Ужесточение режима и апогей культа личности И.В.Сталина.

Закончившаяся война привнесла в менталитет советского народа известные изменения, которые, с одной стороны, идеали­зировали довоенный период, окрашивали его в радужные тона па­мятных праздников и общего энтузиазма. Вместе с тем, уже с 1947 г. наблюдался «психологический надлом» людей, решение соци­альных проблем которых откладывалось на более поздние време­на. С другой стороны, вернувшиеся с фронта воины, побывавшие в европейских странах, привнесли критический настрой в советское общество.

Миллионы людей, побывав за границей в составе дейст­вующей армии, смогли сами оценить достижения западной циви­лизации и сравнить их с положением в собственной стране, поко­лебали утвердившиеся стереотипы и вызвали у советских людей интерес и симпатии к Западу. К январю 1953г. в СССР было ре­патриировано 5,46 млн. советских граждан, оказавшихся за грани­цей в годы войны. Свыше 500 тыс. - по различным причинам ос­талось за границей.

Однако общественным ожиданиям не суждено было сбыться. Более того, реакция властей на нарождающиеся настрое­ния оказалась неадекватно резкой. Уже в 1946 г. состоялись про­цессы над молодежными группами, квалифицированными как «антисоветские» и «террористические». В 1947 г. были созданы так называемые «суды чести» для «борьбы с поступками, роняю­щими честь и достоинство советского работника».

Вождь и его окружение стремились вытравить из на­родного сознания симпатии к Западу, усилить идеологическую изоляцию страны, разжечь шовинистические и антисемитские чув­ства, воссоздать образ внутреннего врага. Был взят курс на восста­новление довоенных репрессивных порядков в стране. В этих це­лях большинство репатриированных военнопленных, вместо воз­вращения домой, были отправлены или в лагеря, или приговорены к ссылке и принудительным работам по восстановлению разорен­ных войной районов.

На Западной Украине и в Прибалтике подавлялось сопро­тивление установлению советской власти и коллективизации. К 1950 году прекратила существование Украинская повстанческая армия (руководитель - Р.Шухевич). Из 250 тыс. активных членов боевых отрядов Организации украинских националистов (ОУН) было убито 55 тыс., а 50-60 тыс. ушло на Запад через Словакию и Польшу. Сражаясь за национальную самостоятельность Украины, бойцы ОУН отличались особой жестокостью по отношению к про­тивнику. По данным академика М.Семиряги от их рук погибло 60 тыс. советских граждан, в том числе 50 православных священни­ков, около 70 секретарей партийных и комсомольских организа­ций, 25 тыс. военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, более 30 тыс. активистов советской власти (в т.ч. учите­лей, специалистов различных профилей).

К 1950 г. было практически закончено и насильственное образование колхозов в западных районах. Так, если в 1948 г. удельный вес коллективных хозяйств в Латвии не превышал 2,4 проц., то в 1950 г., здесь было обобществлено 90,8 проц. хозяйств по той же модели, как и во всей стране в 1929-1933 гг. Проведен­ные советскими и партийными властями мероприятия в Западной Украине и Прибалтике способствовали сохранению здесь напря­женности в национальных отношениях в последующие десятиле­тия.

Одновременно развернулась кампания по восстановлению несколько ослабленного во время войны контроля за интеллекту­альной жизнью страны. Усилился тоталитарный диктат в сфере культуры и искусства. В творчестве художников, публицистов и т.д. властями обнаруживались так называемые - «заграничное влияние», «западное упадничество», «мелкобуржуазный индиви­дуализм». Идеологическое руководство этой кампанией осуществ­лялось лично секретарем ЦК А. А. Ждановым. 14 августа 1946 г. ЦК партии обрушился на журналы «Звезда» и «Ленинград» (пер­вый получил выговор, а второй был закрыт) за то, что они стали проводниками «идеологии, чуждой духу партии», особенно за публикации произведений поэтессы А. Ахматовой и сатирика М.Зощенко. Уже 4 сентября того же года новое постановление ЦК подвергло критике «безыдейные» фильмы («Большая жизнь», «Адмирал Нахимов» и вторую серию фильма «Иван Грозный»).

