партией (ПСП), партией социалистов-революционеров (ПС-Р), Литовской социал-демократической партией, Латышским социал-демократическим союзом. Но влияние БСГ на рабочее движение в 1903 — 1904 годах было незначительным.

Как видно из вышесказанного, социалистические партии, выражающие интересы рабочего класса, крестьянства и других демократических слоев населения, расходились в вопросах стра­тегии и тактики борьбы. Отличались у них и взгляды на социа­лизм и пути его достижения, хотя конечная цель у них совпадала.

В начале XX века начался новый этап эволюции и русского либерализма. Буржуазно-либеральный лагерь уже выступал за

ликвидацию неограниченного самодержавного режима. Его пред­ставители стремились к разделению с монархией власти, к введе­нию в России конституционной монархии, всеобщего избиратель­ного права, демократических свобод. В земских губерниях сложился «Союз земцев-конституционалистов», за границей дей­ствовал «Союз освобождения» под руководством П.Струве. В Бе­лоруссии буржуазно-дворянская оппозиция еще не имела орга­низационных центров.

Правый лагерь — открыто реакционный (помещики-полукре­постники, чиновничья и военная бюрократия, православное ду­ховенство) стремились сохранить абсолютное самодержавие царя, помещичье землевладение, сословные привилегии дворянства, «единую и неделимую империю». Они поддерживались армией и полицией.

Обострению политического напряжения в стране способство­вали неудачи во внешней политике царизма, особенно во время русско-японской войны. Военные просчеты ускорили кризис самодержавия и содействовали нарастанию революционной си­туации.

РЕВОЛЮЦИЯ 1905 — 1907 гг. В БЕЛАРУСИ

К концу 1904 года в России назрела революционная си­туация. Ее экономические и политические предпосылки сложи­лись в период экономического кризиса, обострившего до предела бедственное положение широких слоев населения. Под воздей­ствием кризиса рабочее движение постепенно приобретало по­литический характер. Этому способствовала и агитационно-про­пагандистская работа различных революционно-демократических партий, оформившихся к этому времени- в России. Поражение царизма в русско-японской войне ускорило процесс политизации деревни. В результате недовольство внутренней и внешней поли­тикой царизма охватило широкие слои населения.

Прологом первой революции в России явилась стачка рабо­чих Путиловского завода в Петербурге, начавшаяся 3 января 1905 года. Путиловцев поддержали рабочие других предприятий го­рода, и к 7 января стачка стала всеобщей. Бастовали около 150 тысяч человек. Рабочие требовали установления минимума за­работной платы, отмены обязательных сверхурочных работ и вве­дения 8-часового рабочего дня. Но совещание предпринимателей Петербурга отвергло эти требования. Тогда у части рабочих воз­никло решение составить петицию (прошение) к царю. Священ­ник Г.Гапон, возглавлявший «Собрание русских фабрично-завод­ских рабочих», предложил устроить шествие рабочих к Зимнему дворцу, чтобы вручить петицию царю.

Большевики предупреждали рабочих, что царь может учи­нить кровавую расправу. Однако монархические иллюзии были еще сильны в массах, и предложение попа Гапона поддержали большинство рабочих столицы. В составленной петиции рабочие просили царя об амнистии политическим заключенным, увели­чении заработной платы, о передаче земли народу, установлении 8-часового рабочего дня, созыве Учредительного собрания на ос­нове всеобщего, равного и тайного голосования, о прекращении войны и так далее. Политические требования были включены под влиянием агитации большевиков.

В воскресенье утром 9 января 140 тысяч празднично одетых рабочих вместе с женами и детьми вышли на улицы и направи­лись к Зимнему дворцу. Помимо петиции, они несли иконы, хо­ругви и портреты царя. Но мирное шествие рабочих по распоря­жению властей было расстреляно полицией и войсками. Были убиты около 1200 человек и около 5 тысяч ранены.

Весть о кровавом злодеянии царизма быстро облетела стра­ну и вызвала бурю гнева и возмущения. Рабочий класс России ответил на эту акцию царизма массовыми стачками и демонстра­циями протеста. Только в январе 1905 года бастовали 444 тысячи рабочих — значительно больше, чем за 10 предыдущих лет. Ос­новным лозунгом бастующих был лозунг «Долой самодержавие!».

Вместе с пролетариатом России на борьбу поднялся и рабо­чий класс Белоруссии. После того, как было получено сообщение о событиях в Петербурге, рабочие многих фабрик и заводов Бе­лоруссии объявили стачки протеста. Уже 12 января началась за­бастовка солидарности в Минске. Она охватила большинство про­мышленных предприятий города. Общее количество стачечников достигло 2 тысяч. 12 января начались собрания и митинги в Го­меле. 16 января забастовка приобрела общегородской характер. Бастовали около 4 тысяч человек. В целом январское движение солидарности с рабочими Петербурга охватило в Белоруссии око­ло 30 городов и местечек, а число забастовщиков достигло 34 ты­сяч. Помимо рабочих, в них участвовало много служащих, при­казчиков, представителей других слоев населения.

Наши рекомендации