Формирование феодальных отношений.

VII-VIII вв. - “темные столетия”, как их называли сами византийские историки. Эта эпоха напоминает события на Западе IV-V вв. Армия, недовольная безденежьем и унижением от поражений, активно вмешивается в политическую жизнь. Попытки властей вновь опереться на сенаторскую аристократию приводит к многочисленным восстаниям и переворотам. В первой половине VII в. за 22 года сменилось 6 императоров. Приходит в упадок городская экономика. Город перестает господствовать над деревней[111]. Происходит аграризация всей общественной жизни. В сельский мир уходит и политическая активность.

АДМИНИСТРАТИВНЫЕ РЕФОРМЫ.Отмеченные в начале лекции особенности позволили Византии ей избежать участи Западной Римской империи, сохранить государство и начать преобразования.

Вместо громоздких провинций, в которых заправляла местная, сепаратистки настроенная знать, создавались фемы- более мелкие административные единицы, управляемые военачальниками - стратигами, обычно назначаемыми из сельских верхов. В руках стратигов сосредотачивалась не только военная, но и гражданская власть. Фема должна была содержать определенный воинский контингент и в случае войны снабжать его продовольствием. Воины в каждой феме получали за службу земельные наделы. Так возникала военно-служилая прослойка, зависимая по земле - то есть появлялась феодальная собственность на землю. Эта система постепенно вытесняет старые поместья с рабами и колонами.

Меняется и положение части крестьян. Из свободных земледельцев, обязанных за пользование землей нести военную службу, создается слой стратиотов (крестьян-воинов).

ИСАВРИЙСКАЯ ДИНАСТИЯ (717-802). Проведенная реформа укрепила армию. Во время очередной усобицы стратиг фемы Анатолика с помощью своих солдат и союзников-арабов свергает очередного императора, и сам садится на трон под именем Льва III Исавра (из Исаврии в Малой Азии). Он отличался умом, военным талантом, необходимыми для политика лживостью и коварством, был смел и для достижения своих целей не боялся рисковать. Отлично владел конем и оружием. Особой образованностью не отличался, но свободно владел греческим и арабским языками. Был высок ростом, красив собой. Ему удалось подавить мятежи в империи и защитить Константинополь от своих недавних союзников-арабов, том числе и с помощью знаменитого "греческого огня"[112].

При Льве III было завершено создание фемного устройства. Широко практиковались земельные пожалования и испомещение стратиотов. Поддержка военного сословия позволила стабилизировать положение и закрепить на троне новую династию. На время ее правления приходится складывание основных институтов феодализма в Византии. Но они имели определенные особенности.

Во-первых, из-за изрезанности рельефа в стране преобладали мелкие земельные владения. Во-вторых, еще с древнейших времен здесь сосуществовали разные формы земельной собственности. Частная собственность землевладельцев, собственность крестьянских общин-митрокомий, государственные земельные владения, земли императорского фиска; и все они располагались чересполосно. В-третьих, земли, находившиеся в собственности, в том числе и у крестьянских общин, нельзя было жаловать частным лицам. Императорские земли также обычно не раздавали, ибо они были необходимы для покрытия потребностей пышного двора. Таким образом, в условную собственность (за службу) отдавались только те земли, которые не имели, или потеряли конкретных хозяев. Поэтому условная земельная собственность в Византии не получила большого распространения, как в Западной Европе. В-четвертых, среди многих категорий крестьянства в Византии были и неизвестные на Западе государственно-зависимые крестьяне - парики. До VIII в. сохранялся и колонат[113]. Рабство к этому времени почти исчезло.

Большинство крестьян к VIII в. было свободными наследственными земельными собственниками, но ограниченными общинным контролем за землей. В этой общине сохранялась безусловная круговая порука. Выйти из нее с землей, подобно франкскому аллодисту, здесь было нельзя. Брошенный надел обрабатывался соседями, но только до возвращения владельца. Чужаков и переселенцев в этих общинах практически не было. Если крестьянин не мог полностью обрабатывать свой надел, чтобы не платить за излишки налог, он мог лишь передать часть его в аренду соседям. Всем этим митрокомия были прочнее, устойчивее германской марки и могла противостоять нажиму со стороны государства.

В VII-VIII вв. исчезла старая землевладельческая аристократия, сохранявшая рабовладельческую психологию и методы эксплуатации сидевших на земле поземельно и лично зависимых людей. Она растворилась в новой знати, выраставшей из сельских провинциальных верхов, продвигавшихся обычно по государственной служебной лестнице. Среди них были и местные военачальники. Это - так называемые динаты. Обычно их владения были невелики. От прежней знати их отличала не наследственная родовитость, а государственная служба за пожалованную землю. То есть они составляли слой, близкий западноевропейским феодалам.

Западная иерархичность, однако, из-за сильной государственной власти в Византии не сложилась: все - дети империи. В элиту мог попасть любой, то есть закрытости правящего сословия не было. Происхождение из низов бывало предметом гордости вельмож, которые "сами себя сделали" (как сказали бы теперь)[114].

Новая ситуация была отражена в новых законодательных актах, собранных в "Эклоге законов" (726 г.). Но, в отличие от Кодекса Юстиниана, законы, вошедшие в Эклогу, писались под конкретные нужды и не имели всеобщего характера. И по форме они были упрощенными, чтобы понимались любыми неспециалистами.