Гонениям со стороны идеологических органов подверглась наука. В области естествознания господствовала «школа» акаде­мика Т. Лысенко, объявившая войну генетике как «буржуазной лженауке». Такая же участь постигла и кибернетику, которой в недалеком будущем предстояло изменить облик всей человеческой цивилизации. В конце 40-х - начале 50-х гг. прошли огромные «дискуссии» по философии, биологии, языкознанию, политэконо­мии. В ходе них ряд ученых заявил о необходимости использова­ния опыта западных цивилизаций в различных сферах жизни со­ветского общества.

Подобные проявления в среде советской интеллигенции вызвали вполне определенную реакцию тоталитарного государст­ва. В 1948 г. возобновились массовые репрессии, политические процессы и чистки. Органы государственной безопасности сфаб­риковали новые дела: «ленинградское», «мингрельское», «дело космополитов». В 1949 г. была развернута кампания борьбы с «безродными космополитами», которые якобы выступали против советского патриотизма, преклоняясь перед западом. Незадолго до смерти И. Сталина в январе 1953 г. возникло дело «врачей-убийц», которое было использовано для нагнетания антисемитиз­ма. В 1949 г. были репрессированы председатель Госплана СССР Н. А. Вознесенский, секретарь ЦК ВКП(б) А. А. Кузнецов, предсе­датель Совета Министров РСФСР М. И. Родионов и многие другие видные советские и партийные функционеры. Был уничтожен весь состав Еврейского антифашистского комитета, завоевавшего в го­ды войны авторитет во всем мире. Инициатива травли, по свиде­тельству К. Симонова, исходила лично от дряхлеющего генералис­симуса, которому повсюду грезился американско-сионистский за­говор.

К началу 1950-х годов «население ГУЛАГа» составило 2,5 млн. заключенных (без спецпереселенцев). В 1948 г. созданы лагеря «специального режима», в которых в очень тяжелых усло­виях содержались лица, осужденные за «антисоветские» или «контрреволюционные акты». Подневольный труд узников ГУ­ЛАГа использовался не только в промышленности или строитель­стве. Имена таких заключенных, как Туполев, Королев, Глушко, Мясищев, Минц и многих других ученых, были связаны с дея­тельностью Особых конструкторских бюро (ОКБ), так называемых «шарашек». В 1948-1953 гг. произошли несколько восстаний за­ключенных. Наиболее известные из них были в Печоре (1948 г.), Салехарде (1950 г.), Экибастузе (1952 г.), Воркуте и Норильске

(1953г.).

Состав ГУЛАГа к марту 1953 г.: в лагерях - 1727970 чел., в колониях - 740554 чел., всего - 2468524 чел., в т.ч. полити­ческих - 465000чел.

Апогей культа личности Сталина.Объективно этому со­путствовала роль Сталина в организации победы в войне: органи­заторский талант, умение находить требуемых людей в текущей ситуации. Для рядовых советских граждан Сталин стал символом СССР, социализма, государственной независимости и победы. Празднование в декабре 1949 г. семидесятилетия вождя преврати­лось в общегосударственное торжество. В течение недель газеты перечисляли тысячи подарков, присланных Сталину в знак при­знательности со всех концов света. К этому времени вождь факти­чески окончательно отказался от большинства ленинских завеща­ний, стал маршалом, генералиссимусом и Председателем Совета Министров. Последовательно игнорировались принципы партий­ной жизни: тринадцать с половиной лет, с марта 1939 г. по октябрь 1952 г. не созывались съезды и пять с половиной лет, с февраля 1947 г. по октябрь 1952 г., - пленумы ЦК. Даже Политбюро почти никогда не собиралось в полном составе из-за введенной Стали­ным практики «малых комиссий» (полностью незаконной с точки зрения Устава партии) с расплывчатыми полномочиями. Росли подозрительность и недоверие Сталина к окружающим и ранее близким ему людям (устанавливалась слежка, прослушивались телефонные переговоры и т.д.). Постоянно возрастала роль его личного секретариата. Уже к концу 1945 г. виднейшие военачаль­ники получили назначения в отдаленные районы и были почти полностью удалены из политической жизни. Наиболее популяр­ный из них - Г. К. Жуков - был отправлен командовать сначала Одесским военным округом, затем - Уральским и с 1946 г. о нем почти не писали. Постоянные кадровые перестановки увенчались избранием 16 октября 1952 г. на пленуме ЦК вместо «узкого» По­литбюро, расширенного президиума ЦК, в который вошли 25 чле­нов и 11 кандидатов. Готовились новые перестановки и репрессии.

