Монгольское завоевание Руси: постановка проблемы в отечественной историографии. Источники по истории русско-монгольских взаимодействий.

Русская летописная традиция зафиксировала сведения о завоевательных походах монгольской армии, политике монгольской знати на Руси, историю русско-монгольских отношений в XIII-XVI вв., в том числе по посольским, культурным и религиозным связям. Кроме летописей важный материал содержится также в повестях и житиях, словах и сказаниях, актовых источниках, родословных книгах и т.п.

"Русская историография XVIII – начала XX в. о монгольском завоевании Руси и его последствиях" включены два раздела: в первом освещается русская историография XVIII - первой половины XIX в.; во втором ее представляют ученые второй половины XIX - начала XX в.

Основную причину монгольского завоевания Руси историки XVIII - первой половины XIX в. видели в междоусобной борьбе русских князей (М.М. Щербатов, И.Н. Болтин, А.Н. Голицын). Они также находили их в варварском стремлении к нашествиям и покорению у других народов (В.Н. Татищев, М.М. Щербатов, П.И. Рычков, А.Н. Голицын). В общем виде эти последствия были сконцентрированы в свирепом нашествии Батыевом, разорении и порабощении Руси.

Вместе с тем, характеризуя процесс установления зависимости от власти монголов, большинство ученых (В.Н. Татищев, М.В. Ломоносов, М.М. Щербатов, П.И. Рычков, А.Н. Голицын, Н.М. Карамзин) считали, что Русь попала в прямую зависимость; другие (И.Н. Болтин, Д.И. Иловайский, Н.Г. Устрялов) полагали, что монгольское владычество не имело серьезных последствий для русского народа, потому что монголы правили Россией издали, а русские управляли своими законами; монголы вели жизнь кочевую, не смешиваясь с русскими.

Значение деяний Александра Невского для Руси, по мнению русских историков XVIII - первой половины XIX в. , заключалось в том, что этот князь своими победами над западными агрессорами и умиротворением монгольских ханов сумел отстоять государственность Руси и самобытность русского народа, сохранить православную веру.

В XVIII - первой половине XX в. возникает первая точка зрения о последствиях монгольского завоевания Руси. Она признавала его влияние на создание российской государственности. Основоположником этой точки зрения стал Н.М. Карамзин (М.П. Погодин, Д.И. Иловайский), сконцентрировавший идеи своих предшественников и современников в вывод, который был им предложен в его капитальном труде "История государства Российского". Признавая тяжелые последствия монгольского ига, он в то же время отводил значительную роль политике Золотой Орды, которая, по его мнению, способствовала прекращению княжеских усобиц и усилению власти великого князя. Он стал первым исследователем, кто четко связал падение зависимости с событиями на р. Угре осенью 1480 г. (уже конкретном факте), заключив рассказ об Угорском "стоянии" словами: "Здесь конец нашему рабству". Им также одним из первых был введен термин "иго".

Русские историки второй половины XIX - начала XX в. занимались своими научными разработками в отличие от своих предшественников в иных общественно-политических условиях.

Важнейшим достижением этого периода в русской исторической науке стала разработка и обоснование научной концепции исторического развития России С.М. Соловьевым (В.С. Борзаковский, С.Ф. Платонов, А.В. Экземплярский). С.М. Соловьев, за ним В.О. Ключевский и С.Ф. Платонов считали, что историк не имеет права с половины XIII в., прерывать естественную нить событий, вставлять в них монгольский период и выдвигать на первый план монгольские отношения, вследствие чего необходимо закрываются главные явления и их причины.

По мнению С.М. Соловьева, монгольское нашествие было ничем иным, как продолжением давнего господства кочевников в степях Евразии и никакого серьезного воздействия на внутренний строй завоеванных русских земель монголы оказать не могли. Куликовскую битву он рассматривает в глобальном, евразийском масштабе, как событие, знаменовавшее конец господства азиатских племен в евразийских степях и положившее начало процессу европеизации России. Таким образом, монгольскому влиянию как явлению, привнесенному извне, он большого значения не придает; тем самым, он и его последователи отрицают влияние монгольского завоевания на формирование русской государственности.

