Идеология самодержавия. Формирование либерализма. Славянофилы и западники

После поражения восстания декабристов в стране нача­лась полоса реакций. Пришедший к власти в декабре 1825 г. Николай I за годы своего тридцатилетнего правления (1825-1855) постоянно стремился укрепить самодержавную власть, подавить всякое вольнодумство. Николаевский режим опи­рался на определенную социальную базу — помещиков и бюрократию всех чинов и рангов. Яркое представление о мировоззрении привилегированных сословий дают заметки одного из крупнейших деятелей николаевской эпохи — уп­равляющего III отделением Леонтия Васильевича Дубельта.

В своих заметках Л.В. Дубельт писал, что "первая обя­занность честного человека: любить выше всего свое Отече­ство и быть самым верным подданным своего государя". У Дубельта понятия Отечества и самодержавия сливались совершенно: без царя, по его мнению, не могло быть и Рос­сии. Залогом процветания России наряду с самодержавием Дубельт считал крепостничество. "Не дай Бог, — пишет он, — отменить крепостное право: "мужичок" сначала, мо­жет, и обрадуется, но потом, потеряв голову от магического слова "свобода", захочет попытать счастья в другом месте, пойдет шататься по городам, где потеряет свою святую нрав­ственность, — и погибнет..." Вместе с тем он признавал не­обходимость просвещения. Истинное просвещение, по его мнению, должно быть основано на религии.

Одну из важнейших задач верховной власти Дубельт ви­дел в безжалостной борьбе с любыми проявлениями "ложно­го" западного просвещения, предлагал отгородиться идейно, установить непроходимый карантин для "чужих учений", стре­мящихся проникнуть в русское общество и развратить его.

В начале 30-х гг. XIX в. появилось на свет идеологичес­кое обоснование реакционной политики самодержавия — теория "официальной народности". Автором этой теории был министр народного просвещения граф С.А. Уваров. В 1832 г. в докладе царю он выдвинул формулу основ русской жиз­ни: "Самодержавие, православие, народность". В основе ее точка зрения, что самодержавие — исторически сложив­шийся устой русской жизни; православие — нравственная основа жизни русского народа; народность — единение рус­ского царя и народа, ограждающее Россию от социальных катаклизмов. Русский народ существует как единое целое лишь постольку, поскольку сохраняет верность самодержа­вию и подчиняется отеческому попечению православной церкви. Любое выступление против самодержавия, любая критика церкви трактовались Уваровым как действия, на­правленные против коренных народных интересов.

Уваров доказывал, что просвещение может быть не толь­ко источником зла, революционных потрясений, как это слу­чилось в Западной Европе, но может превратиться в элемент охранительный. Поэтому всем "служителям просвещения в России предлагалось исходить исключительно из соображе­ний официальной народности". Таким образом царизм стре­мился сохранить и укрепить существующий строй.

В николаевской России становилось практически не­возможно бороться за социально-экономические и полити­ческие преобразования. Попытки русской молодежи продолжить дело декабристов успеха не имели. Студенчес­кие кружки конца 1820 — начала 1830 гг. были малочислен­ны, слабы и подвергались разгрому.

В условиях реакции и репрессий против революционной идеологии широкое развитие получила либеральная мысль. В размышлениях об исторических судьбах России, ее истории, ее настоящем и будущем родились два важнейших идейных тече­ния 40-х гг. XIX в.: западничество и славянофильство. Предста­вителями славянофилов были И.В. Киреевский, А.С. Хомяков, Ю.Ф. Самарин, К.А. Аксаков и многие другие. Наиболее выдаю­щимися представителями западников были П.В. Анненков, В.П. Боткин, А.И. Гончаров, И.С. Тургенев, П.А Чаадаев и др. По ряду вопросов к ним примыкали А.И. Герцен и В.Г. Белинский.

И западники, и славянофилы были горячими патриота­ми, твердо верили в великое будущее своей Родины, резко критиковали николаевскую Россию.

Особенно резко славянофилы и западники выступали против крепостного права. Причем западники — Герцен, Грановский и др. подчеркивали, что крепостное право — лишь одно из проявлений того произвола, который пронизывал всю жизнь России. Ведь и "образованное меньшинство" страдало от беспредельного деспотизма, тоже было в "крепости" у власти, у самодержавно-бюрократического строя.

Сходясь в критике российской действительности, за­падники и славянофилы резко расходились в поисках пу­тей развития страны. Славянофилы, отвергая современную им Россию, с еще большим отвращением смотрели на со­временную Европу. По их мнению, западный мир изжил себя и будущего не имеет (здесь мы видим определенную общность с теорией "официальной народности").