Смерть вождя.Ночью 3 марта 1953 г. И.Сталин скончал­ся. Реакция на его смерть была неоднозначной. Узники ГУЛАГа и те, кто существенно пострадал от произвола властей, радовались, что сумели пережить вождя. Однако подавляющее большинство народа чувствовало глубокое и неподдельное горе. Широкие слои населения просто не представляли себе возможность иных поряд­ков. Стабильность советской власти уже давно была персонифи­цирована в их сознании с образом Сталина. Поэтому все они -скорбящие и ненавидящие, искренние и злорадствующие, потря­сенные и равнодушные - задавались, в сущности, одним вопросом: «кто?».

Отсутствие легитимных механизмов передачи власти, де­сятилетиями находившейся в руках одного человека, вызвало за­тяжной кризис в верхах. Фактически судьба страны решалась уз­ким кругом лиц, составлявших ближайшее окружение «отца наро­дов» и боровшихся друг с другом за его наследство. На единолич­ное руководство страной еще никто претендовать не смел, поэтому у руля государства оказался так называемый «триумвират» в со­ставе: Г. Маленков - предсовмина; Л. Берия - глава МВД (объеди­ненного МВД и МГБ); Н. Хрущев - секретарь ЦК ВКП(б), куриро­вавший кадры. Кроме того, в высшее руководство страны вошли В. Молотов - министр иностранных дел, Н. Булганин - министр обороны, К. Ворошилов - Председатель Президиума Верховного Совета СССР. Была провозглашена идея коллективного руково­дства страной. Но каждый из «птенцов гнезда сталинского» рвался к власти единоличной - перед глазами был пример «хозяина».

3. ХХ съезд КПСС и его последствия СССР и мировое сообщество.Смена власти привела к за­рождению на разных уровнях общества тенденции к освобожде­нию от догматов, господствовавших в годы правления Сталина, к более реалистичному и объективному анализу ситуации внутри страны, а также роли и места СССР в мировом сообществе. Все сколько-нибудь значительные вопросы - от экономических при­оритетов до отношений с западным миром - оказались предметом дискуссии.

В международных отношениях - стратегии В. М. Молото-ва, как министра иностранных дел, основанной на идее непрерыв­ной и неизбежной борьбы между блоками и идущей от сталин­ских времен, была противопоставлена стратегия, поддерживаемая Н.С. Хрущевым, А. Микояном, Г. Маленковым. Последняя исхо­дила из более оптимистических оценок, признавала возможность мирного сосуществования двух блоков, обещала большую само­стоятельность для стран социалистического лагеря.

В 1953-1956 гг. советская внешняя политика была отмече­на постепенным установлением новых отношений с двумя социа­листическими странами - Китаем и Югославией, опытом поиска компромиссов в отношениях с Западом и переоценкой представ­лений о нейтралитете третьего мира. В августе 1953 г. Г.М. Ма­ленков произнес облетевшее затем весь мир слово - «разрядка», а в марте 1954 г. он высказался еще определеннее: «Советское пра­вительство стоит за дальнейшее ослабление международной на­пряженности, за прочный и длительный мир, решительно высту­пает против политики холодной войны, ибо эта политика есть по­литика подготовки новой мировой бойни, которая при современ­ных средствах войны означает гибель мировой цивилизации».

Восхождение Хрущева на Олимп власти.В недемокра­тической системе, в которой решающую роль играли властные группировки, итог возникшей дискуссии зависел от развития и ис­хода борьбы за власть. Берию, сосредоточившего в своих руках власть над всеми карательными органами, боялись все. Г. Мален­ков и Н. Хрущев объединили усилия. В июне 1953 г. Л. Берия был арестован группой офицеров во главе с маршалом Г. Жуковым прямо на заседании Президиума Совмина в Кремле. Процесс над Л. Берией был закрытым, в духе того времени он был обвинен в измене делу социализма, связи с иностранными разведками и в декабре был расстрелян. Одновременно были казнены и многие другие руководители госбезопасности: В. Деканозов, В. Меркулов, Б. Кобулов, С. Гоглидзе. Органы госбезопасности были взяты под контроль партаппарата.

