Контрмеры - это меры, принимаемые государством в отношении правонарушителя в рамках международного права. Контрмеры подразделяют на реторсии и репрессалии. 30 страница

--------------------------------

<1> Российская газета. 1993. N 182; Российские вести. 1993. N 189; СЗ РФ. 1997. N 41. Ст. 4673.

<2> К сведениям в военной области, характеризующим вооружения и военную технику, отнесены: а) сведения об обеспечения вооружением, военной техникой и другими материальными, финансовыми средствами, а также воинскими перевозками; б) сведения, раскрывающие направления, долгосрочные прогнозы или планы развития вооружения и военной техники, содержание или результаты выполнения целевых программ, научно-исследовательских, опытно-конструкторских работ по созданию или модернизации образцов вооружения и военной техники, их тактико-технические характеристики; в) сведения, раскрывающие направления разработки, конструкцию, технологию изготовления, изотопный состав, боевые, физические, химические или ядерные свойства, порядок применения или эксплуатации вооружения и военной техники; г) сведения, раскрывающие свойства, рецептуру или технологию производства ракетных топлив, а также баллиститных порохов, взрывчатых веществ или средств взрывания военного назначения, а также новых сплавов, спецжидкостей, новых топлив для вооружения и военной техники.

<3> Российская газета. 1995. N 246; СЗ РФ. 1995. N 49. Ст. 4775.

Российская Федерация, стремясь внести посильный вклад в дело прогрессивного развития МГП, последовательно выступает с инициативами по ограничению и запрещению отдельных видов оружия. Представляется, что следующим шагом могло бы стать запрещение переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК), которые по своей сути являются диверсионным оружием. В строевых частях на вооружении есть стационарные комплексы. Такая озабоченность вызвана угрозой, которую представляет для гражданской авиации незаконное обладание ПЗРК <1>.

--------------------------------

<1> Государства - участники Вассенаарских договоренностей на Четвертом пленарном заседании (2 - 3 декабря 1998 г.) обратились ко всем неучаствующим государствам - конечным пользователям с призывом усилить свой национальный контроль за ПЗРК в целях предотвращения несанкционированных обладания этими системами или их использования. См.: Вассенаарские договоренности по экспортному контролю за обычными вооружениями, товарами и технологиями двойного использования (Вена, 3 декабря 1998 г.) // Дипломатический вестник. 1999. N 1.

Для Российской Федерации, выступающей гарантом мира на планете, соблюдение ограничений, касающихся различных видов вооружений <1>, имеет особое значение <2>. Органы государства должны: а) определить, нарушает ли использование данного вида оружия запрещение о применении средств ведения войны, которые носят неизбирательный характер <3>, наряду с запретом на средства ведения войны, связанные с "предательством" <4> или с "вероломством" <5>; б) заниматься вопросами специальных запретов (например, использования бактериологического и химического оружия) безотносительно к тому, произведена ли ратификация соответствующих договоров, поскольку речь идет об обычных нормах международного права, "применяемых в отношении Высокой Договаривающейся Стороны"; в) устанавливать ограничения методов применения конкретных видов оружия "при некоторых обстоятельствах" <6> (например, против личного состава или в густонаселенных районах). В этой связи разработаны предложения о создании контрольного механизма в сфере вооружений (см. Приложение 20).

--------------------------------

<1> См.: Закон РФ "Об оружии" (с изм.) (СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5681), во исполнение которого приняты Постановление Правительства РФ "О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ", утвердившее Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории РФ и Положение о введении и издании Государственного кадастра гражданского и служебного оружия и патронов к нему (СЗ РФ. 1998. N 32. Ст. 3878), Постановление Правительства РФ от 15 октября 1997 г. N 1314 "Об утверждении Правил оборота боевого ручного стрелкового и иного оружия, боеприпасов и патронов к нему, а также холодного оружия в государственных военизированных организациях" (с изм.) (СЗ РФ. N 42. Ст. 4790).

<2> Примером важности данного вопроса может служить Постановление Правительства РФ "О принятии на вооружение Вооруженных Сил РФ отдельных видов вооружения и патронов", которым утверждено Приложение (основные тактико-технические характеристики) (СЗ РФ. 1998. N 37. Ст. 4635).

<3> См.: пункт 4 "в" ст. 54 Дополнительного протокола I.

<4> См.: пункт "в" ст. 23 Гаагского положения.

<5> См.: статья 37 Дополнительного протокола I.