Славянофилы отстаивали историческую самобытность России и выделяли ее в отдельный мир, противостоящий Западу в силу особенностей русской истории, русской ре­лигиозности, русского стереотипа поведения. Величайшей ценностью считали славянофилы православную религию, противостоящую рационалистическому католицизму. Напри­мер, А.С. Хомяков, писал, что Россия призвана стать в цент­ре мировой цивилизации, она стремится не к тому, чтобы быть богатейшей или могущественной страной, а к тому, чтобы стать "самым христианским из всех человеческих обществ". Особое внимание славянофилы уделяли деревне, считая, что крестьянство несет в себе основы высокой нрав­ственности, что оно еще не испорчено цивилизацией. Вели­кую нравственную ценность видели славянофилы в дере­венской общине с ее сходками, принимающими единодуш­ные решения, с ее традиционной справедливостью в соот­ветствии с обычаями и совестью.

Славянофилы считали, что у русских особое отношение к властям. Народ жил как бы в "договоре" с гражданской систе­мой: мы — общинники, у нас своя жизнь, вы — власть, у вас своя жизнь. К. Аксаков писал, что страна обладает совеща­тельным голосом, силой общественного мнения, однако право на принятие окончательных решений принадлежит монарху. Примером такого рода отношений могут быть отношения между земским собором и царем в период Московского государства, что позволило России жить в мире без потрясений и револю­ционных переворотов типа Великой французской революции. "Искажения" в русской истории славянофилы связывали с де­ятельностью Петра Великого, который, "прорубил окно в Ев­ропу" и тем самым нарушил договор, равновесие в жизни стра­ны, сбил ее с начертанного Богом пути.

Славянофилов часто относят к политической реакции в силу того, что их учение содержит три принципа "офици­альной народности": православие, самодержавие, народность. Однако следует отметить, что славянофилы старшего поко­ления истолковывали эти принципы весьма своеобразно: под православием они понимали свободное сообщество верую­щих христиан, а самодержавное государство рассматривали как внешнюю форму, которая дает возможность народу по­святить себя поискам "внутренней правды". При этом славя­нофилы защищали самодержавие и не придавали большого значения делу политической свободы. В то же время они были убежденными демократами, сторонниками духовной свободы личности. Когда в 1855 г. на престол вступил Алек­сандр II, К. Аксаков представил ему "Записку о внутреннем состоянии России", в которой упрекал правительство в по­давлении нравственной свободы, приведшей к деградации нации. Крайние меры, указывал он, могут только сделать в народе популярной идею политической свободы и породить стремление к ее достижению революционным путем. Ради предотвращения подобной опасности Аксаков советовал царю даровать свободу мысли и слова, а также возвратить к жиз­ни практику созыва земских соборов. Идеи предоставления народу гражданских свобод, отмены крепостного права за­нимали важное место в работах славянофилов. Неудивительно поэтому, что цензура часто подвергала их преследованиям, мешала свободно выражать свои мысли.

Западники в отличие от славянофилов русскую само­бытность оценивали как отсталость. С точки зрения запад­ников, Россия, как и большинство других славянских народов, долгое время была как бы вне истории. Главную заслугу Петра I они видели в том, что он ускорил процесс перехода от отсталости к цивилизации. Реформы Петра для западни­ков — начало вхождения России во всемирную историю.

В то же время они понимали, что реформы Петра со­пряжены со многими издержками. Истоки большинства са­мых отвратительных черт современного ему деспотизма Герцен видел в том кровавом насилии, которым сопровож­дались петровские реформы. Западники подчеркивали, что Россия и Западная Европа идут одинаковым историческим путем. Поэтому Россия должна заимствовать опыт Европы. Важнейшую задачу они видели в том, чтобы добиться осво­бождения личности и создать государство и общество, обес­печивающие эту свободу. Силой, способной стать двигателем прогресса, западники считали "образованное меньшинство".

При всех различиях в оценке перспектив развития Рос­сии западники и славянофилы имели схожие позиции. И те и другие выступали против крепостного права, за освобож­дение крестьян с землей, за введение в стране политичес­ких свобод, ограничение самодержавной власти. Объединяло их также и негативное отношение к революции; они высту­пали за реформистский путь решения основных социаль­ных вопросов России. В процессе подготовки крестьянской реформы 1861 г. славянофилы и западники вошли в единый лагерь либерализма. Споры западников и славянофилов имели большое значение для развития общественно-поли­тической мысли. Они являлись представителями либераль­но-буржуазной идеологии, возникшей в дворянской среде под влиянием кризиса феодально-крепостнической систе­мы хозяйства.

Либеральные идеи западников и славянофилов пусти­ли глубокие корни в русском обществе и оказали серьезное влияние на следующие поколения людей, искавших для России пути в будущее. Их идеи продолжают жить и сегод­ня в спорах о том, чем является Россия — страной, которой уготована мессианская роль центра христианства, третьего Рима, или страной, которая является частью всего челове­чества, частью Европы, которая идет путем всемирно-исто­рического развития.

Наши рекомендации