В сентябре 1953 г. Никита Сергеевич Хрущев стал Пер­вым секретарем ЦК КПСС, еще больше укрепив свои позиции. В январе 1955 г. Н. Хрущев, опираясь на своих выдвиженцев в парт­аппарате, обвинил Г. Маленкова в организации «Ленинградского дела», а В. Молотова - в просталинской позиции во взаимоотно­шениях с Югославией и отстранил их от должностей, соответст­венно предсовмина и министра иностранных дел.

Были предприняты шаги, направленные против злоупот­реблений прошлых лет. Личный секретариат Сталина был распу­щен. Прошла реабилитация по «делу врачей», было пересмотрено «ленинградское дело». Уже 27 марта 1953 г. Верховный Совет СССР объявил амнистию для всех заключенных, чей срок не пре­вышал 5 лет. Не подпадали под него политические заключенные. Из тюрем и ссылок стали возвращаться люди. Их вхождение в нормальную жизнь было очень непростым: клеймо «врага народа» - пусть и бывшего - рождало чувство неполноценности у одних, недоверия - у других. Тысячи людей оказались на положении внутренних «изгоев» а сама амнистия часто выглядела не как вос­становление справедливости, а как подарок судьбы. И все-таки сам факт возвращения живых, восстановления честного имени по­гибших имел особый общественный резонанс. Страна взяла курс на социальную переориентацию экономики.

Планы руководителей быстро воплощались в конкретные решения. Постановления августовской (1953 г.) сессии Верховного Совета, конкретизированные сентябрьским (1953 г.) пленумом ЦК, предусматривали снижение сельхозналога (на 1954 г. - в 2,5 раза), списание недоимок по сельхозналогу за прошлые годы, увеличе­ние размеров приусадебных хозяйств колхозников, повышение заготовительных цен на сельхозпродукцию, расширение возмож­ностей для развития колхозного рынка.

Но эти решения по сельскому хозяйству имели и серьезное упущение: они обошли зерновую проблему. В этом вопросе ини­циативу на себя взял Н. С. Хрущев. Расширение посевных площа­дей, освоение целинных земель Северного Казахстана, Сибири, Алтая и Южного Урала составляли значительную часть его про­граммы, принятия которой Хрущев добился на февральском (1954 г.) пленуме ЦК. За последующие три года сотнями тысяч мобили­зованных, в первую очередь комсомольцев, были освоены 37 млн га, что составило 30 процентов всех обрабатываемых в то время земель СССР. В рекордном урожае зерновых 1956 г. (125 млн т.) доля целинного хлеба составила 50 процентов. Это был выдаю­щийся подвиг советского народа.

ХХ съезд КПСС и его последствия.Мощный импульс и новое качество процессам политического и духовно-нравственного порядка придали решения XX съезда партии, поднявшие вопрос о Сталине и его времени. В докладе Н. С. Хрущева «О культе лич­ности и его последствиях», зачитанном 25 февраля 1956 г. на за­крытом заседании съезда, впервые было сказано об отступлении Сталина от принципов внутрипартийной демократии, о нарушени­ях законности, порочных методах партийного и государственного руководства. Негативные явления прошлого увязывались с опре­деляющим влиянием недостатков характера («злой воли») Стали­на, что не позволило вникнуть в глубь явления, - культа личности.

Конечно, Н. Хрущев сам имел самое непосредственное от­ношение к массовым репрессиям на Украине и в Москве. Но кто его в них мог открыто обвинить? Только коллеги по партийному руководству: В. Молотов, К. Ворошилов, Л. Каганович, Н. Булга-нин, Г. Маленков и др. - сами бывшие инициаторами репрессий. Но они сидели в президиуме съезда и молчали, ведь Н. Хрущев не назвал в своем докладе их имена.