<6> См.: статья 36 Дополнительного протокола I.

В Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года <1> (п. 12) подчеркнуто, что критическое состояние физической сохранности опасных материалов и объектов, особенно в странах с нестабильной внутриполитической ситуацией, а также не контролируемое государствами распространение обычных вооружений могут привести к обострению существующих и возникновению новых региональных и межгосударственных конфликтов. В среднесрочной перспективе должен быть завершен переход на единую систему заказов федеральными органами исполнительной власти вооружения, военной и специальной техники для Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов (п. 33).

--------------------------------

<1> Указ Президента РФ от 12 мая 2009 г. N 537 "О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года" // Российская газета. 2009. 19 мая. N 88; СЗ РФ. 2009. N 20. Ст. 2444.

Выступая с позиций верховенства права, Российское государство в своей внешнеполитической деятельности ставит цель обеспечить строгое соблюдение постановлений Устава ООН на универсальной основе. Следует также подчеркнуть, что все ограничения в отношении средств ведения военных действий должны быть сформулированы в юридически обязательной форме.

§ 2. Запрещенные методы ведения боевых действий

Под методами ведения вооруженной борьбы следует понимать порядок использования средств ведения вооруженной борьбы для уничтожения живой силы и военной техники противника <1>. В международном гуманитарном праве четко проводится различие между вероломством и военными хитростями (см. Приложение 21).

--------------------------------

<1> К сожалению, в Наставлении по международному гуманитарному праву для Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденному Приказом Министра обороны РФ от 8 августа 2001 г., содержится указание на способы (методы) ведения боевых действий (ст. 7), что вносит терминологическую путаницу.

В доктрине международного права под вероломством понимается осуществление враждебного акта под прикрытием права на защиту. Однако встречаются и иные мнения. И.И. Лукашук определяет вероломство как невыполнение обещания, данного противнику <1>. Такая позиция представляется приемлемой лишь в широком понимании - как нарушение конвенционных норм, но никак не обещания, данного накануне сражения, либо вторжения, не встретившего сопротивления. "Вероломство" вообще - это коварство, действие путем обмана, измены <2>, а "коварство" означает злонамеренность, прикрытую показным доброжелательством <3>. Отсюда следует, что осуществление злого умысла лежит в основе совершения всех последующих действий в отношении противника, носящих заведомо неправомерный характер, поскольку лица, осуществляющие неправомерные действия, сознают противоправный характер своего действия, предвидят его вредные последствия и желают их наступления. Развивая нормы, содержащиеся в п. "б" ст. 23 Гаагского положения, Дополнительный протокол I (п. 1 ст. 37) закрепил общее положение: "Запрещается убивать, наносить ранения или брать в плен противника, прибегая к вероломству". "Вероломство" в МГП является синонимом "предательства" <4>. Во всех случаях нарушение приобретает обманный характер, с помощью которого нарушитель вводит в заблуждение своего врага и способен совершить враждебный акт, которого он не смог бы совершить, если бы выступал в своем подлинном виде. Примерами вероломства (как это предусмотрено в ст. 37 Дополнительного протокола I) могут служить следующие действия:

--------------------------------

<1> См.: Лукашук И.И. Международное право. Особенная часть: Учеб. С. 284.

<2> См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. С. 71.

<3> Там же. С. 273.

<4> См.: Международное гуманитарное право. М., 1993. С. 179.

а) симулирование намерения вести переговоры под флагом перемирия;

б) симулирование капитуляции;

в) симулирование выхода из строя вследствие ранения или болезни <1>;

--------------------------------

<1> Симулирование смерти с целью спасти свою жизнь не является вероломством.

г) симулирование обладания статусом гражданского лица или некомбатанта;

д) симулирование обладания статусом, предоставляющим защиту, путем использования знаков, эмблем или форменной одежды Организации Объединенных Наций, нейтральных государств или других государств, не являющихся сторонами, находящимися в конфликте. Однако симуляция имеет целью лишь введение в обман, заблуждение, поэтому обязательной составляющей вероломства, безусловно, должны быть последующие действия, для осуществления которых и применялась симуляция.

В отличие от вероломства военные хитрости считаются правомерными и означают любое действие, не являющееся в конечном счете вероломным, но направленное на то, чтобы ввести противника в заблуждение или вынудить его действовать опрометчиво (п. 2 ст. 37 Дополнительного протокола I). Примерами военных хитростей могут служить следующие действия: а) маскировка (природная, с использованием красителей, сеток, дыма); б) проведение мероприятий по активной маскировке (ложные цели, отвлекающие удары); в) демонстративные действия, ложные операции; г) дезинформация, ложная информация; д) использование технических средств (электронных, средств связи) <1>.