Среди других явлений исаврийской эпохи следует выделить иконоборчество. В условиях предшествующих смут византийская церковь приобрела несвойственную ей в этой стране самостоятельность от государства. К тому же она стала неприлично выделяться своими земельными владениями и иными богатствами, что особенно распаляло аппетиты нового и потому жадного служилого слоя. Его поддержкой и были сильны исаврийцы.

Итог - развернутая властью борьба с иконопочитанием, более известная как иконоборчество. Началось оно уже при Льве III, который считал, что почитание икон отвлекает от почитания императора (типичное для захватившего власть стремление ее насильственно возвышать). К тому же монашество позволяло уходить от военной службы значительной части населения (набралось до 100 тыс. монахов). Богатые делали вклады в обители, тем самым укрываясь от налогов. Монастыри распространяли сообщения о чудотворности своих икон и становились центрами паломничества паствы, оставлявшей там свои сбережения, которые, тем самым, тоже уходили от налогообложения. К тому же император, уроженец Ближнего Востока, хорошо знал арабское и иудейское отношение к иконам как к языческому символу. В результате иконы начали уничтожать, заменять орнаментами[115]. Именно в ходе иконоборчества крест и приобрел символическое значение, отображающее образ Христа. В ответ монахи стали поднимать восстания[116]. Но иконоборцы действовали решительно: превращали монастыри в казармы, монахов под угрозой смерти заставляли вступать в браки[117], от армии требовали поклясться не поклоняться иконам.

Союзниками иконоборцев оказались павликиане - секта, возникшая в византийской Армении в середине VII в. и распространившая свое влияние в Малой Азии. Павликиане требовали отказа от роскоши, богатства, возвращения к раннехристианской простоте, то есть выступали против социального и имущественного неравенства, то есть против сложившейся общественной системы. Но борьба павликиан против церковных богатств была на руку иконоборцам и их до поры не преследовали.

ОБСТАНОВКА В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ IХ В.В результате проведенных реформ выросла военная мощь и социальная опора власти. Из Малой Азии и островов Эгейского моря были вытеснены арабы. Одерживались победы над болгарами. Политическая стабилизация способствовала экономическому подъему в городах, оживились промыслы и торговля. Но положение крестьян не улучшилось. Наоборот, новая землевладельческая знать усиливает на них нажим. В общинах растет малоземелье. В документах все чаще среди крестьян встречаются убогие. Отмечаются крестьянские волнения.

Ситуацией воспользовался один из командиров Малоазийской фемы, провозгласивший себя императором. Звали его Фома, по прозвищу Славянин. Происшедшие затем события известны под названием восстания Фомы Славянина(821-823). По выражению хрониста, он "поднял рабов против господ, простых воинов против их начальников". Его поддержало разноплеменное население Малой Азии. Но не все так однозначно. Фома едва ли "боролся за народное счастье". Он был личностью яркой и противоречивой. К началу восстания находился уже в преклонном возрасте, прожив долгую и бурную жизнь смелого воина, удачливого военачальника и хитрого политика, отличался безмерным властолюбием. Вознамерившись вознестись на самый верх, он решил опереться на простой люд, обещал ему всякие блага. Его популярности поддался даже Антиохийский патриарх, возложивший на него императорский венец. Во главе 80-тысячной армии на 350 судах он переправился во Фракию и Македонию, был поддержан расселявшимися там славянами и около года осаждал Константинополь. Лишь с помощью болгарского царя власти сумели подавить восстание. Фому схватили и подвергли четвертованию. Сотрудничество с народными массами и мученическая смерть создали ему героический ореол на долгие годы.

Как оценить это восстание? Вообще-то подобных ему в те времена хватало, в том числе и с участием претендентов на престол. И продолжались они более длительное время. Данное же оказалось более заметным лишь из-за того, что восставшим удалось осадить столицу. Были ли у Фомы шансы на успех? Учитывая прошлый и будущий византийский опыт - были. Провел ли бы он, в случае удачи, социальные преобразования, как обещал? Едва ли, даже если бы и захотел. А захотел бы? В общем, эта авантюра, стоившая Фоме, кстати, и сына, погибшего еще в начале событий, хорошо характеризует тогдашнюю атмосферу политической неустойчивости в стране.

Восстание продемонстрировало властям и знати всю неустойчивость их положения. Но прошло еще 20 лет, пока не была осознана необходимость консолидации всего правящего сословия, первым условием которого было примирение светских и церковных землевладельцев, а также ликвидация раскола среди самого духовенства, часть которого поддержала иконоборчество. Примирение тем более стало возможно, что в результате политики властей многие церковные земли уже были розданы динатам, а политическому возвышению церкви был положен конец. К тому же иконопочитание, часто тайное, сохранилось и среди правящего слоя - не так просто было изжить вековые традиции, даже с помощью политической целесообразности. И уже после правления исаврийцев, в 843 г. тайная сторонница традиционного христианства, императрица Феодора без серьезной оппозиции восстановила иконопочитание[118].

Консолидация господствующего сословия укрепила государственность. Но усиление государственной власти ограничивало формирование частного землевладения, что замедляло темпы феодализации Византии по сравнению с Западом.

§ 4. ВИЗАНТИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ IХ-Х в.:

Наши рекомендации