Тайный сговор Корнилова с Керенским

Подготовка к военному перевороту началась еще до Государственного совещания. В ней непосредственно участвовали генералы Ставки Верховного Главнокомандования во главе с Л.Г. Корниловым, офицерские организации (Военная лига, Союз георгиевских кавалеров, Союз офицеров армии и флота и др.), торгово-промышленные круги, общество экономического возрождения России, руководимое А.И.Гучковым и А.И.Путиловым, а также верхи кадетской партии, окончательно убедившиеся в том, что «революция сошла с рельс».

Полной согласованности в планах и действиях этих сил не было. Тем не менее, все они сходились на необходимости роспуска Советов и солдатских комитетов, запрещения большевистской партии. Временное правительство ожидала иная судьба. Кадеты постарались убедить Л.Г. Корнилова провести переворот под «сенью» кабинета, ограничившись затем его реорганизацией, и главное — в союзе с премьер-министром А.Ф. Керенским. Вопрос о конкретной форме диктатуры оставался открытым.

10 августа Верховный главнокомандующий вручил Керенскому докладную записку. В ней определялся круг тех неотложных мер, которые могли явиться основой для первого совместного шага к «твердой власти». Генерал предлагал восстановить дисциплинарную власть офицеров, ограничить компетенцию войсковых комитетов «интересами хозяйственного быта армии», распространить на тыловые части закон о смертной казни, расформировать неповинующиеся воинские подразделения с направлением нижних чинов в «концлагеря с самым суровым режимом», перевести железные дороги, большую часть заводов и шахт на военное положение с запретом митингов и забастовок.

А.Ф.Керенский долго колебался, но после фиаско на Государственном совещании все же решил осуществить меры, предложенные генералом. 24 августа в Могилев, где находилась Ставка, прибыл его личный представитель Б.В.Савинков, бывший эсер-террорист. Соглашение было достигнуто быстро: Керенский принимал к исполнению все пункты докладной записки Корнилова, а генерал обязывался направить в Петроград верные ему воинские части для подавления «возможных беспорядков», иначе говоря — для репрессий против всех неугодных власти сил. К моменту прибытия войск в столицу премьер должен был объявить в городе военное положение. Верховный главнокомандующий тут же отдал приказ о движении к столице конного корпуса и двух конных дивизий в эшелонах по железной дороге.

Мятеж

После возвращения Б.В.Савинкова в Петроград Керенского вновь обуяли сомнения. Он вдруг ясно представил себе, что произойдет в бурлящем городе после ввода туда войск (в том числе «Дикой дивизии», набранной из мусульман, почти не владевших русским языком), какая кровь прольется при разгоне большевистской партии, Советов и других организаций «революционной демократии». Да и отважатся ли корниловские части на это кровопролитие, настолько ли они надежны? Этим сомнениям А.Ф.Керенского положили конец полученные им известия о планах Л.Г.Корнилова: сместить Временное правительство и взять на себя всю полноту военной и гражданской власти. Современные историки оспаривают достоверность этих известий. В любом случае они скорее отражали общее настроение монархического окружения Корнилова, чем твердое намерение его самого. Но в зыбкой и полной неопределенности атмосфере августа 1917 г. Керенский не стал доискиваться до истины. Он тут же решил, что называется с головой, выдать генерала левым и ценой его устранения с политической арены упрочить собственные позиции.

Утром 27 августа в Ставку ушла правительственная телеграмма, отзывавшая Л.Г. Корнилова с должности Верховного Главнокомандующего, а в вечерних газетах появилось официальное сообщение за подписью Керенского с обвинением Корнилова в попытке «установить государственный порядок, противоречащий завоеваниям революции». В качестве главного доказательства указывалось на движение корниловких войск к Петрограду. Министры-кадеты, не желая участвовать в расправе над генералом, подали в отставку. Правительство фактически распалось, и у власти стала Директория, куда наряду с политиками (А.Ф.Керенским, М.И.Терещенко, A.M. Никитиным) впервые вошли военные (генерал А.И.Верховский, адмирал Д.Н.Вердеревский).

Премьер-министр, сделав крен влево,, сразу получил мощную поддержку Советов, профсоюзов, соцпартий (включая большевиков), учредивших Комитет народной борьбы с контрреволюцией. Железнодорожники приступили к саботажу перевозок корниловцев. В Петрограде энергично формировались вооруженные отряды рабочей Красной гвардии. Перед заключенными в июльские дни членами РСДРП(б) раскрылись двери тюрем.

Л.Г. Корнилов отказался сложить с себя обязанности Верховного Главнокомандующего и отозвать дивизии. В своем обращении «К русским людям», переданном из Ставки утром 28 августа, он расценил действия главы правительства «как великую провокацию», которая ставит на карту судьбу Отечества. Эти действия превращали продвижение корниловских частей к Петрограду, поначалу вполне легитимное, санкционированное сверху, в открытое антиправительственное выступление, мятеж. К подобному повороту не были готовы ни войска, ни их командиры. Неразбериха усугублялась «разъяснительной» работой революционных агитаторов, беспрепятственно проникавших в воинские эшелоны по пути их следования к столице. В итоге корпус и две дивизии были остановлены и рассеяны, Корнилов и его сподвижники арестованы, а непосредственно командовавший военной экспедицией генерал A.M.Крымов застрелился.

Наши рекомендации