--------------------------------

<1> См.: Де Мулинен Ф. Право войны. Руководство для вооруженных сил. М., 1993. С. 116, 117.

Дополнительный протокол I (ст. ст. 38, 39) содержит перечень запрещенных методов введения противника в заблуждение. К ним относятся следующие методы (см. Приложение 21).

1. Запрещение использования во время участия в боевых действиях, для прикрытия военных операций, содействия им или их затруднения - флагов, военных эмблем или форменной одежды противника, нейтральных государств или ООН. Разрешается ли воюющей стороне использовать форму и знаки своего противника в качестве военной хитрости? Пункт 2 ст. 39 Дополнительного протокола I устанавливает вполне четкий запрет на такое использование "во время нападений или для прикрытия военных действий, содействия им, защиты или затруднения их". Очевидно, ничто не препятствует использованию в другое время вражеской формы в качестве хитрости. Эта норма не нарушает правила, действующего в отношении шпионажа или использования флагов во время вооруженных конфликтов на море.

2. Запрещение использования не по назначению отличительных знаков медицинской службы, гражданской обороны, культурных ценностей, установок и сооружений, содержащих опасные силы, белого флага парламентера, а также других общепризнанных отличительных знаков и сигналов (например, для демилитаризованных зон, необороняемых местностей) <1>.

--------------------------------

<1> Так, 2 июля 2008 г. колумбийская армия (при содействии разведки США) провела спецоперацию "Шах" по спасению заложников, которые удерживались леворадикальной группировкой "Революционные вооруженные силы Колумбии" (ФАРК). Без единого выстрела им удалось освободить 15 человек, включая экс-кандидата в президенты Колумбии 46-летнюю Ингрид Бетанкур, трех американских граждан, а также 11 военнослужащих и представителей службы безопасности Колумбии. В ходе операции один из спецназовцев использовал эмблему МККК, чтобы выдать себя за представителя этой организации. Офицер рассказал, что, когда вертолет приземлился, он увидел до 60 повстанцев и занервничал. Поэтому достал из кармана кусочек материи с эмблемой Красного Креста и приколол себе на грудь. Представитель колумбийского отделения МККК выразил протест властям Колумбии. Президент Колумбии Альваро Урибе Велес был вынужден принести руководству МККК публичные извинения. См.: Д. Юрьева. Специспуг. Красный Крест принял извинения от президента Колумбии // Российская газета. 2008. 18 июля. N 153 (4710). С. 8.

Анализ норм, содержащихся в ст. ст. 35, 53, 75, 85 Дополнительного протокола I, позволяет выделить следующие группы запрещенных методов ведения вооруженной борьбы (см. Приложение 22).

1. Направленные против комбатантов противника: а) предательское убийство или ранение лиц, принадлежащих к войскам противника; б) убийство парламентера и сопровождающих его лиц (трубача, горниста, барабанщика); в) убийство или ранение лиц неприятеля, которые, сложив оружие или не имея возможности защищаться, сдались в плен <1>; г) нападение на лиц, вышедших из строя вследствие болезни или ранения, а также на лиц, покинувших терпящий бедствие летательный аппарат (за исключением лиц, относящихся к воздушно-десантным войскам) <2>; д) принуждение лиц противной стороны принимать участие в военных действиях, направленных против их страны; е) отдание приказа не оставлять никого в живых, угрожать этим или вести военные действия на этой основе <3>; ж) взятие заложников <4>.

--------------------------------

<1> В боевых условиях небольшие вооруженные подразделения, сражающиеся с использованием тактики партизанской войны, десантные войска, бронетанковые войска, которые быстро продвигаются вперед, вооруженные силы национально-освободительных движений заявляли, что у них нет возможности брать и сохранять военнопленных, удовлетворять их нужды и эвакуировать их. (По вопросу о "патрулях, действующих на больших расстояниях" см.: Rapport de la Commission III, alinea 24, Doc. CDDH/236/Rev.1 (1976), Actes de la CDDH, vol. XV. P. 401, 402.) Дополнительный протокол I (п. 3 ст. 41) дает следующее разъяснение: если при "необычных условиях военных действий" военнопленные не могут эвакуироваться, они должны освобождаться и для обеспечения их безопасности необходимо принимать "все возможные меры предосторожности". Эта обязанность имеет целью способствовать освобождению взятых в плен при невозможности обеспечить их пищей, водой или одеждой, а также предотвратить их гибель.