Противоположной точки зрения по вопросу о воздействии монгольского завоевания Руси придерживался Н.И. Костомаров, который полагал, что русские князья полностью зависели от ханов; борьбу на Руси он склонен был объяснять личными качествами русских князей и монгольских ханов.

С.М. Соловьев считал, что Александр Невский проводил по отношению к Золотой Орде мирную политику и даже умел использовать монголов для укрепления своих позиций на Руси, считал их лишь орудиями для русских князей в борьбе за власть. В.О. Ключевский в некоторых замечаниях, касающихся обстановки и деятелей периода монгольского завоевания Руси, также отмечал государственный и полководческий талант Невского и ставил его выше других князей. Н.И. Костомаров подчеркивал понимание Александром задач времени и успешное их решение.

Третья глава "Русская историография советского периода о монгольском завоевании Руси, значении Куликовской битвы и событий 1382 г. Г.В. Вернадский, продолжая традиции Н.М. Карамзина в оценке последствий монгольского завоевания, вслед за М.Н. Покровским отмечал, что прямо или косвенно монгольское нашествие способствовало падению политических институтов Киевского периода и росту абсолютизма и крепостничества на Руси. Основным итогом монгольского завоевания Руси, по его мнению, было включение ее в политическую и культурную систему империи монголов, благодаря чему Русь была поставлена в теснейшую связь со степным центром и азиатскими перифериями материка. К концу столетия (XIV) русский промышленный и военный потенциал оказался более передовым, нежели у завоевателей, и освобождение Руси стало лишь делом времени. И к середине XV в. великий князь московский получил независимость от хана фактически, а в 1480 г. – юридически.

Уже с конца 30-х гг. в советской историографии побеждает и утверждается в качестве единственной точка зрения о регрессивной роли монгольских завоеваний для всех покоренных монголами народов, и русского - в первую очередь. Такой подход стал основным в русской историографии советского периода и нашел отражение в работах последующих историков. В концепции А.Н. Насонова большая роль в разжигании междукняжеских противоречий была отведена Золотой Орде, политика которой была направлена на то, чтобы помешать политическому объединению Руси и созданию сильной центральной власти. "Кочевой феодализм", по мнению Насонова не создал благоприятной почвы для сохранения целостности, созданной монголами на Руси государственной системы. У А.Н. Насонова это как вариант теории "борьбы леса со степью", но с опорой на "завоевательную теорию", популярную у марксистов, где кочевым народам отведено одно из ключевых мест, поскольку завоевание номадами земледельческих обществ с последующим обложением их данью или налогами, являлось излюбленной темой ее сторонников. Эта концепция соответствовала также европейскому представлению о генезисе политической организации. Согласно ее теоретикам, он мог осуществляться только вследствие насильственного подчинения одних обществ иными образованиями. Б.Д. Греков и А.Ю. Якубовский также отсылали своих читателей к официальной теории "кочевого феодализма", видимо, считая вслед за А.Н. Насоновым, что монгольское завоевание Руси являлось фактом насильственного подчинения Руси одним из кочевых образований, обреченного на гибель под ударами цивилизованных народов. Этим доказывалось, что монголы в результате завоеваний создавали примитивные и химерные образования. Они не были способны создать ни политических, ни экономических предпосылок для их развития и в силу их ждал распад и разрушение борьбой подвластных им народов (А.Н.Насонов, Б.Д. Греков и А.Ю. Якубовский, В.Т. Пашуто).

Второй раздел посвящен краткому обзору Куликовской битвы в советской исторической литературе. В ходе него выясняется, что эта тема всегда привлекала пристальное внимание историков данного периода. Трудно назвать какое-либо другое событие отечественной истории, о котором написано больше, чем о Куликовской битве. Для советских исследователей она была поворотным пунктом в борьбе с иноземным игом, общенародным делом, примером освободительной борьбы и великой победой русского народа над монгольскими завоевателями (А.А. Насонов, Л.В. Черепнин, М.Н. Тихомиров, В.В. Каргалов).