Прозвучавшие на съезде оценки прошлого стали для со­временников потрясением. Особенно ошеломили факты, цифры, имена незаконно репрессированных, оболганных, преданных заб­вению. В общественном сознании зрел перелом. Не случайно 1956 г. зафиксирован в нем рубежной вехой. Система страха была раз­рушена, казавшаяся незыблемой вера в то, что сверху все видней, была сильно поколеблена. В результате «смятения умов» одни приобретали стимул к развитию мысли, другие «теряли точку опо­ры». Началась реабилитация жертв сталинских репрессий. С 1954 г. по 1981 г. было реабилитировано более 737 тыс. человек. Тело И. Сталина было вынесено из Мавзолея.

Собственно процесс реабилитации начался сразу же после смерти Сталина. В 1953—1955 гг. были пересмотрены основные политические дела послевоенного времени. Были ликвидированы «особые совещания» и другие внесудебные карательные органы, созданные в 1930-х гг., восстановлен в своих правах прокурор­ский надзор. В значительной степени был обновлен кадровый со­став органов госбезопасности, МВД, суда и прокуратуры: на рабо­ту туда пришла большая группа номенклатурных работников из партийного и комсомольского аппарата. В уголовном законода­тельстве было упразднено понятие «враг народа». Специальные комиссии были направлены в лагеря, где в спешном порядке реа­билитировались и освобождались сотни тысяч людей. Началась реабилитация и возвращение к местам постоянного проживания незаконно депортированных народов Северного Кавказа и других регионов.

XX съезд дал перспективный толчок активизации социаль­ной базы «цивилизации» в советских послевоенных условиях. Возможна она была лишь на основе корректировки ценностных ориентиров общества в постсталинский период, определенных из­менений в ментальности советского народа. Причем социальная цивилизационная база 50-х - начала 60-х гг. отягчалась пестротой, немногочисленностью, преобладанием романтических воззрений у ее приверженцев в отличие от представителей традиционного "почвенного" советского уклада. К «цивилизации» можно отнести в этот период неформальные организации интеллигенции, крити­ческая позиция части представителей которой послужила в 1960-е годы основой для диссидентского и национального движения на окраинах. Активизации «цивилизации» способствовали и либе­ральные реформы Н.С.Хрущева.

Однако по мере того, как проходил шок XX съезда и в об­ществе росло желание поручить ответы на многочисленные вопро­сы, в партии усилилось сопротивление десталинизации. Большин­ство партработников, сделавших карьеру при Сталине, понимали, что процесс десталинизации будет трудно удержать в рамках разо­блачений, сделанных на съезде. Каждый из них боялся, что однаж­ды у него спросят, какую роль, активную или пассивную, он играл в чистках и «культе».

Но наступление консервативных сил, происшедшее после тяжелого кризиса, потрясшего в октябре-ноябре 1956 г. Польшу и Венгрию и поставившего под угрозу единство «социалистического лагеря», не увенчалось успехом. Конец 1956 г. прошел в бурных дискуссиях, а в мае 1957 г. Хрущев добился крупной победы: по его предложению Верховный Совет проголосовал за создание сов­нархозов и ликвидацию десяти промышленных министерств.

Действия Н. Хрущева и сосредоточение огромной власти в его руках напугали «сталинскую гвардию». Его призывы к даль­нейшей децентрализации привели к созыву 18 июня 1957 г. Пре­зидиума ЦК партии, на котором семь из одиннадцати его членов потребовали отставки Хрущева. Оставшись в меньшинстве, по­следний сослался на ленинские принципы демократического цен­трализма и потребовал, чтобы конфликт в Президиуме был пере­дан на рассмотрение ЦК. Благодаря решающей поддержке мини­стра обороны Г. К. Жукова, который организовал доставку воен­ными самолетами разбросанных по всей стране членов ЦК, Цен­тральный Комитет смог собраться уже 22 июня и поддержать Хрущева. После нескольких дней дебатов ЦК отменил голосова­ние Президиума и осудил «фракционную деятельность антипар­тийной группы» во главе с В. М. Молотовым, Л. М. Кагановичем, Г. М. Маленковым.

Июньский кризис 1957 г., завершившийся важным успехом на пути десталинизации, узаконил разрыв с прежней политической практикой. Несмотря на тяжесть обвинений, побежденные не были лишены ни жизни, ни свободы (Г. М. Маленков стал директором электростанции в Сибири, В. М. Молотов направлен послом в Монголию, а Л. М. Каганович был назначен управляющим тре­стом Союзасбест в Свердловской области).

Наши рекомендации