<2> Пункт 1 статьи 42 Дополнительного протокола I предусматривает, что ни одно лицо, покидающее на парашюте летательный аппарат, терпящий бедствие, не подвергается нападению в течение своего спуска на землю. Приземлившись на территории, контролируемой противником, оно должно получить возможность сдаться, прежде чем подвергнется нападению. Если же ясно видно, что лицо совершает враждебные действия (в том числе делает попытку побега), оно может подвергнуться нападению (п. 2 ст. 42).

<3> Комбатант крайне уязвим в тот период, когда находится во власти противника, поскольку не в состоянии далее воевать как комбатант, но еще не приобрел статус военнопленного. Вышедшим из строя считается любое лицо, если оно: а) находится во власти противной стороны; б) ясно выражает намерение сдаться в плен; в) находится без сознания или каким-либо другим образом выведено из строя вследствие ранения или болезни и поэтому не способно защищаться, при условии что в любом таком случае это лицо воздерживается от каких-либо враждебных действий и не пытается совершить побег (п. 2 ст. 41).

<4> В статье 206 УК РФ указывается, что целью взятия заложников является понуждение государства, организации или гражданина совершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия как условия освобождения заложника.

2. Направленные против гражданского населения: а) осуществление геноцида, апартеида; б) террор в отношении местного населения <1>; в) использование голода среди гражданского населения <2>.

--------------------------------

<1> Пункт 2 ст. 51 Дополнительного протокола I запрещает "акты насилия или угрозы насилием". Необходимо отметить дистанцию, существующую между "актами, направленными на распространение страха" (как намерение) и "актами, действительно вызывающими или способными вселить страх" (хотя специально не преследующими такой цели). Следует полагать, что формулировка статьи не охватывает случаи, когда страх является случайным следствием, и даже такие, последствия которых можно было предвидеть. Запрещаются акты, главная цель которых, по объективной оценке, - распространение страха. См.: Доклад Комиссии III Женевской дипломатической конференции 1974 г.

<2> Этот запрет содержится в контексте защиты объектов, необходимых для выживания гражданского населения, и, по сути, декларирует намерение в отношении этой цели (п. 1 ст. 54). Конкретные юридические требования, которые обеспечат достижение цели, указаны в п. п. 2 и 3 ст. 54 Дополнительного протокола I, а также в ст. 55, предусматривающей обязанность защиты природной среды, в ст. ст. 68 - 71 - о помощи гражданскому населению и в Женевском протоколе 1925 г., запрещающем применение бактериологического и химического оружия.

3. Направленные против объектов: а) атака, бомбардировка или уничтожение санитарных учреждений, госпитальных судов (санитарных транспортов), санитарных самолетов, имеющих надлежащие отличительные знаки; б) бомбардирование военными самолетами, морскими кораблями незащищенных городов, портов, селений, жилищ, исторических памятников, храмов, госпиталей при условии, что они не используются в военных целях; в) уничтожение культурных ценностей, исторических памятников, мест отправления культа и др., составляющих культурное или духовное наследие народа, а также их использование для обеспечения успеха в военных действиях.

4. Направленные против собственности: а) истребление или захват неприятельской собственности, кроме случаев, когда такие действия вызываются военной необходимостью; б) захват судов, предназначенных для берегового рыболовства или потребностей местного мореплавания; госпитальных судов, а также судов, выполняющих научные и религиозные функции; в) разграбление города или местности.

Весьма важной является проблема правового регулирования методов ведения боевых действий неизбирательного характера, т.е. соблюдения принципа проведения различия. Принятие запрета, закрепленного в п. 5 "а" ст. 51 Дополнительного протокола I <1>, явилось важным гуманитарным достижением <2>. Авторы статьи считали, что нет необходимости ссылаться на "массированные" бомбардировки, на "бомбардировки зон" или на "бомбовые ковры" с того момента, как этот запрет стал полностью к ним применим, и обращение к таким выражениям может толковаться как ограничение защиты гражданских лиц от других видов бомбардировки <3>. Следует отметить, что запрет ограничивается ситуациями, при которых гуманитарные требования первостепенны, поскольку он применяется в отношении зон, где сконцентрированы гражданские лица или объекты. Иные зоны не охватываются этим запретом. На каком расстоянии друг от друга должны находиться военные объекты? Критерии "явно отстоящие" и "различимые" вызывают ряд вопросов при определении необходимости проведения раздельных нападений. Действующие нормы не дают ответа на эти вопросы. Безусловно, проблема связана с высокоточными видами оружия, а трудности толкования не могут служить оправданием варварских методов. Каковы размеры военного преимущества, достигнутого в результате нападения? Какой мерой должны определяться потери жизней гражданских лиц? Только суды в своих решениях, мировая практика и мировое общественное мнение могут ответить на эти вопросы <4>.