Здесь также предлагается пересмотреть традиционную точку зрения, что успешный поход Тохтамыша на Москву 1382 г. восстановил зависимость Северо-Восточной Руси, ликвидированную при Мамае (Б.Д. Греков, А.Ю. Якубовский, В.В. Каргалов, В.И. Буганов, В.Т. Пашуто, Б.Н. Флоря, А.Л. Хорошкевич). Однако подобное объяснение событий создает ряд трудностей и практически лишена оснований. Поход Тохтамыша, при всех тяжелых последствиях принятого Москвой удара, не привел к катастрофе. С политической точки зрения он не заставил капитулировать, а только временно ослабил ее влияние в русских землях. Вызов, брошенный узурпатору Мамаю, не ставил вопрос о сознательном непризнании верховенства законного хана, но после этого был предпринят первый шаг - построить отношения с ним без уплаты дани, а лишь на формальном признании сюзеренитета. Набег 1382 г. привел к срыву такой политики, но компромисс привел к сохранению доминирующей роли Дмитрия Донского на Руси, дал новые возможности для окончательного освобождения, позволил ему передавать по наследству великое княжение Владимирское.

Концепция Л.Н. Гумилева, которая опирается на вывод Н.М. Карамзина о позитивных последствиях монгольского завоевания Руси и развитый евразийцами, строится на утверждении, что завоевания не состоялось, потому что оно не замышлялось. Он делает такое заключение на основе предположения о том, что Батый имел задание рассеять половцев и заключить приемлемый мир с оседлыми соседями; что у всей Монгольской империи не хватило бы людских ресурсов для таких масштабных завоеваний. Деяние Александра Невского положило начало новой этнической традиции союза с народами Евразии. Прежде всего, он был необходим с монголами, представлявшими собой заинтересованного партнера из-за сложности внутренней борьбы. Ради защиты общего Отечества от военной и идеологической агрессии Западной Европы Александр решился на этот шаг, потому что натиск западного суперэтноса на Русь был по-прежнему угрожающе реален. Отсюда следует вывод, что "татаро-монгольского ига" как такового не было, а отношения между ханами и князьями носили характер равноправного сотрудничества, а не господства и подчинения.

Противоположная точка зрения получила свое обоснование у последователей советской школы русской истории В.В. Каргалова и В.А. Кучкина. Первый подвергает критике необъективное изложение Л.Н. Гумилевым исторического материала о самом "Батыевом погроме" и последствиях иноземного ига для развития России, в то время, когда "советская историческая наука полностью опровергла бытовавшее в дореволюционной историографии и проповедуемое некоторыми историками мнение о "положительном" влиянии монголо-татар на формирование русской государственности. Он соглашается с выводом А.Н. Насонова, что Русское государство с центром в Москве создавалось не в результате содействия ордынских ханов, а "вопреки их интересам и помимо их воли".

В.А. Кучкин дополняет эти обобщения; нашествие Батыя не повлекло за собой уничтожения древнерусского народа, не привело и к многовековой стагнации экономики, но влияние это было отрицательным (прервались связи древнерусских княжеств, на смену княжеским союзам пришла монархия, ослабла торговля, нарушились культурные контакты и т.п.) Таким образом, заключает он, монголо-татарское господство не только отбросило развитие древнерусских княжеств назад, но и явилось существенным фактором, под влиянием которого изменился ход внутреннего развития этих княжеств, возникли специфические черты в русском историческом процессе.

В последние годы предприняты попытки в осмыслении политической истории Руси в рамках теории И.Я. Фроянова, которая исходит из того, что главными субъектами социально-политической жизни Древней Руси были территориальные городские общины - города-государства. Среди историков, работающих в этом направлении, ведущая роль принадлежит Ю.В. Кривошееву. Исследователь полагает, что исход политической борьбы в период монгольского завоевания Руси определяли три политические силы: князья, монголы и вече, выражавшее волю городских общин. Он считает, что русские князья находились в зависимом положении по отношению к правителям Золотой Орды. Но ханы воспринимали своих русских подданных как реальную политическую силу, и отношения между ними носили характер не только господства и подчинения, но очень часто и сотрудничества. В итоге, монгольское нашествие и иго не оказывает существенного влияния на внутренний строй Руси, в отличие от выводов известного исследования А.Н. Насонова и его последователей.