--------------------------------

<1> "Нападение путем бомбардировки любыми методами или средствами, при котором в качестве единого военного объекта рассматривается ряд явно отстоящих друг от друга и различимых военных объектов, расположенных в городе, деревне или другом районе, где сосредоточены гражданские лица или гражданские объекты".

<2> См.: Бликс Г. Средства и методы ведения войны // Международное гуманитарное право. М., 1993. С. 205.

<3> См.: Доклад о деятельности рабочей группы, представленный докладчиком 3-й Комиссии III Женевской дипломатической конференции 1974 г.

<4> См.: Бликс Г. Средства и методы ведения войны // Международное гуманитарное право. С. 210.

Положения ст. 57 Дополнительного протокола I направлены на исключение еще двух случаев нарушения принципа проведения различия: а) неправильного опознания объектов военного характера до нападения на них; б) нападений, которые могут случайно нанести чрезвычайно большой урон гражданскому населению и ущерб гражданским объектам. Эти положения адресуются в первую очередь тем, кто готовит или принимает решения о нападении. Те, кто практически осуществляет нападение, часто не способны при использовании современных средств и методов ведения военных действий своевременно распознавать объекты, на которые планируется совершить нападение. Если "становится очевидным, что объект не является военным", "нападение отменяется или приостанавливается" <1>. Но даже если объект будет признан военным, нападение на него может быть запрещено, например, ввиду того, что этот объект скрывает опасные силы <2> или он необходим для выживания гражданского населения <3>, и в случаях, когда нападение вызвало бы чрезмерные потери среди гражданских лиц. Отметим, что сторонам предписывается делать "своевременное предупреждение" о нападениях, представляющих опасность для гражданского населения, если обстоятельства позволяют сделать это.

--------------------------------

<1> Пункт 2 "б" ст. 57 Дополнительного протокола I.

<2> Статья 56 Дополнительного протокола I.

<3> Статья 54 Дополнительного протокола I.

Указания на методы ведения боевых действий обычно содержатся в распорядительных документах (приказах) органов военного управления, поэтому именно в них и должны предусматриваться все меры предосторожности, которые необходимы при проведении операции. При этом должны использоваться знания, которыми обладают юридические советники (помощники командиров по правовой работе). Вместе с тем ряд нарушений может быть предотвращен только при наличии достаточного уровня организованности и дисциплинированности подчиненных.

Правила ведения боя (правила нападения) представляют собой правила применения силы для достижения поставленной цели (выполнения боевой задачи) и должны соответствовать нормам МГП <1>. Они должны отвечать следующими требованиям: 1) быть доступными, т.е. доводиться лаконичным и понятным языком; 2) быть разумными, т.е. учитывать все ситуации, которые могут возникнуть при выполнении задачи; 3) быть реалистичными, т.е. не должны подвергать личный состав неоправданному риску при их выполнении (см. Приложение 18). Каждый военнослужащий должен знать нормы МГП на достаточном уровне, соответствующем его воинскому званию и должностному положению (см. Приложение 47).

--------------------------------

<1> В Приложении 4 Наставления по международному гуманитарному праву для Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Министром обороны РФ 8 августа 2001 г., изложен Кодекс поведения военнослужащего Вооруженных Сил РФ - участника боевых действий.