В статьях и исследованиях А.А. Горского также освещены важные этапы монгольского завоевания Руси. Но он приходит к заключению, что воздействие монголо-татарского нашествия и ордынского ига на политическую систему Руси следует признать значительным. Именно им во многом объясняется усиление обособленности русских земель, расхождение путей их развития. А.А. Горский в одном из очерков своей новой книги, подводит итог длительной разработке вопроса о роли Александра Невского в период монгольского завоевания Руси. Он на основе критического анализа данной проблемы в русской историографии приходит к выводу, что не было оснований объявлять его пособником монголов во время нашествия 1238 г. или виновником установления отношений зависимости в последующие годы, ни подозревать в недостаточной верности православию (равно как и, наоборот – в фанатичном неприятии католичества). И в пору войн, и в своих дипломатических действиях – по отношению к Орде или к римскому престолу – он действовал как расчетливый, но не беспринципный политик.

33) 33.ТАТАРО-МОНГОЛЬСКОЕ НАШЕСТВИЕ

В начале 13 века нашей эры в бескрайних азиатских степях возникла могущественная империя монголов под предводительством воинственного полководца, умного и коварного политика Чингисхана. Он создал из разрозненных племен могучую армию со строжайшей дисциплиной (за малейшую провинность — смертная казнь). Войско Чингисхана покорило Китай, откуда монголы получили самые современные стенобитные орудия. Это очень им помогло при завоевании Средней Азии, Кавказа и Руси.
Русь накануне татаро-монгольского вторжения, была раздроблена на мелкие княжества. Многочисленные князья враждовали, и не было вождя, подобного Владимиру Мономаху, который мог бы объединить все силы русских земель. Разведывательный отряд монголов подошел к границе Руси. Дружины южнорусских князей и половцев, в чьи земли вторглись монголы, объединились, чтобы дать бой. Но битва на реке Калке в мае 1223 года закончилась их сокрушительным поражением, главной причиной которого стал разлад в действиях русских князей. Почти все войско погибло. Монголы, измотанные долгим походом, решили не идти в глубь русской земли, а отошли назад в степи.
После смерти Чингисхана его дети и внуки разделили завоеванные земли на части (улусы). Внуку Чингисхана Батыю досталась еще не завоеванная земля, лежавшая западнее владений монголов.
В 1237 году огромное войско Батыя двинулось на Русь. Поход монголов был тщательно подготовлен, а русские князья, надеясь отбиться в одиночку, не хотели помогать друг другу. Войско Батыя составляло около 150 тыс человек. Под ударами монгольских отрядов пала Рязань. Русские былинные богатыри — такие, как рязанский воевода Евпатий Коловрат — героически погибали, но не могли остановить воинственного хана. Батый двинулся дальше, на Владимир, а по пути разорил Коломну и Москву.
Один за другим гибли русские города: Суздаль, Владимир, Ростов, Углич, Ярославль, Тверь и др. Дружина великого владимирского князя Юрия Всеволодовича (сына Всеволода Большое гнездо) отступила в Заволжье, чтобы собрать силы для отпора захватчиков. Но в марте 1238 года русские были разбиты в битве на реке Сить, а сам князь пал смертью храбрых. Казалось, нет спасения от татарского меча и аркана.
Батый не дошел всего сто верст до Новгорода Великого, из-за распутицы и падежа лошадей повернув назад. На обратном пути ожесточенное сопротивление оказал Козельск, который монголы прозвали «злым городом».
В декабре 1240 года в результате осады пал древний Киев. Некогда многолюдный город превратился в маленькое поселение. После незавершенного похода в Западную Европу до «последнего моря» (Атлантического океана) Батый повернул свое воинство в степь, где основал кочевое государство Золотую Орду.
Монголо-татарское иго разделило историю Руси на два времени — до и после нашествия. Были уничтожены десятки русских городов, целые княжества обезлюдели, тысячами русские люди угонялись в Орду. Несколько веков Русь платила татарский «выход» (десятую часть всех доходов) ханам Золотой Орды. Гордые Рюриковичи униженно просили у хана ярлык (письменный документ от монгольских ханов) на княжение. Борясь за этот ярлык, князья обращались за помощью к Орде и сами приводили татарские отряды на русскую землю. Но и в ослабленной и униженной Руси сохранялась память о величии единого государства, которое могло давать достойный отпор внешнему врагу.

Наши рекомендации