Элементарные правила основываются на принципах гуманности и состоят в следующем: 1) воевать можно только с теми, у кого в руках оружие; 2) подвергать нападению разрешено только военные объекты (например, военные базы, склады, запасы горючего, порты, взлетные площадки, автомобили, корабли, летательные аппараты, вооружение, снаряжение, здания и объекты, которые используются противником в военных целях); 3) нападение не должно быть направлено на лиц и объекты, которые обладают защитным статусом, гражданских лиц и гражданские объекты следует щадить; 4) нельзя причинять больший ущерб, чем это требуется для выполнения боевой задачи, неизбирательные нападения запрещены; 5) необороняемые местности и нейтральные зоны не должны подвергаться нападению; 6) объекты, содержащие опасные силы (атомные электростанции, дамбы, плотины), не должны подвергаться нападению; 7) взятие заложников запрещается; 8) следует с уважением относиться к лицам и объектам, отмеченным защитными знаками и эмблемами; 9) медицинский персонал и духовенство, раненые и больные солдаты противника, гражданское население, личный состав формирований гражданской обороны (пожарные, саперы, поисковые и спасательные отряды), парламентеры с белым флагом не должны являться объектом нападения; 10) окруженному противнику необходимо дать возможность сдаться в плен, приказ не брать пленных является серьезным военным преступлением; 11) с военнопленными следует обращаться гуманно, они обязаны сообщать данные только о своей личности; 12) следует воздерживаться от любых актов возмездия, уважать права собственности гражданского населения; 13) необходимо соблюдать самим указанные правила и требовать этого от сослуживцев, поскольку их нарушение влечет наказание.

Глава 5. СОБЛЮДЕНИЕ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО

ГУМАНИТАРНОГО ПРАВА. ВОПРОСЫ КОНТРОЛЯ

И ПРЕСЕЧЕНИЯ НАРУШЕНИЙ

§ 1. Нормы международного гуманитарного права

об обязательствах государств и практика их реализации

в законодательстве Российской Федерации

Социальная ценность и эффективность правовых норм, в том числе и норм международного права, в конечном счете проявляются в процессе их реализации. Право, в том числе и международное, оценивается не только тем, насколько оно развито и какие существуют нормы, но и как они осуществляются на практике <1>. Именно этот процесс, как подчеркивает С.В. Черниченко, и есть жизнь права <2>. Значительная часть норм международного права реализуется на внутригосударственном уровне. Как верно указывает В.В. Гаврилов, "в современных условиях, когда решение глобальных проблем мира, стабильности и международного правопорядка ставится в прямую зависимость от эффективности действия международного права, особую значимость приобретает проблема надлежащего осуществления его предписаний на практике" <3>. Истинный потенциал нормы (как международной, так и национальной) раскрывается именно в процессе воплощения ее предписаний в жизнь. В процессе реализации право предстает перед нами в действии составляющих его норм, что выражает динамику права <4>.

--------------------------------

<1> См.: Хлестов О.Н. Организация Объединенных Наций; ее перспективы // Российский ежегодник международного права. 2004. СПб., 2005. С. 11.

<2> См.: Черниченко С.В. Международное право: современные теоретические проблемы. М., 1993. С. 39.

<3> См.: Гаврилов В.В. Международный механизм контроля за имплементацией универсальных актов о правах человека // Московский журнал международного права. 1995. N 4. С. 24.

<4> См.: Юрова Н.М. Международное гражданское процессуальное право: теоретические основы имплементации норм в правовой системе Российской Федерации. М.: Волтерс Клувер, 2008.

Внутригосударственная реализация норм международного права составляет важный аспект теории правовой системы России. "Если вопросы создания норм международного права, его сущности, - отмечает А.П. Мовчан, - разрабатывались в течение достаточно долгого периода времени, то проблемы функционирования международного права, реализации его норм стали предметом серьезного исследования только в последние годы" <1>. При этом исследования в этой области ведутся представителями различных наук.

--------------------------------

<1> См.: Курс международного права: В 7 т. М., 1989. Т. 1. С. 335.

К сожалению, в общей теории права большинство понятий, категорий и конструкций формулируется без учета "международно-правовой материи" и в силу этого страдают односторонностью <1>. Как отмечал Г.И. Тункин, "международное право является особой системой права, и механическое перенесение в эту систему понятий и категорий внутреннего права недопустимо. Всегда нужно учитывать особенности международного права" <2>. Важно помнить и об обратном. Российские теоретики права обычно ограничиваются тем, что воспроизводят ч. 4 ст. 15 Конституции РФ <3> и указывают на приоритет договоров перед законодательством <4>. Анализ места норм международного права в правовой системе России проводится крайне редко <5>.

--------------------------------

<1> См.: Бирюков П.Н. Нормы международного уголовно-процессуального права в правовой системе Российской Федерации. Воронеж, 2000. С. 30.

Наши рекомендации